Глава 8

Хорошо, что я продумал захват города и последствия этого. Продумал настолько, что накопил некоторые запасы вина в своем доме, ведь теперь доставка не работает. Хотя нет, всё же работает, и можно послать за едой кого-нибудь из своих гвардейцев, но это всё не то.

Так что теперь мне остается просто сидеть на своем балкончике и допивать запасы, но их должно надолго хватить. Всё же в подвале дома хранится не один литр различных напитков, а я вряд ли смогу задержаться тут больше, чем на пару дней.

Как-никак, сюда выдвинулась армия под командованием какого-то нового крикливого генерала. Возможно, в обычной жизни он и не крикливый вовсе, но в этот раз ситуация почему-то заставила его ругаться. Главное, что ругался он не на меня или Коганова, а просто бессильно сотрясал воздух и выл на луну.

Как сейчас помню — «ну зачем вы выполнили этот идиотский приказ?», или «что мне теперь делать с этим городом?». Забавно, в общем.

Тогда как Коганов резонно подметил, что для невыполнения приказа его нужно было вовремя отменить. Или выдать новый приказ к отступлению на прошлые позиции. Но такого приказа официально не поступало, значит, Гордые выполнили всё как надо. И это теперь не их проблемы. Разумеется, что и не мои тоже. Я вообще человек простой. Приехал сюда, немножко помог, теперь скоро смогу уехать. Только проконтролирую дележку трофеев, вывоз всего ценного на мои склады, а там и можно спокойно отправляться домой. Но сначала — попить вина и посмотреть на бурную деятельность имперцев в городе.

Интересно, как тот генерал всё же будет выкручиваться. Как-никак, Император приказывал начать продвижение по всему фронту, и к этому уже всё было готово. Но вдруг Гордые захватили целый город, и пришлось прямо на ходу менять планы. Снимать часть резервов с позиций, срочно перебрасывать их сюда. Начался самый настоящий хаос, а армия этого не терпит, там всегда должен быть идеальный порядок.

Никто попросту не ожидал, что мы действительно его захватим. Ни генералы, ни сами Гордые. Чего говорить о персах? Для них, и вовсе, этот день стал полон сюрпризов.

Еще бы, ведь у них было немало планов на случай даже самых неожиданных поворотов. Например, в случае поражения на земле персидские войска должны были привести в исполнение протокол «Партизан». Спуститься в катакомбы, распределиться по заранее обозначенным укрытиям, и начать скрытую партизанскую войну. Вот только отряды начали спускаться, и на этом весь протокол стал трещать по швам. Офицеры не могли провести бойцов по лабиринтам, так как их карты оказались неактуальными. А те, кому повезло всё же найти вход в бункер, сталкивались с новой проблемой.

И проблема действительно неожиданная. Ведь кто мог ожидать, что за массивной герметичной дверью бункера будет каменная стена? А если сломать эту стену, за ней тоже окажется стена, но уже чуть потолще.

Иногда оказывалось иначе. Например, один крупный отряд, из тысячи отборных воинов, всё же забежал в бункер. Но тот оказался совершенно пуст, и дверь напрочь отказалась закрываться. Так они и сдались в плен, ведь иначе их ждала глупая бесславная смерть где-то в бескрайних лабиринтах под городом.

В итоге, пленных набралось около шести тысяч. Это притом, что убегающих ловили без особого энтузиазма. Смогли выбежать за пределы крепостных стен? Ну и бегите! Главное, оставьте оружие и технику. Теперь же осталось придумать, что делать с этими пленниками. Правда, у Белмора сразу появились свежие идеи по поводу этого вопроса, но я отверг его предложение. Ему только дай волю, сразу возьмется за свои эксперименты.

Пока сидел и попивал вино, ко мне пришел в гости Коганов. Мужчина выглядел уставшим, как физически, так и морально, потому я сразу зарядил его небольшим энергетическим импульсом. От морального истощения ему это не помогло, но так хоть стал выглядеть посвежее.

— Спасибо, — благодарно кивнул майор, и уселся в кресло, жестом отказавшись от предложенного бокала вина. — Не знаю, что с этими пленными делать…

— Как раз тоже думал об этом, — кивнул я.

— Ну вот, они опять пытались сбежать. С одной стороны, стоило начать стрелять им в спины, но не вижу в этом смысла. Пришлось ловить и возвращать.

— Делов-то, — отмахнулся я. — Натравил бы на них голубей, принесли бы их обратно.

— Что? — удивился он.

— Что? — сразу приложился к бутылке вина, чтобы не отвечать на эти неудобные вопросы. Да, сболтнул лишнего. Правда, Коганов подумал, что это шутка, и попытался усмехнуться. Вышло так себе, ведь после увиденного в ратуше он разучился даже улыбаться. Теперь ходит, постоянно смотрит в одну точку, и иногда уходит в глубокие размышления. — Ладно, насчет пленных не переживай.

— Есть идеи, да? — с надеждой посмотрел он на меня, а я утвердительно кивнул.

На этом майор отправился дальше заниматься своими делами, а я на пару минут задумался. Но в итоге, взял телефон и позвонил Черномору, который уже вернулся домой.

— Мне нужно доставить всех пленных в столицу. Справишься? — сразу перешел к делу.

— Нет! — без лишних размышлений ответил он.

— Справишься, — улыбнулся я. — Отправь самолеты, пусть активируют защиту на полную. Не экономьте артефакты, пленников нужно доставить срочно и безопасно.

Да, это будет недешево. Но что еще делать с пленными? Не нам же с ними разбираться. Вот высадим шесть тысяч персов где-нибудь на столичном аэродроме, и пусть компетентные службы уже ломают свои головы. Заодно и персам устроим веселье. Пусть они тоже ломают головы, как грузовые самолеты делают по несколько ходок прямо над их территорией, и сбить их не удается. Потом еще царю надо будет отправить фотографии. Чтобы знал, что в этих самолетах были его люди. Жаль, на его реакцию не смогу посмотреть, ведь доставить Курлыка в царский дворец слишком затратно, и оно того не стоит.

Помимо пленных, в городе были и мирные люди. Хотя, почему были? Кто-то изъявил желание покинуть город, и им в этом не стали отказывать.

Правда, несколько офицеров требовали, чтобы этих мирных людей причислили к пленным, и относились соответствующе, но я был непоколебим. Не должны мирные страдать от войн и от приказов их правителей. Еще в своем мире я ввел такое правило, и в этом мире будет также. Благо, мнение майора на эту тему схоже с моим.

Так что все они отправились на выход. И каково же было удивление персов, когда им позволили спокойно, не спеша, собрать свои вещи. Некоторым даже помогли вывезти весь скарб за пределы города. Сложнее было с теми, кто наотрез отказался уходить. Но с ними тоже всё будет в порядке, я в этом уверен.

В этом смысле мне нравится работать с Гордыми. На них можно положиться, когда дело касается пленных и мирных жителей на захваченных территориях. Собственно, потому я и не отказался прийти к ним на помощь, хотя мог спокойно сидеть у себя в замке и решать насущные вопросы.

Зачастую бывает так, что в захваченных городах начинает твориться беззаконие. На моей памяти такое происходило не раз, и я понимаю, насколько тяжело бывает держать под контролем даже своих солдат. Так как это нормально для них — получить хоть какую-то выгоду от прошедшего штурма, и добыть больше трофеев. А то и вовсе, попользовать захваченных женщин.

А есть даже те, кто из лучших побуждений могут заняться расстрелами, и начать проводить казни. Война — это всегда страшно, и она связана с потерями и утратой близких. И если солдат потерял своих товарищей, внутри у него будет гореть злоба и жажда мести. От штурма к штурму эта злоба копится, и хорошо, если она вовремя вырвется наружу, например, во время боя. Гораздо хуже, когда человек долго копит это в себе.

Но это всё история, по большей части, про слабых людей. Тогда как Гордых слабаками не назовешь. Им не нужен жесткий контроль, просто Коганов сказал никого не насиловать, и они не будут этого делать. Люди знают правила, и уверены, что наказание за их нарушение будет жестким, но справедливым.

А еще, в этот раз, майор пообещал отправить всех провинившихся к Белмору. Ну, а особо отличившихся, разумеется, сразу ко мне. Так что этих аргументов хватило сполна. Хотя я понимаю, насколько сложно сохранять дисциплину в рядах действующих войск. Например, у некоторых людей может быть повышенное либидо. Ну, и как им чисто физически сдерживать себя? Очень тяжело.

Но я решил эту проблему изначально. Просто отправил рассылку всем Гордым под началом майора, что если у кого-то есть такие проблемы — нужно не стесняться, и указывать это в своих анкетах. Люди поверили мне и, в итоге, перед каждым походом я просто ставил им блокирующие печати на неделю. Они даже благодарили меня за это, ведь их жизнь несомненно становилась лучше. Сложно сидеть в засаде, когда все мысли совсем в другом месте. Так что мои печати не только облегчили службу многим, но и при этом повысили шансы на выживание. Поначалу этим занимался я лично, но затем переложил всю рутинную работу на своих учеников. Им тоже хорошо, лишний опыт не помешает, а мне не приходится тратить свое время.

Ладно, город захвачен, с пленными вроде разобрались, теперь надо понять, чем мне заняться дальше. Когда слишком много дел — никогда не знаешь, за что хвататься в первую очередь.

*Бз-з-з…*

Завибрировал телефон, и все вопросы отпали сами собой. Точно же! У меня ведь пятьдесят восемь пропущенных вызовов от имперской канцелярии. Было пятьдесят восемь, но потом у меня разрядилась батарея и выключился телефон. Так и не поставил его на зарядку, но оказалось, что это и не нужно.

Ведь сейчас на экране высветилась фотография очень и очень злого Императора. Не знаю, кто и где смог найти такую картинку, но на подобные вызовы стоит отвечать. Это уже не шутки.

— Да-да, слушаю! — ответил я на вызов.

— Ну, здравствуй, Михаил! — процедил сквозь зубы Император.

— Здрасте, — улыбнулся я.

— Знаешь, а я уже устал регулярно получать от тебя проблемы!

— Не переживайте, это в прошлом! — заверил его. — Теперь от меня сплошная польза!

— Ну, и какую ты пользу смог принести? — выдохнул старик.

— Мы захватили Аль-Хасфан! — воскликнул я, но вместо звуков радости услышал звук бьющегося стекла.

— Ваше Величество, вы не поранились? Давайте я принесу новый бокал, взамен раздавленного! — на заднем фоне послышался взволнованный голос слуги.

— Титановый бокал неси, — пробасил император. — Михаил, — обратился он уже ко мне. — Ты… — кажется, последние капли сдержанности начали подходить к концу. — Этого не было в планах! В смысле, захватили Аль-Хасфан! Кто приказал?

— А вы читаете планы войны? — удивился я. В последнее время кажется, что Императору нет никакого дела до Персидского царства. И войну там ведут генералы, которым поручили это дело. Куда опаснее внутренние дрязги и захваченный иномирцами Северодвинск.

— Конечно, читаю! По плану вперед должны были выступить пятая и седьмая армии, а остальные держать оборону! — воскликнул он, но вдруг осекся. — Так, я тебе этого не говорил, если что. А ты ничего не слышал.

— А, ну это просто планы, — отмахнулся я. — Всё равно пошло по-другому. Кстати, а как насчет намеченного прорыва? Корпус Батальского разве не должен был зайти на следующей неделе в город Джульфа? Или я что-то путаю?

— Подожди… А ты откуда знаешь? — удивился старик.

— От верблю… Кхм… В общем, сам догадался, — на самом деле, информация слита гусём, ну да ладно. — Это моя работа, узнавать все тонкости ведения боевых действий. Если я иду на войну, мне нужно знать куда и зачем. Не люблю, когда меня используют.

— Ну ладно, — голос Императора стал каким-то очень уж довольным, что заставило меня насторожиться. — Раз я устал нервничать из-за тебя, то вот тебе новость. Недавно довелось мне встретиться с одной царицей, и она о-о-очень много спрашивала про парня, который победил в турнире.

— А, тоже мне, удивили! Дайте ей контакты Леонида, она точно говорила про него! Он — мужик дельный, работящий, красивый, так еще и молодой! — если ей захочется помоложе, то, хочет того Леонид или не хочет, он станет настолько молодым, насколько это нужно Клео. — Уверяю вас, она ищет именно Леонида.

— А вот и нетушки! — я прямо услышал, насколько ехидно улыбнулся гадкий старик. — Леонида она и так знает, а вот тебя — нет.

Я еще попытался как-то отвести от себя подозрения, рассказал, как она смотрела после турнира на Леонида, но всё без толку. Надеюсь, Императору хватило ума не говорить ей мой адрес. Хотя она и так сможет узнать, и тогда… Тогда надеюсь, что ей хватит ума не приезжать. Хотя бы в мое отсутствие.

— Ладно, свяжусь с ней в ближайшее время, — согласился я в итоге.

— Не советую…

— Ну, тогда не свяжусь! — чего добивается этот старик? Хотя… Судя по тому, как он там хихикает, скорее всего, Император просто издевается.

— Кстати! — прежде, чем я завершил звонок, воскликнул Император. — Я же тебе не просто поиздеваться звоню… Ой, точнее, не поиздеваться, а сообщить о Клео… — вот же гад! Я так и думал! — Мне нужно, чтобы ты как можно скорее прибыл в столицу.

— По поводу?.. — сейчас опять придумает что-нибудь неприятное.

— По поводу твоей профессии. У нас есть довольно много пациентов, которым требуется срочное лечение, а лекари не справляются. Там как аристократы, так и простые люди, — вздохнул он. — Сам понимаешь, война идет, и не только с персами.

— Конечно, приеду, как смогу! — не вижу смысла отказывать или требовать какую-то оплату. Нет, оплату я потребую, но уже после лечения. — Тогда можно узнать планы насчет захваченного нами города?

— Как я тебе отвечу, если и сам пока не знаю. Я только сейчас об этом узнал! — усмехнулся он. — Теперь понятно, почему мне так назойливо названивали и хотели сообщить какие-то новости по персидскому фронту.

На этом Император завершил звонок, а я остался сидеть на своем балконе и пить вино.

Как я понял, Клео так и не сообщили мой адрес, и даже фамилию, так что можно пока спокойно выдохнуть. И еще немного побыть в Персии. Ведь чем быстрее я вернусь, тем больше шансов встретиться с ней. Лучше посидеть тут, царица не сможет вечно находиться в Империи, и ей придется вернуться домой.

Может, устроить какую-нибудь диверсию в Египте? Чтобы отвлечь ее внимание хотя бы на какой-нибудь срок. Или начать распространение секты Лабладута, тогда ей точно придется брать дело в свои руки. Ох, как бы мне не перестараться с этой сектой, конечно…

В любом случае, мне есть, чем заняться здесь. Как минимум, нужно дождаться прибытия армии, ответственной за оборону города. По рассказам Коганова, эта армия сейчас управляется не самым приятным и добросовестным генералом, так что и подготовиться к встрече стоит соответствующе.

Во-первых, приказал своим людям любыми средствами освободить город от оставшихся здесь мирных жителей. Да, занятие не из приятных, но это необходимо. Вот только прошел день, а поток беженцев никак не изменился. Те, кто решили остаться, не изменили своего решения.

— Господин, позволите применить силу? — ко мне заглянул один из командиров гвардии. — Мы пытались демонстрировать им Горация, но его на всех не хватает, так что в срок не уложиться никак.

— Нет, силу не применять, — вздохнул я. — Но у меня есть идея, как убедить их. Позови ко мне старейшину города, или того, к кому они могут прислушаться.

— Слушаюсь! — обрадовался боец, и сразу убежал выполнять приказ.

А через пару часов ко мне действительно привели замотанного в грязные тряпки старца. На вид ему лет сто-сто пятьдесят, совсем еще молодой. Его завели в мою комнату и сразу удалились, закрыв за собой дверь, чтобы мы могли пообщаться в спокойной обстановке.

— Здравствуй, захватчик, — недовольно проскрипел он.

— И тебе не хворать, — провел рукой и убрал несколько застарелых болячек. Правда, он об этом узнает позже, но неважно. — В общем, как тебе уже говорили, всем мирным жителям стоит покинуть этот город.

— Это земли наших предков, и мы отсюда не уйдем, — развел он руками. — Можете убивать нас, пытать, но мы непоколебимы в своих решениях.

— Мне, если честно, плевать, — пожал я плечами. — Вы точно уйдете, и это не обсуждается.

— Почему же? — ухмыльнулся он.

— Потому, что скоро придут другие, и я ручаться за них не могу, — а судя по рассказам Коганова, я почти точно уверен, что мирным жителям здесь придется несладко.

— Мой народ всё выдержит, — махнул рукой старец. — Мы спрячемся в катакомбах и дождемся, когда придут наши воины-освободители.

— Ты дурак, да? — тяжело вздохнул я. Вот же упёртый старик! Ладно он, свое пожил, но ведь среди мирных жителей есть совсем молодые. О них тоже стоит задуматься.

Сначала старик улыбнулся, думая, будто бы я готов сдаться. Но довольно быстро улыбка пропала с его лица, стоило мне встать с кресла. Глаза мои сверкнули кровавой вспышкой, после чего их закрыло алой пеленой. На руках стали отрастать когти, во рту появились клыки, а от моей ауры старик чуть не потерял сознание.

— Тогда я сожру ваши души, и вы будете гореть в кровавом пламени! Никто не спасется! Этого ты хочешь, старик? — схватил его за ворот одежды, а бедолагу затрясло от страха. Вот, совсем другое дело! — А теперь прочь, через два дня я выйду на охоту! И лучше вам всем быть как можно дальше от этих мест!

Судя по взгляду старца, персы не просто покинут город. Они и в Персии, вряд ли, останутся. Он еще что-то лепетал на староперсидском языке, но я не понял ни слова. Просто рыкнул в ответ и отпустил железную хватку, чтобы он смог убежать на негнущихся ногах. Хочу отметить, что не гнутся они не из-за артрита, с этой болячкой я справился. Так что, когда придет в себя, удивится подвижности суставов.

Может, конечно, я немного переборщил, и не стоило так давить на бедолагу аурой. Теперь весь остаток своих дней он будет писаться по ночам от кошмаров. Но зато мое представление принесло плоды.

Я дал персам два дня на то, чтобы они покинули город. А им хватило и шести часов. Никогда бы не подумал, что эвакуироваться из города можно настолько организованно и быстро.

Старику я сказал правду. Действительно, за другую армию я отвечать не могу, тем более, что Гордые тоже покинут этот город. А так они могли бы следить за порядком и докладывать о всех нарушениях Коганову, который, в свою очередь, рассказывал бы мне.

Дело в том, что генерал позвонил ему лично, и в очень грубой форме донес до его сведения, что в городе ничего делать нельзя. Чтобы он остался ровно в том виде, в каком был до нашего штурма. И чтобы с улиц ни один камешек не пропал. Иначе все пойдут под трибунал, и получат множество проблем от него лично.

Майор сразу пошел ко мне и дословно передал всё сказанное генералом. Ну, а я понял это по-своему, так что теперь мои люди в ускоренном темпе разбирают Аль-Хасфан до голых стен. Медная монета? Да пригодится, почему и нет? Гнутый гвоздь, выдранный из лавки? Зачем добру пропадать?

В любом случае, этот город обречен. Сюда уже не вернутся местные жители, а генерал идет со своей армией исключительно ради мародерства. Потому я решил не оставлять этим идиотам ничего ценного.

Станки с заводов, ткани, промышленное оборудование, посуду. Даже если что-то мне не нужно, всё равно это стоит вывезти. А там разберемся, куда деть все эти богатства. В крайнем случае, раздам нуждающимся.

— Слушай, а ты уверен, что у тебя не будет проблем? Всё же вывозить окна — это как-то слишком… — подметил Коганов, что вместе со мной наблюдал за происходящим.

Очень сложно сделать так, чтобы после нас тут было нечего вынести. От чего-то даже пришлось отказаться. Та же доменная печь слишком тяжелая, и для ее транспортировки нужно было вызывать дирижабли. Но они слишком медлительны, и за три дня не справились. Потому её просто закопали.

— Проблемы с генералом? — усмехнулся я. — Если он решит предъявить претензии, знаешь, куда я его пошлю?

— Догадываюсь… — усмехнулся майор.

В итоге, даже Гордые помогали нам, по мере своих сил. И даже засняли несколько забавных кадров, как пропадали улыбки на лицах солдат, которым мы должны были передать город. Они надеялись хорошенько поживиться, а оказалось, что даже финики на пальмах собраны подчистую. И пусть они еще не поспели, но сами дозреют со временем, друиды им помогут.

Но мы с Когановым к этому моменту уже были далеко отсюда. Я направился сразу в столицу, а майор со своими людьми обратно в лагерь.

Правда, до столицы я так и не долетел, ведь еще на середине пути у меня снова зазвонил телефон. И ладно, если бы Император. Всегда можно прикинуться самым простым человеком на свете и сказать, что не слышал звонка. Но звонила Вика, потому сразу поднял трубку.

— Тут такое дело… В общем, ты нужен! — сразу перешла она к делу.

— Мне в столицу надо, Император попросил, — попытался как-то свалить работу на кого-то другого.

— Очень срочно!

— А что случилось? — если бы на нас кто-то напал, я бы это уже знал. Для подобных случаев у Черномора есть экстренная связь с моими бойцами.

— Прибыли спартанские советники и, кажется, тут нужен кто-то авторитетнее Романа, — она не стала рассказывать в подробностях, но это и не нужно. Леонид и так предупреждал, что с этими дедами могут быть некоторые трудности.

— А почему сразу я? Может, Леонида позовешь? — в мою голову пришла светлая идея. Леонид уже давно работает с ними, а значит имеет какой-то авторитет.

— Ты думаешь, я ему не звонила? — возмутилась Виктория. — Он сразу открестился от них, сказал, что это не его забота и, вообще, у него много дел. Они отличные воины, но если дело касается лечения, эти старики ведут себя как… Как бурчащие старики. Только при этом физически сильные.

Ладно, контракты мои, значит, и отвечать тоже мне. Так что пришлось менять курс, и отправляться сразу домой.

Поцеловал Вику, которая сразу прибежала встречать меня, а бойцам сказал быть готовыми через шесть часов отправляться дальше.

— В общем, сами разберитесь, кому на пересменку, кому отдохнуть, — махнул на них рукой.

— Да мы все готовы… — переглянулись гвардейцы. Точно, совсем забыл, что дал им заряд бодрости. Хотя все они еще недавно отработали по три-четыре смены грузчиками, не прерываясь на отдых.

Да, у службы в рядах войск Булатовых есть некоторые минусы. Иногда приходится грузить трофеи, а их обычно довольно много.

Вика сразу проводила меня в госпиталь, где уже издалека было слышно ругань, крики, и попытки Романа достучаться до упрямых стариков. Подошел к двери и решил немного послушать, что там происходит.

— Я еще раз повторяю, нужна диагностика… — устало проговорил мой ученик. Даже отсюда слышно, что повторяет он это явно не в первый, и даже не во второй раз.

— А я тебе повторяю, что если ты попытаешься протянуть ко мне свою руку, я сломаю её в четырех местах! — послышался злобный выкрик.

— Но ведь так не положено! Я должен провести диагностику, чтобы назначить лечение! — возмутился молодой лекарь.

— Положено! Я был в пяти сотнях сражений, и ты говоришь, что у меня могут быть болезни? — прорычал старик. — Это я могу быть у болезней! Понял?

— Но ведь вас прислал Леонид, чтобы…

— Леонида мы уважаем, — перебил Романа другой, чуть более спокойный голос. — И только поэтому сюда прибыли. Но я не позволю прикасаться ко мне кому попало.

— Слушай, малой, напиши в документах, что у нас всё хорошо, и выписывай поскорее! — предложил третий. — И так уже времени столько потратили, а у нас важные дела.

— Но так не положено! — возмутился Роман.

— Я тебя сейчас сам научу, как положено, а как не положено! — прорычал самый злобный из них. И он хотел подняться со своего места, но в этот момент в комнате появился я.

— Ты чего возишься с этими старыми пердунами? — зло посмотрел на Романа. — Этому в бороду, этому конского возбудителя, а этому, — посмотрел на самого старого из них. — А этому снотворного внутривенно. Хотя бы поллитра, чтоб отдохнул, как следует. И проводи диагностику, как хочешь!

— А это еще кто? — старики аж опешили от моего появления, но первым пришел в себя Вагнелис. Вроде бы Вагнелис и, насколько я помню, он не любит, когда его имя коверкают. — Хочешь, чтобы я научил тебя манер…

Договорить он не успел, так как получил подзатыльник и рухнул на пол. Всё же подзатыльник был заряжен заклинанием понижения артериального давления. И если учитывать, что старик, даже без заклинания, страдал от этого, выключить его оказалось довольно просто. Правда, и потеря сознания всего на несколько секунд.

Трое других сразу же подскочили со своих мест, и нахмурились, приготовившись к бою.

— Ты следующий, да? — указал на второго. — Или ты? Сразу предупреждаю, что от моего следующего прикосновения упадете не вы, а ваши бороды. Я вот не видел спартанца без бороды. А вы увидите, в зеркале! Ну? Нападайте!

Они молча переглянулись, а Роман закрыл лицо руками и замотал головой.

— Они просто не хотят лечиться, Михаил.

— Так заставь! — не понял, в чем вообще проблема. Принудительное лечение кто-то запрещал на законодательном уровне?

— Они говорят, что полностью здоровы…

— Ну, покалечь их, а потом лечи! У нас контракт! Значит, вылечить нужно, и плевать, от чего! В чем проблема-то? — развел я руками и снова посмотрел на стариков. Вагнелис уже пришел в себя, и сейчас постепенно краснел от злобы. — Вон, Валера уже в себя пришел, на процедуры собирается, — указал на Вагнелиса.

— Так, мне кажется, произошло недопонимание… — прохрипел один из стариков.

Все четверо разом активировали свои ауры, отчего Роману стало тяжело дышать. Воздух буквально завибрировал от переполняющей его энергии, а стены начали крошиться, не в силах сдержать эту мощь. — Ты не понял, с кем разговариваешь, юнец?

— Так, Ром… — повернулся я к ученику, — Выйди, пожалуйста. Мне кажется, они тоже кое-что не поняли.

* * *

— Да сколько можно? — недовольно пробурчал Роман. Вот уже несколько минут всё вокруг трясется, и даже усиленные стекла пошли трещинами от происходящего в процедурном кабинете.

Хотя парень предусмотрительно отошел подальше, и увел гвардейцев, чтобы они не пострадали. Ведь магические всплески, что вырываются из стен, окон, и дверей, можно увидеть невооруженным глазом. Для этого даже не нужно активировать свой дар. И так понятно, в той комнате происходит что-то страшное.

Иногда слышно, как трещат от перегрузок стены и опорные балки, как со звоном осыпаются стекла, а еще этот гул. Постепенно нарастающий басовитый гул, от которого хочется схватиться за голову и просто бежать прочь.

Если сейчас подойти к дверям кабинета, можно попросту потерять сознание, но делать этого Роман не собирается. Как минимум, страшно, да и неизвестно, чем закончится это противостояние. Но спустя какое-то время всё прекратилось, и люди в госпитале смогли выдохнуть. Катастрофы не произошло, и вроде бы всё нормально, но Роман еще некоторое время не решался зайти в процедурный кабинет. Вот только и оттуда никто не выходил, так что пришлось ему набраться смелости и толкнуть дверь.

А там уже расположились в креслах четверо стариков. Но больше всего Романа удивило то, что они успели переодеться в больничные пижамы, и смиренно ждут своей очереди. Тогда как Михаил уже приступил к осмотру.

— Рот открой! — приказал он.

— А-а-а… — послушно открыл рот старик.

— Понятно! Так, и где болит?

— Да не… — начал, было, старик, но Булатов его перебил.

— Спрашиваю, где болит?

— Ну, вот в поясницу иногда стреляет, а еще колени. Сил нет, как болят, уже не знаю, что с ними делать, — ко всеобщему удивлению сразу признался тот.

— Ничего, вылечим! — похлопал его по плечу лекарь.

Старики послушно следовали всем указаниям Булатова, и даже Роман присоединился к диагностике. Но когда дело дошло до анализов, возникла небольшая заминка.

— И всё-таки я должен сказать, — из уборной вернулся Вагнелис. — Я не буду писать в баночку.

— Уверен? — отвлекся от осмотра Михаил, а тот потупил взгляд.

— Нет…

— Ну и ладненько! — улыбнулся граф. — Иди, я в тебя верю!

* * *

Леонид сидел у окна в своем кабинете и наблюдал за кораблями, заходящими в порт и уходящими в море.

Он сидел и размышлял о своем, то и дело качая головой. Всё же советники выпили немало крови, пока добрались сюда, и даже попав на прием к лекарю, продолжили доставать его своими сообщениями. Постоянно спрашивали, зачем их так срочно вызвали, зачем тратить столько времени, и вообще, это мероприятие совершенно бессмысленно. И так постоянно, каждый день они выказывали свое недовольство, а Леонид терпеливо молчал, и даже не ругался.

Потом они приплыли, и недовольства стало только больше. Мол, отправь нас назад, мы здоровы, и всё в таком духе. А когда советники попали в замок, и вовсе начали угрожать. Что прибьют случайно Романа, если он от них не отстанет. И никто им не запретит.

Но в какой-то момент сообщения резко прекратились, и Леонид не на шутку разволновался. Хотел сам пойти и разобраться, на случай, если они что-то натворили. Но решил сначала позвонить Вике и спросить, всё ли в порядке.

— Да, всё хорошо, — успокоила его девушка. — Просто Мише из-за них пришлось перенести встречу, и срочно прибыть в замок.

— Ой-ой-ой… — Леонид схватился за голову. — Они там как, живы хоть?

— Да-да, всё хорошо! — усмехнулась девушка. — Сейчас, погоди минут десять!

На этом вызов завершился, а через несколько минут пришло сообщение с фотографией. На которой сидят четыре старика в больничных халатах и мягких пушистых тапочках, и наслаждаются процедурой электрофореза.

Отправить