Глава 4

— Вот скажи мне. Зачем ты опять полез? Снова напрашиваешься? — мужчина средних лет, в строгом костюме и с бокалом игристого вина в руках, строго посмотрел на низенького и довольно плотного старика, тоже в строгом костюме.

— Ага, как же! — возмутился тот. — Это мои земли! Всегда были моими!

— Да когда они были твоими? — первый даже опешил от такой наглости. — Ладно… — выдохнул он. — Мы уже год воюем, и ни к чему не пришли. Предлагаю решить всё миром. Деревня Сивовка пусть отходит тебе, а мне Кипушино. Идет?

— Вот это другой разговор, — старик протянул руку, и договор был подкреплен рукопожатием. — Мы заключили договор о мире при свидетелях! — повторил он уже громче, привлекая внимание остальных.

А собралось здесь довольно много людей. Человек тридцать, и все аристократы города Архангельск. Встречу устроили в роскошном особняке в самом центре города и пригласили на нее, в основном, «своих». Примерно половина аристократов, но лишь самые влиятельные.

Такие собрания устраиваются раз в полгода, и они помогают утрясти различные вопросы, что копятся с течением времени между обладающих властью людей. Это не бал, развлечений тут практически нет. Разве что фоном играет ненавязчивая легкая музыка, и посередине просторного помещения установлен стол со всевозможными вкусностями. Также есть сцена для обращения сразу ко всем, и несколько столиков с комфортными креслами в углу комнаты.

В основном, конечно, люди здесь просто общались, хвастались новыми приобретениями и просто справлялись, как дела у соседей. Но и по делу разговоры тоже были. Так, например, мэр города снова поднял вопрос об участившихся случаях открытия порталов сопряжения.

— Господа, давайте не будем уже оставаться в стороне! — явно с укором оглядел он всех присутствующих. — Выделяйте больше средств на борьбу с сопряжением, иначе потом не разгребем последствия.

— Я давно говорил, страдают мирные люди, — послышался густой бас и все оглянулись. Около стола с едой стоял грузный высокий мужчина. — И сейчас мы должны выдать компенсации пострадавшим. А пока это делаем мы только с Конаковым.

Старик же на собрание не явился, сославшись на то, что у него сейчас слишком много дел. Да и не видел в этом смысла, договариваться здесь не с кем. Много раз пытался, и всё без толку. Почти каждый здесь присутствующий давно сожрал бы его Род, если бы на это было достаточно сил.

— Ха, компенсации, — усмехнулся кто-то из собравшихся. — Плетей им надо дать, а не денег! И пусть работают дальше!

— Ты бы лучше заткнулся, чем глупости говорить, — пробасил Верзилин, тот самый тучный мужчина. — Не упивайся властью и не наглей. Или ты забыл, что наша власть основана на простых людях?

— Ой, да что те люди, — махнул рукой тот, в ответ на что Верзилин тяжело вздохнул.

— Да уж, понятно, почему ты такой нищеброд.

На самом деле, эту тему поднимали уже давно, и потому аристократы практически единогласно решили повысить финансирование служб противостояния порталам сопряжения. Выделить бойцов, технику, закупить средства обнаружения. Они понимали, что если ситуация выйдет из под контроля, им самим придется терпеть серьезные убытки.

— Прошу прощения, господа! — барон Гришанов поднял руку, привлекая всеобщее внимание. — Но я хотел спросить, до каких пор будет этот беспредел?

— Валентин, ты выпил лишнего? — усмехнулся мэр Гушин. Хотя в мыслях сразу всплыло воспоминание, как недавно у него украли гусей. Кто, почему и зачем это сделал никто так и не смог понять, а лучшие ищейки в регионе просто развели руками. Гуси испарились, и всё тут. Видимо, перелётными выросли. — Какой еще беспредел? О чём ты? В нашем городе всё спокойно и хорошо!

— Да, и при этом один аристократ делает, что хочет, — кивнул барон. — При всем уважении, господин Гушин, но я не понимаю, как вы этого не замечаете.

— Да какой аристократ? — удивился мэр, хотя некоторые из собравшихся сразу поняли, о ком идет речь.

— Граф Булатов. Непонятно, откуда он взялся, но его поведение ни в какие рамки не лезет. Отобрал у меня шахты, хотя они должны были работать на нужды города и Империи, — Валентин сейчас ликовал, так как смог представить свою позицию в лучшем свете перед собравшимися здесь могущественными людьми. — На Снегирёвых напал просто так. Только потому, что у них началась междоусобица.

В общем, барон говорил и говорил, рассказывая о всех грехах Булатова. И выставлял это так, словно граф сам на всех нападает, просто потому, что так ему хочется. Как он убивал невинных гвардейцев, что пришли на его земли, как атаковал земли, что ему сейчас не принадлежат. А вот о том, что эти земли уже сотни лет были имуществом Булатовых и лишь недавно их захватили, напав исподтишка, Гришанов решил умолчать.

Впрочем, об этом все и так знают, просто не придают этому значения.

— А заметили, что в последнее время в самом Архангельске постоянно что-то происходит. То склад сгорит, то еще что, то нападения на магазины, — вспомнил барон. — При этом у самого Булатова откуда-то появляется новая техника, оружие. Замок свой убогий, вон, отстраивать начал, трубу какую-то уродскую поставил.

— Сдается мне, это всё же башня, — усмехнулся один из аристократов, что тоже видел фото новых построек. — Ему же Конаков помогает, видимо его спецы и построили, что башню, что стену…

— Да, но откуда столько денег? — задал риторический вопрос барон. — Сдается мне, этот гадёныш ведет грязную игру.

— А ты чего так напрягся? — хохотнул Верзилин. — Или боишься, что твое место займет?

— Ты о чем? — делано удивился Гришанов, но здоровяка это не проняло.

— Да всё ты знаешь, — махнул он рукой. — Или хочешь поговорить об этом прямо сейчас?

— Ладно, хватит ругаться, — остановил не начавшуюся перепалку Курчатов, что также присутствовал на этом собрании. — Нельзя обижать слабых. У Булатова и так проблемы, зачем добивать и без того почти вымерший Род?

— Граф, я всегда поражался вашему милосердию и доброте, но Булатов — это дикий зверь, которого надо усыпить. Он неадекватен, нападает на всех подряд! — Валентин старался показать своего врага в наиболее невыгодном свете, и у него это получалось, но не так, как ему хотелось бы.

— Валентин, во-первых мы выслушали лишь твое мнение, Снегирёвой здесь, к сожалению, нет, — Курчатов сделал маленький глоток, и по-доброму улыбнулся. — А во-вторых, у нас нет никаких доказательств. А будь они, я бы сам лично остановил его, — пожал он плечами. Давайте не будем делать поспешных выводов, мы же все соседи, нужно быть добрее друг к другу.

— Но как это терпеть? — выкрикнул барон, но снова встретившись взглядами с графом, сразу сник. А спустя секунду на его лице появилась довольная ухмылка. — А как вам такие доказательства?

В руках Валентина появился телефон, где он сразу начал воспроизводить запись. На ней можно было увидеть падение самолета, после чего запись «неожиданно» прервалась.

— Так вот где он! — воскликнул один из присутствующих, мужчина лет пятидесяти, высокий и худой, всё лицо испещрено морщинами, а взгляд цепкий и хитрый.

— Граф Водонаев? — удивился Гушин, — Что-то не так?

— Это мой транспортник! — тот ткнул в экран. — Точно говорю, мой! Вчера мои люди потеряли с ним связь, и никак не могли найти место крушения. Барон Гришанов, давайте обсудим с вами компенсацию. Я бы хотел забрать свой самолет с ваших земель. Думаю, насчет суммы мы точно сойдемся.

— Я бы с удовольствием предоставил вам его бесплатно, — пожал плечами барон. — Но Булатов… Он вероломно вторгся на мои земли и расстрелял экипаж вашего самолета. Мои люди пытались защитить их, но сами понесли потери. И сам самолет теперь находится у него.

Водонаев стоял, сокрушенно мотал головой, охал и обильно потел. Всё потому, что он действительно не знал, куда ночью летали его самолеты. Дал сыну-идиоту указание испытать четыре новые игрушки, а тот, придурок, полетел бомбить первого попавшегося слабого аристократа! Мол, для верности эксперимента. Хотя сам граф был уверен, что самолеты отправятся выпускать боезапас в какую-нибудь гору. Просто проверить летные характеристики и атакующую мощь. В итоге, вернулись только два самолета.

Валентин же не стал говорить, что экипаж боевой машины убили его люди. Ведь если бы самолет не забрал Булатов, то видео его крушения никогда и нигде бы не всплыло.

— А теперь предлагаю посмотреть еще одно видео, — барон включил ту запись, которую просматривал всю ночь, до самого утра.

— Ухх… — разом выдохнули аристократы, удивившись произошедшему на экране телефона.

Они несколько раз пересмотрели запись, после чего по очереди высказали согласие, что этого графа надо устранять. Действительно, крайне нехороший человек и очень опасный для общества. Таких надо наказывать, как можно быстрее и решительнее. И они не должны существовать на этой земле.

На самом деле, каждый подумал, что у этого графа есть могущественные артефакты. Ведь как иначе можно создать каменную руку с оттопыренным средним пальцем, что способен пробить насквозь тяжелый трехствольный танк?

— Думаю, он связался с иномирцами… — заключил Гушин, — Что ж, надо подумать, что нам теперь делать.

* * *

— Урр… — прямо передо мной на стол плюхнулся Курлык и жалобно проурчав, сделал вид, что потерял сознание.

На самом деле видок у него, и правда, не очень. Бедолага, может зря я его так…

Еще недавно он выглядел, как здоровый обычный голубь, упитанный, с отличными гладкими перышками. Теперь же кости выпирают из-под тонкой кожи, перья опадают и взъерошены. Не знаю, как живым сюда добрался, но похудел он точно раза в три.

Следует аккуратнее обращаться со слабительным заклинанием, оно куда опаснее, чем кажется. Зато пернатый засранец так обильно оросил самолет изнутри, что у того не осталось и шанса на продолжение полета.

— Ладно, — прошелся по голубю волной живительной силы. — Передай Тимофею, что один из амбаров я выделю под твои нужды.

— Ур? — пернатый тут же подскочил, а на его глаза навернулись слезы. Хм… А разве голуби умеют плакать? Впрочем, неважно. Таким счастливым я его еще никогда не видел. — Ур урурур ур? — уточнил он, правду ли я сказал.

— Да, один амбар. Можешь склевать там хоть всё. Только не забывай, куда следует девать переваренную пищу.

— Ур уруру ур! — козырнул он крылом, сказав, что всё зерно будет переработано и доставлено на головы врагам.

Сразу и силы появились, и выглядеть голубь стал лучше. Так что получив от меня разрешение, пернатый тут же направился осматривать свои новые владения. Я же отвлекся на звонок, а то очень уж настойчиво вибрирует телефон.

— Добрый день, герцог!

— Булатов… — спокойно проговорил Конаков. — Я не понимаю, как и почему… Но у тебя опять большие проблемы. Каким образом ты наживаешь себе так много врагов?

— Да вроде и не наживал… — прокрутил в голове последние события. — Так, немного барона потрепал, не более…

Как оказалось, аристократы Архангельска иногда собираются вместе и обсуждают последние проблемы. И в этот раз они обсуждали, в основном, меня и способы устранения такой занозы, как Булатовы.

— В первый раз не пошел на это сборище, — сокрушался Конаков. — И вот чем это закончилось… — он тяжело вздохнул. — Я понимаю, что барон тот еще гнида, но это уже не шутки.

— Да что такого? Я даже не понял, чьи самолеты сбивал, если ты об этом, — развел я руками. — Но если это кто-то важный, пусть присылает новые самолеты, я и их собью.

— Да плевать на самолеты! На видео попал момент, когда твой человек применил мощный атакующий артефакт! — воскликнул старик. — И теперь за тобой могут приехать даже люди из других городов. Нельзя показывать такие вещи, теперь все захотят получить себе такое.

На некоторое время герцог задумался, прокручивая в голове разные варианты. Я же не стал ему мешать. Ведь на мои планы эти новости влияют не сильно.

— Как вариант, могу купить у тебя все эти артефакты. Всё официально заключим, а на меня никто не полезет, испугаются, — в этот момент я рассмеялся. — Хотя… Что-то я в этом уже не уверен… — тяжело вздохнул Конаков. — Всё зависит от того, какие у тебя там артефакты. С другой стороны, какая разница, какие? Эти стервятники сами себе придумают, что угодно.

— Спасибо, герцог. Очень ценю, но пожалуй, сам разберусь. — тоже задумался на секунду. — Единственное, если можно, я бы хотел попросить увеличить поставки камня.

— Во сколько?

— Раз в двадцать, хотя бы. Если можно больше, буду только рад, — на том конце провода закашлялись от неожиданности.

— В четыре раза попробую увеличить, договорились, — придя в себя, ответил Конаков. — Но ты береги себя. В случае чего, могу предоставить твоему Роду убежище. Главное, не рискуй понапрасну, ты еще мою внучку до конца не вылечил.

Понятно, что он будет переживать за свою внучку. Но как мне кажется, моя судьба ему тоже небезразлична. А ведь это для меня неплохой шанс.

— Герцог, я не привык бегать от проблем. Так что и эти встречу с гордо поднятой головой.

— Не дури, Булатов. Просто, не дури! — пробасил герцог. — Против тебя весь Архангельск, не забывай об этом.

— Не вижу в этом ничего страшного, — и действительно, против меня изначально весь город. Экономическая блокада тоже своего рода война. — Вот если бы у меня был доступ к магазинам и аукционам.

— Говори, что тебе надо купить, — вздохнул Конаков, поняв, к чему я клоню.

А я и не клонил, особо. Прямо говорил, а теперь стал перечислять всё необходимое для ведения нормальной полномасштабной войны. Электроника, запчасти, топливо, боеприпасы. Всё это приходится закупать в других городах, и вывозить достаточные объемы крайне проблематично и дорого.

— Боеприпасы купить для тебя не смогу, слишком строгий контроль за закупками, — задумался Конаков. — Но поделиться из своих запасов имею полное право. Так что этот вопрос решим. А вот по запчастям… На какую технику тебе нужно?

— Ну, на самолет, например, — бедный старик снова закашлялся.

— То есть, ты правда утащил его к себе? Понятно, что смог сбить, но как ты его довез? — в этот момент он понял, что задает слишком много вопросов и отвечать на них я не буду. — Ладно, проехали. Давай список, чем смогу — помогу.

А ведь мне нужно много чего. Тот же радар попросту необходим. «Костюмы» он может и не заметить, а вот тяжелую летательную технику — вполне. Также нужно оружие, этой ночью я понял, насколько у нас в нем острая нехватка. Кабель тоже очень пригодится, ведь камеры теперь надо расставлять на самых границах. В общем, список действительно вышел большим, и мы обсудили его лишь устно. А потом Тимофей составит таблицу и отправит помощникам герцога, тогда мы и утрясем окончательную стоимость.

Пока размышлял над этим, в кабинет зашел Черномор. Но с ним разговор получился коротким, он спросил, что делать с виконтессой. А я просто махнул рукой, мол, сейчас мне не до нее. Как-никак, барон активизировался очень не вовремя. И сейчас, судя по голубиным донесениям, его войска приблизились к нашим границам.

— Кстати… — старик застыл в дверях. — Снегирёв всё! Умер в тюрьме… Несчастный случай.

Ожидал чего-то подобного. Интересно, а следователи успели его нормально допросить? Узнать, какие дела объединяли его с Курчатовым. Сдается мне, что не успели…

Отправить