Глава 9

Республика Австро-Венгрия

Артиллерийская позиция новой сверхсекретной пушки «Большой П»

Полковник артиллерии Адольф Вебер стоял на наблюдательной вышке, сжимая в руке фляжку с ликёром. Его взгляд был прикован к гигантскому орудию, возвышающемуся посреди полигона.

«Большой П» — новейшая сверхточная пушка, способная стрелять гибридными снарядами, сочетающими в себе разрушительную мощь артиллерии и манёвренность ракеты. Это было настоящее произведение инженерного искусства, венец работы лучших умов республики. И теперь именно на это орудие возлагало надежды командование Республики.

За последние недели полковник Вебер, как и многие другие высокопоставленные военные, пережил не самые приятные моменты в своей карьере. Позорное поражение на границе с Лихтенштейном, уничтожение «Молота Тора», бегство князя Бобшильда — всё это больно ударило по репутации Австро-Венгрии. И, конечно же, верхушка Республики жаждала крови.

Вебер отлично помнил то «совещание», на котором решалась судьба виновных. Президент, обычно спокойный и рассудительный, в тот день был просто взбешён. Он кричал, топал ногами, брызгал слюной, обещая сурово наказать всех, кто причастен к этому позору. Какой-то маленький Лихтенштейн дал им по зубам! Целой республике! Как такое возможно⁈

Генерала Риббентропа, этого самодовольного индюка, который отвечал за планирование и координацию, с треском разжаловали и отдали под трибунал.

«Ну, вот ты и приплыл, — подумал тогда Вебер. — Теперь не будет у тебя ни дворца, ни красавицы-жены, ни породистых лошадей».

Маршала Шмидта, который отвечал за поставки, тоже выгнали, конфисковав всё имущество.

Волна казней и чисток прокатилась по всей армии, затронув не только высшие чины, но и средний командный состав. Многих офицеров, замешанных в коррупционных схемах, связанных с закупкой некачественных боеприпасов, и прочих махинациях, казнили, увольняли, лишали званий и сажали.

В ходе проверок выяснилось, что супердорогие «бронебойные» снаряды оказались не бронебойными, а просто дорогими фугасными. В общем, все пришли к выводу, что виноваты военные. И что Вавилонский — главный злодей. Поэтому сейчас его точно уничтожат. «Полный П» — это не какая-то там поделка. Это — настоящее оружие возмездия!

Через час всё было готово. Артиллеристы заняли свои места у орудия, техники проверили все системы, маги зарядили «Полный П» энергией.

В этот момент к Веберу подошёл его адъютант.

— Господин полковник, — доложил он, — только что поступил сигнал от нашего агента в Вадуце. Вавилонский на месте. Сидит в своей усадьбе и наслаждается жизнью.

— Ну, сейчас наслаждение закончится, — воскликнул Вебер, потирая руки. — Цель — усадьба Вавилонского, — скомандовал он. — Огонь!

«Полный П», издав утробный рык, выплюнул снаряд. Тот, окутанный ярким сиянием, вырвался из жерла орудия и устремился в сторону Лихтенштейна, оставляя за собой огненный след.

Вебер, затаив дыхание, следил за его полётом. Он был уверен в успехе. На этот раз Вавилонскому не уйти.

— Ну, что? — нетерпеливо спросил он у наблюдателя, который не отрываясь смотрел в специальный прибор. — Попали?

Наблюдатель молчал.

— Да что у вас там⁈ — не выдержал Вебер. — Попали или нет⁈

Наблюдатель оторвался от прибора и, бледный как полотно, пролепетал:

— Господин полковник… Там… там…

— Что «там»? — рявкнул Вебер, теряя терпение. — Говорите уже!

— Снаряд… он… он летит обратно! — выпалил наблюдатель.

— Что⁈ — не веря своим ушам, переспросил Вебер. — Как обратно⁈ Это невозможно!

— Бежим, бляха, срочно!!! — закричал наблюдатель и, кинув прибор, бросился вниз с вышки.

Вебер, всё ещё не до конца осознавая происходящее, инстинктивно последовал за ним. Его сердце бешено колотилось, а в голове крутилась лишь одна мысль: «Как это возможно? Как снаряд может лететь обратно⁈»

Но в следующее мгновение земля содрогнулась от мощного взрыва. Осколки снаряда, начинённого концентрированной магической энергией, разлетелись во все стороны, уничтожая всё на своём пути.

Полковник Вебер, заслуженный артиллерист Австро-Венгрии, даже не успел понять, что произошло. Его тело, как и тела десятков других солдат, разлетелось на мелкие кусочки, превратившись в кровавое месиво. А суперсовременная пушка, последнее слово техники, была уничтожена вместе со всем расчётом, так и не сумев выполнить свою главную задачу — уничтожить Теодора Вавилонского.

⁂

Лёгким движением руки я отмахнулся от зависшего в воздухе снаряда. Тот, описав в воздухе изящную дугу, полетел обратно в сторону Австро-Венгрии.

Через несколько минут Скала приволок избитого человека. Тот выглядел так, будто его пережевал и выплюнул голодный медведь — лицо в синяках, одежда порвана, а сам он еле держался на ногах.

— Это кто? — спросил я, с интересом разглядывая помятого незнакомца.

Скала нахмурился:

— Соболев вышел от тебя и посоветовал заглянуть на чердак дома номер двадцать три, через две улицы отсюда. Там мы его и нашли. Сопротивлялся, гад. Пришлось… гхм… успокоить.

— Корректировщик, значит, — заключил я. — Шпион Австро-Венгрии. Надо же, какой ценный кадр к нам попал. Надо бы его допросить с пристрастием. Узнать, кто его послал, какие у него были инструкции и сколько ему заплатили.

Шпиона, шатающегося на нетвёрдых ногах, тут же уволокли в подвал. Но Скала, вместо того чтобы радоваться удачному задержанию, приуныл.

— Что такое, дядя Кирь? — спросил я, заметив перемену в его настроении.

Скала смущённо вздохнул.

— Да Ваня… который Вася… полковник Василий Панкратов, командир отряда «Альфа»… Неудобно с ним получилось, прости.

— За что ты извиняешься? — удивился я.

— Я не смог его уговорить не лезть к нам. Хотя пытался. Говорил, что это опасно, что ты, Теодор, не просто так… А он упёрся, как баран. «Приказ есть приказ», говорит. «Или сдохнем, или выполним».

Я нахмурился.

— Плохое у меня сложилось впечатление о твоем друга. Я думал, имперский спецназ с женщинами не воюет. А он на Настю полез, как на врага народа.

Скала совсем приуныл.

— Извини, Теодор. Он за Империю порвёт. Вообще-то он дальний родственник самого Императора. Традиция такая из давних времён, что командиром отряда «Альфа», которые любимцы Императора, должен быть человек с императорской кровью.

— Ну, потрясно. Значит, кровь у них протухла.

Скала настороженно посмотрел на меня.

— Осторожно, Теодор. Ты о нашем Императоре говоришь.

Я сначала рассмеялся, а потом покачал головой.

— Расслабься, дядя Кирь. Я по поступкам сужу. А поступки у них пока… гхм… так себе.

Скала вздохнул.

— Не могу с ними связаться, — признался он. — Потерялись где-то.

— Я их почти голыми в канализацию скинул. Думаешь, сдохнут?

— Точно нет. Они и без оружия бойцы — ого-го!

Я пожал плечами.

— Ну, тогда чего переживать? Надеюсь, мозгов хватит не возвращаться. Тем более, я им сказал — пусть передадут своим хозяевам, что со мной шутки плохи.

Скала покачал головой.

— Вот тут ты не прав. Прикажут — вернутся. Они — элитный спецназ. Для них приказ — это святое. Даже если этот приказ — смерть.

— Ну и трындец им тогда, без обид, дядя Кирь, — я хлопнул его по плечу.

— Я попытаюсь связаться, можно? Может, отговорю. Всё-таки Вася нормальный мужик. Не хотелось бы, чтобы он погиб из-за этой глупости.

— Да, пожалуйста. Жалко дураков, — кивнул я. — Раз они все такие из себя воины, то могли бы быть полезны.

⁂

«Скарабей», урча мотором, подкатил к лавке. Я вышел и огляделся. Торговая площадь была почти пуста, лишь несколько прохожих спешили по своим делам, не обращая внимания на странный автомобиль.

— Что-то тихо сегодня, — заметил Боря, опуская боковое стекло. — Теодор, я тебе ещё нужен?

— Не-а, — покачал головой я.

— Тогда скатаюсь к Насте. Она там уже почти закончила с музеем. Может, помогу чем. А то она всё на себе тянет, а у неё и так забот хватает.

Я кивнул:

— Да, сгоняй. Я позвоню, если что.

Боря помахал мне рукой и укатил. А я открыл дверь лавки, и меня тут же окутал знакомый аромат старого дерева, пыли и ещё чего-то неуловимо приятного — запах, который мог быть только в антикварной лавке.

Семён Семёнович, как всегда, был на своём посту — стоял за прилавком, протирая тряпочкой и без того блестящую витрину.

— Привет, Семёныч, — поздоровался я.

— И тебе не хворать, Теодор, — ответил старик, не отрываясь от своего занятия. — Как дела на фронте?

— Да всё по-старому, — вздохнул я. — Воюем потихоньку. У меня к тебе дело есть. Помнишь, того китайского купца, который алтарь заказал?

— Помню, конечно, — кивнул Семён Семёнович. — Как тут забудешь алтарь, за который десять миллионов рублей решили отвалить.

— Ну так вот, — продолжил я. — Заказ серьёзный. Материалы нужны соответствующие. Поэтому я тут набросал небольшой список.

Я протянул Семёнычу листок бумаги, на котором был написан перечень необходимых материалов:

1. Драгоценные камни (рубины, изумруды, сапфиры) — по 10 каждого вида.

2. Слоновая кость — 3 кг.

3. Перламутр — 0.5 кг.

4. Чёрный жемчуг — 100 гр.

5. Алмазная пыль — 100 гр.

6. Изумрудная пыль — 100 гр.

Семёныч, пробежав глазами список, присвистнул.

— Ничего себе заявочки! — воскликнул он. — И где же я всё это достану?

— Не волнуйся, Семёныч, — улыбнулся я. — Кое-что у нас уже есть, — я кивнул в сторону подвала, куда големы таскали материалы из шахт. — Вот, я там подчеркнул, это придётся поискать. Но я уверен, ты справишься. Ты же у нас мастер по поиску редких вещиц.

Семён Семёнович задумался, почесав затылок.

— Ну, кое-какие каналы у меня есть, — неуверенно произнёс он.

— Знаю, — кивнул я. — Ты уж постарайся, Семёныч. Клиент серьёзный, и платит хорошо. К тому же это вопрос престижа. Если мы выполним этот заказ, о нашей лавке заговорят далеко за пределами Лихтенштейна.

— Ладно, — вздохнул Семён Семёнович. — Попробую.

— Договорились, — я хлопнул его по плечу. — А я пока пойду вниз. Нужно подготовить основу.

Я спустился в мастерскую, предвкушая работу над алтарём. Заказ был не просто интересным, он был вызовом. Десять миллионов рублей — это не шутки. За такую сумму можно купить небольшую армию или построить целый завод. Но я не собирался халтурить.

Я решил сделать алтарь из белого нефрита, инкрустированного драгоценными материалами. Китайцы верили, что этот камень обладает магическими свойствами — приносит удачу, защищает от злых духов, дарует долголетие.

Кроме того, белый нефрит был символом императорской власти и божественного покровительства. Каждый китаец мечтал иметь хотя бы маленький кусочек этого камня. Что уж говорить о целом алтаре, высеченном из цельного куска белого нефрита! Такая вещь стоила целое состояние.

Да и найти такой огромный кусок белого нефрита было практически невозможно. Но, к счастью для меня и моего заказчика, у меня была своя шахта, где мои големы-шахтёры, не покладая рук, добывали самые разные породы. И среди них, конечно же, был и белый нефрит.

Сначала я создал эскиз будущего алтаря. Это должно было быть не просто место для молитв, а настоящее произведение искусства. Высокий, стройный, с изящными колоннами и резными узорами. На вершине — фигура дракона, держащего в лапах жемчужину.

Затем я приступил к работе. С помощью магии я придал куску белого нефрита нужную форму, вырезая из него детали алтаря. Это была тонкая, ювелирная работа, требующая максимальной концентрации и аккуратности. Каждый штрих, каждый изгиб, каждый узор должны были быть идеальными.

Я «лепил» алтарь, как скульптор, вкладывая в него не только свою энергию, но и частичку души. Часы пролетели как одно мгновение, но я не чувствовал усталости. Творческий процесс захватил меня целиком, погружая в состояние, близкое к трансу. В такие моменты я забывал обо всём на свете, кроме своей работы.

Я был в своей стихии. В мастерской, среди инструментов и материалов, я чувствовал себя как дома, как в своём прошлом мире, где, окружённый войной и разрушениями, я находил умиротворение в работе.

Создание алтаря было для меня не просто работой, а медитацией. Я отключался от всех проблем, погружаясь в процесс творения и собственные размышления.

И вот, наконец, работа была завершена. Передо мной стоял алтарь — настоящий шедевр, созданный из цельного куска белого нефрита. Его поверхность, идеально отполированная, сияла в свете ламп. Изящные узоры, выгравированные на его боковых гранях, словно оживали, переливаясь и мерцая.

Оставалась только инкрустация драгоценными материалами. Надеюсь, заказчик будет доволен.

Я поднялся наверх, в торговый зал лавки, где Семён Семёнович сидел за прилавком, увлечённо листая какой-то старинный каталог. Услышав мои шаги, он поднял голову и улыбнулся.

— Ну как, справился? — спросил он, закрывая каталог.

— Основа готова, — ответил я, садясь на стул рядом с прилавком. — Остались последние штрихи — инкрустация. Как у тебя с материалами?

Семён Семёнович вздохнул и почесал затылок.

— Ну, кое-что удалось найти, — сказал он, доставая из-под прилавка деревянный ящик. — Рубины, изумруды и сапфиры — всё в наличии. Слоновая кость тоже есть, но только два килограмма. Перламутр и чёрный жемчуг — без проблем. А вот с алмазной и изумрудной пылью… — он развёл руками. — Придётся ещё поискать.

— Ладно, время ещё есть. Слушай, Семёныч, у тебя кофейку не найдётся? А то что-то пить захотелось. Да и есть, честно говоря, тоже.

— Сейчас всё будет, — ответил старик, с готовностью бросаясь к кофеварке.

Через несколько минут он поставил передо мной чашку с ароматным кофе и тарелку с бутербродами.

— Угощайся, Теодор, — сказал он. — Свежий хлеб, домашняя колбаска, сырок.

— Ммм… — я облизнулся, сглатывая набежавшие слюнки. — Объедение!

— Ешь на здоровье.

И действительно, бутерброды были невероятно вкусными. Хлеб, хрустящий и ароматный, идеально сочетался с нежной колбаской и пикантным сыром. А кофе, крепкий и горячий, придавал сил и бодрости.

— Спасибо, Семёныч, — поблагодарил я его, с удовольствием уплетая бутерброды.

— Да не за что, — отмахнулся старик. — Я всегда рад тебя видеть. Кстати, Теодор, — он понизил голос, наклонившись ко мне, — … у меня для тебя новости.

— Какие? — спросил я, предчувствуя неладное.

— Потоки контрабанды резко упали, — ответил Семён Семёнович. — Практически до нуля. Такое ощущение, что кто-то решил полностью изолировать Лихтенштейн.

Я нахмурился.

— И кто, по-твоему, это сделал? Австрийцы? Швейцарцы? Или…

— Не знаю, — пожал плечами старик. — Но ситуация, мягко говоря, нехорошая. Если так продолжится, то у нас скоро начнётся «голод». Запасы, конечно, есть. Но они не бесконечны.

— Ладно, Семёныч, — сказал я, допивая кофе, — давай вернёмся к этому вопросу позже. Сейчас мне нужно кое-что сделать.

Я забрал ящик с драгоценностями и спустился обратно в мастерскую.

Инкрустация алтаря оказалась делом не таким уж и простым, как я предполагал. Приходилось постоянно переключать внимание — то на энергетические потоки в камне, то на точность установки. Каждый камешек, каждая деталь должны были быть идеально подогнаны друг к другу.

Внезапно зазвонил телефон. Я, не отрываясь от работы, ответил:

— Да, слушаю.

— Теодор, привет. Это Андрей Сорокин. В «Старом Городе» опять Тени появились, прут из канализации.

— Погибшие есть?

— Два трупа. Только что доложили.

— Хреново… Помощь нужна?

— Ну, от гвардейцев не откажемся, — ответил Андрей. — Но сам ты не нужен, справимся.

Я набрал номер Альфреда фон Крюгера и попросил его помочь Тенеборцам.

— Уже выезжаем, — ответил командир отряда «Успешная Война».

Я отключился и задумался. Хорошие ребята гибнут, защищая город от всяких тварей. И гибнут не в честном бою, а из-за подлых засад. Нужно что-то придумать, чтобы помочь им.

Мои големы-охранники, конечно, неплохо справлялись с Тенями в туннелях, но их было слишком мало. А создавать новую армию… У меня на это просто не хватило бы сил. К тому же, Тенеборцы не могли ими управлять. Для этого нужен был Маг Земли. А таких, кроме меня и Насти, в княжестве больше не было.

Я почесал затылок. Нужно было найти какое-то другое решение. Быстрое и эффективное.

И тут меня осенило.

— Ага! — воскликнул я, хлопнув себя по лбу. — Точно! Как же я сразу не догадался! Пришло время освежить память моим генералам! Железяка! Башка! Ко мне!

Я позвонил Боре, который уже как раз закончил помогать Насте.

А ещё через несколько секунд в мастерской появились мои верные големы-воины. Железяка с невозмутимым видом стоял по стойке смирно, его металлическая ладонь была прижата к виску. Глиняная Башка, как всегда, изображал сумасшедшего, издавая нечленораздельные звуки. Если бы я не знал, на что способна эта груда камня, решил бы, что он совсем с катушек слетел.

— Поехали, ребятки, — сказал я, направляясь к выходу из лавки. — Нам нужно съездить в одно место.

— Яйки — клац-клац! — отозвался Железяка, с готовностью следуя за мной.

— Хи-хи-хи, — захихикал Глиняная Башка, пританцовывая и размахивая руками.

Мы вышли из лавки, сели в «Скарабей» и поехали.

Через полчаса мы уже были на месте. Я выбрал уединённое место в горах, вдали от любопытных глаз, где энергия земли была особенно сильной. Это была небольшая поляна, окружённая вековыми соснами. В центре поляны возвышался огромный валун, покрытый мхом.

Я подошёл к валуну и, активировав свой Дар, начал «рисовать» на его поверхности символы. Это были древние руны, которые я помнил ещё из своего прошлого мира. Они были ключом к пробуждению памяти моих генералов.

Первая руна — символ Земли. Она была похожа на круг с точкой в центре. Эта руна соединяла меня с энергией планеты, даруя мне силу.

Вторая руна — символ Памяти. Она была похожа на спираль, уходящую в бесконечность. Эта руна открывала доступ к древним знаниям, хранящимся в недрах земли.

Третья руна — символ Пробуждения. Она была похожа на треугольник. Эта руна пробуждала спящие силы, даруя им новую жизнь.

Когда все руны были нарисованы, я встал перед валуном и, прислонив руки к камню, произнёс заклинание, которое помнил ещё из своего прошлого мира:

— Духи Гор! Древние хранители знаний! Я, Архитектор, призываю вас! Мне нужна ваша сила… энергия… мудрость!

Земля под моими ногами задрожала, скалы вокруг загудели. Из глубин гор донеслось низкое, утробное рычание. А затем… из трещин в скалах начали вырываться потоки энергии. Они были разных цветов — зелёные, синие, красные, жёлтые. Они сплетались в воздухе, формируя замысловатые узоры, и двигались в мою сторону.

— Мне нужна энергия для восстановления памяти ваших братьев! — крикнул я.

Духи Гор, откликнувшись на мою просьбу, поделились своей силой. Мощный поток энергии хлынул в меня, наполняя моё тело до отказа.

Я повернулся к Железяке и Глиняной Башке и, указывая на них рукой, произнёс:

— Пробудись, генерал Абаддон! Пробудись, генерал Магнус!

Энергия вырвались из меня и устремились к големам. Их глаза, до этого тусклые и безжизненные, вспыхнули ярким светом, и в них постепенно начал проявляться разум.

Я смотрел на них и вспоминал своих генералов из прошлого мира. Абаддон и Магнус были моими верными соратниками. Они воевали рядом со мной, нагибали целые миры. И именно их души теперь обитали в телах этих маленьких засранцев.

Я понимал, что до полного пробуждения их памяти ещё далеко. Слишком много времени прошло с тех пор, как они погибли в моём прошлом мире. Но даже сейчас, в этом полузабытьи, они могли стать ценными помощниками. Они уже сейчас могли командовать моими големами, обучать и вести в бой.

Я подошёл к ним и, положив руки им на плечи, сказал:

— Рад снова видеть вас, генералы. Нам предстоит много работы.

Отправить