Глава 3

В Перми

 

— Какие у него красивые глаза! — восторженно прошептала медсестра.

— Ты лучше на его задницу посмотри, — подмигнула ей вторая.

Отражение Виктора мелькало в зеркалах коридоров, пока он уверенно шагал к больному.

Черноволосый лекарь считал себя красавчиком и, черт побери, он был прав: медсестры при его появлении забывали, как дышать. В семье его шутили: где появляется Виктор, там не только снег тает, но и древние ледники.

Виктор влетел в просторную палату, кивнул сидящей там женщине, и сразу же принялся за работу. Наклонившись над больным, он «просканировал» его руками. И из-под кожи пациента засияло зелёное свечение, словно там завелись светлячки. И целительские руны вскоре пошли в ход.

— Ну вот, все в порядке, — выдохнул Виктор. — Теперь можете спать спокойно: ваш супруг не умрет.

Дарья в своём неизменно бежевом кружевном платье застыла, поднеся руки к губам:

— Вы уверены, что угроза миновала?

— Абсолютно, — Виктор улыбнулся ей. — Обратились бы немного раньше — ваш муж уже бы стоял на ногах.

Графиня смутилась, теребя рукава платья.

— Знаете, нам было неловко обращаться. Вы ведь занятые люди, не хотелось отвлекать вас от важных дел, — сказала она.

— Напрасно так думали, — улыбнулся Виктор. — Мой младший брат и ваш сын, неразлучны, как сиамские близнецы. Мы бы вам не отказали. У Гриши ведь мало по-настоящему верных друзей.

Дарье стало тепло на душе от того, что её сына так ценят. Она улыбнулась и поняла: Гриша, скорее всего, убедил брата помочь по просьбе Добрыни.

— Вы даже не представляете, как нам помогли, — в порыве чувств графиня схватила его за руку. — Чем мы можем вас отблагодарить?

— О, не стоит, — он аккуратно высвободил свою руку. — Мне благодарности не нужны. Лучше сыну спасибо скажите: вот кто об отце позаботился.

На прощание Виктор посоветовал ей держать ухо востро, пока муж в больнице. Предупредил: ходят слухи, что враги не дремлют и настроены негативно против Рода Добрыниных, так что война может затянуться надолго.

Оставив Дарью возле спящего мужа, Виктор уверенно вышел из палаты, готовый снова окунуться в океан восхищённых взглядов. Работа работой, а самолюбование — дело святое.

* * *

— Да уж, лучше бы слева пришибла! — вопили студенты на трибунах. — Гляньте-ка, он всего один щит задействовал, где тут логика?

Наконец-то я плюхнулся на скамейку, пытаясь перевести дух, но внутри всё кипело. До этого наш поход по магазинам шёл как по маслу. Кто бы мог подумать, что Вика выкинет такой номер? Гуляя с ней и Машей по бутикам, я сначала был в приподнятом настроении. Мне даже доставляло удовольствие раскошеливаться на всё, что сестра захочет, сжигая свои кровные. Всё-таки я старший брат, а забота о ней — моя обязанность.

Потом мы всей компанией завалились в ресторан. Шопинг высасывает энергию быстрее вампира. Девчонки тоже были голодными. Ну и понятно: пока они мучились с выбором шмоток, я уютно развалился на диванчике и дремал.

Набив животы до отвала, мы душевно беседовали за столом, запивая тортик чаем. За разговором я узнал о Вике много нового. Оказывается, она из какого-то знатного прусского Рода, славящегося своей мощью и количеством скелетов в шкафу. Сюда её отправил дед-патриарх семейства — настоящий кукловод. Он там всем заправляет и лично решает, кого куда послать учиться.

Правда, не всех он отправляет в Российскую Империю, и Вика была удивлена, что именно её сюда отправили — видимо, у деда были какие-то свои планы на внучку. Но она не возражала: призналась, что всегда восхищалась местными порядками, где можно нарушать правила. Короче, свобода ей по душе. В Пруссии законы поведения жёстче, а у нас всё проще.

Если грубо сказать, то у них на родине неровно лежащая вилка на званом ужине — уже трагедия вселенского масштаба, достойная войти в учебники по истории.

Но это всё лирика. Главное, что мне с ней действительно было интересно в тот вечер. Вика очень умна, начитана, а ещё любит дуэли. Есть подозрение, что она мастерски провоцирует на дуэли каждого, кто ей не по душе, словно коллекционирует трофеи. В ресторане я выяснил, что у маркизы намечена дуэль с каким-то студентом из Рода Радугиных. Совпадение? Думаю, что нет!

Девушка вызвала его не просто так, а чтобы влезть в судьбу нашу с Машей, так сказать, по-дружески. И пусть Вика желает нам добра, но я всё равно зол. Почему все так и норовят влезть в проблемы нашего Рода и вписаться за меня? Я что, похож на беспомощного сопляка с табличкой «Спасите, помогите»? Сначала Маша бросалась на дуэли с каждым, кто косо на меня взглянет, теперь и Вика туда же. Бесит это до чертиков.

Может, всё дело в том, что я слишком вжился в свою новую роль в этом мире? Теперь все уверены, что я ленивый и слабый тип, ведь стараюсь избегать всего, что движется, а иногда и того, что уже давно не подаёт признаков жизни.

На самом деле, мне просто лень вытворять что-то эдакое: скука смертная, одним словом. Если бы они знали, что я уже натворил и повидал, то очень удивились бы. Но, увы, тайны остаются тайнами.

— Добрыня, этот Эдик Радугин, похоже, уже понял, что проиграет, и теперь выкладывается на полную, — Маша боднула меня плечом и указала на арену. — Немного беспокоюсь за Вику.

С чего это она вдруг за неё парится, понять не могу. По-моему, у Виктории всё под контролем: играется с противником, как кошка с мышкой.

— Успокойся, тревожная ты наша, — вздохнул я. — Вика ещё даже не включила турборежим, не видишь? Она специально его изматывает.

Мои слова немного остудили сестру. Хотя она сама с Викой на дуэли билась, значит, должна понимать её силу. Или мелкая просто за подругу сейчас так сильно волнуется.

Да и чего тут удивляться? Маша вообще всех считает слабыми и беззащитными. Думает, что без неё никто и шагу ступить не сможет: ни на тренировках, ни в боях, ни в походе за булочками.

Поглядываю на магические вспышки на арене и вижу, как Эдик — фамилию его лучше не рифмовать — красиво взлетает над песком и плюхается лицом вниз. Нокаут. Шах и мат в одном флаконе.

Ну а я, собравшись с мыслями, хватаю чистенькое полотенце и топаю к Виктории. Девчонка во время дуэли так старалась, что аж запыхалась и взмокла. Думаю, пусть приведет себя в порядок, а я побуду джентльменом. Хотя, честно говоря, внутри меня до сих пор бомбит от её выкрутасов. Женщины… Они, как магия — никогда не знаешь, чего ожидать. Хотя, с магией всё куда проще…

Поболтал с ней недолго и, сухо поздравив с победой, первым двинул на остальные пары. Не то, чтобы я был фанатом учёбы, просто хотел успеть занять место на задней парте — там можно спокойно подремать.

Оставшуюся часть дня в академии было тухло, чему я несказанно радовался. Выспался вдоволь, и дуэлей больше никто не устраивал — просто праздник какой-то!

Но был один забавный момент: чёртов суслик снова объявился во время обеда. Казалось бы, я повидал многое, но этот грызун переплюнул всех и заслужил титул «Главный зараза дня».

Сижу во дворе на лавочке, уплетаю огромный бутерброд. И тут этот хвостатый нахал прорыл нору прямо подо мной. До сих пор не понимаю, почему в академии не начали охоту на грызунов: суслик уже везде свои ходы прокопал! Либо он мастер маскировки, либо все вокруг слепые.

Его наглая морда появилась над поверхностью. Он прищурился.

— О, кого я вижу! — заговорил суслик, словно мы с ним старые друзья. — Нам надо серьёзно поговорить. Во-первых, почему в тортах была лактоза? Во-вторых, ты зачем на холодильник замок повесил?

В принципе, одним щелчком пальцев я мог бы отправить его на встречу с предками. Но он забавный тип, да и не убиваю я беззащитных животных.

— Ты хоть представляешь, как меня раздуло? Диарея такая была, что я чуть в стратосферу не улетел! — продолжал возмущаться нахальный грызун, тыкая в меня лапкой без тени страха.

— Да, ты выглядишь паршиво, — кивнул я, с трудом сдерживая смешок. — Теперь будешь знать, как воровать чужие десерты.

— Я бы на твоём месте за языком своим следил, — заявил он с пафосом, будто король вселенной. — Могу так напакостить, что святой водой не отмоешься. Понял намёк?

Смотрю на него и думаю: максимум, что он может — это насрать мне на кровать. Хотя, честно говоря, стирать постельное бельё после грызуна — удовольствие сомнительное. Да и вообще, кто знает, какие сюрпризы этот хвостатый готовит.

А что, если этот грызун такой дерзкий потому, что он не простой суслик, а, например, директриса академии? Представьте: в свободное время она балуется трансфигурацией и отрывается по полной в облике зверька. Хотя, учитывая её характер, это многое бы объяснило. Кто знает, какие «тараканы» у людей в голове.

— Дай угадаю, вероятно, ты уже сделал дубликат ключа от замка на холодильнике? — прищурился я.

— Конечно! Ты что, за лоха меня держишь? — ухмыльнулся он, и хитро на меня посмотрел.

— Понятно всё с тобой, блохастый… персонаж, — вздохнул я, вставая с лавочки и наклоняясь к нему поближе. — Ладно, если жрёшь из моего холодильника, будь добр платить. За всё в этом мире надо платить. От тебя должна быть хоть какая-то польза.

Грызун задумался на мгновение, затем разразился хохотом, хлопая себя по пушистому животу.

— Ты за кого меня принимаешь? — возмутился зверек. — Может, мне тебе еще пирожки испечь и полы помыть? Извини, дружище, так не пойдёт. Мы не настолько с тобой близки…

— Не горячись, пушистый. Я имел в виду плату в виде полезной и нужной мне информации.

— Аааа… если так, ладно, поглядим. Всё зависит от моего настроения, — фыркнул он и покосился на остаток моего бутерброда.

Но я ловко запихнул его в рот и, жуя, двинулся прочь. В целом, больше никаких казусов за день не случилось. Ну, почти. Только слышал краем уха, что в женском общежитии кто-то трусики ворует. Теперь не сомневаюсь, что это дело лап суслика. Может, он коллекционер?

Весь вечер мне названивал Гришка. Он, видимо, решил, что обязан помочь мне в этом деле с Радугиными. А я не особо в восторге от его вмешательства.

Но Гришка копал информацию на наших врагов и сразу делился со мной. Я даже не представляю, откуда у него столько связей, и как он всё это добывает. Так я узнал, что Радугины решили затаиться: засели по своим особнякам, отменили все светские мероприятия и деловые встречи. Думаю, есть у них над чем голову поломать. Наверняка размышляют, кто уничтожил их завод. И, конечно же, гадают, кто так сильно покалечил их начальника службы безопасности и ещё десяток гвардейцев.

Но это всё предсказуемо. Куда интереснее было узнать, что Радугины сами начали копать информацию на меня и Распутина. Все носятся, пытаясь вычислить, кто же был тем самым Ночным Разбойником на ринге, и кто его менеджер. А мне что? Париться из-за этого смысла не вижу. Распутин — личность уникальная, раздолбай до мозга костей, но если уж за дело берётся, делает всё, как профи, не оставляя следов.

Правда, риск есть: информация может дойти до Рода Распутиных о наших подпольных приключениях. И тогда, кто знает, что будет. Но мне и Гришке кажется, что они уже в курсе. Просто пока не хотят не вмешиваться, и наблюдают со стороны.

Да и бог с ним. Мой друг молод, а этот опыт деловой хватки в роли менеджера ему только на пользу. В будущем может пригодится, да и Дару лекаря это не мешает. Если так подумать, то одни плюсы, чёрт побери!

 

Ночью

В столице

 

— От таких авантюр я уже отвык, — почесал голову мужик, выглядевший так, будто мог одной левой трактор поднять. — Новые места меня теперь только бесят. Даже если это столица: ничего там нет интересного.

— Командир, но мы же сюда не на экскурсию приехали, а по делу, — встрял один из гвардейцев.

Борис, командир гвардии Добрыниных, зыркнул на него с негодованием. Думал: то ли забить на этого умника, то ли раскатать его в блин и сделать новую карту местности. Но лень было возиться. Махнув рукой, он зашагал вдоль рядов своих ребят, проверяя последние приготовления к штурму. Из темных кустов вынырнул второй боец.

— Командир, а почему мы на родовое имение Радугиных не нападём? — спросил широкоплечий Васёк.

— Потому что ты тупой, Васёк, вот и весь ответ, — холодно бросил Борис, уже сигналя всем, что вот-вот начнётся обратный отсчёт до штурма.

Сам Борис знал немного. Инфа пришла инкогнито: кто-то сообщил, что глава службы безопасности Радугиных временно вышел из строя, точнее, его покалечили. А ведь на этом Ярославе Астахове — главном цербере их безопасности — держалась вся охрана Рода. Борис сначала удивился, но потом понял, что пора действовать, пока появился подходящий момент.

По его данным, в этом небольшом поместье сейчас находятся два типа из семейства Радугиных. Для первого шага — самое то. Начнём с малого, закончим большим взрывом. Ведь остальные группы вражеских гвардейцев сейчас в столице, а не здесь, за городом. Они там охраняют важные объекты ещё усерднее после пропажи завода. Бориса эти мысли порадовали. В своих действиях он был уверен, ведь всю полученную информацию он тщательно перепроверил, и был убеждён, что подставы нет никакой. Так что одно из поместий Радугиных, мелькающее в ночи, стало первоочередной целью.

— Действуем тихо… В общем, как договаривались, — Борис сурово оглядел охраняемое поместье и махнул своим парням.

Он всё просчитал: расставил по периметру бронированные джипы и тяжёлую артиллерию на случай, если кто-то решит свалит. Раньше он только координировал операции, но давно не участвовал лично. На этот раз решил вспомнить молодость и пойти в дело сам. Надо же иногда проветриться.

Гвардейцы моментально рассредоточились вдоль забора. Но какая незадача для Бориса: рядом снова появился болтливый Васёк, с автоматом наперевес. Времени от него избавиться не было. Он лишь по рации бросил всем:

— Помните, слуг мы не трогаем. У нас две цели, которые нам нужны живыми! Остальных, кто с оружием и сопротивляется — убрать.

Васёк открыл рот, чтобы уточнить, но увидев свирепый взгляд командира, промолчал. Только кивнул, что понял, и двинулся вслед за бойцами. Боря его не переваривал, но этот засранец был мастером восточных единоборств.

Пробрались во двор без проблем: камеры вырубили артефактными заглушками, охранников у шлагбаума уложили спать. Всё шло, как по маслу, пока в коридоре они не столкнулись со служанкой. Она завизжала так, что на этот концерт сбежались гвардейцы Радугиных.

Боря лишь закатил глаза и объявил:

— Ну всё, ребятки, теперь можно и пошуметь! — сказал он, отпуская курок своего автомата.

Коридоры тут же превратились в дискотеку, только без весёлой музыки: лампочки сверкали, как стробоскопы, окна разбивались с таким звуком, будто кто-то решил сыграть джаз на стекле, а посуда на кухне летела, словно приглашённые гости не подрались, а решили сыграть в бейсбол с фарфоровыми тарелками.

Слуги выбегали из своих комнат с лицами, выражающими одно сплошное «Что тут происходит⁈».

— А ну-ка, быстро валите отсюда! — кричали им бойцы.

Боря тем временем на кухне устроил настоящее шоу. Первого гвардейца он встретил поварским ножом и сказал:

— Ты же не против? — и прежде, чем тот успел ответить, отправил его в нокаут.

Затем еще четверых уложил так быстро, что они и подумать не успели, что сегодня их последний рабочий день. Двоим прострелил черепа, заметив:

— Ну что, парни, мозги на место поставить не получилось.

А Васёк сражался с бугаем одним полотенцем. Да так лихо, что скрутил противнику руку и напинал по яйцам.

— Вася, ты там долго? Да выруби ты уже его! Нам нужно найти Радугиных! — рявкнул командир и помчался по служебной лестнице на второй этаж.

Там он увидел родственников графа, которые были в пижамах.

— Куда собрались, господа хорошие? — с сарказмом бросил Боря.

Завязалась небольшая потасовка, и Боря быстро отправил в нокаут двоюродного дядю Радугина.

— Лежи спокойно… Тебе давно нужен был отдых!

Бой внизу был яростным, но недолгим. Шум перестрелки вскоре стих.

Второго аристо в отключку отправил Василий. Он набросился на него со спины в узком коридоре и обхватил за шею.

— Готово, командир, — улыбнулся Вася. — И никакой магии даже не понадобилось.

— Радуйся, что мы внезапно напали, а то огребли бы по полной, — фыркнул Борис, глядя на его довольную рожу.

Дальше никто не болтал, только приказы раздавались. Заложников связали и закинули в тачку, слуг окончательно разогнали, а поместье взорвали.

Усевшись на переднее сиденье и бросив взгляд на догорающее поместье, командир гвардии Добрыниных выдохнул.

— Ещё один успешный день, — пробормотал он.

Мотор джипа взревел, и они рванули прочь. Но Борис всё ещё недоумевал: успех был слишком быстрым, да и обошлось без жертв с их стороны.

— Надеюсь, это не потому, что мы забыли включить режим сложности, — пробормотал он себе под нос.

У кого-то пара царапин и синяков, но это не в счёт.

В голове крутилась одна мысль: всё это чертовски опасно, после стольких лет затишья. Но Борис понимал: другого пути нет, если Род, которому он служит, хочет выжить.

— Как говорится, либо убей, либо тебя сожрут! — усмехнулся он, глядя в темноту ночи.

* * *

— Вот за что я обожаю интернет: новости здесь всплывают быстрее, чем я успеваю замести следы! — ухмыльнулся я, листая ленту на телефоне.

Борис не подвёл и вписался в дело, как настоящий профессионал. И всё это без участия моего папаши. Вот что значит верные люди! Теперь у нас есть заложники — прекрасный козырь. Но для триумфа этого мало.

— Йя-яяя! — что за чёрт? За моей спиной раздаётся яростный вопль. Обернувшись, замечаю, как мой хилый однокурсник мчится на меня с мечом.

— Победа будет за мной! — громко кричит он.

С невозмутимым лицом ловлю его меч и, как настоящий мастер кунг-фу, бью ладонью в грудь. Он издаёт булькающий звук, и отлетает на пару метров, а меч остаётся у меня в руках.

— Да чтоб тебя, Добрынин! Опять ты! Зовите медиков, студенты-дуболомы! — рычит наш препод, закипая, как чайник.

Групповые тренировки явно не для меня… Эти однокурсники, похоже, получают удовольствие от побоев — чистые мазохисты.

Пока будущего журналиста и очередного ботаника несут на носилках в лазарет, я чувствую на себе взгляд этой мелкой занозы:

— Добрыня, ну зачем так жёстко? Мог бы и помягче: Драгунский ведь в моей команде! — выговаривает она, сверкая глазами.

— Не моя вина, что этот гений тактики решил напасть на меня со спины, пока я смотрел в телефон, — пожимаю плечами. — Пусть учится на своих ошибках.

Но так просто от неё не избавишься… Почти всё занятие мы обменивались язвительными комментариями. Благо, это последнее на сегодня — нужно быстрее уединиться и заняться… то есть сделать важный звонок.

Как только препод дал отбой, я рванул в раздевалку, но там меня уже поджидали Маша с Викой.

— Извините, леди, но у меня сегодня есть дела поважнее, — бросил я, пытаясь проскользнуть мимо.

— Какие такие дела? Не хочешь попить чаю с родной сестричкой? А если я скажу, что мы купили твой любимый торт? — фыркнула Маша.

— Лекции учить надо, завтра Маргоша Великая устроит экзамен на выживание, — соврал я. — Ладно, оставьте мне кусочек и занесите в номер.

— Размечтался! — Маша сжала кулаки и ухмыльнулась.

Вот это забота о брате и его потребности в сахаре. «Семейная поддержка» просто бьёт все рекорды.

— Ладно, я принесу тебе два кусочка, — вмешалась Вика с добродушной улыбкой.

— Не стоит, подруга… Не хочет с нами чай пить — пусть катится, — ответила моя упрямая сестрёнка.

Я уже не слушал их перебранку: благодарно кивнул Вике и помчался переодеваться. В раздевалке задерживаться не стал: быстро переоделся для вида, душ проигнорировал. Схватив рюкзак и телефон, направился подальше от всех — в сторону парка.

Устроившись на тихой скамейке, вытащил из рюкзака шоколадный батончик с орехами, развернул его и набрал номер отца. Хорошо, что он сразу поднял трубку — значит, я не зря торопился.

— Здорово, бать! Как там жизнь на больничной койке? — сразу спросил у него.

— Жизнь, сынок, та ещё прогулка по минному полю, — хмыкнул он. — Со здоровьем получше. Потихоньку отращиваю новые органы.

— Вот и отлично! Рад, что с тобой все в порядке… Кстати, звоню поздравить с тем, как вы круто провернули операцию в столице.

А батя начал отмахиваться, мол, ерунда, дело житейское. Борис сам всё спланировал, а он так, немного помог. Хотя наш командир гвардии и мозг, приказы всё равно батя отдаёт, да и оружие из его закромов. Подсуетился вовремя — и то хорошо.

Я, естественно, попытался его взбодрить и узнал, что отец даже боевые артефакты для нашего Рода заказал, оружие обновил. Но от своего бездействия ему легче не стало.

— Хватит об этом, — грустно вздохнул батя и, судя по звуку, затянулся дымком. Курит, значит. Ну, кто я такой, чтобы запрещать?

— Как скажешь, бать, — откусил шоколад и запил водой. Пора переходить к делу. — Слушай, может всё же пришлешь в академию парочку гвардейцев. Маше безопаснее будет, да и я смогу с ними в весёлых приключениях поучаствовать.

— Опять ты за своё! — голос у него сразу стал строгим. — Не дорос ты ещё, Добрыня, гвардией командовать. А насчёт войны не переживай: скоро всё уладим, как только я выйду из больницы.

Обидно? Конечно! Но батя не знает моей реальной силы, и за это ему скидка. Зато теперь я понимаю, в кого Маша такая упрямая. Снова запел старую песню, что у них там всё под контролем, а нам с Машей надо учиться и сидеть в академии, пока взрослые дяди играют в солдатики. Ну-ну, легко сказать… Маша-то усидит спокойно? Сомневаюсь.

В итоге поговорили ни о чём, а я надеялся, что он поймёт всю серьёзность. Хотя вроде и понимает, но всё равно считает, что война — это не детское дело, и нам лучше не вмешиваться. Конечно, пусть детишки строят замки из песка, пока приближается цунами. Отличный план!

Судя по нашему скудному арсеналу и жалкому числу гвардейцев, Добрыниным не выстоять… Это вопрос только времени.

Что ж, придётся мне выйти из тени и принять весь удар на себя. Кто, если не я, этим всем займется?

Отправить