Глава 38

Встреча в «Селл-райт» прошла как по маслу. Перед тем как отправиться в лабораторию, Босх покрутился по городу и доехал аж до стадиона «Доджер» у Чавес-Рэвин. Передав три пробирки человеку Холлера, Босх выехал на шоссе 5 и направился на север. По пути он свернул в Бербанк на съезде Магнолии, поколесил по району, заодно взял сэндвич в кафе «Джиамела» и съел его за рулем, внимательно наблюдая за перемещениями автомобилей по парковке.

Он собирался было выбросить обертку от сэндвича, но тут чирикнул телефон. Звонила Люсия Сото. В УПЛА они были напарниками.

— Как дела у Беллы Лурдес? — спросила она.

Имя Беллы не разглашалось, но слухи расползлись довольно быстро.

— Ты знакома с Беллой? — спросил Босх.

— Знаю ее по «Las Hermanas».

Босх вспомнил, что Сото была одной из «Сестер»: состояла в неформальном объединении детективов-латиноамериканок округа Лос-Анджелес. Их было немного, и между ними установилась тесная связь.

— Она ни разу не говорила, что вы знакомы, — сказал Босх.

— Не хотела, чтобы ты знал, что она мне все про тебя рассказывает, — объяснила Сото.

— Ну, ей крепко досталось. Но она сильная. Думаю, выдержит.

— Надеюсь. Просто жесть что такое.

Люсия сделала паузу в надежде, что Гарри расскажет, как все было. Но Босх промолчал, и Сото поняла, что он собирается молчать и дальше.

— Говорят, сегодня ты сдал обвинение, — сказала она. — Надеюсь, прижал его по полной.

— Полнее некуда, — ответил Босх.

— Приятно слышать. Гарри, давай пообедаем. И ты мне все расскажешь. Я соскучилась.

— Черт, я только что поел. Давай как-нибудь в другой раз, когда я буду в Даунтауне. Я тоже соскучился.

— Увидимся, Гарри.

Босх вырулил с парковки и направился на запад, к Южной Пасадене. За полчаса он четырежды проезжал мимо дома Иды Таунс Форсайт на Арройо-драйв, всякий раз высматривая припаркованные автомобили и другие признаки слежки за секретаршей и помощницей Уитни Вэнса, служившей у него чуть ли не полжизни. Дважды осмотрев переулок за домом, он решил, что пора постучать в дверь.

Оставил машину за углом, прошагал по Арройо, подошел к дому. В реальности жилище Форсайт выглядело даже милее, чем на Гугл-картах в режиме просмотра улиц. Это было выверенное до мелочей строение в классическом стиле калифорния-крафтсман. Босх поднялся на широкую веранду и постучал в деревянную дверь. Он понятия не имел, дома ли Форсайт, — возможно, у нее оставались дела в поместье Вэнса. Если так, Гарри намерен был дождаться ее возвращения.

Но второй раз стучать не пришлось. Женщина, к которой он явился, распахнула дверь и взглянула на него так, словно видела его впервые.

— Миссис Форсайт?

— Мисс.

— Простите, мисс Форсайт. Вы меня помните? Я Гарри Босх. На прошлой неделе я был у мистера Вэнса.

Теперь она его узнала:

— Да, конечно. Зачем вы здесь?

— Ну, во-первых, я хотел бы принести свои соболезнования. Мне известно, что вы давно работали у мистера Вэнса.

— Да, так и есть. Это было настоящее потрясение. Знаю, он был стар и болен, но странно было узнать, что такой могущественный человек умер в одночасье. Чем могу помочь, мистер Босх? Мистер Вэнс поручил вам какое-то расследование. Но оно, пожалуй, теперь утратило всякий смысл.

Босх решил, что сейчас не время юлить:

— Я здесь, чтобы поговорить о письме. Том, что вы отправили мне на прошлой неделе.

Прежде чем ответить, женщина в дверях застыла на добрых десять секунд. Босх видел, что ей стало страшно.

— Вы же знаете, что за мной следят? — спросила она.

— Нет, не знаю, — ответил Босх. — Прежде чем постучать, я осмотрелся, но никого не увидел. Но если за вами и правда следят, лучше пригласите меня в дом. Машину я оставил за углом. Понять, что я здесь, можно лишь по моей фигуре у вашей двери.

Форсайт нахмурилась, но отступила в сторону и раскрыла дверь пошире:

— Входите.

— Спасибо, — сказал Босх.

Прихожая была широкой и длинной. В дальнем конце была кухня, а рядом с ней — небольшая гостиная. Окна ее выходили во внутренний двор. Проводив туда Босха, Форсайт указала на кресло.

— Зачем вы пришли, мистер Босх?

Босх сел. Он надеялся, что Форсайт тоже сядет, но она осталась стоять. Босху же не хотелось, чтобы разговор проходил в напряженной обстановке.

— Для начала позвольте повторить вопрос, который я задал у двери, — сказал он. — Это ведь вы отправили мне письмо?

Теперь ее руки были сложены на груди.

— Да, я, — сказала она. — Потому что меня попросил мистер Вэнс.

— Вы знали, что в конверте? — спросил Босх.

— На тот момент — нет. Но теперь знаю.

Босх тут же встревожился. Неужели воротилы из корпорации Вэнса уже говорили с ней о письме?

— Откуда? — спросил он.

— Когда мистер Вэнс скончался и тело увезли, мне было велено прибраться у него в кабинете, — ответила она. — Я заметила, что золотой ручки нет на месте. И вспомнила, что в конверте, который я отправила вам по поручению мистера Вэнса, был тяжелый предмет.

Босх с облегчением кивнул. Форсайт знала про ручку. Но если ей не было известно о завещании, то о нем, пожалуй, никто не знает. Значит, Холлер по-прежнему остается в выигрышном положении.

— Что сказал мистер Вэнс, когда передавал вам конверт?

— Велел положить его в сумочку и забрать домой, а следующим утром, перед работой, зайти на почту и отправить вам. Так я и сделала.

— Утром он спрашивал о письме?

— Да, как только я пришла. Я сказала, что заходила на почту, и он был рад это слышать.

— Если я покажу вам конверт с моим адресом — тот, что мне отправили, — вы сможете его опознать?

— Пожалуй. На нем почерк мистера Вэнса. Его я узна́ю.

— И если я составлю документ на основании ваших слов, вы готовы будете подписать его в присутствии нотариуса?

— Зачем? Чтобы доказать, что ручка принадлежала мистеру Вэнсу? Если вы собираетесь продать эту вещицу, я готова ее выкупить. И предложу хорошую цену, выше рыночной.

— Дело не в этом. Я не собираюсь продавать ручку. В конверте был документ, и его подлинность будут оспаривать. Вероятно, я должен буду объяснить, как этот документ оказался у меня. И мне потребуются доказательства — чем больше, тем лучше. Эта ручка — фамильная ценность Вэнсов, и с ее помощью я смогу подтвердить свои слова. И ваши показания с подписью — тоже.

— Не хочу связываться с советом директоров, если вы об этом. Это не люди, а животные. За долю в наследстве готовы собственную мать продать.

— Мисс Форсайт, обещаю: я не обременю вас новыми заботами.

Она наконец села в одно из свободных кресел.

— Новыми? Что вы имеете в виду? У меня нет никаких забот.

— В конверте было завещание, написанное от руки, — сказал Босх. — И вы указаны там в качестве бенефициара.

Он внимательно изучал ее лицо. Казалось, Форсайт была озадачена.

— Хотите сказать, мне полагаются какие-то деньги? — спросила она.

— Десять миллионов долларов, — ответил Босх.

Он заметил, как глаза ее на мгновение вспыхнули, когда она поняла, что скоро разбогатеет. Стиснув правую ладонь в кулак, Форсайт прижала ее к груди. Она опустила голову, но Босх все равно видел, что губы ее задрожали, а на глаза навернулись слезы. Он не понимал, как расценивать эту реакцию.

Тянулись секунды. Наконец Форсайт посмотрела на Босха и сказала:

— Это неожиданно. Я не являюсь членом семьи. Я работала по найму.

— На этой неделе вы тоже выходили на работу? — спросил Босх.

— Нет. В последний раз была в поместье в понедельник. На следующий день после смерти мистера Вэнса. Мне сказали, что отныне в моих услугах не нуждаются.

— А в воскресенье, когда умер мистер Вэнс, вы там были?

— Он позвонил мне. Велел прийти после обеда. Сказал, что ему нужно написать несколько писем. Я сделала, как было велено, и обнаружила в кабинете его тело.

— Вам позволили пройти туда без сопровождения?

— Да, у меня всегда была такая привилегия.

— «Скорую» вызвали?

— Нет. Очевидно было, что он мертв.

— Он был за столом?

— Да, он умер за столом. Подался вперед и немного вбок. Похоже, смерть наступила быстро.

— И вы позвали охрану?

— Я позвонила мистеру Слоуну, он пришел и вызвал одного из своих людей — тот имеет медицинскую подготовку. Мистеру Вэнсу пробовали сделать сердечно-легочную реанимацию, но безуспешно. Он был мертв. Мистер Слоун вызвал полицию.

— Вы не знаете, как долго мистер Слоун работал на Вэнса?

— Очень долго. По меньшей мере двадцать пять лет. Мы с ним старожилы.

Она коснулась глаз носовым платком. Босху показалось, что тот материализовался из воздуха.

— Во время нашей с мистером Вэнсом встречи он дал мне телефонный номер. Сказал, что это его сотовый, и велел звонить, если я продвинусь с расследованием. Вам известно, что стало с этим телефоном? — спросил Босх.

Форсайт тут же помотала головой:

— Ничего о нем не знаю.

— Я несколько раз звонил, оставлял сообщения. А потом на звонок ответил мистер Слоун, — сказал Босх. — Вы не видели, как после смерти мистера Вэнса он брал что-то со стола? Или выносил из кабинета?

— Нет. Когда унесли тело, он велел мне прибраться в кабинете и закрыть его. И телефона я не видела.

Босх кивнул.

— Вам известно, зачем меня нанял мистер Вэнс? — спросил он. — Он рассказывал вам что-нибудь о нашем деле?

— Нет, не рассказывал, — ответила Форсайт. — Никто ничего не знал. Разумеется, всем было любопытно, но мистер Вэнс никому не говорил, чем вы занимаетесь.

— Он нанял меня, чтобы выяснить, есть ли у него наследник. Не знаете, он не поручал кому-нибудь следить за мной?

— Следить за вами? Зачем?

— Сам не понимаю. Но завещание, что он написал и велел отправить на мой адрес, составлено так, словно я уже нашел живого наследника. Однако после встречи в поместье мы с ним не разговаривали.

Форсайт прищурилась, она как-будто теряла нить разговора.

— Ну, не знаю… — проговорила она. — По вашим словам, вы звонили на его номер и оставляли сообщения. Что вы ему говорили?

Босх не ответил. Теперь он вспомнил, что сказал в том сообщении. Он тщательно выбирал слова — так, чтобы они не шли вразрез с легендой о поисках Джеймса Олдриджа и вместе с тем давали понять, что Босх нашел наследника.

Он решил, что разговор с Форсайт пора заканчивать:

— Мисс Форсайт, вам следует нанять адвоката, чтобы тот представлял ваши интересы в вопросах о наследстве. Допускаю, что, когда завещание попадет в суд, дело может принять нехороший оборот. Вам нужна защита. Я работаю с адвокатом по имени Микки Холлер. Кого бы вы ни наняли, пусть этот человек позвонит Холлеру.

— Даже не знаю, к кому обратиться, — сказала она.

— Спросите совета у друзей. Или в вашем банке. Думаю, банкиры часто общаются с адвокатами, ведущими дела о наследстве.

— Хорошо, так и сделаю.

— Вы так и не ответили насчет письменного заявления. Сегодня я все запишу, а завтра привезу документ вам на подпись. Это вас устроит?

— Да, конечно.

Босх встал.

— Скажите, вы действительно видели, как кто-то следит за вашим домом?

— Я видела автомобили, которых раньше здесь не было. Но полной уверенности у меня нет.

— Хотите, чтобы я вышел через задний двор?

— Да, так будет лучше всего, — кивнула она.

— Не вопрос. Вот вам мой номер. Звоните, если возникнут какие-то трудности или кто-то начнет приставать к вам с вопросами.

— Хорошо.

Взяв у Босха визитку, Форсайт проводила его к выходу.

Отправить