Глава 3

Охранники Замка встретили меня у лестницы от Холла к Центру. Неведомым образом до них донеслась весть о том, что медвежонка я тащу именно к ним. Легла на пол пленка, тушу уложили в нее, закутали, перевязали веревкой. Старики удивительно легко подняли зверя на плечи и потащили вверх, мимоходом кивнув — следуй, мол, за нами. Я спорить не стал.

Оказавшись у знакомых дверей, немного подождал. И на ожидаемый вопрос о желаемых благах, коротко ответил:

— Талоны.

— На все?

— Ага.

— Держи. Два полных листа талонов. Может еще чего добавить?

— Этого вполне достаточно — отказался я, убирая талоны в карман — Спасибо.

— Постой. Поговорить с тобой хотят.

— И кто?

— Михаил Данилович. Весомый человек. Рассудительный.

— Хорошо. Здесь подождать?

— Проходи — широким жестом указали мне на приотворенную дверь ведущую в Замок.

Радоваться я не стал. Уже знал, что там просто хорошо обставленная тамбурная комната для приема гостей. Сняв верхнюю одежду, аккуратно сложил на стул, поставил рядом оружие. Пригладил волосы. И вошел. Как и следовало ожидать комната была пуста. И это на самом деле была гостиная. Камин с потрескивающим огнем, подъедающим шкуры червей. Пара диванов, шесть кресел. На стенах несколько картин, на полочках различные безделушки.

Усевшись в кресло, спокойно принялся ждать, отсчитывая про себя секунды. Я даю пять минут. Если за это время Михаил Данилович не явится — я отсюда уйду. Не я напросился на встречу — меня сюда пригласили.

Он пришел на исходе третьей минуты. Прошел через заднюю узкую дверь — деревянную, резную, снабженную начищенной до блеска ручкой в виде оскаленной медвежьей головы. Ручку наверняка притащил с собой один из бывших сидельцев. А вот дверь… вряд ли кто с дверью сюда явился. Ее сделали здесь. Резьба не проблема — таланты у сидельцев разные бывают. Но такой широкий кусок дерева — дверь выглядит цельной.

Встав навстречу старику, что, как я отметил автоматически, шагал легко и бесшумно. Осанка прямая, голова поднята, за исключением аккуратно подстриженных седых волос и морщин, в нем нет ни малейших признаков старости. Движется свободно, шагает широко, все зубы на месте — что видно по широкой открытой улыбке. И рукопожатие удивительно крепкое.

— Добрый день. Мое имя Михаил Данилович.

Сразу отметил границы дозволенного. Не предложил величать только по имени или только по батюшке.

— Здесь меня зовут Охотником — улыбнулся я в ответ.

— А до этого Гниловозом. Потому что на кресте трупы таскал. Верно?

— Все верно.

— Удивительно. Ты меняешь имена как хамелеон, мой юный друг. И каждый раз имена соответствуют ситуации. Там ты гниль таскал. Здесь на медведей охотиться начал.

— Почему нет — развел я руками.

— А настоящее имя?

— А что оно здесь дает? — спросил я — Моя настоящее имя. Вся наша прошлая жизнь здесь не играет ни малейшей роли. Я мог быть там известным политиком или спортсменом — но здесь я просто обычный узник, получивший свободу.

— Получивший ее гораздо раньше срока. И оставшись при этом целым. Да еще и провернув целую авантюру — отметил собеседник.

— Не без этого. Крутиться в стреляющей карусели целых сорок лет, каждый день играя в русскую рулетку со Столпом… это не по мне.

— А мы вот откатали от звонка до звонка — хмыкнул Михаил и указал на кресло — Присаживайся. Выпьешь?

— Кофе, если есть — не дал я ему перечислить варианты.

— Конечно. С сахаром?

— Будет отлично. Кофе покрепче, сахара не больше чайной ложки.

— Алкоголь?

— Только с холода вернулся. Не стоит пока — отказался я — Но спасибо за предложение.

— Отлично.

Щелкнув кнопкой миниатюрной рации, Михаил Данилович распорядился:

— Двойное кофе в большом бокале. Чайную ложку сахара. Мне как всегда.

— Спасибо.

— Тебе спасибо. Ты появился удивительно вовремя, Охотник. Мы потеряли Антипия. Нашего старого матерого волка, что годами снабжал нас мясом. Прочие охотники ему и в подметки не годились, если говорить начистоту. Теперь все наши надежды возложены на тебя. Ты ведь не против?

— Наследство уже принял.

— Слышал об этом. И полностью согласен. Кесарю кесарево. Насчет мяса…

Я безмолвно приподнял брови.

— И дров — рука старика указала на небольшой камин, богато украшенный резьбой.

Я продолжил выжидающе молчать.

— Прошу тебя, не отдавай мясо Холлу. По крайней мере делай это не часто. Причину объяснять надо?

— А что тут объяснять? — дернул я плечом — Сам все видел. Вся туша пошла в котел. Несколько варок подряд. Ни кусочка мяса не было отложено на черный день. Холловцы живут одним днем и не думают о будущем. Да и нехорошо в их возрасте так обжираться мясом — желудки уже не те. Пища должна быть полегче.

— Именно! — подался вперед Михаил — Именно! Тогда как мы с мясом обращаемся куда разумней. Думаю и тут ты уже уловил суть?

— Мясо разрезаете, отправляете на лед. Каждый день используете ровно столько, сколько требуется для варки супов. Кормите весь Бункер. Наверняка стараетесь создать большой запас на будущее — если охотники погибнут, а новые быстро не появятся.

— И снова верно! Ты весьма разумный молодой человек! Вот и посуди сам — от этих необузданных пиршеств одни проблемы! Мясо уходит в никуда. А это ценнейший ресурс! Один из залогов нашего общего выживания в этих неприветливых землях. Мы заботимся о Холле. Стараемся чтобы супы были наваристыми и полезными. Делимся всем производимым. За этой стеной — широким жестом старик указал на заднюю стену — скрыты кухни, кладовые, оранжереи и теплицы. Есть и большой ледник, что сейчас почти пуст. И это тревожно. Только успели обрадоваться появлению среди нас крепкого и решительного молодого мужчины… а ты тут же заставил нас обеспокоиться за твою жизнь!

— Чем же? — удивился я.

— Ты в одиночку вышел из Бункера! В одиночку! Случись что, получи ты ранение — кто поможет тебе вернуться домой?

— Это риск — признал я — Но других вариантов нет. Положиться особо не на кого. Вот вы… сможете предоставить мне помощника? В Холле и Центре таких нет.

— К сожалению среди нас тоже нет охотников — с сожалением вздохнул Михаил — Но может удастся сколотить бригаду из холловцев? Собрать человек пять, обучить их некоторым навыкам…

— Вряд ли — качнул я головой — Очень вряд ли. Время покажет. Пока же я должен получить хоть какой-то опыт. Пусть даже в одиночку. Если я стану отсиживаться в тепле и безопасности — мяса от этого больше не станет.

— Понимаю… смелый поступок. И достойный. Ты думаешь о всеобщем благе.

— Нет — улыбнулся я — Тут вы ошиблись, Михаил Данилович. В первую очередь я думаю о себе. Чем больше у меня опыта и знаний — тем больше шансов выжить. Умирать я не хочу.

— Никто не хочет — грустно усмехнулся старик — Никто. Все хотят жить как можно дольше, оставаясь при этом в своем уме и имея возможность самостоятельно сходить в туалет. И снова все упирается в размеренный образ жизни с нормальным сбалансированным питанием. У тебя лично есть нарекания к ежедневному меню?

— Вкусно. В меру сытно.

— Вот видишь!

В дверь зашла улыбающаяся девушка, одетая в кожаную тунику и свободные штаны из такого же материала. Длинные расчесанные волосы свободно ниспадали на плечи. Мягко покачивая бедрами, она прошла через комнату, опустила на столик поднос с бокалом кофе и чашкой янтарного чая.

— Это Кристи. Она родилась здесь — мягко улыбнулся Михаил — Познакомьтесь.

— Кристи — чуть присела девушка, одарив меня удивительно ласковым взглядом карих глаз.

Что-то в ее лице было не так. Некая легкая заторможенность. Да и лицо какое-то… пустое… слишком уж расслабленное. Когда она, продолжая смотреть на меня, запустила палец в нос и задумчиво принялась в нем ковыряться, многое стало ясно.

— Охотник — склонил я голову — Рад знакомству, Кристи.

Еще одна улыбка. И девушка ушла.

— М-да — вздохнул Михаил.

Никак не став комментировать увиденное, я взял бокал и с огромным удовольствием сделал глоток кофе. Горячий, крепкий, в меру сладкий. Идеально.

— Я вас услышал, Михаил Данилович — вернулся я к теме разговора — Скажу так… не люблю нарушать традиций. Поэтому большую часть добытого мяса и шкур я буду приносить сюда. В Замок. Это и мне выгодно, с какой стороны не глянь. Меньшая часть изредка будет уходить в Холл.

— Как можно большую часть мяса в Замок, Охотник — попросил старик — Как можно большую часть. Чем полнее наши ледники — тем сильнее наша вера в сытое будущее. Понимаешь?

— Конечно. Мы договорились. Следующая туша будет доставлена в Замок.

— Но не геройствуй! Действуй осторожно. Продумывай каждый шаг. И помни — наша благодарность будет велика.

— Спасибо — улыбнулся я — А можно часть благодарности получить авансом?

— Уточни.

— Знания. Мне нужно как можно больше знаний о окружающем мире. Не помешала бы хорошая карта. Сведения о фауне и флоре. Любые записи о звериных повадках. Ну и хотелось бы знать, что еще за поселения вокруг нас и как себя вести, если вдруг столкнусь с выходцами оттуда.

— Что ж… — после краткого раздумья, произнес Михаил, беря в руки чашку — Вполне резонная просьба. У нас есть небольшая подборка как раз на такой случай. Но за многие годы ты первый, кто заинтересовался знаниями. До тебя так же поступил Антипий. Подожди.

Встав, собеседник не покинул гостевую — вопреки моим ожиданиями. Он подошел к одной из полок, открыл большую шкатулку и вытащил из нее согнутую картонную папку перетянутую красной широкой резинкой.

— Возьми, Охотник. Я так и так хотел предложить тебе эти знания. Но ты опередил меня. Похвально. Что-нибудь еще?

Забрав папку, взвесив ее в руке, глянул на Михаила Даниловича и поднял руку с бокалом:

— Мелочь. Можно еще один бокал дефицитнейшего кофе? Мне предстоит пара часов углубленного чтения.

— Советую выпить чаю. Он у нас особый. Бодрит куда лучше кофе. Но если ты настроен против чая, то…

— Пусть будет чай — легко согласился я — Главное, бокал побольше. Спасибо, Михаил Данилович. И за разговор и за кофе с папкой.

— Кофе с папкой — усмехнулся старик — Хорошо сказано. Рад знакомству!

— Взаимно!

Мы обменялись еще одним рукопожатием и разошлись. Беседа завершена. Короткий, но содержательный разговор сводился к малому — тащи все мясо в Замок, и мы не забудем отблагодарить тебя. И долго со мной никто беседовать не собирался. В принципе все логично. Я здесь новенький. Никто не собирается раскрывать мне душу. И никто не станет давать чересчур громких обещаний. Мой единственный в их глазах козырь — моя молодость. Но кто как не они знают, что молодость проходит очень быстро. А кто здесь считает года? Время течет незаметно. Их жизненный путь занимает время от поздравительного крика «Свободен» до глухой молитвы и почти беззвучного шлепка мертвого тела о дно ледяной трещины на кладбище. Этот же удел ждет и меня. Просто проживу я здесь не пять-десять лет, максимум пятнадцать, а куда дольше. Если меня не сожрет медведь.

Усевшись за один из столиков в общем помещении Центра, поставил рядом бокал чая и не без трепета открыл картонную папку. Информация. Самая ценная здесь вещь. Ценнее золота.

Впрочем, радость и трепет длились недолго. Уже через несколько минут они угасли почти полностью.

Что имелось в папке?

Пара дюжин созданных с различной талантливостью иллюстраций.

На них изображались лежащие и стоящие под снегом деревья. Атакующие и спящие медведи. Стаи снежных червей. Столп во всем его величии. Рой крестов, летящих в вышине. Облака. Облака. Облака. Туманы. Одинокие в бескрайнем снежном краю фигурки путешественников и охотников.

Несколько листков исписаны тем, о чем мне уже рассказал Антипий — некоторые тонкости охоты на медведей, способы транспортировки тяжеленных туш к Бункеру.

Имелась и некоторая полезная информация — как строить дом из снежных блоков. Иглу. Этот листок был исписан полностью, по тексту заметно, что писали с чужих слов. Нашелся же умелец-сиделец с такими знаниями. Кто в наше время знает, как вырыть землянку, построить из снега иглу или возвести хотя бы банальный шалаш, могущий защитить от дождя? Зато все прекрасно умеют щелкать компьютерными мышками и тыкать пальцами в сенсорные экраны телефонов.

Снова вспомнились выживальщики. Сурвивалисты. Сколько из этих ребят на самом деле смогут прожить в лесу хотя бы неделю на подножном корме? И это я про летний и осенний лес. Про зимний даже не заикаюсь. У скольких из грезящих скорым концом света парней есть навыки охоты? Сбора грибов и ягод? Мало покупать штаны с кучей накладных карманов и нагружать их метрами особой тонкой и крепкой веревки и мультитулами. Да, среди их все растущего числа есть действительно серьезные и умелые ребята. Но таких меньшинство. Большинство же мечтает о посиделках в уютном безопасном бункере, где под музыку пятидесятых и треск радиопомех будут с восторгом прислушиваться к агонии погибающего мира, наслаждаясь бурбоном и шпротами.

Дом из снежных блоков… это полезная информация.

Сходив в комнату, перебросился парой слов с Шерифом, взял нужные принадлежности и вернулся к столу. Скопировал информацию о постройке иглу, уже завтра собираясь опробовать это на практике.

Отложив листок, взял следующий. Хмыкнул удивленно. Немного текста и цветная иллюстрация. Страница вырванная из какого-то приключенческого романа. Полуобнаженные герои различных цветов кожи увлеченно сооружают ловчую яму на крупного зверя. Дно ямы щерится острыми кольями, отвесные стены раза в два выше человеческого роста. Судя по природе вокруг — дело происходит в тропиках. Там копать куда легче, чем в вечной мерзлоте. Мне не пригодится. Но я все же потратил некоторое время на изучение иллюстрации. Тут наверняка встречаются глубокие трещины прикрытые снегом. Есть шанс заманить медведя на запах истекающего кровью червя. А когда он бухнется в яму и… м-да… отбой. Нет шанса предугадать каким местом здоровенная зверюга напорется на кол. Но скорей всего пузом. Кол пробьет желудок заполненный едкой кровью снежных червей и мясо окажется испорченным. Опять же доставать зверя из глубокой ямы… этот вариант нам не подходит. В сторону.

— Привет, Охотник — донесшийся веселый голос звучал очень… молодо.

Вскинув голову, я увидел красивейшую девушку. Ухоженную девушку. Опрятно одетую. В синих с фиолетовым оттенком глазах светился острый ум. Да она даже косметикой не побрезговала… и наложила ее умело. Но к черту ее опрятность и косметику — она была молода! Ну как молода… по здешним меркам просто девчонка. А вообще ей неплохо за тридцать. А еще она сидит в самодельной инвалидной коляске и у нее нет ног ниже колен.

— Я Милена! Рада познакомиться.

Я автоматически протянул руку и ее крепко стиснула ладонь в перчатке с обрезанными пальцами.

Ловко крутнув коляску, новая знакомая оказалась рядом со столом. Облокотилась, изучила разложенные листки. Весело фыркнула:

— Теорию штудируешь, студент?

— Вы очень молоды — заметил я.

— Спасибо за комплимент — рассмеялась женщина.

Или все же девушка?

Нет. Это зрелая женщина. Вполне фигуристая. Подтянутая. Даже спортивная. Многие признаки указывают на ее истинный возраст — морщинки, даже форма лица, что меняется у нас на протяжении всей жизни. Но один черт мне почему-то казалось, что ко мне подкатила восемнадцатилетняя, максимум двадцатилетняя девушка. Задорная, обаятельная, умная.

— Могу налить чаю — предложил я, заметив висящую в специальном вырезе на широком подлокотнике кресла пластиковую кружку.

— Спасибо за щедрость. Но лучше я тебя угощу своим фирменным рецептом. Бодрящим. Только не спрашивай, что я туда намешала! Секрет! Немного кофе там точно есть, это ты и сам по запаху поймешь. И нет, я не ведьма.

— Да я и не…

— Даже не думал? Странно. А то здешние почтенные обыватели все как один меня ведьмой величают. А старушки еще и ненавидят до кучи.

— За что?

— Сам как думаешь?

— На ум приходит только твоя молодость.

— Угадал. Они попали сюда дряхлыми развалинами. А я угодила всего через два года после начала отсидки.

— Крушение креста?

— В точку! В меня даже не Столп пальнул. Просто другой падающей кельей зацепило, и я кувыркнулась следом. Бах! — Милена всплеснула руками, едва не выронив огромный, вот прямо огромный ярко-оранжевый китайский термос — Да-а-а… до сих пор вспоминать страшно. Выжила чудом. И даже горжусь! Я, конечно, не Весна Вулович, не с такой высоты грюкнулась, но все же! И тоже переломала ноги. И ребра. Зато руки остались целы! И пришлось попытаться повторить подвиг таких замечательных людей как Джулиана Кёпке и Алексей Маресьев. Книгу «Повесть о настоящем человеке» читал?

— Дважды. Первый раз бабушка заставила. Второй раз сам захотел перечитать в один достаточно сложный период в жизни.

— Правильно сделал! У меня дома такие книги вообще на отдельной полочке рядком стояли. Робинзон Крузо. Повесть о настоящем человеке. Моя сторона горы. Уолден, или жизнь в лесу. Один — о пацане выживающем на дальневосточном острове. И ведь на реальной истории основано. Обожаю такие книги! Но речь о другом — я таки доползла! Представляешь? Надела все, что можно было надеть и выкатилась наружу веселым таким шариком. Свобода!

— Прямо до Бункера доползла?

— Куда там! До Антипия — рассмеялась Милена — Он меня заметил. Он и дотащил. А тут меня уже подлечили. Но кое-чего лишиться пришлось — она глянула на ноги, чуть подвигала бедрами — Но это малая цена, верно?

— Согласен.

— Хотя теперь ты у меня забрал лидерство — вообще целехоньким явился. Хотя лицо опухшее и в синяках.

— Синяки по всему телу. Мизинец сломан — показал я обмотанный палец — Пара серьезных ушибов. Но это ерунда. Все пройдет через неделю.

— Завидую, конечно! Ну… каждый платит свою цену за свободу, верно? У кого-то цена больше. У кого-то меньше. И в любом случае они — Милена незаметно указала на играющих в лото стариков — заплатили цену куда более серьезную. Они отдали молодость.

— Не поспоришь.

— Ты как в келью попал? — на стол бухнулась толстенная тетрадь в кожаном переплете. Старинная тетрадь, можно сказать. Я такие видел только у родителей и бабушки. Общая советская тетрадь в клеточку. Переплет, конечно, не кожаный, но сильно похож. Милена украсила тетрадь наклейками и рисунками, явно вставила дополнительные листы, отовсюду торчали закладки.

— В баре познакомился с неприметным мужичком — пожал я плечами — После разговора по душам получил толчок в спину и нырнул в телепорт. Очнулся в келье. А ты?

— В электричке познакомилась. С неприметной тетенькой. Полноватая, добродушная. При подъезде к одной из станции попросила меня помочь сумку вынести. Тяжелая больно. А у нее спина больная. Я и потащила. В тамбур вошла. А меня в спину ладошкой шлеп… вместе с этой сумкой и влетела в келью.

— И что в сумке?

— Кирпичи и старые журналы — горько усмехнулась Милена, но тут же встряхнула головой — Заманила меня тетенька. Заманила!

— Заманила — согласился я — И ведь не побоялась — прямо в электричке.

— Выгоны почти пустые были — вечер и за сотый километр от Москвы уже укатили. Так что тетенька безнаказанной осталась. Ну и ладно. Что уж теперь поделать.

— Взяла тяжелую сумку как повод попросить о помощи — размышлял я вслух — И ведь знала, что обрекает молодую женщину на сорок лет тюрьмы. Могла хотя бы десяток банок консервов в сумку бросить — пусть даже самых дешевых. Не обеднела бы. Но напихала только старых газет и кирпичей. Хм… а как она прошла досмотр на вокзале? Никто не удивился такому содержимому сумки?

— Кто удивляться будет на Павелецком? Там такая суматоха.

— Ну не знаю… куча кирпичей и макулатуры — тут по любому подозрения какие-то должны возникнуть. И что она им скажет на логичный вопрос — а это что такое, тетенька? Что скажет? Кирпичики на постройку дачного туалета собираю и раз в месяц отвожу? Вряд ли. Скорей всего зашла на одной из недосматриваемых платформ. Еще одно предположение — тетенька специализируется на женщинах и электричках. Раз так уверено сработала, идеально выбрав момент и способ.

— Да брось — махнула ладошкой Милена — Какая теперь разница? Нам обратно не попасть. И тетеньку ту не сыскать.

— Верно — признал я — Не попасть. Наверное.

— Шутишь? Веришь, что можешь попасть в домой?

— Не особо. Но не привык что-либо скидывать со счетов без доказательств.

— Выйди наружу, оглядись. Мы посреди снежной пустыни. И никаких приветливо мерцающих врат портала ведущего домой. А это, кстати, несправедливо! Могли бы и поставить! Для тех, кто освободился.

— Чтобы они начали болтать? — усмехнулся я.

— Кто бы поверил?

— Одиночке? Никто. Десятку? Тоже вряд ли. А вот целой сотне или двум сотням дряхлых стариков слово в слово талдычащих о жутком мире с ледяным Столпом… кто-то да прислушался бы. Тем более на их стороне весомейший козырь.

— Это какой?

— Они все были без вести пропавшими сорок лет — ответил я — Как и ты сейчас. Как и я. Сотни и тысячи людей считаются без вести пропавшими. И если они вдруг начнут возвращаться…

— Ну да… так… кофе мой пробовать будешь?

— Конечно. Секунду.

Допив чай, подставил кружку под горлышко оранжевого термоса, мимоходом подумав, что очень скоро предстоит совершить поход в туалет. Сделал небольшой глоток. Удивленно глянул на довольно улыбающуюся Милену. Это было… вкусно. Прямо вкусно. И очень необычно. Чувствовалось небольшое количество кофе. Присутствовали некоторые травы — из тех, которыми приправлялись тюремные блюда. Ощущались медовые нотки.

— У тебя в термосе настоящее богатство — чистосердечно признал я — Это вещь. На талоны не меняешь?

— Ни за что! Но! Вот тебе встречное предложение — ты приносишь мне все найденные приправы, а за это я пою тебя своим особым чайком. Что скажешь?

— По рукам! Но пока что такие находки мне не попадались.

— Попадутся и не раз — помрачнела Милена — Тем дольше ты снаружи — тем ты богаче. Это единственная причина почему я злюсь на свою беспомощность — она опять указала на ноги — Умей я ходить… и каждый день выходила бы из Бункера. А так приходится надеяться на охотников. И впервые у нас появился такой как ты.

— Молодой, сильный и даже не тупой? — хмыкнул я.

— Точно. Молодой, сильный и даже не тупой. Ты вот смеешься, а про тебя в Замке сейчас только и говорят. Красный Арни так соловьем заливается. Хвалит и хвалит, хвалит и хвалит.

— Ну… особо я ничего не сделал. Просто рвался на свободу и старался выполнить данное слово.

— Вот за это и хвалит. Ты мог их бросить. Но не бросил.

— Не будем меня захваливать — фыркнул я — А чего ты так помрачнела, когда сказала, что мне не раз попадутся находки.

— Трупы — коротко сказала Милена — И снова трупы. И полупереваренные рюкзаки, выплюнутые медведями. Или вышедшие иным путем предметы. Не все освобожденные узники добираются до нашего или других бункеров. Многие гибнут в пути. Много ли холода и расстояния надо старикам, чтобы сдаться и просто умереть? И сколько узников во время почти бесконечной отсидки стараются поддерживать себя в нормальной физической форме? Знаешь, что примечательно?

— М?

— Большая часть сюда пришедших стариков страдала одышкой, полнотой, отсутствием какого-либо мышечного тонуса. Они дергали все три рычага, не отказывались от даруемых вина и кексов, не забывая налегать на колбаску и рыбу. Превращались в покорных толстяков. И если после освобождения им удавалось добраться до Бункера и поселиться в Центре или Холле… вот тогда они начинали быстро худеть.

— Люди любят заедать и запивать проблемы — пожал я плечами.

— Именно. Я тебе так скажу — те, кто занимался собой во время заключения, следил за весом и тонусом мышц, собирал припасы и золото… те сейчас живут в Центре или Замке. Остальные же собрались в Холле. Там они и останутся.

— Прямо статистический показатель. Но… Каждый сам выбирает свою судьбу — снова дернул я плечом — Это их дело. Давай поговорим о более интересном. Если не торопишься никуда.

— Например? У меня примерно час свободного времени. Я ведь как-никак работаю — отстегнув клапан закрепленного сбоку коляски саквояжа, Милена выудила оттуда гаечный ключ и какой-то прибор с парой длинных проводов. Потрясла инструментами и убрала обратно — Я техник. Слежу за системами, ремонтирую если требуется. И занимаюсь еще кучей дел. Потому что молодая, сильная и даже не тупая.

— Я удивлен — признал я.

— А ты думал, я живущий на иждивении инвалид? — прищурилась Милена — Нет уж! Да и ходить скоро начну — заканчиваю сборку протезов. Так о чем поговорим?

— Ты говори — улыбнулся я — Ведь что-то тебе от меня надо, верно?

— Угадал. Ты ведь с Данилычем уже общался?

— С двумя.

— Я про последнего. Михаила Даниловича.

— Было дело. Папку вот получил. Почти бесполезную, если начистоту.

— Листала ее — кивнула девушка.

Опять я называю ее девушкой, хотя ей под сорок. Так молодо выглядит, что слово «женщина» попросту не подходит.

— Но угостили кофе и пообещали поддержку. Уже неплохо. Еще провели короткую политическую беседу о том, почему мясо надо тащить в Замок.

— Тут Данилыч не соврал. В Замке с мясом куда бережнее обращаются. Ресурс важный. Поэтому прислушайся к его просьбе. Опять же не бесплатно мясо берут.

— Но и полную цену не дают.

— А кто даст, Охотник? Здесь богатеев нет. Талоны, теплые качественные вещи, ножи, кованые наконечники для рогатины… чем Замок богат — тем и одаривает. Еще фрукты можешь попросить, если наглеть не станешь. Кое-какие овощи.

— Я не собираюсь наглеть — поднял я ладонь — Просто изучаю реалии нового мира. И пытаюсь понять свои выгоды.

— Выгоды? Тут все просто. С Замком дружить выгодно. А что ты получишь в Холле? Одобрительные улыбки? И завистливое шипение в спину? Заискивание перед охотником?

— Речь не о том. Так и так мясо я в Замок доставлять буду. Но ты ведь хотела поговорить о другом?

— Почти. В вылазках тебе будут попадаться различные вещи. Порой технического характера. Меня они жутко интересуют.

— Например?

— Да что угодно. Будь то разбитый будильник или компьютерная клавиатура.

— У вас есть электричество? Розетки? — зацепился я за ее слова.

— Фонарик или еще что подзарядить сумею.

— Работающий компьютер?

— Пока нет. На верстаке лежат четыре убитых ноутбука. Три планшета. И ни один рабочий пока не собрала. А что?

— Очень хочу иметь ноутбук. Я все же дитя прогрессивных технологий, хотя и не чураюсь бумаги и пера.

— Принесешь мне необходимое — соберу. Ноут не обещаю. А вот телефон с сенсорным экраном — вполне.

— Уже есть в наличии?

— У меня есть — в ладони Милены появился большой телефон. Зажегся экран, она полистала менюшки — Но мобильной связи нет, конечно. Хотя я работаю над этим. Да я над много чем работаю. Вот только запчастей не хватает. Поэтому и прошу тебя о помощи.

— Сделаю что смогу — кивнул я — Но не бесплатно.

— Телефон или ноут. Я тебя услышала.

— Огнестрельное оружие и патроны.

— С этим помочь не могу — качнула она головой.

— Но ведь в Замке есть огнестрельное оружие. Уверен в этом.

— С чего бы?

— Логика. Сколько десятилетий тянутся сюда бывшие сидельцы со своим скарбом? Кто-то что-то да несет. Люди попадают сюда с рыбалки, с охоты.

— С этим помочь не могу — повторила Милена — Не в моей епархии. Я по технике. Огнестрельное… позже тебе стоит поговорить с Михаилом Даниловичем.

— Он главный в Замке?

— О нет — улыбнулась девушка — Далеко не главный. И далеко не самый старший. Но многие вопросы решает именно он. Так скажу, Охотник — чем больше помогаешь Бункеру, тем больше у тебя шансов получить что-то действительно полезное. Я твои интересы услышала. Оружие, техника.

— Не только. Еще информация — я похлопал ладонью по картонной папке — Информация. Правдивая, проверенная.

— О чем?

— Обо всем. Я человек интересующийся. Любознательный. Но не любопытный. Чужие личные дела меня мало интересуют. А вот все связанное с повышением шансов на выживание… очень даже интересует.

— О делах Замка ничего рассказать не могу. Тут уж извини. Центр… тут и рассказывать нечего. Милая сытая богадельня. Холл… то же самое, только чуть холоднее там. А кормят так же.

— Почти так же — поправил я — Порции в Холле меньше.

— Верно. Но кто им виноват, Охотник? Чем они помогли Бункеру? Ничем! Большая их часть не принесла с собой ничего кроме нескольких грязных тряпок. Они ничем нам не помогли. Но при этом их не выгнали на холод. Каждый получил кровать и пропитание. Бункер заботится о них. А они вечно всем недовольны.

— А Центр?

— Они заплатили. И получили условия жизни куда лучше. И это тоже справедливо.

— Оплатили пребывание в доме для престарелых — кивнул я.

— Все верно. Сытная полезная еда, тепло, уютные комнаты с удобными кроватями, настольные игры, чтение, общение. Безопасность и уверенность в завтрашнем дне. Что еще надо человеку на склоне лет?

— Они выглядят довольными — ответил я и круто сменил тему — Что насчет лекарств? Профессия у меня опасная. И если подранят, хотелось бы верить, что получу нормальную медицинскую помощь.

— Получишь — уверенно ответила Милена — Запас лекарств невелик, но он постоянно пополняется за счет новоприбывших. Если что — в Замке есть и хирург. Сможет зашить. И аппендицит вырежет.

— Даже так — хмыкнул я — Это отличные новости.

Сразу вспомнился несчастный Константин, загибавшийся от аппендикса и выбравший самоубийство, чтобы не продлевать агонию. Тут бы его спасли.

— Михаил Данилович человек сдержанный. Не особо многословный — продолжила Милена. — Иногда скуп на обещания и добрые слова. Поэтому воспринимай меня как посла доброй воли с личной заинтересованностью. И я тебе обещаю — Замок поддержит тебя во всем, Охотник. Если ты будешь поддерживать Замок. Наше выживание — дело общее. Поверь — будь у меня ноги, я бы сама выходила наружу как можно чаще. И оставалась бы там как можно дольше.

— Я тебя понял, посол — кивнул я — Хорошо. Жди добрых вестей. Но поначалу на многое не рассчитывай. Местность и реалии я знаю пока плохо. И лишний раз рисковать не стану. Опять же нет команды. На крупную добычу и пытаться нападать не стану. Далеко от Бункера отходить первое время не буду. По тем же причинам. Я очень не хочу умирать, посол Милена. Даже ради всеобщего блага.

— Здраво — признала она — Но мы тут особо никуда не торопимся.

— Может, и зря — вздохнул я. — А может, и правильно.

— Подлить чайку?

— С удовольствием!

Наполнив мой бокал, Милена улыбнулась на прощание и укатила.

Оставшись в одиночестве, я пригубил вкусный напиток и задумчиво покачал головой.

Болото. Вот куда я угодил. В сраное болото с таинственным «островком» посреди. Островком куда нет доступа никому кроме избранных.

Замок с поднятым мостом и опущенной решеткой…

И улыбчивая принцесса Милена.

А ведь если есть принцесса, то должен быть и старый, мудрый, а порой и коварный король…

Что-то ворочалось в переполненном новыми впечатлениями и информацией мозгу. Ворочалось, но никак не могло оформиться в нечто осознанное. Что-то важное. Что-то удивительное и лежащее вроде как на самом виду. Но я никак не мог ухватить ниточку.

Вздохнув, хлебнул еще чаю и продолжил изучение папки. Хотя это еще громко сказано — про изучение. Осталось три листочка. Два с рисунками, изображающими охоту на медведей. На третьем перечислено то, что Антипий уже рассказал мне. Выбрав пару рисунков, беззастенчиво присвоил их и закрыл папку. Допив чай, отнес опустевший бокал и папку к охранникам и пошел в нашу общую с Шерифом комнату. Надо забрать некоторые вещи и перетащить их в подвешенную под потолком хижину.

Одно знаю точно — улыбчивая дивчина неопределенных лет солгала мне. Я не верю, что в Замке нет ни одного работающего ноутбука или планшета. Опять же — логика. Сколько лет прошло с тех пор как люди начали таскать по улицам ноутбуки? Минимум четверть века? То-то и оно. Там, за толстыми стенами Замка, должно иметься как минимум несколько функциональных ноутов, планшетов и уже точно найдется пара десятков отлично работающих смартфонов. Да за прошедшие годы и настольный компьютер собрать можно было — мало ли сколько попаданцев угодили сюда при выходе с компьютерного магазина, неся во внутреннем кармашке платы оперативной памяти, новый хард. Или бережно держа в руках коробочку с очередной версией видеокарты, способной сделать любую игру еще более быстрой, красочной и почти реальной…

Милена солгала. И скоро она поймет, что ее ложь была слишком наивной. Быстрый ответ-отговорка, что может сработать для почти безразличных ко всему стариков, но не для пытливого непоседливого мужика средних лет. Надо оценить ее поведение при следующей встрече.

Хотя… может ей просто велели так говорить.

Нету и все.

Дальше понимай по мере своих способностей. Глупый примет за правду. Умный поймет — не дадут.

Компьютеры — нет.

Огнестрельное оружие — нет.

Но ты дружи с Замком и поддерживай его — и однажды…

Отправить