Глава 17

Рылеев Ярослав Самуилович участвовал в начавшемся сражении в одной из пограничных губерний Российской империи. Рядовой перебирался по лесу вместе с остальными отрядами.

Мокрые ветки хлестали по лицу, сапоги Рылеева вязли в раскисшей от дождей земле. В этой части империи снег ещё не выпадал.

А на имперских солдат наступала объединённая армия «Нового рассвета» и не давала им продвинуться дальше — к границам, которые и надо было отстоять.

Сражение шло вовсю уже третий час. Ярослав Самуилович потерял счёт времени, ибо в бою минуты растягиваются в часы, а часы сжимаются в мгновения. Он помнил только грохот, вспышки, крики и постоянное, изматывающее напряжение.

Над головой Ярослава Самуиловича только что подбили вражеский вертолёт. Кто-то из Одарённых бросил огненное копье и попал точно в хвостовой ротор.

Вертолёт закружился в небе и начал стремительно падать, оставляя за собой дымный извивающийся след. Вертушка грохнулась о землю где-то рядом, и вверх потянулись языки пламени.

Ярослав Самуилович позволил себе секунду мрачного удовлетворения. Одним вертолётом меньше — значит, меньше пулемётных очередей сверху.

Однако через пару минут Ярослав Самуилович с ужасом увидел, как вражеские самолёты сбрасывают снаряды прямо над ним. Бомбы отделились от крыльев и понеслись вниз, к земле. Но не успел он опомниться, как один из Одарённых отправил в снаряд ледяное копье, и взрыв произошёл прямо в воздухе, над головой солдата. И основная масса смертоносного металла ушла вверх и в стороны, не достигнув земли.

Пронесло…

Однако враги били не столько оружием, сколько магией. По первым рядам имперских войск нехило прилетело разрядами молний, и только артефакторная защита спасла солдат от неминуемой гибели.

Но артефакты не вечны, это и пугало. Ярослав Самуилович машинально коснулся собственного амулета. Индикатор показывал семьдесят процентов. Пока нормально.

Ярослав Самуилович понимал, что магия скоро и до него доберётся. Ведь он самый обычный солдат, у которого в руках лишь передовая модель автомата. И как бы хорошо он не умел стрелять, от Одарённых это не спасет.

Вот щупальца молний потянулись дальше, и у Ярослава Самуиловича застыл в горле ком.

Один удар, и сосна раскололась пополам, рухнув с оглушительным треском. Разряды пронеслись всего в нескольких метрах, и Ярослав Самуилович не знал, как от них отбиваться.

Позади было пожарище, отделяющее его от другой группы бойцов, туда не отступить… И что делать?

Не стрелять же в молнию!

Только Ярослав Самуилович об этом подумал, как рядом появился один из офицеров. Тоже Одарённый молниями.

Поджарый капитан встал перед рядовым и поднял руки к небу. Всё происходило очень быстро, и Ярослав Самуилович даже не успел понять, что конкретно офицер делает.

Всё выглядело так, словно он отправил к разряду свою собственную молнию и как-то перенаправил широкий поток разрядов к серому небу. Наверху что-то громыхнуло. А потом заморосил дождь.

— Цел? — коротко спросил капитан, не оборачиваясь.

— Так точно, — хрипло ответил Ярослав Самуилович. — Благодарю, господин капитан.

— Не за что. Двигай вперёд, рядовой. Граница сама себя не защитит.

Рядовой кивнул офицеру и отправился дальше. Укрывался за деревьями и стрелял во врагов. Пару раз даже попал. Причём один — в Одарённого! Какой-то вражеский маг выскочил из-за дерева, готовя огненный шар, и Ярослав Самуилович на чистых рефлексах всадил в него очередь.

Вокруг повсюду раздавалась пальба. Рядовой смог продвинуться не дальше, чем на сто метров вперёд.

Но когда врагов стало меньше, а вперёд пошли имперские Одарённые, Ярослав Самуилович смог выкопать себе небольшой окоп, одноместный. И залёг там.

Рядовой вёл прицельный обстрел минут тридцать, пока к нему в окоп не запрыгнул человек. И Ярослав Самуилович узнал его.

Это был Пашка Соловьёв, с которым они вместе проходили учебку. Потом их распределили в разные роты, но иногда пересекались на построениях и в столовой.

— Здорово! Ты как тут? — сразу спросил он.

— Видимо, лучше, чем ты, — пробормотал Ярослав Самуилович, видя, насколько потрёпанный вид у бойца.

А левая рука была вся в крови, причём непонятно, кому она принадлежала. То ли самому Пашке, то ли кому-то из врагов.

— Ну… можно я у тебя тут немного посижу? — ухмыльнулся Пашка.

— Тесно тут, конечно… Неудобно. Но сиди, — неохотно разрешил Ярослав Самуилович.

Знакомый тут же начал делать себе перевязку. Видимо, его подстрелили и пуля прошла по касательной. Но с первой помощью этот человек мог справиться и сам.

Потом он достал из кармана формы квадратный артефакт и выругался:

— Собака! Полностью разрядился! А ещё перегорел.

Достал второй артефакт, этот уже скрывался как часть формы.

— Блин, тонизирующий тоже почти пуст, — пожаловался Пашка. — Три процента осталось. Это на пять минут, не больше.

Он сложил артефакты в подсумок. Согласно распоряжению свыше, разные артефакты должны располагаться в разных карманах. Но как только разряжаются, их лучше убрать. Чтобы не добить окончательно и потом перезарядить на базе.

Солдат проверил патроны. И вывод тоже был неутешительный:

— Почти пустой… Слушай, а может, у тебя есть чего? Хоть один магазин?

Ярослав Самуилович переживал, как бы самому хватило.

У него оставалось три полных магазина и один наполовину пустой. Отдать один — значит уменьшить свой запас на четверть. Но бросить своего человека без патронов — это вообще не вариант.

— Держи, — он протянул Пашке один магазин. — Только экономь.

— Спасибо, брат, — Соловьёв благодарно кивнул и убрал магазин в разгрузку.

А тем временем Пашка достал из подсумка запасные артефакты. Всем солдатам выдавали также второй комплект.

Артефакты находились в специальных упаковках из заряженной магией ткани — она предотвращала разрядку. Говорят, ткань эта в изготовлении довольно простая, поэтому снабдить ей каждый экземпляр было нетрудно.

Новый квадратный артефакт загорелся в руках знакомого. Значит, активация прошла успешно.

Потом он достал другие и рассовал их по нужным карманам. Затем достал небольшую походную аптечку, нашел там автоматический шприц и сделал укол себе в больную руку. Рана стала стремительно затягиваться.

Лицо знакомого сморщилось от боли. Он стиснул зубы. Но не издал ни звука.

Через пару минут всё закончилось. Пашка осторожно пошевелил рукой, проверяя подвижность.

— Нормально, — констатировал он. — Работает.

— Это хорошо, — Ярослав Самуилович снова выглянул из окопа. Пока тихо. Относительно тихо — пальба продолжалась, но не рядом. — Что там впереди?

Пашка тут же помрачнел.

— Впереди… через сто метров полная жопа. Враги прут по полной программе, но мы ещё держимся, — сообщил он.

И эта новость Ярославу Самуиловичу очень не понравилась. Он, как и любой другой человек, боялся за свою собственную жизнь. Однако Ярослав Самуилович отступать не собирался. Он считал своим долгом защитить Родину.

И город, где живут его родители и сестра с семьей. Он тут всего в тридцати километрах находится. Ярославу Самуиловичу очень не хотелось, чтобы семья лишилась дома. Муж сестры вон еще ипотеку за квартиру не выплатил… Глупая мысль, конечно. Но почему-то именно она пришла в голову.

— У меня есть где-то десять минут на восстановление. И отправляюсь обратно, — тяжело дыша, сказал знакомый.

Регенерация проходила болезненно. Слишком быстро срастались раненые мышцы и кожа.

— Я слышал, что и в других приграничных губерниях такое же творится, — поделился Ярослав Самуилович.

— Да, такое же, — кивнул Пашка. — Но нам какая разница? Нам главное — тут границу удержать. Позади наши все.

— Но мы-то справимся, — Ярослав Самуилович искренне в это верил.

— Я тоже так считаю. Император Романов обещал, что справимся.

— Это да, — уверенно сказал Рылеев. — Дмитрий Романов всегда своё слово держит. По крайней мере, он ещё ни разу народ не обманывал.

Это была правда. Молодой император, несмотря на возраст, успел заработать репутацию человека дела. И народ империи его любил.

Слева раздались звуки проезжающей тяжелой техники. А затем выстрелы из крупнокалиберного орудия.

Потом по рации пришёл сигнал:

— Всем лечь! Даже на метр над землёй никого не должно быть!

Ярослав Самуилович и его знакомый сразу пригнулись. Хотя и находились ниже уровня земли — в окопе.

Через пару минут началась пальба из шестистволок. Ярослав Самуилович узнал этот звук. На тренировочной базе наслышался.

Орудия быстро начали выкашивать лес и всех, кто тут находился. Только сам полог был не тронут, где и скрывались имперские солдаты.

Пули свистели над головой. А потом где-то впереди раздался очередной взрыв. И снова звуки проезжающей техники.

Вокруг творился полный хаос войны. Но имперцы должны победить. Или же этот лес станет бойцам могилой.

* * *

Я стоял рядом с Ариадной Мегали в её кабинете, в греческом дворце.

Судя по итогам прошлого сражения, часть точек, где высаживался враг, всё-таки удалось отбить. Это где-то восемьдесят процентов.

Но оставались ещё двадцать, где врагу удалось закрепиться. И отряды отправились дальше — в глубь, к городам.

Однако это не проблема, поскольку этот момент тоже был продуман. Так что эти двадцать процентов составляли часть моего плана.

Это скорее обычная случайность, что они выжили, с такими силами враг уже не сможет нанести серьёзный вред моим глобальным планам.

А вот что хорошо — нам удалось захватить множество военных кораблей и переправить их в Российскую империю. Правда, с деталями к ним будут проблемы, но это проблема решаемая. Главное, что суда теперь принадлежат нам, а не «Новому рассвету».

— Дмитрий Алексеевич, — греческая королева обратилась ко мне, вырывая из раздумий. — Смотрите, у вас же в стране сейчас творится полный хаос. «Новый рассвет» атакует прямо сейчас с четырёх сторон, не считая открытые ранее фронты. Бои идут почти на всех границах европейской части страны.

— И что из этого следует? — задал я наводящий вопрос.

— Не логичнее ли, чтобы император сейчас находился в своей стране? И действовал там?

Я покосился на королеву, и она немного смутилась.

— Нет, я, конечно, не против, что вы здесь, — продолжила она. — Но мне интересно узнать, почему так?

Многим непонятно происходящее у меня в голове. Но мало кто решается спрашивать. Ариадна Мегали была смелее многих.

— Там справятся точно, а вот здесь — я не уверен, — серьёзно ответил я, переводя взгляд на интерактивную карту на стене, где отображалось передвижение врагов. — Я нахожусь в тех местах, где добывается не локальная победа, а стратегическая. Где все действия происходят в глобальных масштабах.

Королева тяжело вздохнула, осознавая всю серьёзность происходящего сейчас в её стране.

— Хотя бы радует то, что Греция участвует в этих стратегических и глобальных делах.

Но, судя по тону, её это совсем не радовало. Ариадна Мегали была одной из немногих правителей, кто желал покоя своей стране, а не войны и расширения территорий.

Она тоже взглянула на карту. Затем подняла планшет и грустно посмотрела на приходящие туда ответы от разведки и командования.

Ариадна Мегали понимала, что последствия происходящего ей потом придётся очень долго разгребать.

В принципе, в Греции я уже планирую скоро заканчивать, но есть ещё некоторые подозрения и догадки, которые могут всё кардинально изменить. Например, если в войну вмешаются некоторые силы, мне следует быть на месте.

Потеря Греции — это максимально плачевная ситуация, которая может случиться. Поскольку как минимум подорвёт доверие от немногочисленных союзников. Да и в будущем грозит некоторыми бедами для моей страны. Поэтому я и стараюсь, чтобы здесь всё было хорошо.

Также есть вариант, что если Греция будет захвачена, то каждый житель в этой стране станет солдатом. Конечно, не по своему желанию.

Другие варианты развитий тоже имеются. Но о них я сейчас вспоминать не хотел — там сценарии куда радужнее для обеих стран.

Через некоторое время мне пришло сообщение, что на одном из берегов требуется моё внимание. Я сразу спросил: есть ли там камеры. Но мне ответили, что сейчас там ничего нет.

Больше разведка мне ничего не ответила. Видимо, связь смогли заглушить.

— Алина! — позвал я.

Девушка тут же выскочила из моей тени.

— Слушаю ваш приказ, господин! — она широко улыбнулась и играючи отдала воинское приветствие.

— Отправь кого-нибудь вот сюда, — я указал участок на карте. — Мне нужна видеосъёмка с этой местности. Хочу знать всё происходящее.

— Сейчас всё будет, господин! — радостно заявила она и снова нырнула в тень.

Через десять минут мне пришло приглашение на планшет присоединиться к прямой трансляции. И я подключился.

Мы вместе с Ариадной Мегали принялись наблюдать, как на пляже из семи открытых порталов выходят вражеские солдаты. Очень много. А вместе с ними и военная техника.

— Если они сейчас отправятся в Глифаду, это будет настоящая катастрофа, — нервно сказала королева. — У нас там практически нет гарнизонов. И перекинуть сейчас силы тоже неоткуда. Так, чтобы это в будущем не повлияло на исход войны. Нет, конечно, есть те, кто сражались на пляжах совсем недавно, но эти бойцы уже устали. И если мы сейчас их отправим, чтобы отбить нападение, то нашей потери будут около пятидесяти процентов.

Это слишком много. Я не собирался отправлять людей на верную смерть. И судя по взгляду королевы, она рассуждала так же.

У меня вообще такая позиция, что норма потерь — это два процента в самых жестоких сражениях. Максимум — пять. Всё остальное — полный провал.

Глифада очень важный греческий город, где располагаются не только курортные зоны, но и множество пищевых производств в окраине. Если его захватят, то это грозит стране голодом. Тогда Российской империи придётся тянуть ещё и Грецию на своих плечах.

Вот Австрия уже потихоньку встаёт на ноги во всех планах. Но никак не может окончательно оправиться, поскольку Германская империя постоянно мешает.

Не хотелось бы повторения сценария с Грецией.

— Значит, сейчас мой выход, — заявил я после секунды раздумий.

Под ошарашенный взгляд королевы я открыл портал и ушел. Вышел в командном штабе моих резервистов. Подошел к своим командирам и сообщил:

— Пора действовать по плану «У страха глаза велики». Полная готовность.

— Слушаемся, Ваше Императорское Величество, — ответил мне один из генералов.

Отдав этот приказ, я открыл себе портал ближе к тому берегу, где сейчас выходили вражеские войска. Затем нырнул в тень и переместился на нужную точку.

Начал открывать порталы. Первый. Второй… Четвертый…

Так я смог открыть около сотни. Тяжеловато было их удерживать, но куда деваться. Благо Кодекс Первого Императора щедро делился энергией.

Из некоторых порталов сразу начали выходить войска моих резервистов, которые только и ждали момента, чтобы наконец поучаствовать в войне. Скорость переброски была значительно выше, чем у врага благодаря количеству порталов.

Бойцы выходили в такой позиции, которая была крайне невыгодна для врага. Мы находились на возвышенности, а солдаты «Нового рассвета» — внизу.

Конечно, нас сразу заметили. И началось сражение.

Среди моих бойцов были и Одарённые, и все солдаты имели особый набор артефактов.

Однако подкрепление от «Нового рассвета» продолжало выходить. И сейчас численный перевес был на стороне врага. Их в пятнадцать раз было больше.

Я не стоял в стороне, а тоже пару раз ударил магией по врагу. Использовал одноразовый дар и наслал стену огня по только что вышедшему отряду.

Потом создал небольшое землетрясение в низине, и бойцы «Нового рассвета» были на пару минут дезориентированы, что дало нашим хорошую возможность для обстрела сверху.

Затем использовал ещё одноразовый дар льда и заморозил десяток врагов. Даже если эти статуи растают под палящим солнцем Греции, то за это время заточённые внутри уже умрут от холода.

Конечно, это всё было незначительно для многочисленного противника. Но тоже дало результат и слегка помогло моим людям.

Мои бойцы бились хорошо. Настолько, что в один момент враг начал отступать через эти же порталы. Сказалась хорошая подготовка и экипировка моих солдат и усиление некоторых Одарённых. Мы в меньшей численности оказались сильнее и хитрее.

Я похвалил своих солдат с успешным завершением операции, после чего отправился обратно к королеве Греции.

Сперва рассказал ей о положительном исходе операции. И снова увидел на её лице не то радость, не то недоумение.

— Скорее всего, здесь всё уже решено, — сказал я ей.

— И что будет дальше? — с интересом спросила она.

— Отправлюсь в Москву. А остальных ты и без меня добьёшь, оставлю тебе часть своих войск. Используй с умом. И слишком быстро не побеждай. Пока здесь идут сражения, на вас никто внимания особого обращать не будет. А как только всё закончится, то поймут — нужно снова чем-то занять.

— Скажите, Дмитрий Алексеевич, — задумалась Ариадна Мегали. — Как вообще так случилось, что враги убежали?

— Сто порталов против их семи, — пожал я плечами. — Они наверняка думали, что у нас и солдаты из всей сотни должны выйти. На самом деле — нет. Там всего было две тысячи солдат, но выходили они очень неспешно. Ряды были растянуты. А потому казалось, что идет переброска больше пятидесяти тысяч. Поскольку никто больше не будет тратить столько энергии на поддержание сотни порталов, просто чтобы их открыть.

— Понятно… Вы их просто обманули, — усмехнулась королева.

— Скорее ввёл в заблуждение, проведя тактический манёвр.

Ариадна Мегали покачала головой и ответила:

— Опасный вы противник. Но отличный союзник. Не переживайте, я здесь всё сделаю. И спасибо за помощь.

После завершения разговора я через портал отправился в столицу Российской империи. Там получил новость от Лаврентьева, который пришёл в кабинет, как только узнал о моём прибытии:

— Ваше Императорское Величество! Случилось кое-что ужасное. На Дальнем Востоке сейчас шесть вулканов разом начинают извергаться!

— Это не ужасное, а обычный вражеский ход. Вообще должно было быть больше вулканов. Но мы всё-таки выставили охрану возле опасных объектов империи, и, видимо, они смогли не допустить катастрофы. Впрочем, будем разбираться с тем, что есть. У меня хотя бы есть время кофе выпить? — тяжело вздохнув, спросил я.

Лаврентьев открыл рот, чтобы ответить, но в кабинет постучали. Я разрешил войти.

— Ваше Императорское Величество! Ещё на две губернии напали! — спешно сообщил он.

— Понятно, — хмыкнул я. — Значит, без кофе.

Улыбнувшись, я принялся разбираться с делами.

Отправить