Глава третья

– Нерга убили – заметила опустившаяся на стул напротив пифия Кассандра.

Перед ней поставили полную кофейную чашку, следом на стол встала тарелка с красивыми печенюхами в форме сердечек и отрубленных голов зомби. Глянув на печеньки, пифия добавила:

– Ему голову отрубили.

– Я уже слышал – кивнул я, прихлебывая сладкий крепкий кофе.

– Нашли осколки бокала у угла. Изучают. Вроде даже облизали пару осколков. На одном кровь, на другом ядреный фирменный мозготряса Сэма.

– И что?

– Побежали к нему. Спросили.

– А он что?

– Он рассказал, как сделал три таких коктейля своим друзьям Рэку, Каппе и лиду Оди. Как они, отдохнув и взбодрившись, оставили бокалы на ступеньках, попрощались и ушли. А он, выйдя за бокалами, обнаружил, что его любимых огромных бокалов осталось только две штуки. Такая вот беда – спер кто-то один бокал.

– Нехорошо – вздохнул я – Надо бы возместить стоимость бокала Сэму.

– Но кто-то видел, как по Центральной неспешно шагал Оди похлюпывая красным коктейлем.

– Ух ты.

– Но другие, кто тоже видел Оди, яростно возражают, крича, что руки героя были пусты. Еще группка добросов откровенно ржет и кричит, что видели бедолагу Оди – так он еле-еле ковылял, а все его тело было сплошь в медицинском корсете.

– Ну надо же… уже в белье утягивающем прогуляться нельзя.

– А убийства никто не видел. Да и как? Все заняло секунд пять, может десять. Отошел Нерг хлебнуть водички… и выбежал в класс безголовым, футболя собственную голову и поливая все вокруг кровушкой.

– Как красиво он ушел…

– Бегают по улицам друзья его и соратники верные. Землю роют. Бетон царапают. Ищут орудие преступления. Тесак Нерга пропал. Найдут?

– Мне откуда знать?

– Ну да. Тебе-то откуда?

– Вот именно.

– М-да… и ведь все это – просто комедия. Искать ищут, землю роют, но… все ведь до последнего жителя в курсе, что Нергу отрубил башку никто иной как герой Оди. С чего бы так поступать герою Оди? Да как с чего – уже все знают, как лажанулся давеча Нерг со своей пламенной речью о том, что невозможно стать героем без подготовки и о том, как перед дракой недавней заставлял он Артура искалечить бедолагу Оди… Так что налицо мотив.

– Мелочь – отмахнулся и жестом попросил официантку повторить кофе и воды.

Незадолго до этого я сходил в туалет и получил возможность лицезреть удивительного цвета мочу, простояв там минут пять и чуть не получив обезвоживание. Этот мозготряс просто яростное мочегонное.

– Мелочь – повторила Кассандра – Ну-ну… у Нерга много друзей, гоблин Оди.

– Да мне насрать.

– Я в курсе. А ведь ты мог просто поговорить с Нергом и выбить из него охеренную компенсацию… Я бы помогла.

– В жопу Нерга.

– Он уже там и никогда не вернется. Система выдала задание на поиск убийцы. Мне.

– Ух ты… справишься?

– К вечеру найду – широко улыбнулась пифия – Мальчики уже вовсю лепят дело. Найти бы еще тесак окровавленный, чтобы подложить под одну пьяную лапу…

– Так уж надо?

– Да нет. И без него сумею повесить мертвеца на ту поганую шею. Ну так что, герой? Поговорим о делах?

– Вперед – поощрил я пифию и подался вперед – Расскажи, как я могу тебе помочь и в насколько глубоком долгу ты окажешься, женщина с бабочками.

– Я тебе тоже помогаю.

– Ты послала людей за Псом – согласился я – Но еще вопрос отыщут ли они его.

– Я не только об этом. Уже забыл про отрубленную голову Нерга?

– А причем здесь я и голова Нерга? – поразился я и улыбнулся официантке, принесшей кофе.

– А кто его завалил? Разве не ты?

Услышав наши слова, девушка вздрогнула, чашка звякнула, но без происшествий приземлилась на стол. Сурово глянув на официантку, пифия предупредила:

– Ротик на замке, милая. Я не хочу посылать за суровыми нитками.

– Конечно, госпожа!

– И принеси еще печенья.

– Конечно. Сердечки? Или головы с перцем?

– Головы. И немного жгучих ладошек. Остались еще такие печенья?

– Для вас всегда, госпожа Кассандра. Вы же знаете наше к вам отношение!

– Ага. Оставишь на соседнем столике вместе с табличкой «Занято». Хорошо, милая?

– Уже выполняю!

Зачерпнув горсть печенюх, забросил в рот, жеванул и поморщился. Сердечки сладкие, головы соленые. Осталось добавить жгучих ладошек и будет полный комплект.

– Говорят раньше была очень красивая традиция – заметила пифия, наблюдая за моими гримасами – Уходящие на серьезное задание в Зомбилэнд сквады получали по стограммовой стопке кофейного самогона и по горсти соленых крекеров. Если им удавалось выполнить задание и вернуться, их ждал сладкий кофейный ликер и сладкие же печенья-сердечки. Как тебе?

– Да они в мозг трахнутые.

– В мозг трахнутые – повторила Кассанда и поморщилась – Уф… сам придумал?

– Скорее ты снова мне напомнила своими речами одну нимфу с дырками в голове и теле. Когда она была никем и умирающая лежала в тупике, к ее дырке в черепе подступился со своим немытым хером какой-то не слишком здоровый гоблин.

– Я надеюсь гоблина пропустили живьем через мясорубку?

– Примерно так – усмехнулся я, глядя на притаившуюся у ее виска синюю бабочку – У ней дырки в черепе и животе. У тебя бабочки. Она уже ничего не хочет. А ты рвешься и рвешься.

– И что лучше по-твоему?

– Движение! – отрезал я – Постоянное движение вперед и вверх. Вот что лучше. Все остальное кончится одним – лицемерным умирающим болотом с борделем, кофейным ликером и сладкими сердечками.

– Может ты и прав.

– А может ты уже наконец расскажешь то, о чем хочешь рассказать уже давно, но почему-то… боишься? Я правильно опознал потаенную эмоцию в твоих красивых глазах, пифия?

– Это комплимент? Не мечтаешь ли и ты поглазеть на сиськи с бабочками, гоблин?

Заглянув в искрящиеся весельем глаза пифии, я не выдержал и рассмеялся:

– Тот пасший меня паренек раскололся и поведал о своих фантазиях?

– Слишком уж он мялся, краснел и отводил взгляд. Сразу ясно, что есть что скрывать. Парни чуть надавили. Он зажался. Попробовала я. И он рассказал…

– Хы-хы-хы – сказал я – Показала сиськи подчиненному?

– Перебьется – буркнула Кассанда – Так ты мне комплимент делаешь?

– Не – покачал я головой – Я вечером уже занят.

– Охренел? Я к тебе в постель не напрашивалась! Понял?!

– Понял.

– А с кем ты занят?

– Так что насчет задания, пифия? Хватит прикидываться заинтересованной в моих личных делах. Тебе от меня нужно только одно. Причем что-то такое, что ты почти уверена, что я тебе откажу. Так?

– Так – Кассандра произнесла это с настоящим облегчением, будто наконец выдернула занозу.

– Не решай за меня. Не додумывай за меня. Рассказывай.

– Ладно… Ты в курсе что раньше я была героем.

– Да – я подался вперед, сделал огромный глоток кофе и помахал в воздухе рукой с растопыренной пятерней, требуя себе добавки.

– Получив наказание спустилась до доброса. Но остатки памяти и горящие огнем амбиции гнали меня вперед. Пусть звучит дерьмово, но в деревушке куда меня забросили, я чувствовала себя как… как…

– Красивой бабочкой среди тараканов? – предположил я.

– Очень грубо. Скорее золотой рыбкой среди кильки… еще хуже прозвучало, да?

– Короче я понял. Вы просто разные – ты и обычные добросы. Тебя с размаху бросили в коровью лепеху. И тебя это не устроило.

– Само собой. Так что я быстро собрала воедино все, что оставалось в голове, добавила инфы из расспросов, получила парочку достаточно кошмарных видений… собрала рюкзак и отправилась к Тропе. Весь пусть рассказывать не буду, но я немало попутешествовала с бродосами, сражалась с ними плечо к плечу, потихоньку обновляя боевой опыт, получая все больше видений, обзаводясь оружием и снаряжением, становясь все ближе к Зомбилэнду. Пока в один прекрасный солнечный полдень я не достигла наконец цели и не оказалась посреди улицы Жильной, глядя на мрачные бетонные стены…

– Уже скулы сводит. Щас блевану тебе в печеньки…

– Заткнись! Ты всех начинаешь выводить из себя на пятой минуте беседы, ведя себя как мудак?!

– Обычно на третьей. Но раз уж ты угощаешь. Кстати… вот твои кроны.

– Ага – на кроны она даже не взглянула и уже хотела было продолжить, но вильнула взглядом в сторону и вздохнула – О… подруга Нерга летит – боевая и постельная.

– Не сейчас – скривился я, поворачивая голову и глядя на стремительно приближающуюся плечистую красотку с шипастой дубиной в правой руке и огромным тесаком в левой. За плечом у ней болтался игстрел, но, видимо, стрелять в меня постельная подруга Нерга не хотела, она желала меня бить и резать…

– Не сейчас! – лязгнул я и мстительница сбилась с шага. Но не остановилась и, наставив на меня тесак, заорала:

– Я отрежу тебе яйца, ублюдок! Отрежу, замариную в уксусе и каждый день буду их… ЫКХ!

Шагнув навстречу, я отбил вытянутую руку, схватил девку за загривок и, проведя по короткой дуге, швырнул на высокие перила платформы. Поясницу пронзила боль, шею тоже, но фокус удался – силой броска ее перекинуло через перила и со сдавленным воплем она рухнула в океан – прямо в мягкую, мокрую и отрезвляюще холодную водич…

Бум…

– А-А-А-А-А-А! А-А-А-А-А!

– Вот дерьмо! Какую-то девку жопой на штырь приземлило! – заорали истошно снизу – Вот это ее корчит!

– Снимай ее!

– Как?! Она тесаком машет! Вот дерьмо… штырь-то в половину метра был и весь в кишки ушел… какого хера она прыгнула?!

– А-А-А-А-А-А!

– Брось тесак дура! Брось тесак, и мы тебя снимем!

– А-А-А-А-А-А-А-А-А!

– И часто здесь так? – спросил я у замершей с тарелками и чашками на подносе официантки, забирая новую дозу сладкого вкусного кофе.

– Как так? – пискнула она, завороженно слушая не утихающие вопли снизу.

– Прыжки самоубийц извращенцев – пояснил я.

– До вас не было – робко улыбнулась девушка – Ой! Я не это хотела сказать, господин герой!

– Охренеть ей разворотило! Не наклоняй! Штырь внутри же! Перемешает ей говно с печенкой! Тише!

– А-А-А…

– Затихла. Но вроде жива. Потащили…

– Что произошло после того, как ты собрала сквад и начала пробиваться к статусу героя? – спросил я, опускаясь за стол.

Моргнув, Кассандра оторвала взор от перилл и сфокусировала на мне. Покачав задумчиво головой, она крикнула официантке:

– Милая! Сейчас сюда все подряд попытаются набежать. И мои, и Нерга и любопытные. Всех нахер! Скажи, чтобы заведение прикрыли. Убытки оплачу.

– Да, госпожа!

– А тем, кто из бывшего сквада Нерга передай – Лизи Бом сама напросилась! Она напала первой и получила отпор. Кассандра тому свидетельница и при нужде даст Матери показания. Так что пусть не подводят тупую Лизи под эшафот.

– Да, госпожа!

– Уф – проворчала пифия и захрустела печеньками. Не выдержав, вскочила, подошла к периллам, глянула вниз, рывком повернулась ко мне – Ты метился?

– В перилла – кивнул я.

– Там внизу – море! И один единственный старый небольшой понтон со штырем, куда рыбаки крепят свои плотики и лодочки – тут неплохо идет лов. И ты умудрился насадить Лизи жопой на единственный штырь в радиусе пятидесяти метров!

– Мама всегда говорила, что я подаю надежды. Что насчет задания?

– Задание… все просто, гоблин – пифия вернулась на место, неожиданно улыбнулась – широко и солнечно, отчего прикорнувшие на щеках мотыльки перепугано замахали крылышками – Мы уперлись в Голубой Свет. И не единожды. А раз за разом.

– Если ты думаешь, что мне стало понятней…

– Я поясню. Рыбки поедим?

– Нахер рыбу. Кассанда… хватит! Говори толком! Если я откажусь – откажусь. Соглашусь – соглашусь. Рассказывай!

Проведя ладонями по лицу, пифия заговорила ровным бесстрастным тоном. Вернее пыталась, но получалось у нее плохо – проскальзывали эмоции, причем эмоции сильные, резкие, такие могли быть только у того, кто пережил что-то сам, а не услышал от кого-то.

– «Синий Свет». Это словосочетание заставит вздрогнуть каждого опытного бойца, вызовет дрожь у каждого опытного лидера. На одном из бараков есть даже граффити – горящий на темном фоне синий призрачный огонь. А по сторонам на стене сотни имен погибших бойцов и названия уничтоженных сквадов. Весь горький юмор в том, что никто и никогда не видел самого «синего света», да это и невозможно, ведь его еще надо зажечь – в этом и есть суть одноименного ублюдочного задания.

Я моргнул.

– Это задание? Задание с названием «Синий свет»?

– В точку. Задание на вид простейшее. Все что требуется от сквада – пройти по указанным координатам и зажечь голубой свет в комнате. Все. Задание выполнено. Одна проблема – никто и никогда этого задания не выполнял. А те, кто пытались… они большей частью мертвы.

– Это звучит интересно – признался я – Подробности! Где? Что за свет?

– Инфы немало… место всегда одно и то же. Четвертый этаж второго больничного корпуса. Комната номер 191-28Боль.

– Как-как?

– Звучит странно, но так уж указано в описании задания – «комната № 191-28Боль».

– Саму дверь видели?

– Никогда. Врут много. Если начнешь расспрашивать – услышишь немало самого невероятного дерьма. Кто-то мол почти дошел, кто-то даже коснулся ручки и повернул, но тут… в их рассказах дверь то обычная, то стальная, то сейфовая, то утыканная сотнями ножей, то заваленная горой трупов. Я потратила на расспросы часы и сотни крон. Я оплачивала ужин и пойло самым старым из тех, кто некогда был реальным бойцом, но опустился на самое дно и остался в Угольке.

– Славный треп ветеранов…

– Славный бред ветеранов скорее уж тогда. Чтобы не прерывать ужин с обилием еды и бухла, они начинают выдумывать, растягивать, искажать, преувеличивать свою роль.

– Ведут себя как обычные гоблины – пожал я плечами и осушил очередную чашку.

– Не слишком много кофе?

– Организм требует – ответил я чистую правду – Прямо тянет. Вода, кофеин, печенья. Больше ничего не хочется.

– Мать напичкала тебя своими странными коктейлями – кивнула Кассандра – Бывает. Однажды один из моих бойцов три дня не мог ничего жрать кроме сырой рыбы – вместе с кишками. И ничего – выздоровел. Его убили на следующем задании броском бетонной рыбьей башки оторванной от скульптурной группы в заброшенном саду рядом с первым больничным… но тебе неинтересно, да?

– Ага. Что еще про этот синий свет?

– Из фактов?

– Только из них.

– Смерть – коротко ответила Кассандра – Много смерти. Такое впечатление, что с четвертого этажа второго больничного корпуса начинается ад откуда уже нет возврата. А по пути к этому гребаному четвертому этажу все нарастающего сопротивления столько, что кажется, будто ты пытаешься силой проломиться в рай.

– Ты там была?

– Дважды.

– Опиши.

– Все как у всех. Ты почти без проблем доходишь до второго больничного. Да зомбаки встречаются – поодиночке, малыми группами, но при этом они случайные. Ранды.

– Поясни.

– Ты же вчера зажег в Зомбилэнде. Сам еще не понял?

– У нас скорей всего термины разные. Я видел два типа зомбаков – отбившиеся, искалеченные, бродящие туда-сюда бесцельно. Их ты, похоже, называешь случайными.

– Ранды. От слова «рандом» вроде как. Короче – случайные встречи.

– И второй тип – те, кого система нацеливает конкретно на нас.

– Точно.

– И их как называете?

– Аймы. Они изначально нацелены точно на тебя. Сфокусированы на убийстве конкретно тебя и твоего сквада. С такими ты тоже столкнулся вчера.

– Верно. И вот тебе выпала карта «Синего света». Ты идешь на выполнение обычным маршрутом.

– В точку. И по дороге тебе встречаются исключительно ранды. Ну иногда можно столкнуться с аймами бегущими к другому скваду, что зашел одновременно с нами. В таком случае приходится убивать. Но конкретно наших аймов нет вообще. Это проверено десятки раз. Может даже сотни. Даже если сквад не решается войти во второй больничный, Мать не шлет аймов по их души. Да Мать вообще не шлет тварей по этому заданию! Никогда! Тоже проверено!

– Тогда в чем проблема?

– До второго этажа второго больничного корпуса никаких проблем нет. Он паскудно заблокирован этот корпус. Ты не можешь подняться напрямую с первого на четвертый. Зайдя в корпус, проходишь его насквозь, уничтожая по пути рандов. Поднимаешься на второй этаж – и снова через весь корпус. Причем уже бегом – потому что как раз в этот момент начинается самое смачное дерьмо. Твари… где бы они ни были до этого, они начинают вылезать из каждой щели. Вообще все твари, что в тот момент находятся на территории Зомбилэнда, разворачиваются как по сигналу и бегут ко второму больничному. Нет ног – ползут. Поэтому с тем сквадом, что получил задание «Синий свет» и идет на выполнение, всегда по традиции отправляются самые слабые сквады.

– Потому что у них со своими заданиями в этот день проблем не возникнет…

– Ага. Они зомбаков если и увидят, то только реально дохлыми. Без проблем, в полной тишине и спокойствии, даже не касаясь оружия, они легко почистят канавы, порубят деревья, покрасят бордюры, вынесут мусор и покинут Зомбилэнд без единой царапины. И все это время они будут знать, что в этот момент во втором больничном корпусе разворачивается настоящий ад.

– Запомнил. А если в этот день делать доставку сурверу?

– Такого не бывает – покачала головой пифия.

– В один и тот же день система не выдает задания «Доставка» и «Синий свет» – уточнил я.

– Не выдает.

– Умно. Давай по статистике.

– Какой?

– По этажам. Как я понял – до второго этажа все доходят без проблем.

– Обычно все начинается, когда сквад проходит – вернее пробегает – четверть второго этажа. К этому моменту появляются первые противники – причем сзади, идут вдогон.

– Дальше.

– Обычно сквады успевают добежать до лестницы ведущей на третий этаж. Там приходится дать первый бой тем, кто тебя догнал. Говоря «первый бой», я хочу сказать, что чаще всего он и последний. Тварей много, Оди. Очень много. Они прут живой стеной. Когда мы схватились там со своей толпой ублюдков, я потом насчитала больше пяти десятков зомбаков. Это стоило нам троих бойцов. А мы были ОЧЕНЬ подготовлены.

– Дальше.

– Тебе мало?

– Дальше.

– Третий этаж… это уже мрак. Полный мрак. Потому что теперь враг уже не только сзади, но спереди и с боков – бежит навстречу, вламывается в окна. И те, кто ломится навстречу… это элитка… они реально быстры и сильны.

– Как они попадают на третий этаж? Сидят там в засаде?

– Нет. Они попадают туда по стенам корпуса.

– Взбираются по наружным стенам?

– Да. И делают это очень быстро. Поэтому третий этаж превращается в ловушку. В мешок. Враг со всех сторон.

– Дальше.

– Дальше продвигались единицы. Мой сквад сумел пробиться до конца третьего этажа, после чего нам, потеряв семьдесят процентов состава, пришлось повторить твой вчерашний фокус.

– Выпрыгнули в окно?

– Да. Выпрыгнули почти все – последнего поймали и разорвали прямо в воздухе над нами. Там уступы снаружи, так что лететь недолго. Но мы летели под кровавым душем…

– Меньше липкой слезливости, пифия. Когда вы оказались снаружи…

– Погоня. Безжалостная стремительная погоня! Твари прыгают следом. Бегут следом. Догоняют, рвут на части. Они преследуют до самого конца – пока могут или же пока жертвы не добегут до тамбура и не вырвутся из их лап.

– Это ваш максимальный результат? Вы дошли до конца третьего этажа.

– Да.

– Ты была там дважды.

– Второй раз мы закончили в начале третьего этажа. Все не сложилось считай с самого начала. Двое упали на втором, пока отбили их от подоспевших тварей, сверху уже слышался топот… Прикончив пару десятков зомби, мы смылись, отделавшись малой кровью.

– Это ваш результат.

– Это наш результат.

– А каков лучший результат?

– Не угадать.

– Почему?

– Говорю же – слухи самые невероятные. Из фактов – несколько сквадов сумели преодолеть третий этаж и подняться на четвертый. Назад не вернулся никто.

– Все полегли?

– Все до единого.

– Другие способы достижения цели?

– Ты про…

– Зомбаки лезут по наружным стенам…

– Не вариант. Нет разницы как ты поднимаешься – как только тебя увидят…

– То есть смысл в том, чтобы остаться незамеченным?

– Это невозможно. Ранды повсюду. Аймы повсюду.

– Они же молчаливы обычно.

– И что?

– Что происходит, когда вас замечают? Раздается какой-то сигнал, что дает знать зомбакам о новой попытке штурма второго больничного?

– Нет. Ничего такого. Оди… я тебе на полном серьезе говорю – Мать не посылает аймов по душу сквада, который получил проклятый синий факел.

– Как?

– Игра слов. Синий огонь никто никогда не зажигал, но при этом все его видели хотя бы в своем воображении. Есть еще одна картина в одном из отсеков четвертого барака – на нем нарисован лидер сквада несущий пылающий синий факел. Бойцы стоят кругом, ощетинились оружием, а на них бегут фигуры зомбаков… Короче – ты как бы получаешь проклятый синий огонь и должен доставить его на четвертый этаж второго больничного. Огонь привлекает к тебе всех ублюдков Зомбилэнда.

– Огня никто не зажигал, но при этом он полыхает синим факелом – хмыкнул я – Ладно. Давай о очевидном?

– Давай.

– Ты ведь можешь тупо отказаться от этого задания.

– Могу.

– И раз немало сквадов стало героями без всякого синего огонька в боевой жопе – и мы тому доказательство – то откуда тогда столько переживаний, пифия?

– Ты прав. Любой сквад не то, чтобы может отказаться, но всегда может схитрить – и делает это. Советов по этой теме куче. Главное ведь не показать Матери свою лень и нежелание. Так что сквад заходит в Зомбилэнд, доходит до второго корпуса, устраивает в окрестностях небольшую драчку, причем несколько бойцов калечатся. Сквад вынужденно отказывается от задания и возвращается домой.

– Ты так делала?

– Все так делают. И я тоже. Все последние разы. В этом суть, Оди. Мать злится на меня. Мать наказала меня.

– Я еще не въезжаю.

– Когда любой сквад получил задание «Синий свет» и не выполнил его… это задание больше никогда ему не будет выдано. Никогда. Да ему поломает статистику, сбросит в самое начало, придется опять зарабатывать баллы. Но призрачный синий факел он никогда больше не получит.

– Ни единого случая?

– Нет. «Синий свет» предлагается лишь однажды.

– Тогда как тебе…

– А мне Мать раз за разом протягивает призрачный синий факел едва только мы выполним кучу мелких заданий и вплотную подойдем к получению статуса героев. Я уперлась в «Синий свет», Оди. И мне эту стену не пробить. Я пыталась дважды, потеряв кучу бойцов. Я создала море различных планов – исписала страницы! Я переписала все гребаные слухи. Я заставила бойцов тренироваться до упаду. Бросила все силы на заработок крон и на покупку снаряжения, оружия, магии, информации. И я все еще не готова…

– Поэтому ты создаешь армию из еще нескольких сквадов и заодно создаешь и тестируешь огнеметы.

– Верно. Если придется – я выжгу второй больничный корпус! Пройду по пылающим углям до гребаной комнаты № 191-28Боль! И зажгу этот долбаный синий свет!

– Тогда зачем тебе я?

– Я молилась.

– Интересное начало…

– Я каждый день молюсь Матери.

– Бьешь поклоны системе?

– Заткнись и жри печеньки! Дай закончить! – на переносицу пифии уселся красный злой мотылек.

– Хрен с тобой. Давай свои бредни.

– Я молюсь. И каждый раз после того, как получаю очередной «Синий свет» и благополучно заваливаю его, ночью я спрашиваю у Матери – за что она так со мной? Разве я не искупаю свою вину? Разве я не готова искупать вину и дальше? Почему она ставит передо мной невыполнимое задание? Почему она желает мне смерти? Как мне преодолеть это испытание? Как мне суметь выжить и зажечь синий призрачный свет?

– Только не говори, что…

– И после очередной молитвы Мать даровала мне видение. В этом видении ты, в черной футболке, мрачный, убивал огромного уродливого Троллса, а рядом висела голая девка без одной руки. Рваные картинки с разных ракурсов.

– Так и знал – буркнул я – Это все дерьмо, пифия.

– Это не дерьмо, а видение ниспосланное Матерью! Думаешь я не проверила?! Я снова молилась! Много раз!

– И что она тебе показала?

– Снова тебя. Снова в бою. Потом мне показали много трупов – их доставали и доставали из моря говна. Каждый раз, когда я просила у Матери помощи, она показывала мне тебя.

– И когда это началось?

– Очень недавно. Думаю, первый раз это случилось в тот день, когда ты появился на острове этноса сыроедов.

– Это бред – подытожил я.

– Помочь отказываешься?

– Этого я не говорил – ощерился я – Где все твои планы и слухи, что ты бережно записывала? Я как раз на больничном – вот и почитаю. У тебя почерк разборчивый?

– Так ты поможешь?

– Мне надо кофе, печенье, твои записи и немного времени. Нет неразрешимых задач, пифия. Есть лишь неправильный подход.

– Что-нибудь еще?

– Да. Что говорят сурверы про «Синий свет»?

– Пожимают плечами. Для них это такая же загадка.

– А что говорит Бруха про «Синий свет»?

– Считаешь, что я дружу с Брухой?

– Нет?

– Она ни с кем не дружит, гоблин. Она Бруха. Легендарный сурвер что живет здесь очень долго. Коварная злобная старуха имеющая своих любимчиков. Одним из ее любимчиков был Нерг. Еще она привечала Лизи Бом – ту, которую ты жопой на штырь понтона насадил.

– А что за награда за «Синий свет»?

– Геройство.

– Так и обещано?

– Так и обещано.

– И все?

– И бонусы. Пять строчек идущих подряд и обещающих бонусное вознаграждение по легендарному сурверскому классу.

– А если я уже герой и получил это задание?

– Станешь героем следующего ранга.

– Точно?

– Да. Только не говори, что решил…

– Я просто собираю информацию. Тащи свои записи, пифия. В качестве аванса – с тебя сытный обед для моего сквада. И блюдо жареной рыбы для моего личного огородника.

– Какой ты заботливый…

– И занятой – добавил я – Тащи записи, пифия.

– Больше ничего не попросишь?

– Поговори с Джоранн о умениях выдаваемых системой.

– Ты о магии? Заклинания Матери? Эй! Чего тебя так перекосило?!

– Поговори с ней – попросил я – Помоги чем можешь. Девочку пора вооружать чем-то кроме ножа.

– Это поможет ее психике – кивнула Кассандра – Еще что-нибудь?

– Ну раз уж ты настолько добра… пусть кто-то из твоих поможет моему орку оформить на себя игстрел.

– Сделаю. Что-то еще?

– Трусы я сам постирать хотел, но раз уж ты…

– Пошел ты!

– Вот это правильный посыл. Давай записи. И не дергайся.

– Нам скоро на задание. Но я предупрежу всех и оставлю пару бойцов у платформы, чтобы вас не беспокоили – Кассандра поднялась и прихватила с соседнего стола тарелку со жгучими ладошками – И не думай, что ты сможешь вдруг разобраться с тем, что погубило десятки сквадов.

– А на кой черт ты тогда мне вообще эту историю рассказала, раз не веришь?

Захрустев печеньками, Кассандра пошла прочь.

– Ага – кивнул я, подтягивая к себе блюдце с остатками сладких сердечек и круто посоленных голов зомби – Вот так всегда. Никто не верит в наши силы… Карту! Мне еще нужна карта Зомбилэнда! И карта второго больничного. Уверен, что у тебя все это есть!

– Принесут.

– Принесут – повторил я, потягиваясь – Синий призрачный факел… придумают же, гоблины… О! Кассандра!

– Что?

– А что это вообще за комната такая? Что за синий свет? Как его зажечь?

– А я знаю? Предполагают разное. Кто-то говорит, что там могущественный эльфийский артефакт. Кто-то говорит о голубом светящемся таймере бомбы, что уничтожит весь Зомбилэнд. Кто-то бредит про некий голубой маяк, что призовет огромный грузовой дрон заполненный самыми классными штуками. Ну и последнее что я слышала – когда загорится синий призрачный свет все сурверы разом умрут.

– Круто! – покрутил я трещащей шеей – Жду записи!

Первое и самое очевидное, что пришло в мою ушибленную голову – метод тотальной зачистки. Не пускать сквады в Зомбилэнд, зайти внутрь слаженной пятеркой сквадов и начать тотальную зачистку Зомбилэнда от тварей. Потратить на это сутки. Убить всех. И уже потом неспешно двинуться к цели…

И тут я вспомнил те светящиеся глаза в темноте…

Нет. Так просто не получится.

Да и возможно ли вообще вычистить весь Зомбилэнд и не спровоцировать систему на запуск новых зомбаков? Учитывая количество чуть ли не ежедневно поставляемых сюда бродосами замороженных полуфабрикатов, система по любому большую часть зомбаков держит по своим тайным морозильникам. Иначе в Зомбилэнде было не протолкнуться. Но ведь это тоже нарушает гражданские права зомбаков, верно? Нельзя ведь больных добросов бесконечно держать в морозилке? Их надо однажды выпустить в санаторную лечебницу Тихие Буки, где они будут бродить по аллеям и размеренно дышать свежим воздухом…

Лечебница без пациентов – не лечебница.

Есть ли какое-то максимальное число зомбаков могущих одновременно находится на территории Зомбилэнда?

А если ли такое же минимальное число?

Скажем, две сотни зомби максимум бродят по аллеям- и ни одной тварью больше. И не меньше пятидесяти зомбаков. Если даже нет заданий и нет сквадов, но число зомби уменьшилось по какой-либо причине, система выпустит еще?

Надо уточнить. Но тотальная зачистка Зомбилэнда видится попыткой безнадежной – я бы такого не допустил. А я ведь система, что по любому играет против претендентов и героев.

Ладно…

Что мы имеем?

А мы имеем самое паршивое – жестко навязанный маршрут, который, судя по рассказу Кассандры, невозможно сократить. Скваду буквально навязывают гибельный маршрут, что тянется по каждому этажу второго больничного корпуса. Это дает зомбаков слишком много времени. Едва получив сигнал общего сбора, они переходят на бег и по любому успевают на вечеринку…

А сигнал есть. Да он неслышим, но он есть. И у системы есть море способов донести свою волю до каждого из блуждающего по территории зомби.

Тогда в чем суть «синего света»? Зачем она просит его выполнить, если оно в принципе невыполнимо?

И ведь не слишком настойчиво просит – каждому скваду, не включая сюда Кассандру, подобное предложение приходит лишь один раз.

Похрустев печеньям, я запил их кофе, отставил чашку, закинул ноги на перила и задумчиво уставился на серые пенистые волны торопящиеся к берегу. Изредка среди волн мелькали высокие и длинные плавники. Неспешно проплыл крепкий основательный плот с пятью гоблинами, к плоту была привязана здоровенная окровавленная рыбина.

Толпой. Минимум десять рыл, верно? Бывало и больше – если другие сквады приходили на помощь по дружбе или по найму. Все тяжело экипированы, все бухают ботинками, с чавканьем и хрупаньем проламывают головы зомбаков…

– Вовремя! – повернул я голову к вернувшейся с не слишком толстой папкой пифии – Сразу два самых очевидных вопроса по «синему свету».

– Давай.

– Тотальная зачистка от всех тварей и затем неспешная прогулка по пустому корпусу…

– Пытались. Пять сквадов шаг за шагом вычищали всю территорию. Уничтожили сотню рандов и под полсотни аймов. Но не успели они подойти ко второму, как им навстречу уже потянулись совсем свежие ранды – еще в инее и со снегом на головах.

– Она разморозила следующую партию хищных куриных крылышек…

– Верно. Не стала их нацеливать, но на территорию запустила. И получилось только хуже – сквады уже изранены, измотаны. А зомбаки полны сил и желания убивать.

– Понял. Тотальную чистку отменяем.

– Она очевидна. Тоже думала в первую очередь о ней.

– Второй вопрос – почему толпой?

– Не поняла?

– Все твои рассказы о том, как отряды добрых героев пытаются пробиться к призрачному синему свету сквозь орды голодных злобных зомби.

– Ну.

– Почему ты не рассказала мне историю о неудавшейся попытке одиночного тихого профи? Основные силы сквада отвлекают на себя внимание, тусят вокруг второго больничного, но не заходят. В то время как реально умелый профи буквально крадется, избегая чужих глаз, подолгу сидя в засаде, чтобы переждать опасность, продвигаясь за раз метра по три, если придется. Ведь лимита на время система не дает. Так куда торопиться? Умелый одиночка порой может сделать куда больше толпы. Он и по стене может взобраться с такой скоростью, что даже заметивший его зомби почешет лапой зенки и решит наведаться к зомбо-окулисту. Пытались? Назови имя героя.

Положив папку на стол, пифия медленно опустилась на стул и глубоко задумалась:

– Я не помню такого. Да я и не думала о таком. Никто не думал! В одиночку лезть в самое пекло?

– Какое пекло? Ведь до того, как туда заявится громко сопящий отряд – на этажах никого. Заброшенное пустующее здание. Иди себе тихонько…

– Наверняка хоть один ранд окажется на этажах в какой-нибудь из палат. Даже не один.

– Наверняка – кивнул я – Но мимо всегда можно прокрасться незамеченным. Тут главное не торопиться. Короче – ты слышала о таком?

– Нет. Но возможно идея уже приходила кому-то в бедовую голову. Может даже кто-то и пытался. Я велю паре прикормленных старушек задать вопросы. Но…

– Но?

– У меня в скваде таких умельцев нет, Оди. И я сама не смогу проделать подобное. Ты сможешь провернуть такое?

– Не уверен. Я там не был.

– А если бы смог – перешел бы на время в мой сквад, распустив свой собственный?

– Нет. Это твоя беда, а не моя.

– Вот то-то и оно, гоблин. Что толку мечтать о тихо крадущемся профессионале, если такого нет?

– Ты можешь начать его искать.

– И я начну – кивнула пифия – Считай уже начала. Еще интересные идеи?

– Пытались ли смешать два варианта?

– Уточни мысль.

– Сквад доходит до третьего этажа. Баррикадируется в какой-нибудь из палат – оттуда гораздо легче отбиться. А если найти палату с решетками на большей части окон, то станет еще проще.

– И что это даст?

– В момент начала обороны двойка самых быстрых по наружной стене ломится наверх, выбрав момент, когда их вроде бы никто не видит.

– Вроде бы…

– Это шанс. Пусть мизерный, но шанс добраться до нужной комнаты со смешным номером.

– Сквад не сможет долго сдерживать оборону.

– Почему? Притащить с собой решетку, заблокировать ей дверной проход. Стрелять сквозь прутья, полностью от зомбаков не закрываться – чтобы видели и не теряли интерес. Шуметь как можно громче, притягивая к себе остальных. Заодно заблокировать и окна, чтобы оттуда точно никто в гости не нагрянул. Когда двойка героев доберется до нужной комнаты и зажжет синий свет – задание будет засчитано выполненным.

– Да… но уже штурмующие зомби интереса не потеряют.

– Пусть – пожал я плечами – Проредить их хорошенько.

– Система запустит новых.

– Пусть. Ведь задание выполнено. Свежеразмороженные будут рандами, а не аймами.

– Дерьмо… это звучит как стоящая идея.

– И сквозь решетку сможет неплохо работать огнемет – добавил я – Вообще тут главное психическая стойкость.

– Зомби очень сильны. Они выломают эту решетку к чертям.

– Может и так – вздохнул я, опуская ладонь на папку – Так пытались?

– Вроде как пытались, как я сейчас вспоминаю. Кончилось все плохо – никто не вернулся. Наблюдающие издалека свидетели сказали, что первой погибла полезшая по стене четверка. Следом уже кончились и два занявших оборону сквада – но они держались в одной из палат больше суток. Пытались разными путями, гоблин. Тут настоящие мудрецы и тактики ломали головы, выдумывая всякое. Но результат все время один – плачевный.

– Навязанный маршрут – произнес я пространство – Вот проблема.

– О чем ты?

– В этом задании жестко прописан маршрут. Сложный для сквада и приятный для зомбаков.

– Тоже мне удивил. Прочтешь об этом на первой странице. Я там пыталась выдумать различные способы попадания на четвертый этаж, не проходя при этом предыдущие. Но не придумала ничего реального.

– Есть предположения, когда тебя вновь попросят пробежаться с синим призрачным факелом?

– Уже очень скоро. Мы как раз набрали немало баллов и готовы стать героями. Может даже завтра.

– А может и сегодня, если выполнишь имеющееся и попросишь еще одно?

– Нет. Задание «Синий свет» всегда дается первым. Ты просыпаешься, заходишь с лист заданий и понимаешь… оппа…

– Я вот сегодня не смотрел еще задания – заметил я и широко улыбнулся, глядя на застывшее лицо пифии.

– Че ты лыбишься, придурок? А вдруг?! Ведь вы теперь сквад героев. Вам запросто могут преподнести. Хотя вас только пятеро, верно?

– Ага.

– Хорошо! Тогда вряд ли – обычно задание выдается сквадам числом не менее восьми.

– Так может тебе стоит чуть уменьшить свой отряд? Скажем до пяти.

– Пробовала и до четырех уменьшать как раз перед тем, как вплотную подойти к планке статуса героя.

– И?

– И получила факел в руки. Говорю тебе – Мать зла на меня.

– Думаешь?

– А незаметно?! – взорвалась Кассандра.

– Нихера незаметно – ответил я – Кто кроме тебя здесь еще из бывших героев? Из тех, кто раньше был реально крут и жил там – ближе к Землям Завета.

– Да вроде никто. Я одна.

– Именно. И при этом система никогда не посылает аймов по душу тех, кто получил синий призрачный факел.

– Я не понимаю…

– Может система посчитала тебя идеально подходящей? Может она требует от тебя именно такого геройства – зажечь призрачный синий свет? Как только ты это сделаешь – ты снова герой, вали куда хочешь.

Кассандра смотрела на меня и молчала. Подождав минуту, я предположил:

– Ты никогда не думала об этом в таком ключе?

– Нет, конечно! Как тебе это в голову пришло?

– Это на поверхности. Ты просто слишком тупая и спесивая, чтобы это заметить.

– Охренел?!

– Ты тупая и спесивая. Ты решила, что попала в личный черный список системы. В список тех, кого мамочка решила вдруг сурово наказать… Но ведь ты уже была наказана. Тебе стерли память, лишили статуса, вещей, денег. Тебя считай обнулили. Если бы система хотела наказать тебя строже – она бы это сделала тогда же. Отхерачила бы тебе руки, а может и ноги, заставив пресмыкаться ампутантом. Или же отправила бы тебя не в солнечное мирное поселение добросов, а куда-нибудь в куда менее приветливое и светлое место. Поверь – система из тех, кто наказывает сразу, а не растягивает удовольствие. Ты слишком много о себе возомнила, дура с бабочками на сиськах. Твое наказание давно закончилось. Скорей всего система просто раз за разом пытается добиться от тебя выполнения гиблого задания по той причине, что считает тебя самой подготовленной для этой цели. Но ты не видишь этого. Ты ослеплена своей идеей о том, что система тебя продолжает наказывать. Но ведь это бред…

– Я… вот черт…

– Я вижу лишь однажды оступившуюся воительницу, что давно уже понесла наказание. И ты давно бы стала снова героем, но твоя прошлая крутизна сыграла плохую роль – тебя признали идеально подходящей для выполнения невыполнимого. Думаю, что я и мой сквад следующие на очереди. Об этом говорит твое видение. И это же кстати еще раз говорит о тебе как о спесивой дуре. С чего ты решила, что меня в видении тебе показывают как того, кто поможет тебе с заданием? Может тебе показывали того, кто это задание и выполнит?

– Да ты тогда только на острове сыроедов появился?

– И что? Система уже успела изучить меня и понимает – я не остановлюсь пока жив. Я буду стремиться к центру. Буду рваться к ответам. Она знала, что я быстро узнаю про здешние статусы и про то, что быстрей всего героем можно стать в Зомбилэнде. Она знала, что я приду сюда. И показывала тебе – вот идет настоящий герой, так что, если ты не справишься, он все решит сам, а ты так и быть получишь желанный статус уже обычным способом. Не думала об этом?

Тишина…

– Ясно – вздохнул я – Все вы мните себя богоизбранными, да?

– Это скорее ты о себе так думаешь! Но… ты прав… я никогда не думала о том, что ты можешь быть главной фигурой, а я лишь на подхвате. Мне урок. Проклятье! – Кассандра вскочила, яростно топнула ногой – Ты поселил в моей голове уйму мыслей! Я дура!

– Не отрицаю.

– Но может ты дебил, а я права.

– Все может быть.

– Но раз система хочет завершения этого задания – зачем посылает орду зомби на перехват?

– Это система тебе так сказала?

– Что сказала?

– Что это мол она посылает зомбаков?

– А кто еще?

– Мало ли – дернул я щекой – Я спрашиваю другое – у тебя есть доказательство того, что это система собирает зомбаков?

– Нет, конечно. Но это же очевидно.

– А вот тут ты снова ошибаешься – нихера здесь не очевидно.

– Да кто еще может призвать всех зомби разом?! Есть смелые догадки?

– Может и есть – медленно произнес я – Вали уже.

Сделав несколько глубоких вдохов, Кассандра попыталась вернуться к образу суховатой умной лидерши:

– Орку помогут с игстрелом – но пока его пытаются вытащить из борделя. С Джоранн я поговорю прямо сейчас – мы уже перекинулись парой слов.

– Ты не совсем бесполезна.

– Но тогда почему тебе дали героя? Если система видит избранного для «синего света» в тебе так же, как во мне…

– Меньше пафоса – поморщился я – Какие еще нахрен «избранные»? Система отбирает тех, кто подходит по нужным параметрам.

– Ладно… почему вы стали героями?

– Потому что обманули систему. Сурвер продавил нам «доставку». И мы благополучно ее доставили. Выполнв перед этим кучу мелких заданий.

– Погоди… получается и мы так можем? Я так могу?

– Скорей всего – кивнул я – Всегда есть лазейка. Надо лишь ее найти. Не думаю, что система сможет отказать вам в статусе, если вы пройдете нашим путем. Но тут вам понадобится помощь сурвера – ведь это он выдавал нам задания, а система ничего не могла с этим поделать.

– Спасибо! Вот теперь – реально спасибо! С меня причитается, гоблин!

Через миг Кассандра умотала, унося с собой бабочек. А я открыл папку. Глянул на первую страницу, где неумело был нарисован синий пылающий огонь, а сверху зловещие цифры странного номера заветной комнаты. Поглядел… и, подхватившись, рванул следом за пифией, нагнав ее у выхода из платформы.

– Что еще придумал? – оживилась она.

– Не придумал, а забыл спросить.

– Что?

– Там вообще кто-нибудь бывал? На четвертом этаже второго больничного. Пусть и без задания.

– А я не сказала?

– Нет.

– Никто и никогда. Любая попытка прогуляться по второму больничному корпусу приводит к массовому восстанию зомби.

– А задания бытовые туда выдаются? Косточки прибрать, пыль смахнуть…

– Нет. Никогда. Я думала, что сказала.

– Нет! А это ведь самое главное! – зло рявкнул я и, не дожидаясь ответа, пошел к столику. Вернувшись, обнаружил новый поднос с большим кофейником и здоровенной тарелкой полной печенья. Вот это по-нашему!

Закинув в пасть горсть соленых голов, добавил реально острых жгучих ладошек и, полностью довольный обедом, весело захрустел, открывая второй лист папки.

Никто и никогда…

Что же там сука такое находится, раз туда никого и никогда не пускают все эти годы?

Секунду… это сколько же оружия там сейчас пылится просто так?

Я как воочию увидел горку чуть пыльных дробовиков, рядышком пару модифицированных мощных игстрелов, а вон там лежит под иссохшим трупом заветный игдальстрел…

– Мне надо туда попасть как можно скорее – прочавкал я, погружаясь в чтение.

Читал я не слишком долго – надо отдать должное любительницы неумелых рисунков, информацию она умело рассортировала по разделам, сразу пометив, где находятся доказанные факты, а где лишь слухи.

Вот только полезной информации ноль – я уже выяснил все во время разговора. И львиную долю папки занимало скрупулезное описание всех достоверно известных попыток проникнуть во второй больничный. Я мельком просмотрел эти описания и понял, что каждый сквад, пусть с отличиями в деталях, в основном действовал одинаково. Тщательная подготовка, а следом марш-бросок по коридорам и этажам, в попытке прорваться до комнаты с призрачным синим светом.

Не выйдет.

Этот способ не работает.

Вытащив из папки карты, я разложил их на столе, придавил кофейником и тарелкой с печеньем, принялся внимательно разглядывать, запоминая окрестности, прикидывая маршруты, сразу отметая самые очевидные пути и пытаясь выискать хоть что-то интересное.

Спустя один час, литр кофе, поднос печенья и тройное посещение туалета меня осенило – как раз в момент, когда я задумчиво пытался нащупать струей странную кляксу на дне стального унитаза, напоминающую по форме раздувшийся гнилой труп с огромным улыбающимся пупком.

И осенило меня так ярко, что, едва закончив и наспех вытерев ладонь о футболку входящего в ресторанный туалетный отсек здоровяка, я торопливо вернулся к столу, открыл схему второго больничного корпуса, пробежал ее мельком глазами и кивнул. Все верно. Осенившая меня догадка верна.

И догадка звучит примерно так – я понять не могу почему никто и никогда не сумел добраться до «Синего света». На подробной схеме легко прослеживается десятка три различных и примерно в равной степени удачных результативных маршрута. Понятно, что некоторые маршруты подойдут для быстрых и рисковых сквадов, другие для медленных, глухо защищенных и тяжело вооруженных отрядов, найдутся и пути для небольших групп смешанного типа.

Правда, все прослеженные мной маршруты заканчивались не у искомой комнаты, а чуть ниже или в начале четвертого «темного» этажа, представляющего собой на схеме почти сплошное туманное пятно с частыми стрелочками и пояснениями типа «скорей всего», «предположительно», «вполне вероятно». Все эти пояснения касались однотипных элементов – количества комнат, дверей и прочего. Все эти предположения исходили из простого вывода – этажи ведь одинаковые, верно? Этажи зеркалят друг друга. Это больничное типовое здание.

Сказано не мной – так в обведенное рамке в верхней части схемы указано «Больничное типовое здание». И знак вопроса.

– Вполне предположительно и скорей всего вероятно – пробухтел я и рявкнул, обращаясь к седым ветеранам сидящим за угловым столиком украшенным лишь огромной бутылью самогона и роскошным кустом укропа – Старперы! Песок из ран не сыпется?

– Че хотел, новик мокрожопый? – не оборачиваясь, спросил старик с по-прежнему широкой массивной спиной тяжелоатлета.

– Здания в Зомбилэнде настоящие?

– Больницы?

– Они самые.

– А то ты там не был?

– Был в первом больничном. Все что видел – настоящее. Причем старое и заброшенное.

– Все верно. Везде так.

– То есть – не декорации.

– Это как?

– Ну типа вроде как здания в типа лечебнице…

– Нет! – уверенно заявил еще не совсем седой мужик со странно искореженным лицом – ему будто скулу ударом гири вмяли – Здания настоящие! От и до. Трубы, провода… как-то мы в одной кладовке даже заначенную лет триста назад бутылку вискаря нашли, завернутые в робу какого-то технаря.

– Ясно. В каком именно здании?

– В ближнем – первом.

– А какое здание самое спокойное?

– Ближнее – первое.

– Кто бы сомневался. А второе в этом топе?

– Третий больничный. Там еще воевать можно. Разве что в подвалы соваться не стоит – гибнут там чаще всего.

– Ага… а что слышали про зомби со светящимися глазами? Не то чтобы сами глаза, а вроде как капилляры внутри глаз ярко горят.

– И тебе побасенку про Хозяина рассказали?

– Наверное – кивнул я – Так и сказали – Хозяин мол! Но не сказали, чего именно.

– Хозяин есть у всего. Этот – в Зомбилэнде. Вроде как. Мы не видали.

– Ни разу?

– Побасенка эта. Тварей много, но чтоб у них хозяин какой-то был… то враки…

– Но рассказы ведь есть.

– Рассказы и про тебя есть. Говорят, ты одному зомбаку горло зубами перегрыз, а второму глаз высосал, прежде чем голыми руками башку ему отвертеть. Это правда?

– Я дебил что ли?

– Вот видишь. Народец любит хрень выдумывать. Так им жить слаще. И тем легче неудачи свои списывать со счетов личных. Не вышло сегодня дело – так не я виноват. Хозяин там распорядился. Облажался с обычным заданием? Так на то значит воля Хозяина седня была – не в духе он. Не верь всему, герой Оди.

– Ясно…

– Раз ясно – с тебя бутылка. А с нас тебе уважение за быстрый взлет.

– Понял.

Повернувшись к внимательно слушавшей наш рассказ – ой зашьют ей однажды красивый ротик причем наглухо и навсегда – официантке, я кивнул, и она поспешила за бутылкой самогона. Я же снова уселся за стол, закинул ноги на перила и принялся ждать, бесполезную папку закрыв и потихоньку пожевывая соленые печенья.

Бред…

Тяжеловооруженные отряды – богатые сквады! Опытные! Умелые! Реальные ветераны! С модернизированным оружием! С броней легко выдерживающей удары врага! – и эти самые сквады уже десятилетия, а может и больше, не могут пробиться в какую-то сраную комнату сраного больничного корпуса?

Тем более здания настоящие! Реальные! Древние!

Что подобная постройка означает в первую очередь? Кошмар и благословение! Одновременно! Почему? Потому что, если ты там впервые и дерешься против обитающих там хреносовов, ждет тебя лютый кошмар. Они-то свою территорию от и до знают, каждую щелку, каждую нишу, каждую балку, каждый короткий проход. Они выскакивают там, где ты их не ждешь, они появляются у тебя за спиной, падают сверху, хватают вдруг за ноги снизу, а следом всаживают тебе в печень мясницкий круг и на сука внезапно оказавшейся спрятанной за пыльной ширмой карусели устраивают тебе веселые визгливые покатушки. И это благословение – если обитатель этого здания ты сам.

Что это означает для сквадов?

То, что в подобном здании полно вентиляционных шахт, мало кому известных технических помещений, замурованных ранее проходов – которые можно расчистить без особого шума. Здания лишены стекол, не везде есть решетки, из-за жесткой эрозии внешней обшивки можно взобраться по любой стене… и это еще мелочь, это внешний слой.

Короче – здание второго больничного проходимо.

Даже если против тебя сотня матерых зомби – все равно оно проходимо!

Даже если зомби реально-реально крутые сукины дети – все равно проходимо!

Здесь хватает тупых ублюдков. Но есть и действительно знающие опытные бойцы. Среди них – за все минувшие десятилетия – стопроцентно были от природы одаренные тактики, стратеги, практики реального боя.

Но «Синий свет» остался незажженным.

Могло такое произойти?

Да. При наличии нескольких факторов, что мгновенно пришли в мою усталую от недостатка наркоты и переизбытка лекарств голову, такое сраное чудо могло случиться. Осталось проверить эти факторы как можно быстрее и все станет ясно.

Если факторы подтвердятся – будет от чего строить план дальнейших действий и все пройдет быстро.

Если нихрена не подтвердится – это будет реальная загадка и я уже из чистого самоубийственного интереса полезу туда, чтобы пусть перед мучительной смертью, но все же разгадать загадку второго больничного.

Но это во мне говорит фирменный мозготряс Сэма Жабы. Надо бы повторить…

Но сначала дождусь хоть кого-нибудь из растекшегося по всему Угольку сквада.

Где уже эти гоблины? И мне вот прямо интересно кто же придет первым…

И, само собой, первым заявился Каппа. Втянулся беззвучно как дым в заведение и скромно присел у стеночки рядом с моим столом, заякорив отрешенный взгляд истинного воина на тарелке со сладкими печенюшными сердечками.

– Лопай – буркнул я и отрешенность пропала, сменившись хищным интересом.

Тарелка спустилась на пол, усевшись рядом и поместив тут же почти опустевший кофейник, Каппа задумчиво зажевал, глядя на океан.

– Как в борделе?

– Скучно. Теплая влажная плоть, фальшивые стоны и закатывающиеся глаза, крики про то, что я лучший в ее жизни жеребец. Мне быстро надоело. Дашь таблетку, лид Оди? Я бы купил сам, но торговца не встретил.

– После задания.

– А что за задание?

– Еще не глядел. Было что интересное?

– Умер лидер известного сквада Нерг. Получила удивительную рану его подруга Лизи…

– Скука.

– Скука. Когда отправляемся?

– Часа через два – прикинул я – Как доешь – глянем на первый барак и отсек. А потом наведаемся к Вудро.

– Оружейник…

– Верно. Пора нам найти защиту посерьезней. Где Рэк?

– Оформляет игстрел.

– Тут я! Стрелок Рэк! – в заведение ввалился сияющий громила.

– Где пушка?

– Торгмат аж взвыл, когда я впихнул в него эту грязную срань. Аж умолял меня оставить ему игстрел на тотальную чистку. И модернизацию.

– Что за модернизация? – не скрыл я интереса.

– Батарея – равнодушно произнес азиат и подхватил последнюю горстку штампованных сердечками углеводов.

– Ладно – буркнул я, опуская ноги с перил и подхватывая папку – Пора рассчитаться.

– Вы нам ничего не должны – девушка с милым говорливым ротиком и невероятно чуткими ушками появилась буквально из ниоткуда – Таков приказ госпожи Кассандры. Она счастлива угостить своего доброго друга и знаменитого героя Оди.

Кивнув, я затопал к выходу, махнув на прощание продолжающим посиделки седым ветеранам.

– Не сдохните, старперы!

– Пошел ты, новик мокрожопый! Купи себе кирасу, придурок. И тупням своим!

– Ага!

– Туда глянь, командир – хекнул Рэк, едва мы оказались у края платформы.

Навстречу нам осторожно ковыляло нечто с коконом из бинтов, пластыря и медицинского клея вместо головы.

– Как ты, хреносос?! – весело спросил я, одним шагом оказываясь рядом.

– Не бей его! – отвратная Белла оттащила любимого назад.

– Свали-ка – велел я и скромно потупившаяся громадина отошла от подлатанного Артура.

Наклонившись к угрюмо молчащему придурку, я заговорил ему в то место, где в головной обертке имелось отверстие. Сказав все что хотел, я выжидательно замолчал. Где-то секунды через две из другой дыры, вместе с запахом лекарств и компотной отрыжки, донеслось:

– Ды-ы-ыа-а-а…

– Ды-а, так ды-а – буркнул я – А про твою быструю руку поговорим позже. Лечись.

Хлопнув его по затылку – что вызвало в кокон долгий протяжный стон – я зашагал дальше, попутно кивнул Белле, с содроганием увидев на ее лице невероятно широкую улыбку предвкушения. Растерявший всю свою спесь и позабыв про свою «опасность» Артур повернулся к ней и невольно попятился, поняв, что его ожидает нечто страшное…

Что ж – он еще малым отделался.

Ткнув заглядевшегося на зверолюдку азиата, рыкнул:

– Ускорься, мечник. Если мечтал о звериных ушках – в борделе надо было заказать.

– Да нет… я…

– Ты?

– Ну… не могу понять.

– Что именно?

– Зачем такое вот? – Каппа указал глазами на удаляющуюся девушку с огромными чуть ли не заячьими ушами, бодро дергающимся распушенным хвостиком в выемке узеньких шорт, идущую вальяжной походкой и с удивительной легкостью, несущей на хрупком с виду плече тяжеленный двуручный топор.

– А что с ней?

– Она призм… зверолюд.

– Ну.

– То есть была наказана. Но в чем наказание? Ведь благодаря наказанию она осталась почти такой же. Да еще и стала сильнее, быстрее, выносливей. И красивее…

– Не ищи смысла, Каппа – посоветовал я – Иначе превратишься в меня – бесноватого злобного ублюдка с хронической головной болью и фанатичным стремлением добраться если не до сути, то хотя бы до центра этого гребанного мира.

– А чем это плохо? Я пойду за тобой, Оди. За таким как ты – пойду.

Хмыкнув, я велел:

– Кратчайшим путем к найденному тобой отсеку. И давай пояснения, чтобы к финишу я уже знал все важные детали.

– Хай…

Помолчав минуту, Каппа собрался с мыслями и начал доклад. Лишние детали и ненужные красочности присутствовали, но про факты он не забывал и закончил говорить за сто метров до цели.

Крайний первый отсек в первом бараке. Именно его предлагал занять Каппа.

Как не забыл упомянуть мечник, этот барак был первым не только по номеру – судя по внешнему виду, он возможно был самой первой капитальной постройкой Уголька. Бетонное здание не могло прийти в упадок и ветхость, да и система регулярно выдала задания на подкраску и подмазку, но все равно время оставило свой отпечаток.

Барак разделен на три части.

Первый отсек занят неким Локсом Механиком и его молодым помощником Терром. Это сейчас так. Буквально с месяц назад в первом отсеке квартировал пусть не слишком крутой, но многообещающий полный сквад. Причем сквад очень «старый» – он существовал уже пару десятков лет, не раз полностью сменив состав, но всегда занимая первый отсек первого барака. Те, кто получал статус героя и не хотел дальше торчать в Угольке, покидали сквад и уходили поближе к Землям Завета. Другие погибали, серьезно калечились, возвращались вдруг к мирной жизни, влюблялись или покидали отряд по другой любой причине. Но сам сквад жил, тщательно и заранее подбирая молодую смену.

По традиции ветеран не мог внезапно уйти. Он объявлял о своем желании заранее – за месяц или полтора. Помогал отыскать себе достойную замену. Тот же Терр должен был стать тяжелым топорщиком.

В скваде всегда было двенадцать рыл. Это знали все. Счастливая типа дюжина. Десять рыл – основной состав. И еще двое – Локс и один из следующих новичков. Оставаясь в бараке, они охраняли имущество, готовили пищу, убирались, чинили снаряжение, общались, торговали, заводили важные и выгодные знакомства.

Само собой, всем этим заправлял Локс Механик.

Так было до тех пор, пока месяц назад весь сквад не гавкнулся в Зомбилэнде.

Погиб полным составом где-то в третьем больничном корпусе – в районе второго вроде как этажа, куда они получили задание по очистке центрального коридора. Другие сквады заглядывали туда, но ничего кроме крови и кусков мяса не отыскали – все остальное твари разорвали, сломали, сожрали и утащили.

Такой вот неожиданно дерьмовый финал для сквада Дюжая Дюжина.

Его жалкие огрызки – Локс и Терр – кое-как вроде продолжали держаться, но… медленно превращались в обычных работяг, а их жалкие попытки набрать пополнение и возродить ДюжаДюж, как назывался их сквад, им пока не удалось. Кто пойдет за стариком и безусым новичком? Все что они могут предложить – нормальные условия жизни и не более того.

И где-то неделю назад до других сквадов наконец-то дошло – первый отсек первого барака занимают какие-то два доходяги, в то время как они почему-то должны ютиться где попало.

Разве это справедливо?

Такова текущая ситуация. Но измениться все может в любой момент. Как не крути, по закону или через жопное давление, но отсек у этих неудачников вот-вот отожмут.

Так может стоит это сделать самим?

Тут я с Каппой согласился – верно мыслит боец.

Зачем позволять хорошей штуке достаться кому-то другому, если можно забрать самому?

Настоящие гоблины так не поступают.

* * *

Оказавшись на месте, первым делом я заглянул за угол, где обнаружил крайне задумчивую Джоранн пялящуюся в стену. Тут все понятно – Кассандра с ней явно побеседовала, и рыжая пытается ментально усвоить услышанное. Хван скучал, наматывая идеально ровные круги неподалеку от нашего барахла, успев протоптать тропинку.

– Пошли – велел я призму и радостно застрекотав, гнида вприпрыжку устремилась к нам – Джоранн! На страже!

– Поняла – едва заметно кивнула рыжая.

Обойдя барак, мы втроем остановились у наглухо закрытой стальной двери. Перед дверью сидел мрачный донельзя смуглый старик с длинной бородой поделенной на косички, застывшим взглядом светлых зеленых глаз и стиснутыми на стоящей стоймя дубине руками. У старика не было части ступни – под нее был сшит свой отдельный мокасин. Не скрывает увечья. Но странно, что не заменил ногу.

К стене было приставлено что-то громоздкое, тщательно закрытое большими плетенными щитами из соломы. Под этой загадочной хренью сидел столь же мрачный юнец со здоровенным синяком на всю левую сторону лица. Синяк расплылся, но все очертания подошвы угадывались. Солидный такой размер…

– Не просрали еще отсек? – мирно начал я.

– Герой Оди – глянул на меня исподлобья старик – И ты на запах падали примчался, кусок урвать, мечтая?

– Я че на трупоеда похож, старый? – ответил я ему таким же взглядом и, покрутив башкой по сторонам, обнаружил несколько стоящих друг на друге высоких табуреток – Пригласишь присесть?

– Терр. Подай гостю стул. И спасибо.

– За что? – удивился я, принимая табурет и с облегчением на него усаживаясь.

– Они вчера нашу страусятину лопали – тихо пояснил вставший у меня за спиной Хван – С перловкой.

– Лопали – признал Терр.

– Угостились – кивнул и старик – Дошли мы считай до ручки. Все ненужное продали, немного крон сберегли для важного дела. Задания кое-какие выполняем, но еда здесь недешевая. Так что дармовая каша с мясом нам хорошо зашла. Благодарим.

– Она и сегодня будет на обед – произнес я – Каппа, удостоверься, что я сейчас не лгу.

Кивнув, мечник отправился к стоянке на проверку.

– Благодарим – повторил старик.

– Да не за что. Локс Механик… прозвище и имя у тебя…

– Рокс – перебил меня старик – Вот мое имя. Видать неверно тебе передали.

– Может и так – пожал я плечами – Рокс.

– Полностью же звучит как Роксеро.

– Да мне насрать.

– Ага… тогда – Рокс. Ты ведь насчет отсека нашего пришел? Сразу скажу со всем уважением – не продается, не отдается, не отжимается и ни на что не меняется.

– Отлично. А в аренду сдается ненадолго? Скажем на несколько дней. С меня сотня крон налом. Прямо сейчас. За двое полных суток аренды вашего милого уголка. Сверху заплачу еще пятьдесят, если обеспечите нас койками с чистым бельем, большим столом годным для еды, мыслей и сборки-разборки оружия и снаряжения, несколькими табуретами. Плюс с меня трехразовая кормежка от пуза. И можешь всем говорить, что первый отсек захапал гоблин Оди – если кому нужна эта недвижимость, пусть разбираются со мной. Такое вот предложение, старик. Как тебе?

– Согласны! – Рокс-Локс не потратил на раздумья больше трех секунд, решительно кивнув и встав – С нас будет и больше по удобствам. За чистоту не беспокойтесь – гигиену блюдем.

– Сходи за деньгами, Хван – широко улыбнулся я и медленно повернулся к приближающейся троице крепких парней в сверкающих кирасах и одинаковых синих шлемах с поднятыми прозрачными лицевыми щитками – Эй, синеголовые. Хотели чего? Не люблю, когда у моего дома шляются.

– Мы… стоп… твоего дома?

– Моего дома – кивнул я, указывая большим пальцем на двери первого отсека – А че?

– Да так-то ни че… – явно опечалился, удивился и озадачился одновременно крепыш постарше, обладатель типичного сержантского лица – Мы просто хотели сделать одно выгодное…

– Но не сделаете – покачал я головой – Отсек продан. Я покупатель.

– Ага… – коротко кивнув, «сержант» развернулся и деловито потопал прочь.

Молоток мужик. Не стал пытаться выяснить все на месте, по моему тону поняв, что не получится. Но они не отступились. Наверняка попытаются вызнать подробности позднее.

С табурета я поднялся, когда старый Рокс получил и пересчитал сто пятьдесят крон, и когда беззвучно открылась стальная дверь. Отворилась мягко, спокойно, легко. Тут за дверными петлями следят отменно.

Переступив порог, я коротко огляделся. Вдоль стен двухъярусные кровати, между ними тумбочки, недалеко от двери большой стол – прямо как заказывал. Идеально чисто. Выметено, протерто, никаких личных вещей почившего сквада. Стены украшены не слишком талантливыми, но достаточно неплохими картинами-призывами к соблюдению личной гигиены, стремлению к вершинам, бережному отношению к оружию, снаряжению и, конечно же, много напоминаний о взаимовыручке и о том, что боец бойца в беде не бросит.

– Неплохие казармы – подытожил я.

– Неплохие – грустно кивнул стоящий рядом Рокс – Продать такое… даже если былое не венуть… Здесь все дышит ДюжаДюжем.

– Тут чистенький музей – возразил я – Набирайте новичков. Или потеряете все.

– Было бы это так легко – вздохнул Терр – Думаешь мы не пытались?

– Не думаю – ответил я и мрачно заглянул в его усталые не по возрасту глазу – Знаю. Вы не пытались. Дай угадаю – каждый день ты один или вы оба ходили к платформе, где собираются новички. Там вы, потрясенные недавней потерей, выбитые из привычной колеи, не чувствующие себя уверенными, пытались привлечь к себе внимания зеленых добросов, глядя при этом в землю и бубня что-то невразумительное. Хромой морщинистый моргун больше молчал и устало вздыхал. Юнец старательно улыбался, выглядя пнутым в сраку обделавшимся щенком.

– Да как ты!.. – взвился и тут же сник Терр, уставившись в землю.

– Хромой морщинистый моргун – едва слышно повторил Рокс – Вот кем я теперь стал для всех?

– Кто пол ноги сожрал?

– Блондинистая больная сука. А помогал ей чернявый.

– Что сделал с ними?

– Нехорошее.

– Почему не чинишься?

– Давно случилось. Привык уже так жить.

– Лжешь. Почему не чинишься, старик?

– Потому что с обеими ногами не останется причины не возвращаться в Зомбилэнд – проворчал Рокс – А так я уже какой год калека на хозяйстве.

– Им и оставайся. Приглядывай за нашим барахлом. Раз ты механик – погляди на изломанное снаряжение, может удастся что восстановить. Я заплачу. Немного, но лучше тебе, чем системе, верно?

– Верно. Договорились, герой. Где ломаное?

– Призм притащит сюда все. Покажет нужные тюки. А это что у стены?

– Мечта.

– Пахнет пылью и ржавчиной – заметил я, глядя на прикрытое пластиком и брезентом нечто большое и непонятное. Чуть в стороне замеченное ранее нечто закрытое плетенками.

– Как и все вокруг в этом мире. Не лапай святое, герой. И мы не поссоримся.

– Кое-какие зубы у тебя все же остались – фыркнул я, чувствуя, как повышается настроение – Терр. Поработаешь мальчиком на побегушках?

– Я мечтаю стать героем!

– Я не сказал – на потрахушках – я сказал – на побегушках.

Терр глянул на старика. Тот кивнул.

– Хорошо – продолжил я – Сбегай к Сэму Жабе. Возьми у него восемь мозготрясов в литровых бокалах. Передай ему – для Оди пусть уронит дополнительную слезу в бокал и добавит пару таблеток хорошего обезболивающего. И тащи сюда. Только живо.

– А деньги?

– Пусть запишет на мой счет.

– А если не запишет? – резонно заметил парень.

– Вот это мне и интересно – рассмеялся я, окончательно приходя в отличное расположение духа. Оглядев отсек еще раз, уделил особое внимание койкам и, выбрав одноярусную, стоящую чуть поодаль и отделенную тумбочкой и столом от остальных, ткнул в нее пальцем – Эта не запретная? Типа лежал на ней только подохший славно лидер и с тех пор…

– Наш лидер там спал – кивнул старик и, помедлив, сказал – Ложись и отдыхай, герой. Ты эту койку не опозоришь.

– Давно уже ничем таким в постели не занимаюсь – согласился я и, усевшись, стащил ботинки, после чего позволил себя со стоном распрямиться и вытянуться – Ох… слушайте команду, бойцы. Командир проверяет задание, мы оцениваем ситуацию, затем навещаем оружейника, попутно заглянув в медблоки. И уходим в Зомбилэнд. Оценив боль в копчике как оранжевую, готовность объявляю двухчасовую.

– Лишь бы не подохнуть на задании, когда все стало интересней – заметила вошедшая в отсек рыжая и тут же ткнула в расположенную в углу кровать – Моя! Все два этажа! Таракасик спит на соседней. Головой ко мне, копытами к вонючему орку.

– Охренела?! – взревел вошедший следом громила, внося пару мешков. Остальное затащил Хван.

– Заткнитесь – лениво велел я – И вряд ли мы сегодня подохнем. У нас ведь объявился добрый и на всю голову извращенный ангел-хранитель.

– Похотливый любитель резины с нарисованным лицом? – уточнила обнюхивающая одеяло Джоранн.

– Он самый. Учитывая им написанное… он сделает все, что мы и дальше работали только на него – проворчал я, шевеля указательным пальцем и забираясь в меню.

Заглянув в раздел заданий, тихо рассмеялся:

– Как я и говорил. Готовьте кисточки, гоблины. Сегодня мы красим детские качели и лесенки на крыше старого сурвера Джона Доуса.

– А зомби? – скривился Рэк, усаживаясь за стол и демонстративно опуская на столешницу игстрел.

– Можешь покрасить и зомби – разрешил я – Хван. Твой доклад созрел?

– Какой?! – поразился гнида.

– Ну раз мы все идем за доспехами – ты ведь тоже себе что-то должен прикрыть, верно?

– А! Ну… как в лавку зайдем – я покажу! – вывернулся призм и, отойдя в угол, уселся на корточки, уткнул лезвия в пол и застыл, глядя немигающими глазами в одну точку. Начал мыслить…

– Командир!

– А? – оторвавшись от чтения задания, я глянул на орка.

– Нахрена нам такая шикарная казарма? Мы ведь тут ненадолго.

– Ненадолго.

– Так нахрена тогда? И за бараком неплохо спали. И компания неплохая там. Есть о чем со старперами поговорить.

– Тут есть стены. Поэтому в нас трудней целиться из темноты – пояснил я – И попасть трудней.

– О! – кивнул Рэк – Ага… ну да… типа зависть?

– Она самая.

– Ну да. Я в борделе всем остальным на зависть класс показал. Ну и ненависть?

– И она тоже.

– Ну да. Мы на зависть многим в Зомбилэнде класс показали… ну и…

– Двести отжиманий. Сто приседаний.

– Может я просто заткнусь?

– Двести пятьдесят отжиманий. Сто пятьдесят приседаний.

Спустя пару секунд орк принял упор лежа и запыхтел, старательно отжимаясь. А я вернулся к интерфейсу. Но меня снова оторвали от важного дела, позволяющего забыть о пульсирующей в пояснице боли.

– Так что делать-то нам, герой? – уже не скрывая усталости и обреченности, спросил усевшийся рядом с ненадолго опустевшим местом орка Рокс.

Рокс и Рэк. Рэк и Рокс.

– Ты о чем? – спросил я, подавляя вспышку раздражительности. Это все боль. Гребаная боль. Я начинаю ненавидеть всех гребаных зомби гребаного Зомбилэнда. Пифия, дай мне огнемет…

– Как набрать новичков? Как оживить ДюжаДюж?

Хмыкнув, я медленно произнес:

– Есть два типа гоблинов, старик.

– Гоблинов? – недоуменно повторил тот.

– Добросов.

– То бишь людей.

– Да насрать.

– Понял. Гоблинов.

– Те, кто потеряв все или почти все, превращаются в раскисшее дерьмо вызывающее своим видом только брезгливость. В кучку дерьма под проливным дождем. И постепенно кучка размывается и исчезает, обратившись в грязную лужу.

– Мудро-то как ты сказал… не под кайфом ли ты часом, герой?

– И есть второй тип гоблинов – продолжил я – Когда они теряют все – это ожесточает их, заставляет проявить лютую злобу и бешеное упорство. Глядя на них ты чувствуешь не брезгливость, а уважение.

– Ага… и к чему ты это?

– Вы – грязная лужа пахнущая прокисшим говном и свежевыстиранными простынками – покосился я на чистые и аккуратно заправленные койки – Хотите выжить – соберитесь, перестаньте сука себя жалеть, найдите для начала одного новичка, причем поймайте его на входе в город, а не ищите на площади. Только одного! Можно даже доходягу. Вместе продолжайте батрачить на бытовых заданиях, тренируйтесь, ищите еще одного зеленожопого, потом еще одного. Чини себе ногу, старпер и знай – если наберешь еще тройку бойцов и подучишь их, тебе самому придется вести их туда – в пекло. Тебе! Вслед помахать им седым хером не получится – самому придется браться за топор и шагать в стальной тамбур! Это раз.

– Охренеть…

– Он такой – выдохнул поднявшийся орк и начал приседать.

– А есть и два? – мрачно поинтересовался смотрящий в стол сгорбившийся старик.

– Ты задал два вопроса – напомнил я.

– Да. Как набрать новичков. И как оживить ДюжаДюж. Но это один по сути один и тот же вопрос.

– Нет. Нихрена не один и тот же вопрос. Не пытайся оживить труп, старик. Все подохните, если будете жить сладкими воспоминаниями! Называй отряд как хочешь, но в башке держи главное – это новый отряд! Новый! Это те, кто не разделит с тобой ностальгии. Ведь раньше вы набирали новичков по одному, пропитывали их своими традициями, пичкали мотивацией, заливали им в уши и мозги истории о славных свершениях сквада с богатой историей… но этого больше нет! Подохли соловьи! Сожрали их зомби. Ты – последняя певчая хриплая птичка, которую давно уже никто не слушает.

– Да ты точно под кайфом… и…

– И?

– И спасибо. Пойду я…

– Повеситься собрался?

– Посмотрю на вашу ломаную снарягу и потихоньку начну чинить. И думать…

– Думай, старик. Думай. И лучше думай о будущем, а не о прошлом.

Не глядя больше на вставшего Рокса, я вернулся к интерфейсу, с облегчением переводя дух – разгруженной пояснице полегчало, боль начала отступать. Надеюсь, что Сэм булькнет в мозготрясы действительно хороший пэйнкиллер.

Задание: Покраска детских качель и лесенок.

Важные дополнительные детали: доступны сопутствующие указания сурвера Джо Доуса.

Описание: Получив необходимые рабочие инструменты и материалы подготовить детские качели и лесенки к покраске. Покрасить детские качели и лесенки.

Место выполнения: Специальная лечебница Тихие Буки. Вторая зона. Второй бункер (Сурвер Джон Доус).

Время выполнения: до выхода из лечебницы Тихие Буки.

Награда: 100 крон + 3 банки фруктовых консервов на выбор (ананасы или персики) и средний косметический набор «Бункерснабпреттис».

– Теперь уже и нам можно просмотреть? – первой отреагировала на мой смешок Джоранн.

– Давай.

Спустя миг рыжая требовательно заявила:

– Косметику мне! Вы же не такие!

– Какие такие? – осведомился я, пытаясь чуть прогнуть поясницу.

– Не такие! Хочу косметику фирмы Бункерснабпреттис!

– Старый сурвер делает все, чтобы мы остались с ним – усмехнулся я и повернул голову к вошедшему Терру.

Парень едва удерживал на руках поднос с восьмью огромными бокалами и шумно дышал.

– Не пыхти в мой коктейль – велел я и Терр послушно задрал голову к бетонному потолку. Едва не наткнувшись на стол, он опустил поднос и облегченно отступил, утирая взопревшее лицо.

– Ты протащил максимум десятикилограммовый поднос двести метров и выдохся? – я требовательно вытянул руку, пошевелил пальцами.

Среагировав, мальчик на побегушках выбрал нужный бокал и протянул мне:

– Сэм Жаба желает выздоровления и просит не беспокоиться о разбитом давеча бокале. Мелочь. Еще желает скорейшего выздоровления и говорит, что счет оплатить можете в любой удобный момент, никакой спешки нет. Охренеть! И это Сэм Жаба сказал! И он даже улыбался! И да – выдохся я… но поднос качается, бокалы звенят, бицепсы дрожат…

– Ты слабак – подытожил я и сделал огромный глоток.

Покрутив с хрустом шеей, охнул, проморгался и велел:

– Угощайтесь. И бойцы, и хозяева дома сего.

Вскоре на столе остался один сиротливы бокал – да и тот вряд ли останется невостребованным.

– Как мне стать сильнее? – ожил скривившийся от кислятины мозготряса Терр.

– Если орку не влом – он тебе расскажет – кивнул я на Рэка.

– Влом! – тут же ответил тот – Отвали, слабак!

– Научи! Рокс мне показал мне пару упражнений и приемов. Но что-то так лень, а на следующий день все болит… покажи!

Оглядев его фигуру, орк помотал башкой:

– Не! Ты не Терр. Ты территория непаханая. Целина дистрофичная. Диетический зомбо-корм.

– Научи! Я не отстану! В благодарность очищу всю твою старую снарягу. Даже белье в стирку отнесу!

– Ладно – поменял мнение Рэк, поймав мой короткий взгляд и правильно его поняв – Давай так – если до нашего возвращения отожмешься четыреста раз и столько же раз присядешь – поговорим.

– Сколько?!

– Думай – пожал плечищами Рэк и потянулся, демонстрируя перекатывающиеся под футболкой мышцы – Думай.

– Четыреста и четыреста до вашего возвращения?

– Да.

– Но ведь это вредно для мышц – такая дикая внезапная непропорциональная…

– Заткнись! Принцип прост! Сдохни – но сделай! – рявкнул Рэк, врезав кулачищем по столу – Либо вали домой укроп опрыскивать!

– Ага… четыреста и четыреста… Сделаю! Сдохну, конечно! Но сделаю!

– Начинай. И не забудь про вон ту сумку – там старые боты, набитые носками и трусами. Забыл я как-то про них…

Я слушал внимательно. Но не вмешивался. Просто оценивал каждое слово. Каждое слово Рэка, а не Терра. Попутно допил мозготряс, перекинул ноги через край койки и осторожно принял вертикальное положение. Обезболивающее пока не начало действовать, но разгруженная на время поясница в благодарность ответила тем, что на время затихла.

Хорошо…

– Выдвигаемся к Вудро, бойцы.

– На мой игстрел даже не глянешь, лид? Игрушка старая, но крепкая!

– Увижу там – качнул я головой – Боекомплект? Батарея?

– Десять пятизарядных, пяток трехзарядных. Батарея заряжена.

– Откуда картриджи?

– Кассандра прямо добра и прямо щедра. Не знаю, чем ты ее так порадовал, но, когда она пролетела мимо, велела одарить меня чем-нибудь хорошим. Жаль только ее снабженец гнида жадная и одарил не от души.

– Сбор – сказал я, зашнуровывая ботинки.

– Пополнение звать?

– Не сейчас – покачал я головой – Скажи им, что все в силе, но все разговоры будем вести завтра. Скажи, что питание с нас, ночевать могут на нашем старом месте за бараком.

– Понял. Я ща.

– Встреча у медблока.

– Понял!..

Глянув, как сосредоточено собираются и экипируются бойцы, занялся и собой, проверяя каждый карман, перетряхнув рюкзак, внимательно оглядев оружие. Хорошие шлемы – вроде тех недавно виденных синих – я планировал приобрести вместе с кирасами. Поэтому остался в черной футболке, натянув только перчатки и налокотники.

Закинув на спины рюкзаки, оставив на столе пустые бокалы, мы вышли, оставив приглядывать за вещами старого Рокса и приступившего к отжиманиям Терра, корячащегося у стены.

* * *

Дон Вудро – оружейник. Продаст, починит, купит. Ларка Плоская – оружейник, снаряжение. Продаст, починит. Блевотный Джо – торгует всяким. Любит поговорить.

Полученный от бродоса Тона список давно пора было применить.

И первым делом мы заглянули к оружейнику Дону Вудро.

Он меня удивил.

Сильно удивил.

Глубокий старик, худой, чуть сгорбленный, с коротким седым ежиком, в какой-то бесформенной серой хламиде и черных штанах, он сидел у входа в свой барачный отсек, закинув ноги в красных шлепках на стол и задумчиво глядя на мрачную бетонную стену Зомбилэнда. Над его седой головой, на стене барака, имелась черная надпись «Дон Вудро» снабженная стрелкой указывающей на старика. Умеет он представляться…

Но удивил он меня не задумчивым взглядом. И не красными шлепками. И не надписью.

Нет.

Старик, которому даже не пришлось представляться, оторвал губы от чашки с кофе, а взгляд от Зомбилэнда, оглядел сквад, сосредоточил взгляд на мне, посмотрел на оружие и сказал крайне удивительные для любого торговца слова:

– Если насчет брони – вам ничего не продам. Из уважения.

– А почему? – не стал и я тратить время на приветствие.

– Герой Оди. В корсете. Видел тебя недавно гуляющим топлес.

– В корсете – кивнул я.

– Медицинском! – добавил Рэк.

– Я подгоняю броню. Если хочешь выжить, броня должна стать второй кожей.

– Верно.

– Вон там полоса препятствий – на этот раз от чашки с кофе оторвалась рука, указавшая на несколько бревенчатых, кирпичных и песчаных стен, куч, лазов и другого рода преград.

– Вижу.

– Я впихиваю клиента в бронь. И заставляю его жопу пропотеть раз двадцать. Это для первой примерки. Потом убираю лишнее, подтачивая там и подрезая металл здесь. Подтягиваю ремни, добавляю пластины там или там… Потом снова облачаю клиента и снова загоняю на полосу препятствий. И так я повторяю раза три. Скажи мне, герой и боец Оди… ты сможешь сейчас заставить свою жопу качественно пропотеть на моих веселых аттракционах?

– Не-а.

– Ну и вали нахрен до тех пор, пока здоровье не позволит такие покупки совершать. Если же хочешь купить броник абы какой и абы как сидящий – тебе не ко мне.

– Я куплю у тебя – улыбнулся я – И на примерку приду завтра. Задаток оставить?

– Что взять хочешь?

– Кирасу. Это главное. К ней нормальную защиту шеи, плеч, рук. Обязательно шлем.

– Кирасу типа «Пал»?

– Лавочник Сэм рекомендовал «Пал4».

– Найдется.

– Мне таких комплекта надо четыре. Это для начала.

– Кому?

– Мне, ему, ему и ей – я поочередно указал на себя, Рэка, Каппу и Джоранн, затем мой палец уставился на Хвана – Потом надо что-то подобрать призму. Можно и кирасу, но с его шипами хрен поймешь как ее…

– Это уже мое дело. Итого – пять комплектов?

– Да.

– Денег хватит?

– Шестьсот крон оставлю как задаток. Если не смогу выкупить комплекты – задаток оставишь себе.

– Хорошо. О цене и моделях поговорим завтра, герой. Это все?

– Нет. Оружие.

– Что хочешь?

– Огнестрел. Я хочу гребаный огнестрел.

– Ага… – хмыкнул старик и скинул ноги со стола – Иди-ка сюда, герой – поманил он меня пальцем – Присаживайся. Ты в курсе материнского лимита на огнестрел?

– Нет.

– Как и думал. Все хотят мощную пушку, но никто не думает о том, как ее легализовать. У меня вон там – Дон Вудро указал на соседний отсек – Небольшая мастерская для работ по металлу. Делать можем многое. Ты в курсе, что тот же переломной дробовик, при наличии материалов, сделать не проблема?

– Не задумывался об этом – признался я – Продаете? Цена? Я бы взял прямо щас. Но в долг.

– Погоди, герой, погоди. Все то вы рветесь и спешите. Ну дал я тебе дробовик. Это просто двойная труба с прикладом на шарнире, курками и бойками. Все из стали, все надежное.

– Переломной? Двухзарядка?

– Она самая.

– Покупаю.

– А патроны?

– Так… а с ними что?

– Ну… может и патроны найдутся.

– Пулевые? Картечь? Какие еще типы зарядов есть?

– Погоди! Не о том речь!

– Есть проблема?

– Конечно. Вот получил ты дробовик и, скажем, десяток патронов с картечью.

– Лучше с сотней патронов.

– Погоди! Речь все так же о другом. Дробовик ты завернул в тряпочку. Мать не увидала. Светить ружьем, где не надо ты не станешь, верно?

– Само собой.

– Но в бою рано или поздно применить придется в открытую. Вошли вот вы в Зомбилэнд. И на вас сразу бежит толпа ретивых зомби. Бах! Бах! И пара зомби легла. Перезарядил. И продолжил радостно стрелять от паха, массируя прикладом шары… Выполнили задание. Вернулся сам и вернул сквад домой. У тамбура тебя встретят.

– Кто?

– Кто-то кого пошлет Мать, чтобы тебя вместе с ружьем доставили к ближайшему ее оку.

– Ее оку – повторил я и покосился на одну из полусфер, установленных на стальные колонны – И там что? Допрос?

– Да нет. Просто Мать спросит – откуда ружьишко?

– Нашел – тут же ответил я, небрежно пожав плечами – Не купил же.

– Ага. И где нашел? Это будет второй вопрос.

– Да в Зомбилэнде!

– И вот тут попался на вранье – удовлетворенно кивнул Дон Вудро, возвращая ноги на стол – Мать видит в Зомбилэнде почти все. И знает почти все. Тебе не удастся ее убедить в том, что дробовик с десятком патронов ты отыскал в корнях бука или жопе зомби. Есть шанс, что она поверит после того, как ты побываешь скажем в ее слепых зонах – где-нибудь в больничных корпусах и чем дальше от входа, тем лучше. Но если ты начнешь палить прямо на главной аллее в паре шагов от тамбура…

– Я понял тебя. Речь о том, как залегендировать дробовик?

– Верно.

– Просто нашел – повторил я – Где-то в лесу или долине неподалеку от Тропы. Мы немало километров прошагали по Тропе. Там сотни укромных мест, где система слепа. Так что не проблема. И в любом случае твое имя не прозвучит.

– Хорошо – кивнул старик – Ты схватываешь. Третий вопрос будет таким – сколько патронов у тебя есть?

– Хм… – удивленно протянул я – Тут подвох, да?

– Точно.

– Так поделись.

– Скажешь ей – пятьдесят – заберет сорок. Думаешь я зря говорю все время о десяти патронах?

– Почему заберет-то?

– Мать спроси. Да вряд ли она ответит. Но заберет.

– При этом обыскивать меня и пересчитывать патроны сама не будет?

– Не будет. Ты же герой. Поверит на слово.

– Бред! – буркнул я – Получается, если у меня патронов больше десятка, я всегда буду отвечать одно и то же – десять? Если выстрелю потом в бою раз шесть, то отвечу уже – четыре?

– Да.

– А потом снова постреляю – больше четырех раз – и на вопрос системы «откуда боеприпасы», скажу, что снова нашел где-то в ее слепой зоне?

– Да.

– Это бред.

– Это жизнь.

– Мне подходит. Продай дробовик. Тот самый – стальной, переломной, двухзарядный и надежный. И двести патронов к нему.

– Ты говорил о сотне.

– Говорил. Но до патронов я жадный. Что найдется еще кроме дробовиков? Кстати – мне таких надо минимум два. С кронами пока проблема, но…

– Каждый мой дробовик я оцениваю в четыреста крон, герой. Каждый патрон с картечью – в десятку. Два дробовика с десятком патронов к каждому – тысяча крон. И по понятной причине в долг я тебе ничего не дам. Не потому, что не верю в твою честность. Нет. Я не верю в твое бессмертие. Раньше я верил. Три раза. И трижды герои не вернулись. Можешь отменить свой задаток за кирасы и купить у меня дробовик.

– Нет – едва ли не со скрежетом зубов ответил я – Завтра. Я куплю дробовики завтра.

– Ты настолько богат?

– Я настолько хочу мощный огнестрел – улыбнулся я – Завтра с утречка заглянем?

– Буду ждать. Деньги оставьте на столе.

– А хоть что-то ты продашь?

– Из мелочевки? – оглядел нас старик – У меня найдутся элементы экипировки получше того барахла, что сейчас на вас. Но стоит ли тратить деньги, если так и так берете комплекты брони? Тебе могу дать на время куртку – глянул на меня Вудро – Старая, с пластинами, с плечевой защитой и высоким воротником. Найдется и легкий броник под куртку. Это если сегодня собираетесь по опасным делам.

– Собираемся. Возьму.

– Куртка надежная. В паре мест на спине пробитая, но от крови отстиранная, а дыры я залатал клеем и пластинами.

– А что за клей?

– Обычный доспешный – ответил Вудро – В торгматах редко-редко появляется. Клеит все. Металл, стекло, бумагу, пластик, руку к сраке. Схватывает не слишком быстро, зато как схватится… то намертво. И тюбик вроде невелик, а надолго хватает.

– Продашь?

– Товар ходовой – кивнул старик, снова скидывая ноги со стола – Пятьдесят крон за тюбик. В торгматах продается по тридцатке – если повезет.

– Беру – кивнул я – Куртку и легкий броник одолжу на денек. Куплю десяток броневых стандартных пластиковых пластин и тюбик клея. Если найдется, то заверни еще пару мотков хорошей и крепкой клейкой ленты. А завтра с утра мы явимся на примерку.

– Уверенность твоя, как и рассказывали – непробиваемая – усмехнулся поднявшийся Дон Вудро – Договорились…

Еще через полчаса, навестив медблок, где нам всем сделали очередные уколы, а мне еще и чуть покопались щупами под поясничным корсетом, мы неспешно подошли к тамбуру, куда уже втягивалась очередная порция рвущихся в бой сквадов.

Зомбилэнд ждал нас, с готовностью собираясь проглотить, а если получится, то и переварить.

Отправить