Часть 9

Следующим утром меня разбудило срочное сообщение, чтобы я прибыл на командный центр. Когда я туда пришёл там были и Мила и Дед. Мила закончила дежурство, а Дед только приступил. Они общались с отцом Милы.

— Наконец-то появился — сказал он.

— Ну что? От лица командования поздравляю тебя.

— С чём? — не понял я.

— Твои действия по обороне станции признаны очень эффективными генштабом империи. Даже опытные преподаватели академии не смогли придумать ничего подобного, не говоря уже о курсантах.

— Я рад, что им понравилось.

— Боюсь, ты не понимаешь. Наш флот выставил тебя на конкурс.

— И что?

— А то, что мы побеждаем и с большим отрывом.

— Рад за вас.

— Ты так ничего и не понял,

— Ты будешь представлять флот на конкурсе.

— Слушай, вы выставили, почему я должен отдуваться за вас? Сами выставили сами и отдувайтесь!

— Ты так ничего и не понял. В общем готовься.

Хотел спросить, к чему готовиться, но в разговор вмешалась Мила.

— Отец, это правда?

— Правда.

— Ой, у меня же платья нет для этого. Всё я побежала. Мне нужно срочно заказать платье.

— Беги — он с улыбкой ответил ей и отключился.

Она уже выскочила из командного центра.

— Дед, ты что-нибудь понял? Какой конкурс? Причём здесь она и какое платье?

— Ты что не слышал ничего об этом конкурсе?

— Нет.

— Раз в год проходит имперский конкурс между флотами империи. Там вручают награды особо отличившимся.

— Ничего не понял, а причём здесь она и платье.

— Там, после вручения наград, проходит торжественный бал и награждённые приходят туда не одни, а с кем-то, с кем потом будут танцевать на балу в паре. Мила твоя подружка. Вот она и умчалась за платьем. За это, кстати, ставиться специальная отметка в личном деле.

— Вообще-то мне не положены награды, я не флотский, а гражданский. Впрочем, она должна знать об этом, как и её отец?

— Значит уже всё согласовано наверху.

— Могли бы и меня спросить, прежде чем посылать на конкурс.

— Это решают не они, а генштаб. Они выставляют только представления.

— Понятно. Странно, что я там вообще оказался.

— Ты видимо не видел в сети ролик с твоей обороной станции, там уже не один миллиард просмотров был.

— Понятно.

Заглянул в сеть и нашёл ролик. Оказалось, что его выложил в сеть медик, который меня лечил. Ролик назывался вот как нужно уничтожать пиратов. В конце он назвал моё имя.

Стало понятно, почему цена за меня у пиратов так резко взлетела. Теперь они точно всей толпой будут очень хотеть встретиться со мной. Также стало понятно и другое. Почему оширцы не согласились пропустить нас через свою территорию. Наверняка пираты им заплатили. Даже скорей не пираты, а аварцы. Эти не меньше пиратов желают заполучить меня.

Вот зачем мне всё это? Всё из-за одного ролика в сети. Впрочем, уже ничего не изменишь. Миллиард просмотров.

— Как мне теперь вывозить всех отсюда? — этот вопрос я задал себе, но задумавшись, произнёс это вслух.

— Выведешь. Все в тебя верят.

— Мне бы их уверенность.

Впрочем, время обдумать всё, у меня было. Вот только альтернативы этим двум путям предложенным командованием практически не было. Перепрыгнуть через полосу разрушенных систем можно было всего в двух местах. Ещё раньше в сети я выяснил, что никто точно не знает, кто и почему разрушил эти системы. Эта полоса была загадкой для археологов. Известно было только, что произошло это в глубокой древности. Основная версия у одних заключалась в том, что кто-то давно создал эту полосу искусственно, как своеобразную защиту от пауков. Другие утверждали, что раньше о пауках вообще ничего не было известно, и что там произошла техногенная катастрофа. В сети шли горячие споры на эту тему. Меня совсем не интересовало, кто прав в этих спорах, но именно эта полоса разрушенных систем мешала мне вернуться в основную империю. Прыгнуть во многие системы на этой полосе было можно, а вот разогнаться для нового прыжка уже нет. Из-за множества обломков находящихся в системах.

Через полосу были несколько безопасных переходов, но все они контролировались оширцами и находились на их территории. На карте эти системы располагались южнее. Существовало только два ничейных перехода. Оба перехода сейчас контролировались пиратами. Что было севернее, куда продолжалась эта полоса, точно никто не знал, там находились паучьи системы. Об этом могли знать только пираты, но из воспоминаний Лиса было ясно, что пираты сами их опасались и старались туда не летать. Хотя их станция была расположена там же на севере, но была отделена от основных паучьих систем этой полосой. Вот только эта полоса совсем не мешала паукам. Их не однократно видели и на другой стороне полосы. Наверно поэтому у пиратов была отличная оборона у станции.

Через три дня прилетело шесть пассажирских кораблей. На них вернулась половина комиссии, которая у нас уже побывала, и вместе с ней прилетело два десятка оширских военных. Мне представили будущего командира станции от оширцев. Когда я спросил, сколько ему лет он ответил что девяносто три года. У него были уже правнуки моего возраста. Он видимо знал, что я знаю оширский, и они почти не говорили при мне на нём. Он занял каюту моего заместителя, и к ней сразу выстроилась очередь из владельцев торговых лавочек арендующих помещения на станции. Его заместитель улетел вниз на планету и там стал встречаться с персоналом космодрома. Предлагая рабочие контракты тем, кто хотел остаться и продолжить работать здесь. Большинство отказалось только двое согласились. Тогда он стал искать новый персонал на планете, параллельно занимаясь новой администрацией и делами на планете. За каждым присматривало пару абордажников, для их охраны и чтобы я знал, чем они занимаются. Основная комиссия занималась складами станции. Они решали, что оширцы будут забирать, а что нет. После чего, всё что им было не нужно, грузилось на транспортники, а склад с остальным опечатывался. Вначале я не понимал, почему они одно берут, а другое нет. Потом понял. Они забирали всё, что было аварским или оширским и старались ничего не брать аратанского. Здесь скоро не остаётся аратанской техники. Из аратанского они забирали только грузовые и пассажирские челноки, курсирующие между станцией и планетой и оба буксира. К моему удивлению они забрали все абордажные боты, которые не продали финансисты. Мне удалось забрать только один, который я забрал на верфь и там его экстренно ремонтировали вместе с двумя аварскими крейсерами, ремонт которых шёл полным ходом. Сейчас почти все техники станции были брошены на ремонт кораблей. Экипажей на кораблях не было, а вот пилоты были. Когда комиссия закончила на станции. Они перебрались на планету, и одновременно с этим началась перевозка пассажиров и грузов тех, кто улетал с нами. Челноки курсировали между станцией и планетой без перерывов. Сам я занимался подготовкой сюрпризов для оширцев, ведь меня предупредил вице-адмирал, что всё может отмениться в последний момент. Через неделю пришёл приказ о времени передачи системы и одновременно с ним меня вызвал адмирал.

— Слушаю.

— Ты решил, по какому пути полетишь?

— Нет.

— Почему?

— Мне оба пути категорически не нравятся, я хочу выбрать другой вариант.

— Какой?

— Уходить через оширцев.

— К сожалению, по договору с ними, нам это запрещено.

— Какая ерунда, я ведь не собираюсь ни на кого нападать.

— Нет! Я тебе запрещаю. Это приказ. Они из-за этого могут нас обвинить в нарушении договора.

— Тогда я не знаю, что мне делать. Пришлите несколько линкоров на один из ничейных переходов через полосу разрушенных систем. Пускай они меня там встретят.

— Нет свободных линкоров. Все задействованы в другой системе.

— В какой другой системе?

— В той, которую мы получаем от оширцев.

— А нас тогда почему бросаете без помощи?

— У тебя сильная эскадра. Сам справишься.

— Хотя бы разведчика дайте.

— Он не успеет до тебя долететь, раньше просить нужно было.

— Мне никто не говорил, когда это произойдёт.

— Решай. По какому пути полетишь?

— Решу перед отлётом.

— Мы должны знать, как ты полетишь.

— Зачем? Если всё равно помощи от вас не будет?

— Чтобы знать, где вас искать. Жду твоего решения.

— Я подумаю.

Вот так всегда. Делай что хочешь, но проблему решай сам. Не нужно ему было говорить, что я собирался через Ошир лететь. Теперь уже поздно. Кто меня только за язык тянул.

Вызвал Криса.

— Слушаю командир.

— Возьми с собой десяток бойцов слетаем на планету. Поговорим с пиратами.

— Их там много?

— Семь сотен.

— Тогда нужно всех брать.

— Если нужно — бери.

Мы на абордажном боте вылетели на планету. Добравшись до убежища, я включил громкую связь и объявил.

— Внимание пилотов и навигаторов пиратов. Для вас есть возможность выйти отсюда. Кто хочет, может подойти ко мне. Предупреждаю сразу любая попытка нападения, и вы будете уничтожены.

Подошло больше десятка к входу, где мы находились. Всех их интересовал один вопрос, что будет с ними. Пришлось ответить всем по громкой связи.

— Информация для всех. Система ближайшее время будет передана Оширу. Что они будут делать с вами, я не знаю. Есть среди вас желающие выйти отсюда?

Подошёл один.

— Что реально выпустишь?

— Реально выпущу на планету. Вы больше не моя проблема, но взамен мне нужна информация.

— Какая?

— Ты пилот или навигатор?

— Пилот.

— Что пилотировал?

— Крейсер.

— Понятно.

— Значит должен знать карту ближайших систем.

— Знаю примерно.

— Где ещё есть переходы через полосу разрушенных систем?

Переслал ему карту, и он отметил на ней ещё три перехода через неё. К сожалению, все они находились далеко на севере и были изрядно замусорены, но мы с ним поговорили и обсудили каждый переход. Он вроде мне не врал, но я был не уверен теперь в моём пси. Больше желающих поделиться информацией среди пиратов не нашлось. Мне эта информация ничего не давала, но своё обещание я выполнил. Вывез его в город и отпустил.

Оказавшись в городе, Крис с парнями попросились сходить в бордель. Разрешил им отдохнуть до вечера. Мне самому требовался отдых, и нужно было закончить все свои дела на планете. Взяв аэробайк, отправился в бывший посёлок для молодёжи. По дороге залетел в бывший магазин Слима приобрести планшет. Никакой новой информации о Слиме не было. Мне было очень грустно, что я улетаю, так и не выяснив, что с ним произошло. Хотя я и сделал всё что мог, чтобы выяснить это. В доме, где я жил, побывали гости. Из дома пропали пищевой синтезатор и раскладушка. Видимо в доме что-то искали. Потому что всё было перевёрнуто, и даже земля около дома была разрыта. Похоже, здесь побывал этот охотник за головами из СБ. Наверняка он отследил, откуда я прилетел на аэробайке в медцентр и след от моего кресла привёл его к этому дому. Похоже, он искал чипы с пиратскими кредами. Вот только их здесь не было. Здесь вообще ничего не было. Кроме запаса воды, еды и места где можно поспать. Странно было, что одно взрывное устройство под лестницей пропало, а второе осталось. Наверно не заметил второе. Думал, что они успокоились, и больше не ищут эти креды, но похоже я сильно ошибался на этот счёт. Откопав чипы, я сразу перевёл все средства с них на обезличенные счета в одном оширском и двух аварских банках, после чего уничтожил и чипы, и сам планшет. Был вопрос, что делать со всеми закопанными вещами. Там был и скафандр и оружие. Тащить это всё на станцию мне совсем не хотелось, из-за СБ. С другой стороны оставлять здесь тоже не имело смысла. Наверняка сюда я никогда больше не вернусь. Решил купить большой кофр и сложить туда винтовки, а скафандр пускай будет запасным. У меня осталась всякая разная ерунда вроде скалолазного оборудования, и что с ним делать я не знал. Решил заскочить в пошивочную мастерскую, возможно, она купит у меня всё это. Вот только оказалась, что мастерская закрыта, и не кому больше у меня покупать разные вещи. Мне это так удивило, что связался с Эллой и у неё выяснил, что хозяйка мастерской улетает отсюда вместе с нами. Это было очень странно. Ведь она родилась на этой планете. Она мне сама говорила об этом. Впрочем, это её решение. Приобрёл кофр, и полетел отдохнуть и искупаться на озере. Как всё сложиться дальше неизвестно. Когда я теперь смогу ещё искупаться. Уже загорая на озере, решил закрыть свою вторую почту, и был сильно удивлен, когда туда заглянул. Об этой почте знали единицы. Её я дал бывшим рабыням на всякий случай, для связи со мной. Только проверял этот почтовый ящик я крайне редко. Когда открыл, сразу обнаружил несколько сообщений от них. Все с одной просьбой, чтобы я связался с ними. Сразу вызвал. Мне ответила Ада старшая у них.

— Что случилось?

— Почему ты так долго не отвечал?

— Работы много. Что случилось у вас?

— Нас уволили.

— Почему?

— Мы не знаем. Помоги нам, если можешь. У нас даже жить не на что.

— Собирайтесь, полетите с нами. Нечего вам здесь делать.

— Куда? В империю?

— Да.

— У нас нет кредов для этого.

— Куда вас девать. Провезу вас бесплатно.

— Что так можно?

— Можно. Когда у тебя есть свои корабли. В общем, собирайте вещи. Вечером я заберу вас на станцию.

— Спасибо.

Следующим было сообщение от мадам Бенси. Для меня стало открытием, что она знает эту почту. Пришлось связаться. Она просто умоляла выйти с ней на связь.

— Привет. Что у тебя случилось? — спросил её.

— Мне нужна твоя помощь.

— В чём?

— Я хочу улететь вместе с вами.

— Ты бросишь ресторан?

— Брат останется и присмотрит за ним.

— Тогда зачем ты хочешь улететь?

— Не могу я здесь больше. Они меня достали.

— Кто они?

— Поклонники. Сам знаешь откуда.

— Сделай что-нибудь, я тебя очень прошу, я не могу купить место.

— Обратись к Элле моей помощнице. Она занимается этими вопросами.

— Обращалась и не раз. Говорит что всё продано.

— Значит так и есть.

— Помоги мне. Найди два места на любом корабле. Ты же уже выручал меня. Мы готовы лететь хоть в трюме.

— Скажи мне, откуда у тебя эта почта?

— Мне когда-то давно дал её продавец в магазине. Я же видела, что вы болтали как приятели.

— Понятно. Ты ему очень нравилась.

— Да, я пригласила его на концерт.

— Кому ты ещё говорила про эту почту?

— Никому.

— Знаешь что-нибудь о нём?

— Знаю, что он пропал, и ты его искал.

— Это так. Ладно, я узнаю, что можно сделать, но с местом действительно проблема. Вчера я слышал, как Элла ругалась, что многие местные кто летит с нами, неожиданно обрели гаремы по десятку новых жён с детьми. Не понимаю, почему все стараются отправить отсюда свои семьи.

— У оширцев это обычная практика. Взять семью в заложники, чтобы заставить что-то сделать.

— Тогда понятно. Я свяжусь с тобой, когда что-то узнаю.

— Послушай, я на всё готова. Хочешь, могу лететь вместе с тобой. В твоей каюте.

— Боюсь, ты не понимаешь, о чём говоришь.

— Подумай, я на всё согласна.

— Подожди, я узнаю, что можно сделать.

Пришлось снова вызвать Эллу.

— Слушай, ко мне обратилась мадам Бенси, она очень хочет улететь с нами. Что скажешь?

— Всё продано. Место есть только в трюмах транспортников. Если она найдёт где-то криокапсулу.

— Может её разместить где-то на военных кораблях.

— Не положено. Она ведь не флотская.

— Знаю. Может временный контракт. Пускай поработает немного на флот.

— Финансисты откажут. Если только без оплаты.

— Думаю, она согласиться. Вот только у неё сын.

— Полетит вместе с ней в таком случае.

— Конечно.

— Пускай тогда свяжется с кадрами.

— Понял.

Снова вызвал мадам Бенси.

— Ты готова поработать на флот бесплатно? Тогда полетишь с нами.

— Готова.

— Только учти, у нас всё очень строго и требуется соблюдать правила. Не уверен. Что ты готова к этому. Вот тебе контакт отдела кадров флота. Поговори с ними о временном контракте с флотом. Не знаю, до чего вы договоритесь. Скажешь, что разговаривала со мной.

— Поняла. Если что, связывайся через Эллу, она передаст мне.

— Спасибо.

— Пока не за что.

Вообще я не горел желанием ей помогать. Просто мне стало её жалко. Видимо у неё были большие сложности, раз она была на всё согласна.