Глава 27

Бюро статистики и актов гражданского состояния округа Сан-Диего закрывалось в пять часов. Босх вбежал в его двери в 4:35. К счастью, у окошка с надписью «Свидетельства о рождении, смерти и смене имени» не было очереди. Босху требовался один-единственный документ. Если успеть до закрытия, не придется ночевать в Сан-Диего.

Выходя из жилого комплекса «Ринко», Босх был на сто процентов уверен, что Вибиана и Хильберто Веракрус — прямые потомки Уитни Вэнса. Если удастся это доказать, они будут первыми в очереди на наследство. Разумеется, ключом ко всему будет генетический анализ, но в дополнение Босх хотел собрать юридические документы, чтобы судья охотнее пришел к верному выводу. Габриела сказала, что в свидетельстве о рождении ее дочери указано имя Доминика Сантанелло. Такие подробности прекрасно дополнят пакет доказательств.

Встав у окошка, Босх назвал имя Вибианы Сантанелло, дату рождения и запросил заверенную копию свидетельства. Дожидаясь, пока все найдут и распечатают, он думал о других открытиях, сделанных во время разговора с Габриелой.

Босх спросил, как она узнала, что Сантанелло погиб во Вьетнаме. Габриела ответила, что не получала от него писем целую неделю — такое случилось впервые за всю его службу — и сердцем поняла, что Ник мертв. Ее предчувствия подтвердились самым печальным образом, когда она увидела заметку в газете — о том, как при крушении вертолета во Вьетнаме Южная Калифорния понесла тяжелейшую утрату. Все морпехи на том вертолете были калифорнийцами и до отбытия на войну размещались на военно-воздушной базе ВМС «Эль-Торо» в округе Ориндж. Единственный санитар, также погибший, вырос в Окснарде, а позже проходил подготовку в лагере «Пендлтон» в Сан-Диего.

Еще Габриела рассказала, что на одной из фресок в Чикано-парке есть и Доминик. Она сделала этот рисунок много лет назад. Фреска называлась «Лицо героев» — одно лицо, составленное из черт нескольких мужчин и женщин. Босх вспомнил, что видел этот рисунок, когда бродил по парку.

— Вот, пожалуйста, сэр, — сказала работница архива. — Платить в окошке слева от вас.

Забрав документ, Босх направился к кассе. По пути он просмотрел свидетельство. В графе «Отец» значилось имя «Доминик Сантанелло». Босх понял, что близок к концу путешествия, в которое отправился по велению Уитни Вэнса. Жаль, конечно, что старик не встретит его на финише.

Вскоре Гарри уже мчался на север по шоссе 5. Он сказал Габриеле, что в ее интересах никому ничего не рассказывать. Связаться с Вибианой не получилось: по словам Габриелы, дочь ее старалась избегать ловушки цифровых технологий. Мобильника у нее не было, а к городскому телефону у себя в студии она подходила нечасто.

Завтра утром Босх планировал наведаться к Вибиане. Теперь же, то и дело простаивая в ужасных пробках — был час пик, — он вел обстоятельную беседу с Микки Холлером. Тот сказал, что тайком навел некоторые справки.

— В Пасадене смерть записали как естественную, но вскрытие все же будет. Думаю, Капуру нужны газетные заголовки. Будет доить причину смерти, пока не выдоит досуха.

Бхавин Капур был главным судебно-медицинским экспертом округа Лос-Анджелес, и репутация его катилась под откос. За последние несколько месяцев его не раз упрекали в непрофессионализме и задержках со вскрытиями, коих в его учреждении проводилось больше восьми тысяч в год. Силовики, а также близкие убитых и погибших при разнообразных несчастных случаях жаловались, что некоторые тела месяцами дожидаются вскрытия, а следствие топчется на месте. Невозможно ни дело закрыть, ни похоронить жертву по-человечески. Масла в огонь подлили средства массовой информации. Оказалось, что в «Большом склепе» — гигантском холодильнике на сотню трупов — то и дело случается неразбериха с покойниками. Мощный вентилятор охлаждающей турбины сдувает с пальцев бирки, после чего их вешают на совсем другие пальцы.

Капуру не нужны были новые скандалы. Ему требовались обычные газетные заголовки, а вскрытие Вэнса позволило бы ему провести пресс-конференцию, не опасаясь очередных нападок со стороны репортеров.

— Но увидишь, как дело будет, — продолжал Холлер. — Какой-нибудь умник непременно скажет, что Вэнса приняли без очереди. Даже после смерти богачам достается все самое лучшее. Да-да, прямо вижу такой заголовок.

Босх знал, что Холлер совершенно прав. Странно, что консультанты Капура не отговорили его от такого шага.

После этого Холлер спросил, удалось ли Босху откопать что-то в Сан-Диего. Гарри сообщил, что в игре теперь, похоже, два прямых потомка Вэнса. Пересказал разговор с Габриелой и добавил, что со дня на день нужно будет провести анализ ДНК. Перечислил все, что у него было: запечатанный образец ДНК Вэнса — хоть он и не видел, как его брали у старика; несколько вещей Доминика Сантанелло, в том числе бритва, на лезвии которой может оказаться кровь; мазок, на всякий случай взятый у Габриелы Лиды. И еще мазок, который он планировал взять завтра у Вибианы. Пока что Босх не хотел вмешивать в дело Хильберто Веракруса — сына Вибианы и, предположительно, правнука Вэнса.

— Значение имеет лишь ДНК Вибианы, — сказал Холлер. — Нужно будет представить судье ее родословную. Ну, она у тебя и так под рукой. Теперь все зависит от анализа ДНК. Только он способен подтвердить прямое родство Вэнса и твоей Вибианы.

— Можно, чтобы анализ провели вслепую? — спросил Босх. — В лаборатории не должны знать, что имеют дело с мазком Вэнса. Просто сдадим его и мазок Вибианы и посмотрим, что нам скажут.

— Договорились. Нам совсем не нужно, чтобы в лаборатории стало известно, чьи это образцы. Этот вопрос я решу. Договорюсь с какой-нибудь лабораторией из моего списка. С той, что готова будет поскорее сделать анализ. А ты возьмешь кровь у Вибианы, и приступим к делу.

— Надеюсь, образец будет уже завтра.

— Было бы неплохо. Куда ты дел мазок Вэнса?

— В холодильник, — ответил Босх.

— Не самое надежное место. И я не уверен, что такие штуки обязательно хранить в холодильнике.

— Не обязательно. Я его так спрятал.

— Хорошо, что он лежит отдельно от ручки и завещания. Нельзя держать все в одном месте. Но вот то, что он у тебя дома… Там они будут искать в первую очередь.

— Ну вот, снова «они».

— Знаю, знаю, — кивнул Холлер. — Но как есть, так есть. Ты подумай. Может, перепрячешь куда.

Босх рассказал Холлеру о стычке с Крейтоном и о том, что в доме могут быть спрятаны камеры.

— Завтра же утром все обыщу, — сказал Гарри. — Когда приеду, будет уже темно. Дело в том, что, когда я сегодня уезжал, на улице никого не было. Я проверил машину — все чисто, никаких «жучков». Но Крейтон каким-то образом выследил меня на бульваре Лорел-Каньон.

— Может, беспилотник? — предположил Холлер. — Эти проклятые штуки теперь повсюду, куда ни плюнь.

— Значит, нужно поглядывать на небо. И мне, и тебе. Крейтон сказал, им известно, что ты тоже занимаешься делом Вэнса.

— Неудивительно.

Впереди показались огни Даунтауна. Наконец-то Босх подъезжал к дому. Он почувствовал, что по телу разливается усталость, — как-никак целый день за рулем. Босх до смерти вымотался и хотел отдохнуть. Пожалуй, вместо ужина стоит поспать пару лишних часов.

Подумав о еде, он отвлекся от разговора с Холлером: вспомнил, что нужно написать эсэмэску Мэдди. Сообщить, что он уже вернулся домой и завтра не будет проезжать мимо студгородка. Встречу придется отложить.

Может, оно и к лучшему. После сегодняшнего разговора им стоит повременить с общением.

— Гарри, ты меня слышишь? — спросил Холлер.

Босх вновь переключился на беседу с братом:

— Теперь слышу. Ты на секунду пропал. Здесь зона неуверенного приема. Говори.

Холлер хотел обсудить стратегию, то есть где и когда обращаться в суд. Босх возразил, что выбирать подходящего судью как-то некрасиво, но Холлер объяснил, что они, подав документы в правильный суд, будут иметь преимущество. Скорее всего, официальное утверждение завещания пройдет в Пасадене, ибо там Вэнс жил и скончался, но подать претензию на наследство можно где угодно. Если Вибиана Веракрус решит заявить о себе как о наследнице Вэнса, она может обратиться в любой удобный для нее суд.

Босх сказал Холлеру, что решение таких вопросов не входит в его обязанности. Он обещал Вэнсу лишь найти наследника, если такой существует, и собрать доказательства родства. Что касается юридических тонкостей насчет получения наследства, пускай Холлер думает сам.

Наконец он озвучил мысль, которая вертелась у него в голове с тех пор, как он расстался с Габриелой:

— Что, если они откажутся?

— Кто откажется? И от чего? — переспросил Холлер.

— От денег, — сказал Босх. — А если Вибиана откажется от денег? Она же человек искусства. Если она не захочет рулить корпорацией, сидеть в совете директоров, вращаться в этих кругах? Когда я сказал Габриеле, что ее дочери и внуку может перепасть целое состояние, она лишь пожала плечами. Сказала, что она семьдесят лет не была богатой и не видит смысла начинать.

— Это вряд ли, — покачал головой Холлер. — С такими деньгами можно изменить весь мир. Не откажется она. Об этом мечтает любой художник.

— Как правило, художники хотят изменить мир с помощью творчества, а не денег.

И тут Босх заметил, что ему звонят с номера УПСФ. Наверное, Белла Лурдес хочет сообщить о результатах повторного обыска в доме Саагун. Он сказал Холлеру, что пора закругляться, завтра он найдет Вибиану, поговорит с ней, а потом перезвонит.

Завершив разговор, он переключился на входящий. Но звонила не Лурдес.

— Босх, это шеф Вальдес. Где вы?

— Направляюсь на север, проезжаю Даунтаун. Что случилось?

— Белла с вами?

— Белла? Нет. С чего бы ей быть со мной?

Не обратив внимания на фразу Босха, Вальдес задал следующий вопрос — таким серьезным тоном, что Босх насторожился:

— Вы с ней сегодня общались?

— Утром, по телефону. После этого нет. А что? Что происходит, шеф?

— Мы не можем ее найти. Она не отвечает ни на звонки, ни на вызовы по рации. Утром она записалась на доске в эс-отделе, но время ухода так и не проставила. На нее это не похоже. Мы с Тревино сегодня сидели над бюджетом, так что он в эс-отдел не заглядывал. И не видел Лурдес.

— Машина на парковке?

— И личная, и служебная. Звонила ее сожительница. Говорит, Лурдес не вернулась домой.

В груди у Босха стало пусто.

— Вы говорили с Систо? — спросил он.

— Говорил. Он тоже ее не видел, — ответил Вальдес. — Сказал, утром она звонила. Спрашивала, готов ли он выехать на дело. Но он работал по взлому магазина.

Босх надавил на педаль газа.

— Шеф, отправьте патруль к дому Саагун. Белла туда собиралась.

— Погоди, его же…

— Просто отправьте патруль, шеф. Прямо сейчас. Пусть обыщут дом и двор. Особенно двор. Потом поговорим. Я уже еду. Буду через полчаса. Может, раньше. А вы отправьте патруль.

— Сейчас все сделаю.

Нажав кнопку отбоя, Босх позвонил на номер Беллы, хоть и знал, что вряд ли она ответит. Шефу же не ответила.

Включилась голосовая почта, и Босх завершил звонок. Пустота в груди разрасталась.

Отправить