Глава 6

Самолет набрал высоту, и мы отправились на юг. Всё было тихо и спокойно, но мне почему-то показалось, что цесаревич выглядит каким-то грустным. Впрочем, не стал его беспокоить и просто сидел, занимался своими делами. Читал новости на планшете, смотрел смешные картинки, и слушал, о чем Александр разговаривает с Громовержцем.

— А чего вы грустите, Ваше Высочество? — уточнил мужчина. — Выглядит так, будто вы не хотите лететь с нами.

— Ну, а если я, и правда, не хочу? — вздохнул он.

— Очень странно… — удивился старший оператор боевых «костюмов».

— А что тут странного?

— Ну вы же цесаревич, — развел руками тот. — Не силой же вас Михаил потащил.

В ответ Александр как-то странно посмотрел на Громовержца.

— Ну да, не силой, — как-то неуверенно ответил он.

— Так вы же наследник! Могли бы отказаться, — всё равно не понял Громовержец. Он — бывший солдат Империи, и потому для него непонятно, как сын Императора может слушаться графа. Хотя в душе он всё же догадывается. — У вас же влияние, и вы стоите выше в иерархии, как бы это странно ни звучало, — мужчина покосился в мою сторону, но я сделал вид, будто ничего не слышу. Ну погоди у меня… Будешь метать молнии и греметь громом после персидской еды, тогда посмотрим, как запоешь.

— Вот сижу тут, лечу куда-то, и сам не могу понять, как он сумел меня подбить, чтобы я даже не спорил. Я ведь только в самолете начал понимать, куда мы летим и зачем, — развел руками цесаревич. — Не знаю, какие там дела ведет Михаил, но торговаться с ним я точно не хотел бы.

Они что, серьезно думают, будто я не слышу их? Судя по всему, да. Ведь я сижу в дальнем конце комнаты, в ушах у меня наушники, а в руках планшет. Плюс немного шумят турбины самолета, а они говорят довольно тихо. Впрочем, пусть думают так и дальше. Хотя я не пойму возмущения цесаревича. Что тут такого-то? Я просто сказал ему собирать манатки и лететь вместе со мной. Он хотел открыть рот, а я не особо вежливо попросил его действовать побыстрее, не дав даже возможности ответить. Сказал, что люди ждут, а он и убежал. Правда, чтобы обойтись совсем без возражений, немного надавил на него аурой.

И вот они сидят и думают, как у меня это получилось. А ведь всё предельно просто, на самом деле. Я что, не общался с королями, императорами, князьями, патрициями, и конунгами в такой манере? Да легко! Просто к каждому нужен свой подход, и надо понимать, как надавить на человека.

Например можно подумать, что цесаревичи, по своему статусу, гордые и свободные люди. В целом это примерно так, но нельзя забывать, что они при этом привыкли подчиняться больше, чем кто-либо. За каждым цесаревичем стоит Император, который очень не любит повторять дважды. Потому я частично скопировал тембр голоса нашего Императора, и Александр на подсознательном уровне сам захотел выполнить приказ, и не стал сопротивляться. А так, со стороны разницу никто и не заметил бы.

— Слушайте, может вам гуся погладить? — предложил Громовержец.

— Кстати, я всё никак не могу понять. А чего вы прицепились к этим гусям? Почему вы все гладите этих гусей? У них же нет никаких магических способностей!

Ну, магические способности я хорошо замаскировал — это во-первых. А во-вторых — их магические способности никак не помогают успокоиться. Сам, если честно, не знаю, почему все так любят гладить гусей. Но ведь работает!

Цесаревич уже наслушался легенд о гусях, которые ходят по моему графству. Смешно было, когда Роман рассказал ему недавнюю историю. Когда привезли пятерых крестьян, которые пострадали от обстрелов. Уже не помню, в какое из сражений это было, но враги начали бить артиллерией, и нескольких человек задело осколками, а кого-то контузило. Так вот, раненый крестьянин, когда ему предложили обезболивание, предпочел взять гуся и погладить. Так ему стало спокойнее, и он легко перенес операцию, не обращая никакого внимания на боль.

А, вспомнил… Это произошло, когда у нас появилась башня демонов. Они тогда еще были смелыми и хотели захватить мое графство, но что-то пошло не так.

Вообще, пока точно не решил, что с ней делать. Демонические материалы — это прекрасно и очень ценно. Уже сейчас их собрали довольно много, но без пополнения запасов рано или поздно они закончатся, даже если экономить. С одной стороны — лучше продолжить добычу рогов и других ресурсов. Но с другой… Канал в другой план этого мира тоже ни к чему хорошему не приведет.

Проблема в том, что разрушить башню несложно. Нужно просто дойти до конца и уничтожить связующий кристалл, тогда башня потеряет подпитку из плана инферно, и ее можно будет спокойно снести. Кстати, уничтожение башни можно сравнить с игровой механикой из компьютерных игр в этом мире. Там тоже зачастую нужно выполнить какое-то задание, пройти подземелье до конца, и убить всех, чтобы закрыть его. А всё потому, что ядром подпитки является тот самый кристалл, расположенный на самой вершине здания.

Еще примечательно, что первые десять этажей башни обычно определены под склады, а остальные двадцать для других нужд. Всё это потому, что башни созданы для того, чтобы демоны могли быстро разграбить земли, забить склады, и убраться обратно в инфернальный план. Буквально за несколько дней демоны могут опустошить земли на многие километры вокруг. Разумеется, если позволить им это сделать. Мы, например, не позволили.

Так что разумно было бы разрушить башню, но и тут есть один нюанс. Дело в том, что при нарушении связи с инферно что-то может пойти не так, и излишки чуждой энергии уйдут в землю, тем самым отравляя ее. И непонятно, что будет от этой заразы, и насколько большие территории будут поражены.

— Господин! — в каюту зашел второй пилот и обратился ко мне. — Нам сообщают, что наш маршрут следования перестал быть безопасным.

— Почему же? — убрал планшет в сторону.

— По данным разведки, участок, через который проложен наш маршрут, недавно захватили персы. Сейчас там действуют диверсионные отряды и даже подразделения противовоздушной обороны, — отчитался пилот.

— А чем грозит смена курса? — уточнил я.

— Мы потеряем не более полутора часов.

— Ой, не, — махнул рукой и снова взял планшет, погрузившись в изучение смешных картинок. — Давайте напрямую тогда.

— Но это же глупость! — цесаревич не выдержал и подскочил со своего места. — Что значит, прямо? Нам же чётко сказали, что это опасно, и у них есть ракеты! Нас же собьют!

— Так, Александр, — сердито посмотрел на цесаревича. — Я здесь капитан, а не ты.

— Он здесь капитан, Ваше Высочество! — пожал плечами пилот.

Александр еще некоторое время стоял и моргал, переваривая услышанное, и больше возражений от него не поступало. Бедолага просто схватился за голову и уселся у иллюминатора, задумчиво глядя куда-то вдаль.

— Но… я же цесаревич… — едва слышно пробубнил он. Но повторить это громче не осмелился.

 

Дворец Императора

Некоторое время спустя

 

Император сидел в своем кабинете, и вот уже несколько часов подряд изучал какие-то важные документы. Но в какой-то момент он устало вздохнул, отложил бумаги в сторону, и откинулся на спинку кресла.

— Эх… Вот завидую я сыну, — задумчиво проговорил он. — Он сейчас у Булатова, проходит медобслуживание, санаторное лечение.

Старик вспомнил, как Михаил недавно прилетел всего на несколько часов, дал немного настойки, и теперь Император чувствует себя намного лучше. Былую усталость как рукой сняло, хотя раньше он списывал это на свой преклонный возраст. Даже временами подумывал сложить с себя полномочия и передать власть сыну. Но каждый раз его останавливало то, что Александр еще не готов.

А ведь если Булатов смог так поправить здоровье Императору, то насколько лучше себя будет чувствовать цесаревич, после стольких-то дней лечения? Так что старик был доволен незапланированным отпуском сына. Хотя, конечно, это неправильно. Наследник должен быть всегда занят делами, это воспитает в нем трудолюбие, и уже будучи Императором, он не будет уставать от непомерных нагрузок. Но, с другой стороны, всем людям иногда нужен отдых. Зато потом Александр с новыми силами сможет сразу включиться в работу!

Император немного посидел, глядя в потолок и размышляя о своем, после чего нажал на кнопку вызова помощника. А спустя буквально минуту в дверь постучался Игнат.

— Вызывали, Ваше Величество? — учтиво поклонился он. В последнее время помощник пребывал в прекрасном настроении, наблюдая, насколько лучше стал себя чувствовать его господин.

— Да, — кивнул старик. — Просто хотел поинтересоваться, как там дела у Сашки.

— Не могу знать наверняка, но сейчас уточню, — Игнат достал планшет и начал тыкать пальцем в экран. — У вас два непрочитанных письма. Но на них нет пометки «срочно», потому я думал прочитать их вам в пять вечера, строго по графику.

— Два письма от Александра? — обрадовался старик.

— Ну… Нет, одно от Булатова, а второе от вашего сына, — скривился Игнат.

— Эх… — вздохнул Император. — Тогда давай начнем с худшего. Читай, что там Булатов написал.

— Так… Проверка проходит успешно, Александра подлечиваю… — помощник вчитался в строки. — Провожу шоковую диагностику наружных контуров энергопроводящих систем. А можно не читать непонятные слова?

— Например?

— Ну вот, он тут на три страницы подробно описывает процесс какой-то там девальгинизации мембранул, — Игнат нахмурился и пробежался глазами по тексту. — А, нет, ошибся. В конце он пишет, что это был поверхностный рассказ, чтобы вам было понятнее.

— Но мне понятнее не стало, — нахмурился старик.

— А мне стало непонятнее, — пожал плечами Игнат. — Вот он пишет, что тому криворукому врачу, который пару лет назад лечил Александру перелом костей левой руки, нужно сломать, как минимум, ноги. И заставить прилюдно сращивать их себе также криво.

— А кто его тогда лечил? — удивился старик.

— Так императорский лекарь! — почесал затылок Игнат. — Лучший в империи. По крайней мере, я так думал раньше.

— Ладно, читай, что он там еще пишет, — отмахнулся старик. Но тоже задумался над словами Булатова.

— Дальше ничего особенного. Пишет, что работа кипит, и он готов вернуть цесаревича в любой момент. Хотя остался еще один диагноз, с которым они почти разобрались, — быстро дочитал письмо Игнат. — Как-то так…

— Ну вот! Значит, отставить тревогу. В кои-то веки Булатов написал по делу и без шокирующих новостей, — обрадовался старик. — А Сашка точно что-то хорошее написал, вот уверен!

— Согласен, вы были правы насчет Булатова. Он хоть и странный, а местами даже шокирующий персонаж, но пользы от него немало, — задумчиво проговорил Игнат, открывая следующее письмо. — Империи нельзя его лишаться, это вы верно подметили.

— Я бы придушил его давно, не будь он такой полезный, — усмехнулся Император. — Ладно, что там мой Александр написал?

— Здравствуй, отец. У меня всё хорошо, кормят отлично, консервы, вообще, класс! — зачитал первые строки помощник, а Император снова откинулся на спинку кресла и заулыбался.

— Вот как! Сразу видно, что скучает! Обычно фамильярничал и язвил, а тут вон как официально пишет! — обрадовался старик. — Эх, точно повзрослел.

— Да, точно! — кивнул Игнат. — Так, дальше… Говорит, что ему очень понравилось смотреть телевизор. И он благодарен вам за то, что запрещали раньше подолгу сидеть за просмотром сериалов.

— Хех, — довольно усмехнулся старик.

— А еще пишет, что теперь он понял, почему сильным Одаренным вообще нельзя предоставлять доступ к телевизору. А то они могут в гневе уничтожить весь мир, — удивленно прочитал помощник. — Дальше он рассказывает о том, как ходил в демоническую башню.

— Это я и так знаю. Ей, вроде, присвоили низший уровень опасности, да? — перебил его Император.

— Вот если судить по фото, то я бы так не сказал, — усмехнулся Игнат. — А если основываться на официальных отчетах, то да. Там мало демонов, и они слабы, — он снова вчитался в строки. — Отец, если честно, я думал, что в той башне и останусь. Сгину! Но только в башне я начал осознавать, насколько сложно всё в этом мире. Ведь непросто и страшно было только мне, а остальные хохотали и дразнили демонов, а также подначивали меня. Но казнить никого не надо! Очень прошу. По крайней мере, пока я здесь.

Улыбка куда-то пропала с лица Императора, и Игнат на пару секунд остановился. Просто последние сообщения от Булатова пагубно сказывались на здоровье старика. Но сейчас он даже не побледнел, так что помощник продолжил.

— И знаешь, отец? Ты мне всегда говорил, что моя жизнь важна для Империи, а я с тобой постоянно спорил. Мол, мне плевать на жизнь, и нет смысла беречь себя. Говорил, что хочу жить жизнью, полной опасностей, со всеми рисками, как и все остальные, — Игнат снова остановился на секунду, и несколько раз перечитал последние строки. — Так вот, отец! Я передумал! И это не твои слова заставили меня передумать. А разрыв десятка ракет земля-воздух прямо перед моим лицом. Но хочу сказать, что щиты личного самолета Михаила выдержали это попадание. Помнишь, ты говорил, что это невозможно? Читать дальше?

— Погоди! — Император выставил вперед руку. — Дай отдышусь… А где он вообще? Откуда там взялись ракеты?

— Судя по написанному дальше, Александр сейчас в Персии, — вздохнул Игнат и вытер пот со лба рукавом. — Можно продолжать?

— Давай… — выдохнул старик.

— Пожалуй, я всё же приму твое предложение и займу место в министерстве. Да в любом министерстве, в которое направишь. На твое усмотрение. Кроме, разве что, министерства здравоохранения, — прочитал Игнат, а Император расхохотался.

— Два года пытался убедить его! А тут несколько дней у Булатова, и всё, мой сын готов на что угодно, лишь бы быть подальше от этих его идиотских сражений! Это всё письмо? Закончил?

— Нет, тут еще несколько строк. Пишет про Булатова, в основном, — помощник быстро пробежался глазами по тексту. — Говорит, что он не трус. Просто переосмыслил жизненные ценности. А еще сказал, что Булатов практически не участвует в сражениях, но при этом от каждого его нестандартного решения появляются горы трупов врагов. И снова напоминает, что в министерство здравоохранения он не пойдет ни при каких условиях.

— Ничего, ведь есть министерство образования, — махнул рукой старик.

— Но ведь у Булатова есть и школа, и академия, и даже детский сад. — подметил Игнат. — Он с министерством образования контактирует даже чаще, чем с министерством здравоохранения.

— А я знаю, — улыбнулся старик. — Кстати, а они в Персию зачем поехали? Опять к Гордым? Какие у них там приказы?

— Сейчас… — Игнат потыкал в экран и скривился. — Пу-пу-пу…

— Вот давай без этих своих «пу-пу-пу»!

— Ну, а иначе не скажешь!

— Не, ну если он сейчас не умер, то каковы шансы, что умрет за этот день? Никаких! — Император, скорее, успокаивал себя этими словами. — Что там у Гордых?

— А Гордые на штурм идут. Сегодня, — развел руками помощник.

— Пу-пу-пу… — Император постучал пальцами по столу.

— А я о чем? — воскликнул Игнат, а Император рассмеялся. — Простите, но я не понимаю, что вас так развеселило?

— Да просто ситуация смешная. Булатов столько всего натворил, что его можно одновременно объявить и изменником и героем, — задумался старик. — Но дело в том, что он не нарушил ни одного моего приказа. Действует чётко в рамках оговоренного.

— Разве? — удивился помощник.

— Ну да! Я же сказал ему провести лечение на свое усмотрение? Сказал. И когда он в первый раз перечислял диагнозы, там было… — Император защелкал пальцами, пытаясь вспомнить то странное словосочетание. — Как там было? А! Отвага на грани слабоумия. Или геройственная глупость. По факту, Булатов просто лечит Сашку от этого.

— Как бы нам после этого лечения не пришлось лечить его заново, — помотал головой Игнат.

— Если он вдруг станет бояться и перестанет грезить армией и подвигами — я буду только за! — твердо заявил старик. — Император должен править, а не рисковать своей жизнью впустую. От его правления зависят жизни всех! И наконец Александр об этом задумался.

* * *

Мы приземлились на краю военного лагеря, и я сразу отправился на выход. Никто из Гордых даже не удивился нашему появлению. Хотя я всё-таки не стал предупреждать Коганова о своем прибытии. Подумал, а вдруг он любит сюрпризы?

Оказалось, не любит. По крайней мере, мне так показалось, стоило увидеть недовольное лицо майора.

— Ты, как всегда, вовремя, — пожал мне руку Коганов, встретив меня прямо у самолета. — Правда, мы тебя не звали. Как ты узнал, что нам скоро на штурм?

— Ну вот узнал…

— Кто-то в штабе, да? — прищурился майор.

— Ага, вроде того! — кивнул ему. После чего заглянул за спину Коганова, где мне приветливо помахал крылом гусь. Надо будет потом наградить его, хорошо работает.

— Надеюсь, что ты привез нам боеприпасов? — майор кивнул на наш пузатый самолет. — А то сам видишь ситуацию, персов тут много. Вон сколько раз тебя пытались сбить.

— Боеприпасы — это, конечно хорошо, и они у меня есть, — философски подметил я. — Но еще есть кое-что получше!

— О, ты Нурика с собой взял? Или, вселенная упаси, Мирабель? — теперь майор посмотрел на самолет с опаской.

— Нет, еще лучше! — я свистнул. — Выходи, давай!

Из заднего люка самолета показался Александр. Он немного помялся, и неуверенно пошел в нашу сторону.

— Лучше, значит… — как-то не особо радостно проговорил Коганов. — Его Высочество Александр Романов, да?

— Именно! — воскликнул я.

— А может, лучше просто боеприпасы, а? Персы на тебя уже все ракеты потратили, можешь спокойно слетать в форт и отвезти цесаревича, — предложил Коганов, но я замотал головой.

— Не-не! С боеприпасами у меня вот такое дополнение, и это не обсуждается, — усмехнулся я. — Ну что, принимаешь?

— Ладно, справимся без снарядов. Врукопашную даже привычнее, — махнул рукой майор.

— Эй! Я привез вам будущего Императора! Он будет поднимать бойцам моральный дух! — скорее всего, будет, но это не точно.

— При всём уважении, но я бы предпочел твою бешеную любительницу сериалов, — поджал губы Коганов.

— Не переживай, есть у меня еще один подарок, — похлопал я майора по плечу, а тот, с надеждой во взгляде, уставился на люк самолета.

Он ожидал увидеть моих магов земли, Нурика, ну, или хотя бы спартанских штурмовиков. Но нет, это было бы слишком банально и просто.

— «Маргарита-а-а»! — послышался рык из бездонных недр воздушного судна. А спустя пару секунд на свободу вырвался помолодевший старик с гигантским пулеметом. Теперь его оружие всё сияло от магических символов. Этот старик разок выпил с Виллсоном, и теперь его оружие приобрело немало новых возможностей.

Старик побежал вперед и начал палить из всех стволов в воздух. А майор молча проводил его взглядом, и вопросительно посмотрел на меня. Интересно, зачем он это сделал? Впрочем, судя по взгляду Коганова, у него ко мне примерно тот же вопрос.

Благо, отвечать на него не пришлось. Меня спасли персы, начав массированный артиллерийский обстрел лагеря. Гордые тут же активизировались и начали палить в ответ. Где-то вдалеке послышались крики и команды, сигнализируя о начавшемся штурме со стороны врага, и вокруг воцарился хаос. Хотя, если приглядеться, хаосом это не назовешь. На самом деле, все работают, как единый слаженный механизм, просто сразу этого не поймешь.

Можно было пойти отражать штурм вместе с остальными, но у меня есть занятия поважнее. Отправился сразу в лазарет, так как там, еще до начала штурма, накопилось немало раненых и больных. Не все могут воспринимать местную пищу и климат, потому даже крепкие организмы закаленных в боях солдат иногда дают сбой.

Цесаревича же пока отправили заниматься эвакуацией раненых. Разумеется, под присмотром моих гвардейцев. Иначе его попросту увезли бы вместе с ранеными, как можно дальше отсюда. А так, мои люди тщательно следили, чтобы Александр случайно не улетел или не уехал с очередным эвакуационным бортом. Иначе вся моя терапия будет насмарку. Будущий Император обязан лично побыть в первых рядах на поле боя, и своими глазами увидеть, к чему могут приводить приказы.

Нет, практически все заболевания я излечил еще тогда, когда дегустировал тушенку в подвале мэрии Архангельска. Но осталось одно… Правда, многие это патологией не считают, ведь подобное присуще практически многим детям правителей. Профдеформация, если можно так выразиться. Проявляется это в неоправданном героизме, желании рисковать, и жить полной жизнью в их понимании. И потому я решил сделать Империи большое одолжение. Убедить наследника престола, что свою жизнь нужно беречь, и не заниматься глупостями.

Смешно, но когда мы шли к демонам, он первым ворвался в золотые врата. И потом первый из них же выбежал. И так во многих делах. Вначале Александр даже не понял, почему враги рядом не умирают от одного его взгляда. А ведь такое бывает, когда твоей гвардии рядом нет. Хотя, разумеется, цесаревича слабаком не назовешь. Но в то же время дуэль и сражение — это совершенно разные вещи. Правда, в моем присутствии он точно не умрет. Даже если по нему разрядят прямой наводкой несколько танковых снарядов — всё равно успею его спасти. Тем более, что на цесаревиче целая груда защитных и лекарских артефактов, но об этом он не должен знать.

День пролетел незаметно, и под вечер бои начали затихать. Плюс прибыло подкрепление, привезли еще снарядов, так что Гордые смогли вздохнуть спокойно. Я же, разобравшись с последним раненым, отправился к цесаревичу. Выглядел он уставшим, но при этом довольным собой.

— Ну что, как ты? — подошел к нему.

— Нормально, — устало вздохнул Александр.

— А так и не скажешь, — присел рядом у костра и налил себе из котелка чая. — Что, отдыхаешь?

— Пытаюсь отдохнуть. Но я бы предпочел помочь ребятам, чем сидеть тут. Просто сил нету, — он отпил из помятой металлической кружки.

— А, ну так сразу и сказал бы, — положил ему руку на плечо и влил немного сил. — Иди, помогай!

— Эй! Как так? — возмутился он. Ведь теперь действительно придется снова работать.

— Ну вот так, магия, — усмехнулся я. — Давай-давай, иди! Коганов! — крикнул я. — Принимай бойца!

— Да какого еще бойца? — возмутился майор, что сидел у соседнего костра. — Это ведь будущий Император!

— Ну когда станет им, тогда и не будешь принимать, — резонно заметил я.

— Простите, цесаревич, — вздохнул майор. — Но с Булатовым тяжело спорить.

— Не тяжело, — помотал головой тот. — Бесполезно.

— О, вы уже ощутили прелесть общения с ним? — усмехнулся Коганов.

— Ага! — скривился Александр. — Я уже ему говорил, что могу затаить обиду, и когда стану Императором, прикажу казнить его.

— А он что? — Коганов сразу переместился к нашему костру.

— А он говорит, что в его власти стереть мне память, — развел руками Александр. — И вот я думаю, а вдруг он уже это делал? Или просто шутит опять?

— Михаил, вообще-то, не шутит, — помотал головой майор. — Как-то он взял пленных и пообещал мне разговорить одного сильного Одаренного перса. Все подумали, что это шутка. Но он заговорил. На нашем. Хотя раньше вообще ни слова ни понимал по-русски. И ведь он был из элитного отряда. А главное, этот бедолага имел в каждом зубе по капсуле с ядом. Все использовал, но Булатов так и не отпустил его жизнь.

— А чего он язык себе не откусил? — удивился Александр.

— Шесть раз откусывал! — воскликнул майор. — Потом надоело.

Они продолжили травить байки про меня, а я просто сидел и попивал чаёк. А заодно, чтобы как-то скоротать время, листал на планшете новости, просматривал картинки, и самые смешные отправлял Вике. Она, впрочем, тоже в долгу не осталась, и отправила мне ссылку на какой-то новостной сайт.

— М-да… — протянул я. А ведь планы придется немного подкорректировать.

Но так даже лучше. Собирался остаться тут всего на денёк, выйти в один штурм, а затем отправиться обратно, но по новостям сейчас активно распространяются слухи, что Александр после похищения слишком напуган, и где-то прячется. Что наследник оказался слишком слабым, и всё в таком духе. Мало того, что в плен попал, так еще и пропал после вызволения. В общем, началась кампания каких-то недоброжелателей, и постепенно слухи эти расходятся, обрастая всё новыми выдуманными подробностями.

Так что пришлось задержаться здесь на пять дней. Каждый день мы ходили на штурм, и я следил за тем, чтобы Александр стоял в первых рядах. Наблюдал за его действиями со стороны, но сам не вмешивался. Также заодно оказывал помощь раненым и сразу отправлял их в бой. Смешно было, когда персы смогли за один бой несколько раз ранить одного штурмовика. После нескольких лечебных процедур сам он выглядел свежим, и чувствовал себя прекрасно, а вот одежду на нем всю изорвало пулями. Зрелище не для слабонервных, конечно. Собственно, потому персы и разбежались от одного его вида.

И всё это время мы не отдыхали ни минуты. Так что деньки выдались насыщенными на события, но, в итоге, первым сдалось командование. Как обычно, в штабе не оценили наших стараний и приказали отступать. Мол, Гордые свое дело выполнили, оттянули на себя силы с других фронтов, и там войска пришли в движение.

Впрочем, я свою задачу уже выполнил, и потому не стал возражать. Попрощался с Когановым, вылечил всех больных, и усилил бойцам иммунитет, после чего загрузился в свой самолет и собрался направиться в сторону дома.

— Это… Михаил, а можно с вами? — остановил меня Коганов. А я посмотрел на лагерь Гордых.

— Ты же понимаешь, что все не влезут? У меня большой самолет, но не настолько же…

— Так ты выгрузи оттуда хотя бы половину трофеев, — предложил майор, а я аж опешил от такой наглости. Выгрузить трофеи? Да никогда!

Но и оставлять Гордых здесь тоже было неправильно. Потому пришлось сделать несколько ходок, и каждый раз нас пытались сбить диверсанты. Стало понятно, почему Коганов не хотел отправлять своих бойцов пешком. В любом случае, по пути они встретили бы засаду. Кстати, никто уже не интересуется, почему защитный купол вокруг моего самолета выдерживает столько атак. Молодцы, быстро учатся. А мне надо будет не забыть похвалить Виллсона, ведь его артефакты из демонических рогов действительно оправдывают все затраты.

Уже к вечеру самолет стал заходить на посадку, и вскоре открылся задний люк. Мы с цесаревичем вышли на улицу, и он заозирался по сторонам, не понимая, куда мы приземлились. Вокруг люди, вспышки камер, какие-то журналисты пытаются перекричать друг друга, и лезут со своими микрофонами.

— Почему вы сбежали?

— Вас пытали?

— Правдивы ли слухи, что вы теперь евнух?

— Они надругались над вами?

— Вот этого, этого, и этого! — указал я на самых наглых журналистов. — Выбрось их отсюда.

Внутри самолета заискрили два светящихся глаза, и за нашими спинами появился железный исполин, пусть и в леопардовой раскраске. Боевой «костюм» медленно направился вперед. Журналисты стали расступаться, и все вопросы мигом прекратились.

— Вы не посмеете! Я работаю в Вестнике Империи! Мы — самое влиятельное новостное агентство! — воскликнул один из них.

— Вот с этим можно грубо, — указал на него, а «костюм» отправился выполнять приказ.

Уже через минуту журналисты стали куда более вежливыми и прекратили задавать тупые вопросы, а я вышел вперед.

— Я надеюсь, больше не придется применять силу? — посмотрел на них, а те так и стояли молча. — Молодцы! А теперь посмотрите фото и видеоматериалы, — показал им планшет. На экране можно было увидеть немало кадров, где Александр в пылу сражения бесстрашно орудует мечом, вытаскивает раненых с поля битвы, и самоотверженно прикрывает от пуль офицера своим покровом.

И на всех этих кадрах самые внимательные журналисты могли увидеть, что на плече цесаревича сидит голубь в темных очках. Приставил к наследнику престола телохранителя, чтобы быть полностью уверенным в его безопасности.

— Михаил… — ткнул меня в бок цесаревич. — А ты когда успел, вообще? Там ведь война! Откуда у тебя было время фотографировать меня?

А я устроил всё это как раз с целью сделать приличное количество снимков. Потом пришлось удалить неудачные кадры, правда, но это уже мелочи.

Журналисты, тем временем, отобрали у меня планшет, и стали разбирать фотографии для первых страниц новостных лент. Не бесплатно, разумеется. Под каждой фотографией был четко указан ценник.

— Но почему вы решили отправиться на войну? Вас ведь недавно похитили! — удивился один из журналистов.

— Да! Расскажите, по какой причине вы не показывались на публике столько времени?

Журналисты снова взорвались вопросами, но на этот раз вели себя куда более пристойно. Так что не стал приказывать Громовержцу кидаться людьми. Правда, Алескандр просто стоял и смотрел на них безучастным взглядом, не отвечая ни на один из вопросов.

— Цесаревич очень устал, — прервал я журналистов. — Последние пять дней он сражался без перерывов на отдых. Так что давайте, вы зададите все свои вопросы потом. — Мы пошли вперед, к кортежу, который нас уже ждал, но в какой-то момент я остановился. — А если кто-то не верит, то можете спросить у Гордых. Их вы в обмане точно не обвините, уверен.

Напоследок кивнул своим гвардейцам и сел в машину, вместе с цесаревичем. А мои бойцы, тем временем, начали продажу новых снимков, снятых в башне демонов. И ценники там, мягко говоря, не демократичные.

Вскоре мы прибыли во дворец, где нас лично встретил Император. Он пожал мне руку, после чего мы прошли в закрытую комнату, где смогли спокойно поговорить.

— Спасибо тебе, Михаил! — искренне поблагодарил он меня. Затем мы уселись за столик, а слуги налили немного вина. Некоторое время мы просто молча наслаждались напитком. — Слушай, а можно вопрос?

— М? — кивнул я.

— А когда Сашка снова начнет говорить? — он посмотрел на цесаревича, что за всё это время не проронил ни слова. В ответ я просто пожал плечами.

— Вообще, меня жена ждет. Так что надолго задержаться не получится, — вздохнул я. — Но если хотите, могу оставить немного грибной настойки для Александра.

— Не-не! Пусть помолчит пока! — запротестовал старик. Ну и ладно, я же хотел как лучше.

Во дворце я, и правда, не задержался. Мы обсудили с Императором пару моментов о здоровье его сына, после чего меня отвезли обратно на аэродром.

А ведь я понимал, что примерно так будет. Да и Император тоже должен был понимать. Потому никто не был против, чтобы Александр на некоторое время залег на дно. Все-таки, когда такая фигура попадает в плен — появляется немало слухов. Считается, что это проявление слабости, и подобным могут воспользоваться враги.

Тогда как я решил помочь Александру начать думать о своей шкуре чуть больше. Ну и заодно вправил репутацию на место. Мне нужна сильная Империя, а это зависит, в том числе, и от репутации цесаревича. Плюс тушенка… Ее у меня много, и нужно куда-то девать. А то зря, что ли, я держал цесаревича на консервной диете, и каждый день рассказывал о том, какая она полезная?

Самолет с каждой секундой набирал высоту, следом турбины разогнались, и мы отправились домой. Я же предавался размышлениям и пытался спланировать следующие дни. Вроде бы, никаких дел не намечалось. Правда, приходили какие-то уведомления с докладами по поводу башни, но там ничего экстренного, так что оставил их на потом. Кстати, можно разобраться с ними по пути.

Но добраться до компьютера не успел. В моей комнате засверкали красные лампочки, а это значит, что сработала тревога. И спустя пару секунд влетел перепуганный пилот.

— Господин! Перед нами возникла какая-то аномалия!

— Так смените курс, — не понял я, в чем проблема.

— Не получается!

Пришлось бежать за ним в кабину, чтобы увидеть всё своими глазами. М-да… Действительно, аномалия. Самая настоящая. Но вместо испуга на моем лице появилась улыбка.

— Не пугайтесь, — я похлопал пилотов по плечу. — Это не мы попали в аномалию… А она в нас. Впрочем, так даже веселее!

Отправить