Глава 5

Поначалу всё шло, как положено, и никто даже не заподозрил неладное. Голубь отнес и высадил всех членов стаи на поляне, недалеко от границы их владений, после чего сразу умчался прочь. Все они поверили в слова Михаила, ведь в его могуществе не сомневался никто, даже Эдик.

Вот только в умы оборотней начали закрадываться неприятные мысли, когда спустя два дня они так и остались в форме миниатюрных гадких собачонок, без какой-либо возможности вернуть себе облик человека или вервольфа. В общем, они начали сомневаться, помог им Михаил или, наоборот, проклял.

Вожак стаи Тош старался держать всё под контролем, и приказал остальным просто дожидаться окончания действия заклинания. Ведь рано или поздно оно ведь утратит свою силу? Этим вопросом задавался каждый чихуа-хуа, но ответить на него никто не мог. Тем более, что и общаться в облике этого гадкого зверька оказалось невозможно. Им пришлось писать послания друг другу корявыми лапками на земле.

Они приблизились к границе владений своего народа, но пересекать ее пока не стали, а разместились на удобной поляне и принялись рассуждать, как им стоит дальше поступить.

Благо, этот облик не лишил их сил. Оборотни всё такие же сильные, их регенерация и мощь никуда не делись, потому проблем с жителями леса у них не возникло. Та же стая волков разбегалась в ужасе, как только Тош после третьего предупреждения перешел в атаку. Хотя вид у оборотней сейчас такой, что на одного из них напал заяц. Собственно, он и стал сытным завтраком сразу для всей стаи.

— Что произошло? Наше проклятие должно было пройти уже два дня назад! — оскалился Эдвард, коряво написав на земле свое гневное обращение к остальным.

— Должно… — кивнул Тош.

— Но почему облик не вернулся? — зарычал Эдвард.

— Нас обманули! — дописал другой оборотень.

— Сомневаюсь, — вступил в разговор седой пёсик. — Скорее всего, Михаил не рассчитал силы, когда вливал энергию в заклинание. Торопился, вот и вышел небольшой промах.

Вопросы у стаи сразу закончились. Дело в том, что они знают старые легенды, и примерно представляют, сколько сил нужно потратить на даже малейшую трансформацию. Таким занимались лишь древние волки, что наводили ужас на целые королевства свой безграничной мощью. Но так, чтобы трансформировать оборотня в чихуа-хуа… О таком они пока не слышали. Да и рассказывать никому не будут, в любом случае.

Так и остались они на этой полянке, решив просто подождать, когда заклинание растратит свои силы. Но не успели пёсики закончить свой разговор, как неподалеку послышался утробный рев зверя. А следом на поляну вышел голодный и очень злой медведь. Он долгое время шел по следу стаи, и сейчас был расстроен увиденным. Тридцать ничтожных мелких шавок, и набить живот такими явно не выйдет.

Он вышел из зарослей и оскалился, выпустив свою энергию. Обычно этого хватало, чтобы сбить противника с ног, но на этот раз медведь просчитался. Ведь все члены стаи просто повернули на него головы и уставились с удивлением во взглядах. После чего Тош забавно тявкнул, и тем самым дал команду к атаке.

Убить его, конечно, не успели. Всё потому, что он быстро понял, что пёсики совсем не те, кем кажутся, и сразу побежал прочь. И пусть он выжил, но такого позора царь леса не испытывал ещё никогда.

А дальше стае чихуа-хуа оставалось только ждать, так что они снова разместились на поляне и продолжили свою переписку на земле. Тогда как Эдвард проголодался и побежал ловить бабочек. Единственный плюс от этого позорного облика — хватает всего двенадцати бабочек, чтобы наесться до отвала и отправиться спать.

* * *

— Как ты меня назвал?

— Ну, а зачем такие шутки? И вообще, я не понимаю, как так? Почему мы в кабинете начальника? И как ты принял его личину? — вопросов у них было явно больше, чем ответов. — Как мне еще реагировать на это всё?

— На что реагировать? А как я должен был поступить? — возмутился, глядя на командира. — Мы на задании Империи или на обычной прогулке? И вообще, почему со мной отправили именно вас? Здесь не место для таких слабаков! Вы что, не знали о возможных рисках? Еще скажите, что в первый раз попадаете в этот мир при помощи переноса.

— Вообще-то, до нас еще никто не попадал сюда таким образом, — попытался ответить командир, но я его перебил.

— И это только подтверждает мои слова! — моему возмущению не было предела. По крайней мере, так должно казаться моим временным сослуживцам.

Сейчас они стоят, пытаются прийти в себя, и поверить, что перед ними на самом деле я.

— Вы бы еще сказали, что никогда не дрались с циклопами, — махнул я рукой и хотел отвернуться, но заметил их удивленные взгляды. — В смысле? Серьезно? — мои брови поползли на лоб.

— О чем ты говоришь, Михаил? — осторожно уточнил командир. — Какие еще циклопы?

— Ладно, забудьте про циклопов. Не понимаю, как вы до сих пор живы… — вздохнул я. — Видимо, вас просто хранит Лабладут.

— Да какой еще Лабладут? Что ты несешь, Михаил? — не выдержали они этого потока бреда.

— Вот начальник третьего круга тоже в Лабладута не верил, и где он сейчас? — ответа не последовало, так как они не знают, куда я его дел. — Вот именно! — важно поднял палец. — А вас нужно отправить обратно в камеру. И при первой возможности доложу Императору, что оперативники вы откровенно так себе.

— Ой, да кому ты доложишь? Тут связи нет! — усмехнулся кто-то из оперативников, а я посмотрел на него, как на идиота.

— Да ну? — приоткрыл форточку, и в нее тут же прилетело сообщение в виде Курлыка с планшетом. — И чем вам не связь? — принял у пернатого устройство и начал читать последние сообщения и отчеты. — Опа! На мои земли напали, — удивился я. — Пленные взяты, трофеи добыты… Неплохо… — мельком изучил список добытого, и остался доволен. Мои люди действуют всё аккуратнее, стараясь сохранить как можно больше иномирных артефактов. Молодцы, быстро учатся… — О, меня там к какой-то награде представляют!

Даже не знаю, что это за награда такая, и за что ее выдают. Ничего особенного, дело привычное, и Вика указала это в отчете просто, чтобы я знал. И мог похвастаться перед этими четырьмя идиотами.

Да, кому-то могло показаться, что я отнесся к ним немного жестковато, а то и вовсе, жестоко. И даже сейчас продолжаю всячески их подкалывать. Но ведь я делаю это не просто так! Не ради развлечения, а для восстановления справедливости.

Ладно, кого я обманываю? Это весело, очень весело. Но они первыми начали!

Пока ждал прибытия оперативников, начал изучать документы в кабинете. И оказалось, здесь есть доступ к информационному кристаллу, где хранится немало данных. Например, досье на оперативников и записи, что они рассказывали на допросах. И как они только ни называли меня… Больше всего мне понравилась моя характеристика, данная командиром отряда. Умалишенный ментальный инвалид-террорист, прикомандированный к их отряду вследствие катастрофической ошибки.

Да, он думал, что я никогда не узнаю о такой своей характеристике, потому и не стеснялся в выражениях. Плюс я позволил им говорить обо мне всё, что только взбредет в голову. Но не умалишенный ментальный инвалид-террорист! Я ведь не умалишенный! Так что именно за это они и получили себе раннюю седину. А я немного посмеялся, всё же мой отпуск в этом доме отдыха идет просто прекрасно.

— Моя задача состоит во внедрении в стан врага, — перебил их возмущенные возгласы. Оперативникам не понравилось, что я собирался отправить их обратно в камеру. — И я, в любом случае, выполню задание. А вы не должны мне мешать…

— Освободи нас прямо сейчас! — воскликнул кто-то из них, а я рассмеялся.

— Я мог бы, но это нарушит запланированный график, — развел я руками.

— Какой еще график? — прищурился командир.

— Ну вот, смотрите! — вытащил из ящика стола исписанный свиток. — Здесь чётко указано, что сегодня вечером у вас по графику кастрация. Специалист уже назначен, комнату готовят, услуга оплачена. Не буду же я ломать людям планы!

— Ах, ты…

— Стража! — крикнул я, поменяв личину обратно, и спустя секунду в комнату вбежали двое охранников. — Увести! — махнул рукой на оперативников и потерял к ним интерес. А стражники поспешили выполнить приказ без лишних вопросов. Они видели, что все четверо оперативников поседели, и теперь боялись представить, чего тут такого могло произойти.

— Сволочь! — прорычал командир. — Какая еще кастрация! Отмени! — его никто не слушал, а я уже погрузился в изучение каких-то там документов. — Булатов, это ты всё подстроил!

Ладно, пусть посидят до вечера и подумают о своем поведении. Нужно было выбирать выражения, и тогда до кастрации могло бы не дойти. Но это не точно, ведь график — это важно, и нужно его соблюдать. В любом случае, здесь оперативники мне только мешали бы. Всё же в этом кабинете, помимо пыточных приспособлений, есть еще много чего интересного. Главное — это документы и доступ к информации.

Например, я узнал, сколько здесь содержится людей из моего мира, и даже достал список со всеми умершими в стенах «Престола Грешника» за последнее время. Да имена записывались исключительно со слов заключенных и могут не совпадать с реальными, но даже такая информация может быть полезна. Как минимум, можно будет сообщить родственникам, чтобы не ждали погибших домой. Надо сказать, умерло здесь очень много. Не все смогли пережить перемещение в этот мир, но больше всего погибло от рук палачей и надзирателей.

В любом случае, я уже приговорил это место, и его участь определена. Как и участь местных работников. За такое количество смертей и за такое отношение к людям легко и просто им не будет в любом случае. А пленных я могу взять и в другом месте.

Всю эту информацию я сфотографировал на планшет, а рассортируют её уже по папкам дома. Операторы систематизируют информацию и соберут её в удобном виде, после чего, возможно, мы поделимся ею с Императором.

Но чем-то поделиться всё же придется. Хотя это тоже пока ещё под вопросом. Ведь спустя несколько часов поисков в общей базе данных и в горах свитков, я смог найти список перешедших на сторону врага служащих Империи, и даже аристократов. Меня интересовали только жители моей страны, но здесь содержатся не только они. Так что эту информацию можно будет продать в дальнейшем правительствам других стран. Подумаю над этим, в общем.

В общем, я копировал всё подряд, а там уже разберемся. И как только последний документ был сфотографирован и отправлен вместе с Курлыком в наш штаб, я перешел к действиям. Как начальник, я вполне могу проводить внеочередные проверки тех или иных вверенных мне участков, и это никому не покажется странным. Так что, первым делом, прогулялся по нижним этажам и проинспектировал работу палачей. Не стал сразу наказывать их и награждать тяжелыми болезнями, а просто запомнил их лица, на будущее. Потом еще будет возможность привести наказание в исполнение. Тем более, что все палачи здесь — довольно сильные люди.

— Ну, кто тебя учил так допрашивать? — воскликнул я, зайдя к очередному палачу. — Ты же его убьешь, придурок! — оттащил мужика с какими-то зазубренными ножами от жертвы, и незаметно подлечил внутренние ранения бедолаге. После чего повернулся к палачу. — Ты так никогда ответов не получишь. А тому, кто научил тебя таким методам, — указал на рассыпанные по полу отрезанные пальцы. — Плюнь ему в лицо! Отрезать надо по фаланге, а не весь палец разом!

И откуда такие дебилы берутся? Простейших азов пыток не знают, а уже считают себя профессиональными палачами. Нет, им профессионалами никогда не стать, с таким подходом.

— Простите, Мастер Варис, но я не буду плевать вам в лицо, — как-то неуверенно проговорил палач. Ой! Понятно, кто обучал этих идиотов. И я уже нескольким палачам успел сообщить, что их обучал умалишенный имбецил.

Теперь практически у всех палачей появились вопросы, что случилось с их учителем. Но это не проблема, так как завершив обход, я вернулся в свой кабинет и приказал отправить всех палачей в казематы «Грешника». Чтобы они присоединились к отрядам стражи и разобрались с Булатовым, в которого вселился Лабладут.

А так как я начальник, и единственный, кто видел Лабладута вживую, отправился в центр управления казематами, и там собрал срочное совещание по поводу ситуации внизу. Заодно посмотрел, как здесь устроено наблюдение. И хочу сказать, мне стало немного стыдно за свои поступки. Совсем чуть-чуть… Система оказалась даже более сложной, чем я предполагал. Даже не представляю, сколько им потребовалось бы времени на восстановление… И главное, где они возьмут таких специалистов?

Если бы это место не подлежало уничтожению, я предложил им восстановить наблюдение за полцены. Всего-то нужно закупить достаточно камер и проводки, после чего вызвать работяг.

— Господин Варис! — обратился ко мне один из операторов и указал на хрустальное зеркало. — Я не знаю, как вам сказать…

— Да я вижу! — перебил его.

И действительно, в зеркале я увидел себя… Точнее, человека, очень похожего на Михаила Булатова. И только сейчас я начал осознавать… Да, точно.

Третью ногу стоило сделать покороче. Явно перестарался.

Сейчас он что-то кричал в наблюдательный кристалл, но я заранее приказал отключить звук. А то вдруг скажет что-то важное.

Нет, я уверен, что кто-то из операторов ради любопытства послушал слова Лабладута. Но дело в том, что помимо усиливающих печатей и мощнейших лекарских заклинаний, я подарил начальнику третьего круга прекрасный демонический голос. Такой услышишь — неделю спать не будешь. И судя по тому, насколько здесь перепуганные операторы, они этого голос уже услышали. А еще их смущало обилие трупов на изображении. Стражники, грешники, Варис рубил всех без разбора. Он и так был могучим воином, но с моими усилениями ему теперь нет равных.

— Кстати, а трансляция идет? — кивнул на хрустальное зеркало. — Наши зрители это видят?

— Разумеется, нет! — воскликнули операторы. — Нам господин Доминус сразу приказал прекратить трансляцию!

Так, знакомое имя… Точно! Начальник второго круга, мой непосредственный руководитель. На данный момент, разумеется.

— Я только что с ним разговаривал, и мы решили, что трансляцию необходимо возобновить, — не моргнув глазом, соврал я.

— Но…

— Ты смеешь сомневаться в моих словах? — я гневно прищурился и подошел к старшему оператору, который хотел что-то возразить.

Пусть аристократы увидят последнюю трансляцию, мне не жалко. Наоборот, они должны знать, что Лабладут пришел! И пусть сами думают, кто такой этот Лабладут, и зачем он пришел.

Трансляция началась, и теперь все смогут увидеть, на что он способен. Но для этого нужно ещё больше жертв…

— Высылайте четыре сотни стражников, — приказал я.

— Но, господин Варис! — взмолился оператор. — Господин Доминус чётко сказал…

— Я только что разговаривал с Доминусом! Треногого нужно уничтожить! — прорычал я. — Отправляй не четыре сотни! Шесть! Все резервы!

— Но ведь на третьем круге всего шестьсот пятьдесят стражников и надзирателей!

— Значит, отправляй всех! Я сам буду следить за порядком, если понадобится, но Лабладута нужно остановить любой ценой!

Я решил остаться в комнате наблюдения, и внимательно следил за ходом поимки своего двойника. Поначалу тот продолжал что-то кричать, но вскоре появились первые отряды. Он пытался разговаривать с ними, убегал от стражников, но численное преимущество было на их стороне, потому вскоре его окружили. И тогда Варису пришлось пустить в ход меч.

Никакие попытки достучаться до разума подчиненных не увенчались успехом, так что совсем скоро началось самое настоящее побоище. Не просто так этот человек заслужил звание мастера меча. Один взмах, и сразу пять стражников упали на пол, не в силах противостоять мощи его энергии. После чего меч рассек тела ещё двоих бойцов, и это было лишь началом.

Мы вместе с операторами прильнули к зеркалам и наблюдали за тем, как Треногий расправляется с одним отрядом стражников за другим. На его пути попадались и грешники. Они тоже хотели одолеть такого врага, чтобы получить за это какие-то бонусы, но даже сильнейшие оказались бессильными.

Из дальнего уголка казематов показался тот самый легендарный Грын. Сначала он внимательно осмотрел своего противника, проследил за тем, как он расправляется со своими противниками. После чего Грын поспешил убраться подальше от этого места, и снова спрятался в своей отдаленной комнате. Надо сказать, этот здоровяк оказался довольно умен, мы бы с ним могли сработаться.

С каждой минутой бойня набирала обороты, и горы трупов лишь росли. Тогда как все раны на теле Вариса затягивались практически мгновенно, а сам он вошел в боевой раж. И уже не пытался договариваться. Он сам стал нападать на каждого, кого только встретит на своем пути. Прекрасно…

— Варис! — за моей спиной послышался басовитый голос, и по комнате прокатилась волна силы, отчего операторы попадали на колени.

Я обернулся и увидел довольно низкорослого, но крепкого мужичка. Его глаза мерцали вспышками и светились в полумраке комнаты, а оголенный меч вибрировал от переполняющей его энергии.

— Доминус? — надеюсь, угадал. Ведь кто еще это может быть? — Треногого нужно остановить! Прошу тебя, спустись вниз, и помоги нам!

— Варис… — тяжело вздохнул мужчина. — Работа тебя совсем доканала, — он пошел вперед и убрал свой меч. — Не сопротивляйся, друг мой. Но Милрон приказал тебя арестовать.

Ага, Милрон — это начальник первого круга. Не начальник «Престола Грешника», конечно, но всё равно очень важный персонаж. И довольно сильный, если верить разговорам стражников.

Курлык уже исследовал тут всё, и рассказал о ключевых фигурах, потому информации у меня предостаточно. И я даже примерно представляю, где располагается кабинет этого Милрона. В первом круге сосредоточены не только самые сильные, ценные и опасные заключенные. Но также там живут и работают самые важные персоны в этой крепости. Правда, и безопасность там на соответствующем уровне. Вот только вряд ли меня туда поведут, скорее всего, арестуют и бросят в камеру где-то на третьем или, максимум, втором круге.

— Лабладут… Это всё его козни… — нахмурился я. — Но если такова воля Милрона, пусть так. Я понимаю, он не знает того, что знаю я, — вытянул вперед руки, чтобы мне надели блокирующие наручники. — Но, друг мой, выполни одну последнюю просьбу.

— Ничего не обещаю, — пробурчал начальник второго круга и заковал меня в наручники, активировав их на сильнейший уровень подавления.

От такого чуть было маскировка не пропала. Хорошо, что я продумал этот момент заранее, и изменил внешность так, чтобы даже при полном отключении магии она сохранялась несколько часов.

Вместе с Доминусом за мной пришел специальный отряд конвоиров для особо опасных преступников. Надо сказать, довольно сильные и прекрасно экипированные ребята. Они сразу взяли меня в кольцо, надели еще пару наручников, на ноги кандалы, на тело стальной артефактный корсет, на горло ошейник. Без него здесь никуда, ведь он блокирует магические способности. Точнее, должен блокировать, по задумке его создателя.

Закончив с упаковкой меня, процессия направилась в сторону первого круга. И чем дальше, тем медленнее мы продвигались из-за постоянных досмотров, сверки документов, постов охраны, и даже обхода ловушек. Как мне сказал Курлык, только командиры отрядов охраны знают точный маршрут патруля, ведь иногда некоторые коридоры становятся смертельно опасными. Активируются всевозможные ловушки, артефакты, сигнальная система. В общем, чтобы дойти из одной точки в другую, стоит заранее построить маршрут и ознакомиться с графиком ловушек.

Не знаю, как по мне — лишнее усложнение. Отсюда и так практически невозможно сбежать. Толстые стены, двери защищены древними артефактами, от блокировки магии здесь аж в ушах звенит.

Спустя час все проверки закончились и мы, вместе с десятком сильнейших стражников, зашли в кабинет начальника первого круга. Доминус не смог сопроводить меня, так как ему теперь нужно разбираться с тем, что я натворил. Оставил целый круг крепости без бойцов, и просто убил их об Лабладута.

— Ты останешься гнить до конца своих дней в том месте, где работал, — от голоса начальника первого круга завибрировали стены. Хриплый, басовитый, и наполненный энергией. Стало понятно, что он занял свое место по праву. Теперь даже интересно посмотреть на начальника тюрьмы, насколько он окажется сильным воином. — Ты понимаешь, что натворил? Я даже спрашивать не хочу, что сподвигло тебя отправить всех стражников в эту яму, но… — он подошел ко мне и заглянул в глаза. — Почему? Почему ты не сообщил об этом мне сразу, как того требует протокол?

— Дай мне всего одну минуту. — тоже посмотрел ему в глаза. — Там чрезвычайная ситуация, и ты поймешь, как только я расскажу. Это вопрос безопасности всей крепости! Нет, от этого зависит судьба нашего королевства! — судя по взгляду, он практически поверил мне, так что осталось немного додавить, — Я готов поклясться всем самым дорогим, готов поклясться силой, что эта крепость сейчас находится в серьезнейшей опасности, на грани уничтожения.

— Я знаю тебя не первый год, Варис, — вздохнул Милрон. Ты всегда славился своей осторожностью и продуманными действиями. Так скажи мне, как такое получилось? Говори, Варис, в чем причины твоих поступков.

— Не могу… — помотал я головой, и кивнул на собравшихся вокруг стражников. — Только наедине… А потом мы вместе с тобой пойдем и доложим начальнику тюрьмы!

— Гм… — Милрон задумался всего на пару секунд. — Выйдите все!

— Может, не надо, господин?

— Я сказал выйти! — нахмурился тот, и стражники поспешили выполнить приказ. — На нем наручники, блокирующие артефакты, и гравитационные кандалы. О чем вообще можно беспокоиться?

Стражники вышли в коридор и замерли в ожидании. Они и не думали подслушивать, всё же на это не было приказа. В надзиратели и стражу на первом круге берут далеко не каждого, так что все эти воины прошли строжайший отбор, после чего их ждало немало испытаний на других, более простых кругах.

— А вдруг всё-таки нападет? — не выдержал спустя пять минут ожидания один из бойцов. — Всё же Варис — мастер меча, очень сильный боец. Может, нам стоит проверить?

— Напасть на Милрона? — рассмеялся стражник постарше. — Этот старый медведь шестерых таких загрызет, и попросит еще! Ты думаешь, кто угодно может стать начальником первого круга? Будь ты хоть родственником короля, тебя все равно не возьмут, сила на этой должности важнее.

— Он, кстати, родственник короля, — подметил другой стражник.

— Да, но это никак не помогло ему занять должность! В скольких он участвовал сражениях? А сколько выиграл боевых турниров?

— Да откуда ты всё это знаешь? — усмехнулся молодой стражник.

— Ты тут служишь всего два года… А я пятнадцать лет. И если… — старый стражник осекся на полуслове, ведь все почувствовали, что артефакт заглушения прекратил свою работу.

— Стража! — рявкнул начальник, и бойцы сразу забежали к нему в кабинет, увидев неприятную картину.

Варис, всё так же закованный в кандалы, сидел на коленях и закрывал ими рот.

— Что произошло? Господин Милрон, он напал на вас?

— Его слова мне не понравились, — помотал головой начальник. — За это я отрезал ему язык!

— Но ведь информация! Он говорил, что знает какие-то тайны! — воскликнул кто-то из стражников, но напоровшись на суровый взгляд начальника, тут же замолк и опустил голову.

— Он уже всё мне рассказал, — нахмурился Милрон.

— Простите, господин. Но можем мы поинтересоваться, какого характера информацию он поведал вам?

— Он сказал, что во всем виноват Лабладут, — махнул рукой начальник и отвернулся. — Варис, и правда, сошел с ума. Не выдержал своей тяжелой ноши. Поставьте ему тридцать две печати, вшейте в его тело ослабляющие артефакты, и бросьте его в казематы грешников. Приговариваю его к изгнанию и смерти, — Милрон говорил это, не скрывая своей печали. Всё же он дружил с Варисом, они часто вместе мучили особо важных заключенных.

Стражники не осмелились задавать лишних вопросов, они и так были в шоке от суровости наказания. Ведь кому-то могло показаться, что начальник третьего круга просто выполнял свои служебные обязанности, хоть и забыл сообщить о своих действиях вышестоящим руководителям. Так что вскоре бойцы подхватили закованного мычащего заключенного и унесли его прочь. Тогда как Милрон уселся за свой стол и откинулся на спинку кресла.

— Пу-пу-пу… — вздохнул он, и на его лице появилась улыбка. — Так, а что там рассказали на кастрации?

 

Пятый круг

Четырехместная камера

 

Вот уже в который раз четверых оперативников отводили в пыточный кабинет, обещая, что теперь их точно кастрируют. Но каждый раз что-то шло не так, и в самый последний момент операцию отменяли.

То нож забыли поточить, то палач взял выходной, то банки для причиндалов закончились. В общем, никак не срасталось у оперативников с кастрацией, и это их очень волновало. Ведь с каждым разом вероятность того, что операция наконец пройдет по плану, лишь возрастала.

И так было два дня… Они практически уже смирились с тем, что их лишат чуть ли не самого ценного, и договорились добить друг друга при первой подходящей возможности. Но вскоре всё стало еще хуже. Ведь к вечеру второго дня пришли надзиратели, и в этот раз они не скрывали своего ликования.

— Не знаю, как вы смогли выжить в прошлый раз, но теперь всё. Теперь всё серьезнее некуда! — надзиратель зашел в камеру и принялся отстегивать оперативников от стены. Но не мог скрыть своих эмоций, и потому улыбался до ушей.

— Да что не так? Нас уже ничем не запугать, — безразлично проговорил командир отряда. — Так что зря стараетесь.

— Да? — хохотнул тот. — Ну подожди, скоро ты узнаешь, насколько скверны у вас дела. Ведь вас вызвал Милрон лично! Он всё знает! Ахаха!

Оперативники уже знали, кто такой этот Милрон. А надзиратели по пути к первому кругу не замолкали ни на секунду, рассказывая о том, насколько это могущественный и сильный человек. А главное, насколько он бессердечен и жесток.

Впрочем, всю серьезность ситуации они осознали, увидев, насколько мощная защита в первом круге, и насколько сильные личности здесь содержатся. Тут даже обычный стражник стоит целого отряда мечников, если сравнивать по силе, чего говорить про начальство и оснащение этого места.

Прошло часа полтора, прежде чем они добрались до нужной комнаты. А там их уже ждал суровый и довольно крупный мужчина лет пятидесяти на вид. Густые брови практически закрывали глаза, когда он осматривал оперативников, а у тех внутри всё сжалось. И даже закрадывались мысли, что кастрация действительно куда более приятное занятие, чем разговор с этим монстром. От него так и веет убийственной мощью и, кажется, что от этой силы душу вот-вот оторвет от тела.

— Вы общались с Варисом, начальником третьего круга, — пробасил мужчина и открыл ящик стола, выудив оттуда железную плеть. — Хочу рассказать вам о моей игрушке, — оскалился он и погладил плеть. — Одним ударом она может снять шкуру от лопаток и до пояса… Так вот, я задам вам пару вопросов. И за каждый неправильный ответ буду наносить по одному удару каждому из вас.

— Но какие к нам могут быть вопросы? Мы уже рассказали всё, что знали! — воскликнул один из оперативников.

— Вы общались с предателем? — он поднялся и щелкнул плетью, да так, что высек искры из стены, а оперативники чуть не подпрыгнули на месте от неожиданности.

— Ни с кем мы не общались!

— О чем вы разговаривали с Варисом? Я всё знаю! — снова ударил по стене плетью Милрон, и от нее отвалились куски камня. — Говори!

— Я не понимаю, о чем вы! — зажмурился командир.

— Вы решили покуситься на безопасность «Престола Грешника»! Что вам предлагал Варис? Говори! — начальник первого круга пошел в разнос, и после каждого слова бил всё вокруг своей плетью. Мебель рассыпалась в щепки, камень крошился в пыль, и только четверо оперативников оставались невредимыми. По крайней мере, физически. Тогда как по психике плеть била заметно. — Не хотите говорить? — нахмурился мужчина. — Что-ж… разговор будет коротким. Вы натворили достаточно дел, но казнить вас не будут. Смерть — это слишком легко, вы будете жить долго. Поздравляю! Теперь вы будете содержаться на первом уровне, — на лице мужчины показался хищный оскал.

— Да что мы сделали? Что? — прокричал один из оперативников.

— Заговор с целью уничтожить это место. Заговор с целью нанести потери страже третьего круга. Заговор с целью устроить вторжение иномирцев и освобождения заключенных, — стал перечислять Милрон. — Думаете, этого мало? Ваш напарник обо всём рассказал перед тем, как умереть!

— Какой еще напарник? — искренне удивились они.

— Тот, который принял личину Вариса. И с которым вы говорили недавно, — оперативники резко побледнели, поняв, что их окончательно раскрыли.

— Ваш напарник был невероятно силен, умен, и я не понимаю, что такой великий человек мог делать рядом с такими отбросами, как вы, — начальник первого круга взял плеть двумя руками за спиной, и теперь ходил из стороны в сторону. — С ним работали лучшие спецы, в его кровь вводили яд василиска, и перед смертью он рыдал, как ребенок, умоляя о быстрой смерти. А теперь эта участь ждет и вас.

- Нет! Это всё неправда! — воскликнули они. — Мы с ним из одного мира, да. Но он мутный, непонятный, и вообще, он не с нами! Он предложил нам попытаться сбежать и разрушить это место, но мы отказались, так как это бесполезно!

— И вы уверены в своих показаниях? — прищурился Милрон.

— Да! Конечно!

— Знаете, в прошлом я много чем занимался… Но моим любимым занятием всегда оставалось животноводство. Очень люблю домашних животных, ничего не могу с этим поделать, — оскалился мужчина. — В детстве у меня был котенок, потом утёнок, потом поросёнок… — он всё так же прохаживался из стороны в сторону, но в какой-то момент замер у одной из стен. — А потом я вырос, — в этот момент Милрон дернул за рычаг и пол рядом с пленниками начал расходиться в стороны.

Оперативники с ужасом наблюдали за тем, какая тварь живет под кабинетом начальника. Специально для нее здесь был выстроен просторный глубокий бассейн, иначе она давно вырвалась бы нас свободу. Монстр был похож скорее на осьминога, но с более вытянутым телом и прочной чешуйчатой шкурой черного цвета. На щупальцах, вместо присосок, были зазубренные загнутые когти, а в пасти несколько рядов острых зубов.

— Вы можете подумать, что это существо убивает своих жертв быстро, но это не так… — ухмыльнулся Милрон. — Жертвы этого монстра умирают в течение четырех-пяти лет. Они живут, и зачастую находятся в создании, а тварь поддерживает в них жизнь и использует их жизненную силу, — мужчина подошел к самому краю открывшегося люка и посмотрел вниз. — Она настолько жестока, что мне запретили ее использовать. Раньше я постоянно бросал ей еду, но теперь приходится кормить простым мясом!

Будто бы поняв слова своего хозяина, монстр протяжно завизжал и потянул длинные щупальца к свету.

— Да, я знаю, ты любишь питаться живыми, — горько вздохнул хозяин твари. — Но не переживай. Если они не начнут говорить, я брошу их тебе!

— Это был Булатов! Это всё он! — закричали они, стараясь отойти от края ямы как можно дальше. Тварь внизу услышала крики живых и начала бесноваться, а щупальца едва не высовывались из дыры, чтобы схватить и утащить людишек в бездну. — Он странный, он неправильный! И вообще никому не нравится!

— Да что же вы так ведетесь легко? — вздохнул Милрон, и его лицо начало меняться. — Блин… даже обидно как-то. Думал, раскусите меня сразу, а вы… — Булатов расстроенно махнул рукой, так как его шутка, можно сказать, не удалась. Слишком быстро они поверили.

— Да не может быть! — взвыл командир отряда. — Опять ты! Зачем ты это делаешь? Почему ты высасываешь из нас все соки каждый раз?

— Ой, как будто вы этого не заслуживаете! — возмутился Булатов, и закинул ноги на стол, развалившись в кресле. — А кто меня называл недалеким и странным только что?

— Так жить-то хочется!

— А перед процедурой кастрации что вы обо мне говорили? А? У меня всё записано! — воскликнул он. — Нет, всё! Я на вас обиделся!

— В смысле, обиделся? Мы одни из лучших оперативников в Империи, и ты с нами на секретном задании! Что значит, обиделся?

— Вот то и значит, — Михаил пожал плечами. — Так что вы отправитесь в виде материала к химерологу… Стража! — Булатов снова поменял личину и превратился с Милрона, как только в кабинет вошли двое мощных бойцов. — Проводите их к Химерологу, пусть он займется ими как можно скорее!

— Слушаюсь! — стражники схватили заключенных и сразу повели в сторону выхода.

— Нет, подождите! — остановил их начальник в последний момент. — Пусть Химеролог сам ко мне зайдет, мы с ним обсудим наказание!

Оперативники ничего не успели возразить, их сразу подхватили стражники и поволокли куда-то на нижние этажи первого круга. Мужчины уже не пытались вырываться или как-то сопротивляться, они практически смирились со своей судьбой. Обидно только, что на мучения их обрек свой же, а не иномирец. Причем обрек уже не в первый раз!

Вскоре они добрались до нужного этажа, увидели все те ужасы, что творит в своем логове Мастер Плоти. Вокруг множество клеток с измененными страдающими мутантами. У кого-то из спины выросли крылья, но без кожи, и теперь эти отростки причиняют бедолаге невероятную боль. У кого-то и вовсе половой орган на лбу. Но этот бедолага почему-то улыбается и пускает слюни. Видимо во время переноса органа Химеролог повредил ему мозг.

— О-о-охх! Новое мясо! — послышался сиплый голос, из-за клеток показался сам Химеролог. Сгорбленный, худощавый, он сразу подбежал к пленникам и начал их обнюхивать. — Отлично! Прекрасно!

— Господин Милрон просил вас зайти, — проговорил стражник.

— О, даже так? — Химеролог потер ладони и захихикал. — А по какому поводу?

— Насколько я понял, чтобы обсудить пытки. Он хочет, чтобы эти люди страдали, как можно сильнее, — пожал плечами тот.

— Отли-ично! Бегу-у! — запрыгал на месте Химеролог. — Сажайте их в клетку, я скоро! — прокричал он, и со всех ног помчался в кабинет к начальнику первого круга.

Вскоре оперативники снова остались в одиночестве, но затевать разговоры не спешили. Каждый погрузился в свои мысли, и они не могли поверить, что Михаил взял и просто предал их. Обиделся! И потому обрек на страдания.

Химеролог действительно вернулся довольно быстро. Но если убегал он веселым, то пришел обратно хмурым, чернее тучи.

— Что он ему сказал? Чего этот такой злой пришел? — самый молодой из оперативников явно занервничал.

— И почему мы снова повелись… Почему? — причитал командир, вспоминая разговор с Булатовым.

— Так всё ж правдоподобно выглядело!

— Ага, как в первый раз…

* * *

— Ваше Величество! — в комнату влетел помощник Императора и слегка поклонился. — Простите, что нарушаю ваш покой, но у меня срочное донесение!

— Что случилось? — старик отвлекся от изучения каких-то документов и снял очки.

— Это насчет четырех оперативников… — замялся мужчина. — Их нашли.

— Живы? Как нашли? Их пытали? Давай же, говори! — Император не знал, радоваться ему или нет, и от нетерпения стал расхаживать по комнате.

— Вам лучше присесть…

— Да ну?.. — вздохнул старик. — Булатов, да?

— А вы откуда знаете? — удивился помощник.

— Неважно, — махнул рукой старик. — Лучше скажи, бояться мне или нервничать? Сдается мне, точно не радоваться, если в этом замешан Булатов.

— Не могу точно сказать, — скривился мужчина.

— Да что не так? — Император начал закипать. — Рассказывай, как есть! Не зли меня!

— Ну, Булатов их нашел!

— Подробнее!

— Вам лучше посмотреть, — помощник выудил из кармана конверт и протянул его старику.

А тот сразу достал оттуда стопку фотографий и начал быстро их просматривать.

— Это они на прогулке, — прокомментировал первую фотографию помощник. — Это они на пытках, а тут они прогуливаются перед камерами смертников, — Император продолжал смотреть фотографии оперативников и остановился на одной из них.

— А это что?

— Это их лица, когда им сказали, что их кастрируют. Все фотографии подписаны на обратной стороне, можете сами убедиться, — мужчина перевернул одну из фотографий, и там действительно была подпись, причем, почерк явно Булатова.

— А это? — у Императора брови поползли на лоб. Но он не стал дожидаться ответа и перевернул фотографию, чтобы прочитать подпись.

Там Михаил в плаще и дорогом мундире, улыбаясь, стоит на фоне центральной башни «Престола Грешника».

А подпись гласит: «Меня взяли на работу!»

— Лекаря… — прошипел старик.

— Что… лекаря? — не понял помощник.

— Лекаря…

— Простите, можно поточнее? Найти? Убить? Привести?

— Лекаря мне, придурок! — старик схватился за грудь, и начал сползать с кресла. — Мне плохо…

Отправить