Глава 16

Откуда их столько? Нет, эти черти явно плодятся почкованием, иначе не вижу причин, по которым они так смело лезут из всех щелей на верную смерть.

Вообще плевать на все потери, им просто хочется умирать и воровать всё подряд. Выбегают, умирают, выбегают, получают по башке, но успевают что-то утащить, снова выбегают, снова умирают, и так по кругу.

А ведь таких настойчивых ребят вот так, с наскока, не победишь. У них есть лишь одна цель, и она заключается совсем не в том, чтобы выжить. Нет, можно сдохнуть, но при этом желательно донести хоть какой-нибудь предмет до портала.

Но ничего, на каждую хитрую гайку найдется болт с обратной резьбой. Так и мы со временем выработали новую тактику. Теперь маги земли внимательно отслеживают появление новых порталов и практически мгновенно устанавливают вокруг них каменные короба. Забавно, когда они начинают покрываться трещинами от того, что бедолаги бьются в них лбами.

Также забавно наблюдать за теми, кто уже успел выскочить из портала, набрали в руки всякого хлама и теперь не могут вернуться, бегают вокруг короба и ругаются на несправедливость жизни.

И пусть это вторжение заставило меня понести некоторые финансовые потери, но теперь мне это даже нравится. Во-первых, потери не так уж и велики, а во-вторых… Посмотрел на гору монет и прочего добра, что растет с каждой минутой у меня за спиной. Отправленные в порталы воробьи получили от меня мощнейший импульс энергии жизни и теперь силы переполняют их. Так что пернатые опустошают вражеский мир куда быстрее, чем противник успевает туда что-то отнести.

В этом им неплохо помогают голуби, когда надо отнести что-нибудь тяжелое. Вон, например, золотую статуэтку Моргулиса притащили. Интересно, обидятся на нас за это или даже не заметят? Просто на фоне масштабов расхищения мира на потерю этой статуэтки можно даже не обратить внимания.

Видел, как группе рыцарей удалось украсть гуся… Думал отправить кого-то на подмогу, но вовремя заметил, что это майор. И главное, во время похищения он улыбался, потому приказал никому не вмешиваться.

И не зря. В какой-то момент каменный короб вокруг одного из порталов треснул и оттуда вышел тот самый майор, прихватив с собой несколько комплектов неплохой брони. А куда он бросил голых рыцарей, потом поинтересуемся у него, сейчас это не так важно.

— Значит, это ты? — послышался злобный басовитый голос откуда-то сбоку и, повернувшись, я увидел здоровенного мужика в тяжелых латах и пышном рваном плаще.

— Я? Нет, это всё Курлык, — заметил пару белых ляпок на его доспехах. — Или ты о чем?

— Ты лорд этих земель? В которые я привел свои войска и которые будут разорены! — взревел мужик. — Сразись же со мной! Победитель заберет все, проигравшего же будет ждать забвение и позор!

— Так вот кто это устроил! — схватился я за голову. — Где же ты гулял, голубчик? Я ведь искал тебя, а ты взял и сам пришел! Молодец-то какой! Ну иди сюда, скорее, давай рубиться уже!

Кстати, довольно сильный с виду противник, но это сейчас совершенно неважно. В правой руке у него массивный артефактный молот, на вид весом в пару сотен килограмм, в левой — посох, от которого так и фонит божественной энергией.

Толстые латы не пробить даже прямым попаданием из танка, а вот шлем я бы на его месте всё же надел. Понятно, что тело защищено прекрасно, да и массивные наплечники прикрывают голову по бокам, но ведь можно и по темечку получить.

— Получи же метку бедности, ничтожество! — зарычал он и бросился вперед. Я легко уклонился от удара молотом, но следом он вонзил в землю посох и активировал какое-то заклинание.

Вспышка, и из земли вокруг меня тут же выскочили металлические прутья и сцепились у меня над головой.

— Ты попался… — оскалился лорд. — Теперь эта клетка будет сжиматься вокруг тебя. И когда ты будешь обездвижен, на тебя ляжет несмываемая печать бедности. Великий Моргулис дарует ее тем, кто погряз в роскоши и богатствах, и после этого ты уже не сможешь иметь деньги! Ты избавишься от своих богатств и встанешь на путь истины…

— Ага, — пожал я плечами, спокойно наблюдая за тем, как прутья безуспешно пытаются сжаться вокруг меня, но что-то их не пускает. Какой смысл сопротивляться, когда магия и без этого не работает?

— Но… — спустя пару минут лорд начал подозревать неладное. — Почему на тебе не появляется печать?

— Тут всё просто… Я слишком богат, — усмехнулся я. — А теперь смотри, как работает голубиная печать, — раздвинул руками прутья решетки и указал пальцем на него. — Всё, наслаждайся!

— Что? Но ведь ничего не происходит, — удивился он. — И ты не использовал никакой магии. Ты что, пытаешься обдурить меня? За это…

*Кап*

— За это… — он стер со лба голубиную какулю и нахмурился. — За такую наглость я… — очередная какуля потекла у него по бровям. — Да что происходит?

— Моя метка звучит не так красиво, но хотя бы работает, — усмехнулся я, глядя на то, какая туча голубей приближается к своей законной цели.

Но я же не жестокий человек, потому приказал голубям не использовать кислоту. Она им еще пригодится, сейчас же надо не убить лорда, а унизить его.

* * *

Гвардейцы рода Ржевских никак не могли понять, что происходит и почему эта охота выглядит именно так.

— Господин! Ну куда же вы? — закричал молодой боец. — Подождите нас! Остановитесь!

— Зря стараешься, — усмехнулся командир гвардии. — Его не остановить, надо только ждать.

Они всё равно продолжили мчаться вслед за господином, но теперь относились к происходящему как-то по-философски. Просто наблюдали со стороны и старались смириться.

Правда, наблюдать за этим молча довольно сложно, ведь их господин довольно странно себя ведет. Обычно он спокоен, а сейчас… Сейчас он то обнимается со своим коротким конем, то конь сделает сальто, причем вместе с Ржевским, то споткнется и придавит господина. Но тот только смеется и радуется жизни, ему нравится всё это безумие, и этот пришибленный конь явно ему по душе.

— Но господин! У нас же охота! — попытался напомнить ему один из гвардейцев. — Все уже собрались и вот-вот начнут загонять зверя!

— Ой, да куда денется ваша охота? — усмехнулся Ржевский, выбираясь из-под упавшего на него коня. — Поохотимся еще! Корги со мной, и вместе мы победим кого угодно, лучшую дичь возьмем! — он потрепал загривок коня и помог тому подняться, после чего снова запрыгнул в седло и вместе они полезли на дерево. Всё-таки оттуда лучше видно, что там происходит вокруг и где прячется добыча.

Прошло не так много времени, как вдалеке послышались выстрелы, крики, лошадиное ржание и громкий топот могучих копыт. И если крики слышались где-то вдалеке, то вот топот довольно быстро приближался и становился всё более пугающим. По крайней мере, гвардейцы напряглись сразу и с каждой секундой напряжение лишь возрастало.

Топот становился громче, вскоре послышался треск веток и начали падать деревья. К этому моменту конь как раз слез с дерева и Ржевский, сидя верхом, достал шашку и указал на источник шума.

— Ну что? Готовы?

— Господин! Что там? — испуганно проговорил кто-то из бойцов.

— Там наша добыча! Я же говорил, что мы возьмем лучшего зверя! — зарычал Ржевский. — Так давайте же сделаем это!

— А может не надо? — только и успел проблеять тот, как из леса, ломая толстые стволы сосен, выскочил огромный вепрь.

Размером он был значительно больше крупного коня, из пасти торчали стальные бивни, копыта сверкали от переизбытка энергии. Зверь явно не из этого мира и, судя по отметинам на шкуре, даже артефактные пули не в силах пробить ее. А если и пробьют, то вепря это не особо волнует.

Вепрь выскочил из леса и охотиться на него сразу перехотелось. Но это гвардейцам, тогда как их господин не увидел в нем ничего опасного и, размахивая шашкой, бросился в бой.

— Гвардия, к бою! — взревел командир. — Защитить господина!

Оставаться в стороне они уже не могли, так что рванули вслед за Ржевским, вот только никто не знал, что делать с таким зверем. Началась шквальная пальба и по шкуре замолотили усиленные пули, но монстру было на это совершенно наплевать. Он рванул вперед и, грозно зарычав, ударил волной энергии перед собой, отбросив в сторону пятерых бойцов.

Но трезво рассчитав, что противников слишком много, развернулся и бросился прочь. Хотя, возможно, ему просто не понравилось получать по пятаку шашкой. Пусть покров и не был пробит, но всё равно было больно.

— За ним! — прокричал Борис, но гвардейцы не были с ним согласны.

— Господин! Ни один нормальный конь не побежит за этой тварью! — возмутились они.

— Зато мой побежит! — расхохотался он и Корги действительно припустил вслед за монстром.

Так что им снова ничего не оставалось делать, кроме как отправиться за безумным господином.

Они помчались по оставленной вепрем просеке и вскоре почувствовали новый энергетический взрыв. Волна прокатилась по всему лесу и пришлось ускориться, ведь где-то впереди, куда ускакал бешеный конь Ржевского, были слышны звуки боя и задорная брань господина. Если он ругается, значит, ему весело, а вот у остальных в таких ситуациях веселье сразу куда-то пропадает и наступает время для страха.

— К бою! — снова приказал командир, когда они подобрались ближе. — Оттеснить зверя! Увести господина!

— Отставить! — возмутился Ржевский, продолжив наносить удар за ударом прямо по пятаку бедного зверя. Тот пытался отвечать, но каждый раз конь умело уклонялся от ударов и спасал своего всадника. Даже умудрился разок укусить хряка, на что тот удивленно хрюкнул. — Это моя дичь! Я добуду ее! Корги, вперед!

— Игыг! — обрадовался тот и снова куснул свина за бочок.

— Господин, но это же неправильно! Против такого нужна тяжелая боевая техника! — воскликнул командир гвардии. — Давайте оставим зверя!

— Нельзя использовать технику на охоте! Это не соответствует традициям! — отрезал Ржевский. — Ничего не хочу слышать! В бой! За дичью!

— Дичи на сегодня уже достаточно! — взвыл командир, но что он мог поделать? Приказ есть приказ. Да и долг заставляет защищать господина.

Завязалось сражение и гвардейцы снова обрушили шквальный огонь на зверя, вот только ему было на это плевать. Неприятности доставляла только шашка Ржевского и удары копытами по самым больным местам.

*Хра-а-а!* — очередной рев зверя сопровождался выбросом чистой энергии, и на этот раз удар повалил несколько коней вместе с гвардейцами. Тогда как корги удивленно уставился на свина, вдохнул побольше воздуха и ответил ему той же монетой.

— Игыг! — заржал он, нанося зверю непоправимый моральный урон.

И только сейчас вепрь понял, что тут ему нечего противопоставить. Конь всё равно победит, а вместе с всадником еще и отправит его на вертел.

Так что, хрюкнув еще разок, он развернулся и топнул копытцами. Перед ним тут же раскрылся портал и свин одним прыжком скрылся в нем.

— Фух… — выдохнули разом гвардейцы. Некоторые с трудом поднимались с земли, другие высовывались из укрытий, третьи уносили раненых на безопасное расстояние. — Он ушел!

— Даже не хочу знать, откуда он взялся, — вытер пот со лба командир. Он в этом сражении выложился на полную и не мог поверить, что это закончилось. — Это же зверь минимум второго ранга класса «А»! Давно не видел таких… В прошлый раз мы с отцом встретили такого, еле успели убежать. Господин, что прикажете? Возвращаемся? Господин! Вы чего?

— Я добуду этого зверя! — зарычал Ржевский, и тут же исчез в портале. Собственно, сам портал захлопнулся тут же, стоило ему пропасть.

— М-да… — почесал затылок тот. — Ну, вот и поохотились, братцы.

— И что нам делать? — проговорил кто-то из бойцов.

— Подождем пару часов… И будем действовать по инструкции… — развел он руками, — звонить Булатову.

* * *

Моргулис пребывал в своем сверкающем золотом дворце на задворках Вселенной и прямо сейчас восседал на своем великом облачном троне.

Перед ним расстилались бесконечные карты миров и он с упоением разглядывал их, осознавая, что там живут одинаково бедные люди и прочие существа. По всем этим мирам уже прошлись верные последователи и конечно же принесли туда новый порядок. Тот что устраивает Моргулиса и отвечает всем его принципам.

На самом деле, цель его благая. Его воля требует лишь равенства, но о каком равенстве может идти речь, когда существуют бедные и богатые? Нет, это недопустимо! Все должны быть бедны! Разве что кроме самого Моргулиса, он как раз обязан купаться в драгоценностях, а золотое сияние его небесного дворца должно освещать путь верным последователям.

Рано или поздно дворец будет перемещен в центр Вселенной и каждый ее житель будет преклоняться перед невероятными богатствами божества. Но при этом все должны быть аскетами и отдавать добытое золото Моргулису. Разве это не справедливость? Еще какая! Только так можно добиться равенства! Только тогда Вселенная сможет вздохнуть свободно и забыть о прежних проблемах!

Возможно, в таком случае ее жители будут голодать и бороться за жизнь всеми силами, но ведь в этом и заключается смысл жизни. По крайней мере, так думает Моргулис, а раз он божество, значит он прав.

Богатства его стремительно растут, и это не может не радовать. Горы золота уходят в облака, но ведь этого мало! Надо больше! Вот только практически все миры на этом краю Вселенной уже разграблены и потому надо продвигаться дальше. Каждый должен встать на путь аскетизма и познать счастье бедности. Прочувствовать это.

— Ничего, мы всех научим этому, — заулыбался Моргулис. — Обязательно научим…

Он продолжил изучать карты миров, но в какой-то момент его божественный артефакт несколько раз сверкнул и передал информацию от жреца.

— М-м-м… — удивилось божество. — Даже так? Обнаружен мир классификации «А» три «Б» один? Просите распространить мою волю на этот мир? Гм…

Некоторое время он с недоверием изучал новые координаты, но с каждой минутой изучения улыбка на его лице становилась всё шире. Ведь жрец ошибся с классификацией. Глупые, но верные последователи обладают ограниченной силой, и потому они не смогли верно определить истинные богатства этого мира. Оказывается, их даже больше, чем предполагалось!

Моргулису хватает лишь одного взгляда, чтобы безошибочно обнаружить все золото и драгоценности мира, весь его потенциал. И сейчас потенциал его радовал, а от обилия ценностей на этой планете у него закружилась голова. Артефакты, золото, бриллианты… Этого добра в мире предостаточно, и особенно много его там, где высадились последователи! Такая удача случается раз в тысячелетие, если не реже!

После сканирования мира он сразу связался со жрецом и запросил больше информации.

— Скажи мне, смертный! — грозный голос Моргулиса зазвучал в голове лорда Северная Крыса. — Они сопротивляются!

— Да, Великий! — ответил тот, на что божество расхохоталось.

— Зря! Как же зря! — голос его сочился презрением. Причем презрение это было обращено как к жителям мира, так и к последователем. Их тоже надо презирать, иначе расслабятся.

Он живет на задворках Многомерной Вселенной, вот только каждый здесь знает, кто такой Моргулис. Всем известно, насколько жестока его кара по отношению к тем, кто посмел перечить его воле. Но этот мир закрытый, и потому его жители слишком глупы, они не видят дальше своего носа и не могут осознать величия Моргулиса.

— А знаешь, что? Я лично явлюсь туда в виде аватара! — рыкнуло божество. — Приготовь свое тело, я воспользуюсь им!

— Мое тело готово, о, Великий! — радостно воскликнул лорд и Моргулис отправил сознание в его тело.

— Гм… — он открыл глаза и смахнул с них какую-то белую вязкую жижу, а то ничего не видно. — Вот, значит, какой мир… — Моргулис некоторое время стоял на месте и вскоре заметил ухмыляющегося человека перед собой. — И кто же посмел сопротивляться великому уравнению? Ты, смертный? Скажи мне перед смертью, как тебя зовут!

— Михаил, — пожал тот плечами. — Булатов, если что. Обычно этого хватает.

— Ха! Червь! Нужно наказать! — расхохотался Моргулис.

— В прошлой жизни меня звали Михаэль из Ордена Иерофанта, кстати, — поправился тот. — Я честно о тебе слышал, но не помню где…

— А, Михаэль… — нахмурился он. — Иерофанты… Я о тебе не слышал… — перед глазами божества промелькнули яркие картинки. — Даже не слышал о таком… Нужно наказать. Срочно! Кого-нибудь! Вот прямо сейчас пойду и накажу! Слишком мало времени, надо идти наказывать! — на этом дух божества покинул тело лорда и вернулся в свое жилище. — С*ка! — взвизгнул Моргулис. — Я же специально на задворках Вселенной сидел! Ну почему эти дебилы полезли именно в тот мир? — он вдруг вспомнил, как один пьяный Лекарь пришел к нему во дворец и начал лопатой загребать золото из великой кучи. — Золотце мое! Как же оно теперь?

Отправить