Артиллерия в первом Азовском походе Петра I

По словам историка П. А. Авакова, к 1694 г. подошел к концу «оборонительный» период войны, сводившийся главным образом к не слишком удачной для русской стороны пограничной войне и поискам возможностей выйти из противоборства с османами и татарами с наименьшими потерями».

Целью готовящегося похода против турок было нанесение ощутимого удара по Османской империи, с получением выхода в Азовское море. Но для такой полномасштабной операции необходимо приготовить большое количество припасов, судов и транспорта для перевозки; отобрать и снарядить пушки и мортиры, решить множество логистических проблем с движением крупных сил и, наконец, мобилизовать военные силы.

На состоявшемся военном совете, который был, по словам П. Гордона, проведен на Пушечном дворе, было принято решение отправить «гордонскую» дивизию на Воронеж, а оттуда на судах до Черкасска, после чего совместно с донскими казаками подступить к Азову и блокировать город. Части под командованием А.М. Головина и Ф. Лефорта на 40 стругах, заготовленных в Коломне, должны были прибыть в Нижний Новгород и перегрузить боеприпасы и артиллерию на плоскодонки-паузки, затем спуститься к Царицыну, а оттуда сухим путем до Паншина, после чего вновь перегрузиться на струги и следовать к Черкасску.

Кроме этого, планировалась операция по захвату турецких крепостей Казикермен, Мустриткермен, Асламкермен и Мубереккермен, которые закрывали выход в низовьях Днепра в Черное море, силами отрядов Б.П. Шереметева и Войска Запорожского И. Мазепы. О сборе армии Шереметева для похода на Крым было официально объявлено уже 20 января 1695 г.

Надо полагать, что часть судов, перевозивших войска к Азову во время первого похода 1695 г., могли вооружаться полковыми орудиями в расчете по одной пушке на струг (выше уже было отмечено, что такая пропорция была характерна для 1670-х гг).

К 1695 году каких-либо новых организационных структур в полковой артиллерии не фиксируется. Например, накануне первого Азовского похода артиллерия «салдацкого Елецкого полку, которой росписано полком», состояла из «6 пищалей медных на станках и на колесах, станки и колеса окованы железом, ветхи»:

К ним 1038 ядер, пороха ручного и пушечного в 43 бочках (264 пуда).

Как видно из таблицы, вся артиллерия Елецкого пехотного полка была однотипной и состояла из 2-фунтовых орудий 1660-1680-х гг.

Вообще, к середине 1690-х гг. военная промышленность смогла обеспечить массовые поставки полковой артиллерии – и двухфунтовые пушки с длиной ствола в 3 аршина 7 вершков составляли 60–80 % всех орудий в полках.

По указу от 4 марта из Киева в Севск для отряда кн. Д.А. Барятинского (в составе армии Б.П. Шереметева) передавалось 14 пушек. В поход под Казикермен в армию Шереметева из Киева и Новобогородицка дополнительно выделялись еще орудия, среди них 18 однотипных двухфунтовых (с длиной ствола в 3 аршина 7 вершков, массой 20–24 пуда), 4 трехфунтовых (по 8-11 пудов), 13 дробовых (от 5 пудов 11 фунтов до 10 пудов 34 фунта), 3 средних орудия (калибром где-то 6–8 фунтов), 1 малая пушка (36 пудов) и 5 тяжелых «голландских пищалей» (массой от 198 до 208 пудов). Из Новобогородицка было взято 2 пищали массой 62–85,5 пуда.

Для походов на турок в арсеналах Москвы и других городах были отобраны и подготовлены орудия. Самой старой, но отнюдь не плохой пушкой была «Кашпирова пищаль» 1560-х гг. (пищаль 15 фунтов 117 пудов 20 фунтов, длина 5 аршин 6 вершков, лил Кашпир Ганусов), из новых – осадные пищали 1693–1694 гг. («Лебедь», «Лев» и др.). По традиции голландские пушки 1630–1660 гг. составили весомую часть осадного наряда.

1 марта дивизия Гордона с полковой артиллерией (31 полевая пушка, 12 короткоствольных картечных орудий, 10 мортир), на 4000 подводах, с 6000 пудами пороха, 4600 ядрами и 4000 гранат, выдвинулась из Москвы.

Артиллерия дивизии Лефорта состояла как минимум из 12 пушек и 25 мортир. Осадная тяжелая артиллерия была отправлена только через два месяца после выдвижения полков Гордона (27 апреля).

К походу на Азов был подготовлен внушительный парк артиллерии, как мортир, так и тяжелых пушек. Над «артиллерией генералом» был назначен стольник И.Н. Вельяминов-Зернов.

В мае 1695 г. 40 коломенских стругов доставили в Нижний Новгород партии орудий и боеприпасов и перегрузили на плоскодонные суда-паузки:

1-й паузок

2-й паузок

3-й паузок

4-й паузок

5-й паузок

6-й паузок

7-й паузок

8-й паузок

9-й паузок

В Паншине пушки и боеприпасы пять дней перегружались на струги, которые были отправлены далее под Азов. Как видно из «ведомости», здесь перечислена далеко не вся артиллерия – перечислены 8 осадных пищалей, 36 голландских пищалей и 104 мортиры. Однако это послужило основанием для Н. Г. Устрялова считать, что артиллерия состояла «из 104 мортир и 44 пищалей голландских, с 14000 бомб, 9100 ядер, 1000 гранат и 16600 пудов пороха». Тем не менее документ явно не полон – он перечисляет значительную, но не всю часть перевозимой на коломенских стругах артиллерии. Но все же он дает представление о грузоподъемности на стругах и паузках артиллерийских припасов. По моим подсчетам, архивных росписей орудий отпущено больше – 56 пищалей (далеко не все голландские, просто роспись называлась «Галанских и полковых пищалей», а Н.Г. Устрялов взял только первое название), 106 мортир, 10 дробовиков. И по исчислении боеприпасов получается нестыковка – фактически отпущено 19 270 бомб, 36 каркасов, 15 900 ядер, 15 354 гранаты ручные, 22 105 пудов пороха. Теперь перейдем к конкретике.

Подробная роспись орудий 1695 г. («Описная книга «наряда» орудий, пушечных и полковых припасов в Москве, отпущенных в походы Азовские и «Свейский» и находящихся в Азове и его укреплениях») позволяет подробно изучить состав артиллерии, отправленной в первый Азовский поход, а заодно и скорректировать данные, приведенные в работах Н. Г. Устрялова и Е. Е. Колосова. Дополняют роспись данные двух документов – запись от 6 февраля 1695 г. об отпуске орудий и боеприпасов в Азовский поход и запись о выдаче с Пушкарского двора бомб.

В росписи подробно перечислены (с указанием массы и размеров) следующие орудия, отправленные в поход:

– 8 пищалей по 30 фунтов ядром (1287 пудов), к ним по 200 ядер. Общий тоннаж (пищали, ядра и станки) – 3004 пуда 5 фунтов;

– 9 пищалей по 26 фунтов ядром (1322 пуда 30 фунтов), к ним по 200 ядер. Общий тоннаж (пищали, ядра и станки) – 3065 пудов 12 фунтов;

– 3 пищали по 20 фунтов ядром (348 пудов 25 фунтов), к ним по 200 ядер. Общий тоннаж (пищали, ядра и станки) – 823 пуда 25 фунтов;

– 14 пищалей по 15 фунтов ядром (1431 пуд 6 фунтов), к ним по 200 ядер. Общий тоннаж (пищали, ядра и станки) – 3063 пуда 6 фунтов;

– 16 пищалей по 6 фунтов ядром (827 пудов 20 фунтов), к ним по 200 ядер.

Представляет несомненный интерес боеприпас к орудиям: «и всего по отпуску 50 пищалей. Весу в них 5217 пуд 16 гривенок, к ним 10 000 ядер, весу в них 4200 пуд, да 1249 бомбовостродолгих весом по пуду по 10 гривенок. И того в бомбах весу 1561 пуд 10 гривенок, в станках весу 2376 пуд 22 гривенок. И того в пищалех, и в станках, и в ядрах, и в бомбах 13 455 пуд 8 гривенок».

«Остродолгие бомбы» – это, вероятно, эллипсоообразные разрывные снаряды, которые в трактате у И. Бухнера именовались (в русском переводе) «валовыми ядрами» («Валовые ядра суть из железа остроконечны, в их же наполнительных и запальных шурупы вылиты из железа учиненные трубки ввертывают… зажигательные же трубки их наполняют потребным к тому составом, якоже при гранатных трубках видети возможно»). В «Дневнике» П. Гордона эти снаряды названы «продолговатыми бомбами». При калибрах для 20–30 фунтовых пушек эти снаряды весили 50 фунтов. Кроме этого, в росписи также говорится: «к тем пищалям 13 стрел болших, 30 малых железных».

В качестве запаса перечислены 3 стана дубовых нескованных, 60 досок дубовых, 123 больших и малых колеса окованных, 30 осей, 30 поддосок, а также скоб, гвоздей, 20 волоков дубовых.

Далее в росписи шли мортиры («мозжеры»):

– 2 калибром в 8 пудов (масса 120 пудов), к ним по 40 бомб (всего 80 бомб), а также 98 бомб по 17 пудов бомба (т. е. сдвоенные?). Общий тоннаж в мортирах, бомбах и станках – 2062 пуда;

– мортира, взятая из Троице-Сергиева монастыря, калибром в 6 пудов, весом в 90 пудов. К ней 40 бомб, «а отпущено 47 бомбов весом по 18 пуд». Общий тоннаж – 662 пуда.

– 4 мортиры калибром в 4 пуда (масса 206 пудов), к ним по 200 бомб, «а отпущено 812 бомбов». Общий тоннаж в мортирах, бомбах и станках – 3535 пудов;

– 26 мортир калибром в 3 пуда (массой в 36–41 пуд), к ним «по наряду» по 200 бомб, «а отпущено 6417 бомбов». Общий тоннаж в мортирах, бомбах и станках – 20 714 пудов 20 гривенок;

– 4 мортиры калибром в 2,5 пуда (массой в 26–31 пуд), к ним «по наряду» по 200 бомб, «а отпущено 875 бомбов». Общий тоннаж в мортирах, бомбах и станках – 2365 пудов 20 гривенок;

– 23 мортиры калибром в 2 пуда (масса в 26–33 пуда), к ним «по наряду» по 200 бомб, «а отпущено 6128 бомбов». Общий тоннаж в мортирах, бомбах и станках – 13 494 пуда 26 гривенок;

– 4 мортиры калибром в 1,5 пуда (массой в 20–24 пуда), к ним «по наряду» по 200 бомб, «а отпущено 819 бомбов». Общий тоннаж в мортирах, бомбах и станках – 1375 пудов 30 гривенок;

– 12 мортир калибром в 1 пуд (массой в 12–20 пудов), к ним «по наряду» по 200 бомб, «а отпущено 2500 бомбов». Общий тоннаж в мортирах, бомбах и станках – 2903 пуда 35 гривенок;

– 10 мортир калибром в 0,5 пуда (массой в 2,5–3,5 пуда), к ним «по наряду» по 100 бомб, «а в отпуску 1074 бомбов». Общий тоннаж в мортирах, бомбах и станках – 616 пудов 39 гривенок.

«И всего в отпуску 96 мозжеров» (массой в 47694 пуда 13 фунтов). К верховым пушкам также выделялись каркасы («26 каркасов 4-пудовых, веревками оплетены, 10 каркасов, набиты песком, а веревками неоплетены»), а также поддоны, веревки, трубки деревянные точеные.

– 3 петарды («пинарды» массой в 22–23 пудов), для подрыва ворот;

– 10 дробовиков ручных медных, массой в 1–1 V пудов.

11 854 гранат ручных массой в 2–6 фунтов.

Таким образов, в первый Азовский поход снаряжено 50 пищалей калибром от 30 до 6 фунтов, 96 мортир ядром от 8 до 1 пуда, 10 дробовиков. Однако это еще не вся артиллерия.

В села Преображенское и Семеновское под Москвой было тогда же отпущено для похода «полковых пищалей и всяких припасов»:

– 6 двухфунтовых пищалей (с длиной ствола в 3 аршина 8 вершков: «Единорог», «Единорог», «Соловей», «Гамаюн», «Сирин», «Соловей»). Общая масса орудий составила 155 пудов 37 гривенок.

В генеральском полку Лефорта по описи орудия не указаны. Однако точно известно, что пушки у него были – 12 пушек и 25 мортир.

В тот же поход с полком генерала П. И. Гордона и в стрелецкие полки с Москвы были направлены гранатчики с мортирами:

– 4 гранатных мастера, 6 гранатных учеников;

– 10 мортир калибром в 0,5 пуда (массой от 2 пудов 30 фунтов 3 пудов 10 фунтов) с 500 бомбами. Общий тоннаж составил 330 пудов 34 гривенки.

Всего в «низовой Азовской поход и в село Преображенское и в Семеновское и в генеральские и в стрелецкие полки» были командированы 13 гранатных мастеров, 78 гранатных учеников, 2 зелейных

(пороховых) мастера, 4 зелейных учеников, 192 пушкаря, токарных мастера, 4 токарных учеников, 3 пильника, 15 кузнецов, 2 оружейных мастера, 20 плотников, 2 паяльщика, 1 колодезник, 2 бочара. Пушкарского чина набралось 340 чел.

Далее в росписи идут итоговые данные по артиллерии – подзаголовок именуется «Галанского и полкового наряду»:

8 пищалей ядром в 30 фунтов

9 пищалей ядром в 26 фунтов

3 пищали ядром в 20 фунтов

14 пищалей ядром в 15 фунтов

16 пищалей ядром в 6 фунтов

6 пищалей ядром в 2 фунта

Всего 56 пищалей.

Далее в росписи идут мортиры:

2 мортиры ядром по 8 пудов

1 мортира ядром по 6 пудов

4 мортиры ядром по 4 пуда

26 мортир ядром по 3 пуда

4 мортиры ядром по 2,5 пуда

33 мортиры ядром по 2 пуда

4 мортиры ядром по 1,5 пуда

12 мортир ядром по 1 пуду

20 мортир ядром по 0,5 пуда

Всего 106 мортир

К артиллерии были приданы, как уже отмечалось, 3 петарды и 10 дробовиков.

А что же осталось в Московском арсенале? Роспись «в остатке на Москве Болшого и полкового медного и железного наряду, и мозжеров, и ядер, и бомбов» позволяет определить количество оставленной в столице артиллерии.

В Китай-городе у Лобного места упомянута «пушка Царева, ядро каменное весом 52 пуда» – это знаменитая Царь-пушка. Рядом с ней лежал «Павлин» весом в 1020 пудов (бомбарда Степана Петрова 1555 г.). У Земского двора находился еще один гигант – «Кашпирова пушка» весом 1200 пудов, самая крупная бомбарда времен Ивана Грозного.

На Пресне в селе Воскресенском упомянута бомбарда «Ехидна» калибром в 9 пудов. Эта большая пушка, как отмечено ранее, постоянно участвовала в «потешных» стрельбах. Там же находилось и самое крупное орудие времен царя Алексея Михайловича – 70-фунтовая осадная пищаль «Единорог», а также 60-фунтовый «Кречет» (мастера X. Иванова), 55-фунтовая голландская пищаль (5 аршин в длину, вес 215 пудов), 50-фунтовая пищаль «Новый Троил», 50-фунтовая пищаль «Троил» старого литья (1634 г.), 50-фунтовая голландская пищаль (4 аршина 9 вершков, весом 205 пудов), 47-фунтовая голландская пищаль (4 аршина 10 вершков, весом 215 пудов), 40-фунтовая пищаль «Орел» (4 аршина, весом 220 пудов, 1692 г.), 40-фунтовая пищаль «Перс Витой» (7 аршинов без 3 вершков, весом 353 пуда, 1686 г.), гигантская мортира «гранатом 24 пуда, весом 476 пудов («а которого году литья, не писано»).

Несколько пушек осталось на Пушечном дворе. Ввиду длинного перечня приведем эту опись в формате таблицы:

Пушек и пищалей на Пушечном дворе

Это был весь наряд, который остался на тот момент в Москве.

Интересно сравнить эту опись с фрагментами более ранних описей 1694–1695 гг., сохранившихся в копиях академика И.Х. Гамеля (фонд 174 СПбИИ РАН). В них упомянуты несколько старых орудий, которые к 1695 г. были пущены на переплавку. Среди них – «Змей Юрьевский» 1553 г. мастера Курта Гартмана (массой 111 пудов, ядром 6 фунтов, трофей Ливонской войны или войны 1656–1658 гг.), присланный из Севска, тюфяк мастера Игнатия 1500 г. из Мурома (массой 6 пудов 20 фунтов, длиной аршин 5 вершков, очевидно, присланный во исполнение указа 1695 г. о сборе старых тюфяков), иностранная пушка 1579 г. Матиаса Белика (ядро 3 фунта, длиной 4,5 аршина, массой 49 пудов 10 футов) и т. д. Фрагменты описи 1694–1695 гг. более подробны, так как описывают надписи, конструктивные особенности орудий, а также их месторасположение в Москве.

Описи 1694–1695 гг., как уже было сказано, – уникальный источник по реконструкции «огнестрельного наряда» XV–XVII вв.

Дивизия П. Гордона, первая приближавшаяся к Азову, должна была обеспечить пристань для приема осадной артиллерии. Ее построили в 16 км от Азова при впадении в Дон реки Койсуги. 4 июля тяжелые пушки вместе с основными частями русской армии прибыли под Азов – ив этот же день были обустроены позиции первой батареи из 4 проломных пищалей и одной мортиры.

Орудия из дивизии А. М. Головина занимали правый фланг, в центре – П. Гордон, а на левом фланге встал Ф. Лефорт. На позициях установлены 53 пищали и 42 мортиры, остальные орудия оставались в резерве у Л. Хабарова.

Первые дни бомбардировки обрушили на город сотни бомб и ядер. На отдельных участках голландские пищали сбили весь «верхний бой» с позициями турецких орудий, мортирная стрельба создала в городе несколько очагов пожаров. Причем на одной из батарей сам царь-бомбардир лично наводил орудия и стрелял.

Приступом были взяты две башни-каланчи, а в них – 32 турецких медных пушки с боеприпасами, разрушена караульная башня. На правом берегу Дона новая установленная батарея князя Я. Ф. Долгорукова из 4 пищалей и 4 мортир стала успешно обстреливать внутреннюю часть крепости, которая была видна с возвышенности. Казалось, Азов был обречен.

Но, как известно, с моря город постоянно получал подкрепления. Двадцать турецких галер смогли подвести припасы и войска, что значительно усилило турецкий гарнизон. 15 июля в результате неожиданной вылазки гарнизона было испорчено несколько орудий. Несмотря на интенсивный обстрел, не были подавлены все турецкие батареи – и два штурма Азова оказались неудачными. В результате русская армия отступила от Азова.

План осады Азова в 1695 г. Рисунок Ф. Ф. Ласковского

Ю. Е. Манойленко в числе причин неудачной осады определяет недостаточно эффективный огонь русской артиллерии. Он также отмечает, что «не были перекрыты артогнем подходы к крепости с моря, что позволяло туркам беспрепятственно снабжать осажденный гарнизон». Впрочем, по поводу последнего замечания следует сказать, что подходы к крепости со стороны моря артиллерия не могла перекрыть никак – таких дальнобойных пушек в XVII в. не было ни у кого. Подходы с Азовского моря должен был перекрыть флот, которого в России на тот момент не было.

Нельзя также согласиться с мнением о том, что артиллерия фактически оказалась направлена на выжигание внутренней части крепости навесным огнем из мортир вместо подавления крепостной артиллерии. Часть батарей проломных (в том числе голландских) пушек была сосредоточена против стен и башен – количество установленных на позициях пушек в первые фазы осады превышало количество мортир (53 против 42).

Еще одна из причин, никак не замеченная в отечественной историографии, – осадная артиллерия стала приходить в негодность.

У новых «облегченных» мортир и пушек портились запальные отверстия, у некоторых стволов разрушались жерла.

По результатам первого Азовского похода Петра удивляешься количеству испорченных орудий – процент негодных в результате стрельбы пушек был значительно выше, чем в осадах времен Алексея Михайловича (почти на порядок). С чем, возможно, это было связано? Мне кажется, по трем причинам: 1) использование «остродолгих» бомб, требовавших заряда «сверх меры»; 2) вообще увлечение зарядами «сверх меры»; 3) плохим качеством новых «облегченных» мортир (они были почти до 20 % полегче своих предшественниц 1660-х, отсюда и малая прочность стволов).

Итак, по результатам первого Азовского похода к артиллерии были командированы из Москвы пушечные мастера, которые должны были осмотреть орудия на предмет годности к эксплуатации: «по осмотру и по скаске пушечного мастера Евсевия Данилова, литцов Логина Жихарева, Никиты Пантелеева пушки и мозжеры, которые к стрельбе годятца и не годятца совершенно, велел описать, которого они кружала ядром и что в них вес». В результате было определено, что:

– из 56 осадных орудий 48 принимали участие в обстреле, из них в итоге 7 рваных (14,6 %);

– из 106 мортир 88 участвовало в обстреле, из них – 17 рваных (19,3 %), но по результатам осмотра 5 мортир к стрельбе еще были более-менее годны. В этот расчет не вошли пушки, испорченные во время вылазки турецкого гарнизона 15 июля. Каждая седьмая пушка и каждая пятая мортира оказались негодными.

К 8 декабря 1695 г. подьячий Пушкарского приказа Никифор Кренев закончил составление книги «остаточным полковым и пушечным всяким запасом, что осталось каких припасов от Низового походу в Сергиевском и в Черкаском городе». В новопостроенных крепостях у стольника А. Ржевского из генеральских полков были оставлены следующие пушки с припасами: 12 пищалей по 15 фунтов калибром, 13 пищалей по 6 фунтов, 4 мортиры в 4 пуда ядро, 4 мортиры в 3 пуда ядро, 1 мортира в 2 пуда ядро, 2 мортиры в 1 пуд ядро, а также ядра, бомбы, порох и свинец.

В Черкасском оставлено: 8 пищалей по 30 фунтов (из них 2 рваных), 9 пищалей по 26 фунтов (в том числе 2 рваных), 3 пищали по 20 фунтов, 1 пищаль в 15 фунтов рваная, 2 пищали по 6 фунтов рваных, 2 мортиры в 8 пудов ядро, 1 мортира в 6 пудов, 3 мортиры 4-пудовых (1 рваная), 18 мортир 3-пудовых (5 рваных), 5 мортир в 2,5 пуда ядро, 35 мортир по 2 пуда ядро (6 рваных), 4 мортиры в 2 пуда ядро (1 рваная), 7 мортир в 1 пуд ядро (3 рваных), 2 мортиры полупудовых.

Всего оставлено 48 пищалей (7 рваных) с 2451 ядро, 1108 бомб «остродолгих», 88 мортир (17 рваных) с 3195 бомбами, 1703 ручных гранаты, 4 петарды. Все негодные орудия (кроме 1 пушки и 5 мортир) позже отдали в переливку в Черкасске.

Русские войска отступили от Азова, оставив в каланчах сильный гарнизон с пушками и припасами.

Крупным успехом кампании 1695 г. стало взятие турецкой крепости Казыкермен, обороняемой гарнизоном в 4000 чел.

11 июля началось продвижение к Казыкермену войск Шереметева (около 25000 чел.) и Мазепы (более 35000 чел.). Ударной частью артиллерии были 5 тяжелых «голландских пищалей» из Киева, каждая массой почти в 200 пудов и калибром в 40–50 фунтов. Всего же огнестрельный наряд насчитывал более 40 стволов, а также некоторое количество запорожских пушек. Как указывает казацкая летопись Величко, войска осадили «арматами многими и мортирами», «изо всех сторон з пушок, мортиров и оружя дробного».

Однако артиллерийской мощи явно не хватало, чтобы разбить твердокаменные стены и башни турецкой крепости, которые, по словам Величко, «мало от наших армат повреждалися». Некоторые русские орудия, близко стоявшие к укреплениям, получили прямые попадания ядрами (позже в описях они были обозачены как «раненные в дуло» пищали).

По инициативе гетмана Мазепы к 29 июля был насыпан большой вал, почти вровень со стенами, на который подтащили стволы для обстрела внутренней части крепости. Кроме того, был сделан подкоп под башню со стороны Очаковской крепости. На следующий день была взорвана мина, и войска устремились на штурм, поддержанный артиллерией. Турки с боями вынужденно отошли из средней части города в цитадель, после чего капитулировали.

Трофеями войск Шереметева стали 14 медных пушек, а запорожцы, помимо мелкой артиллерии, захватили 4 орудия больших размеров. Вскоре гарнизоны Мубереккермена и Исламкермена спешно покинули крепости, не успев увезти артиллерию.

Таким образом, были ликвидированы турецкие крепости, закрывавшие выход в низовьях Днепра. Можно сказать, что боярин В. Шереметев оказался удачливее царя-бомбардира Петра Алексеевича.