Эпизод 17. Резервная линия
Бустер прожигает меня насквозь, до самых печёнок. Ядрёная вещь! Особенно, на этот раз. Видимо, симбионт решил, что мне потребуется вся мощь его ускорителя.
И, действительно, я ощущаю необычайный прилив энергии. Сил становится больше. Причем, сразу и много.
Я внимательно слежу за монстром.
Тварь дёргается. Шевелит конечностями. По его туловищу проносится судорога — прям волной, будто ему под кожу залили расплавленный металл.
Существо немного уменьшилось в размерах, но всё еще выглядит, как нечто, вышедшее из кошмарного сна. Чудовище, которое идеально приспособлено, чтобы охотиться за тобой в этом бесконечном туннеле.
Существо поднимается, опираясь на две передних лапы с клинками и заднюю конечность.
Оно сжимается в пружину. Готовится к прыжку, а мембрана в его долбанной башке вибрирует сильнее прежнего, отчего в воздухе сначала появляется шелест, затем свист и… я отказываюсь в это верить, что-то похожее на смех.
Такой, приглушённый смех, с нотками безумия. И этот звук воспроизводит эта тварь, работая, как сломанная шарманка, у которой заел механизм.
Монстр, как мне кажется, вперивается в меня своей мембраной, точно это у него глаза, и смотрит на меня. Смотрит, реагируя на каждое моё движение.
Теперь я уверен, что за эту тварь точно, кто-то отыгрывает. Её используют извне, чтобы натравить на меня здесь, в этом мире. Что-то вроде удалённого доступа.
Ничего, справимся!
Я понимаю, что управление временем сейчас бесполезно. Существо находится в моём слое. Реагирует на меня, и нас разделяет всего несколько шагов.
Бежать тоже — так себе идея. Оно меня догонит. Значит, выход только один — навязать ему мои правила боя, которые я должен придумать на ходу!
Бах!
Я стреляю в тварь из пистолета. Теперь пули-зубы летят, как надо — от меня в существо, а не в обратной реальности, и у меня в оружии остаётся только три заряда.
Да, именно три из семи. В прошлый раз я попал по монстру три раза, хотя мой мозг, в режиме обратной перемотки времени, принял это за инверсию — полет пуль от существа ко мне. И сейчас я в него пальнул ещё раз.
Мысли проносятся у меня в голове быстрее молнии. А в реальности я вижу, что, едва я нажал на спуск, и из ствола вылетела пуля-зуб, тварь дернулась влево, а затем… Тупо пропала из поля моего зрения.
Бах!
Мимо!
Сука!
Она исчезла у меня на глазах. Испарилась! Чтобы, спустя мгновение, оказаться рядом со мной.
Вспышка!
Воздух густеет, и монстр вываливается из дыры в пространстве.
Ширх! Ширх!
Я едва успеваю уклониться от ударов клинков.
Лицо обжигает холодок смерти. Лезвия проносятся в паре сантиметров от моего горла, а я, резко разрываю дистанцию, чтобы выстрелить в тварь почти в упор, но не успеваю!
Скорость перемещения твари просто невероятна! Запредельная!
Если бы не бустер, то я бы был уже мёртв.
Удар!
Еще удар!
Справа!
Слева!
Справа!
Слева!
Монстр перешёл в наступление и атакует меня с разных сторон.
Я отбиваюсь от лезвий, подставляя под них левое предплечье в костяной броне.
В его движениях есть, что-то от насекомого. Реально богомол, только на одной задней лапе.
И он мастерски на ней передвигается, в таком рваном танце, орудуя своими конечностями.
Тварь навязала мне свою манеру боя, и дожимает меня, дожимает, стремясь припереть к стене, чтобы добить.
От пистолета сейчас нет толка, слишком близкое расстояние и невероятные скорости, и я его отсоединяю от био-разъёма в ладони и закладываю за пояс, за ленту, а сам выхватываю нож. Держу его в правой руке и…
Мой единственный шанс убить эту тварь — перебить её нервные окончания, а для этого нужно обойти её сзади, взобраться ей на спину и перерубить позвоночник.
Дело за малым — сделать это.
И у меня есть план, как это провернуть.
Я уклоняюсь от очередного удара твари и тут же получаю тычок в грудь, хорошо, что не лезвием, а сжатой в пружину лапой твари.
Отлетаю в сторону, падаю в грязь, и у меня перехватывает дыхание, а за грудиной разливается тупая и ноющая боль.
Я сплёвываю в жижу сгусток крови.
Харк!
Долбанная сучара!
Тварь, в два приема, оказывается рядом со мной, становится на четвереньки, от у нее и осталось только три конечности, и пытается пригвоздить меня к туннелю ударами клинков.
Ширх!
Ширх!
Ширх!
Ширх!
Удар, удар, удар, удар!
Существо херачит меня, как долбанная молотилка.
Я кручусь, уворачиваюсь, перекатываясь то влево, то вправо.
Лезвия так и мельтешат в воздухе, как лопасти ветряка.
Быстро ползу на спине, отталкиваюсь от грязи ногами, а тварь всё наседает и наседает, как питбуль.
Так долго не может продолжаться! Одна ошибка, и я — труп!
Ещё непонятно, как эта тварь так быстро перемешается. Проскальзывает между слоями? Нехилая такая сверхспособность!
Ширх!
Удар!
Лезвие скользит по моей броне и уходит в грязь на всю длину.
Застревает!
Вот она — моя удача, едва не стоившая мне за жизни!
Я реагирую мгновенно. Быстрее пули.
Вонзаю нож в сустав левой конечности твари.
Изо всех сил давлю вниз, одновременно, проворачивая лезвие.
Хрясть!
Нож перерезает сустав, точнее — разделяет его на две части.
Мембрана на башке твари бешено вибрирует. Видимо ей больно, очень больно. Интересно, что она при этом ощущает, не имея возможности заорать?
Выдёргиваю нож, одновременно с этим монстр извлекает из грязи клинок и пытается воткнуть мне его в голову, нанеся почти отвесный удар.
Ширх!
Я резко перекатываюсь, и ухожу к стенке туннеля. Прижимаюсь к ней, как раз в тот момент, когда тварь успевает среагировать и ударить меня клинком.
Кувырок!
Я ныряю за тварь. Быстро вскакиваю на ноги.
Монстр тоже поворачивается, приподнимается на задней лапе, и теперь мы стоим друг напротив друга, только у твари выведена из строя левая конечность, и он не может использовать её для удара.
Я тяжело дышу. Ситуация — дрянь.
Даже с одной конечностью тварь представляет реальную угрозу и просто так её не одолеть.
Судя по тому, что существо не торопится на меня нападать, оно тоже решило изменить тактику.
Что оно придумает на этот раз?
Пока тварь размышляет, я решаюсь на отчаянный шаг, практически безумный, но, если всё пойдёт, как я замыслил, то дело может и выгореть.
Я бросаюсь вперёд, пригнувшись, немного вполоборота, втянув голову в плечи и глядя на монстра исподлобья.
Левую руку я согнул в локте, и прижал к груди, а правую с ножом, наоборот, опустил вниз, и тоже немного согнул в локте, сжав рукоятку ножа и выставив лезвие острием вверх.
Существо становится на дыбы.
Бах!
Я врубаюсь в тварь. Подныриваю под неё, упираюсь в эту тушу плечом, и, выиграв таким неожиданным манёвром себе пару секунд, действую, как мясник, быстро-быстро нанося удары ножом в подбрюшье твари, между рёбер, — в область, где у неё находится её слабое место.
Раздается такой чавкающий звук. С каждым ударом нож погружается по рукоятку, и я рву внутренности твари, пока она пытается меня отбросить.
Вот только с такими конечностями, в виде клинков, это реально сложно сделать.
Действуя накоротке. Сократив дистанцию до минимума, я лишил тварь её главного преимущества — возможности воспользоваться своими длинными конечностями, и она вынуждена отступать под моим натиском, пока я кромсаю её плоть.
— На! На! На! Получай, сука! — кричу я. — Сдохни!
Но тварь тоже не собирается сдаваться. Она бьет меня своей согнутой лапой отвесно вниз, стараясь пробить мне голову.
Я подставляю под удар левую руку. Прикрываюсь, и наношу короткие тычки ножом.
Лезвие почернело от крови. Из ран твари сочится слизь. Мои ноги скользят по жиже.
Судя по тому, что у меня получается её оттеснить, она слабеет.
Решаю воспользоваться ситуацией и, быстро проведя ножом вниз, вдоль рёбер, разрезаю брюхо твари.
Оно раскрывается, как гнилой плод и, из него, к моим ногам падают внутренности монстра, которые я втаптываю в грязь.
А ему — пофиг!
Ни крика, ни стона. Только мельтешение мембраны и желание меня убить.
Я снова вижу, как туловище твари меняется, части проворачиваются на осях и тварь, лишившаяся большей части своей требухи, обхватывает меня правой лапой. Приподнимает, сжав так, что у меня темнеет в глазах, а затем бросает в сторону с такой силой, будто меня выстрелили из пушки.
Я врезаюсь в стенку туннеля и медленно сползаю по ней в жижу. У меня болит и ноет каждая клеточка тела, хочется тупо сдохнуть, а симбионт всё качает и качает бустер, поддерживая во мне жизнь, чтобы ему тоже не настал конец.
«Теперь мы с тобой одной крови — ты и я, — вспоминаю я слова из „Маугли“. — Интересно, как долго это может продлиться? И… — от этой мысли меня пробирает дрожь, — стану ли я из-за этого таким же существом, как и обитатели этого туннеля?»
А ещё… Уже в который раз я чувствую на себе, чей-то взгляд. Не существа, которое притаилось, где-то там, во тьме туннеля, а некой бестелесной сущности, которая обитает в неких иных слоях, о которых я даже не догадываюсь, или скрывается за пределами этого мира.
И эта сущность постоянно за мной наблюдает, оценивает, экзаменует, если это вообще так можно назвать, и, всё время подбрасывает мне всё новые и новые испытания, следя за тем, чтобы в них выжил.
Как вам такая догадка, а?
Чтобы всё это могло значить? Откуда всё это берётся у меня в голове? И, где я нахожусь на самом деле? Что это за мир?
Мысли так и мелькают у меня в голове, а тварь, всё также стоит, зырит на меня, через свою мембрану и, словно даёт мне возможность подумать об этом прежде, чем снова броситься на меня, изменив свою конфигурацию.
«Да это же… — мысленно восклицаю я, разглядывая существо, — долбанная модульная конструкция! Точно! Оно состоит из нескольких частей, каждая из которых может быть утрачена, — лапа, рука, внутренности, но это не приведёт к смерти этого монстра, пока у него есть центр управления. И, чтобы его убить, я должен уничтожить этот центр. Вопрос лишь в том, как его найти, и, где он находится? В башке этой твари? Слишком просто. Где-то вовне?».
Мысли, мысли, мысли. Они лезут из всех щелей, как тараканы.
Бой с тварью, будто поставлен на паузу, хотя я и не замедлял время. Оно идёт, как и шло, с привычной для меня скоростью, хотя, я в этом до конца и не уверен. В этом месте все не так, как… Где? А хрен его знает!
Я снова переигрываю в голове свой план, перекраивая его на ходу.
«Чтобы проверить догадку с внешним управлением, мне придётся отрезать башку этой твари и поглядеть, сможет ли она без нее танцевать. Начали!»
Я срываюсь с места. Монстр тоже, будто включившись в гонку, бросается в атаку, и мы почти сходимся на встречных курсах, как я, едва увернувшись от выставленного клинка, ухожу вправо, как раз со стороны висящей, как плеть лапы твари, и…
В этом месте туннель максимально широкий. Стенки покатые, рифленые, хоть и напоминают плоть со снятой кожей. Как раз то, что мне и нужно!
Я, по инерции, пробегаю по стене, буквально три шага, но этого достаточно, что мы разошлись с монстром, и я оказался у него за спиной.
Хоп!
Я провернул тот еще трюк.
Прыгаю в жижу, и, пока тварь протупила, я запрыгиваю ей на спину, буквально карабкаясь вверх, как скалолаз.
Левой рукой обхватываю существо за шею, чтобы не слететь с него, а правой, с размаху, вгоняю нож в область, чуть пониже затылка, так сказать.
Хрясть!
Лезвие входит с трудом. Реально тяжело, будто я проталкиваю его сквозь кости.
Тварь вскидывает лапу и пытается меня с себя сорвать, но я вешу на нем, как бойцовский пес, понимая, что речь идет о моей жизни и смерти.
Я кручу рукоятку ножа. Хруст усиливается. Лезвие проворачивается. Из раны выплескивается черная слизь.
Теперь лезвие находится горизонтально, и я, используя его, как рычаг, давлю на рукоятку от себя, чтобы вести нож по окружности.
И мне это удаётся!
Лезвие вскрывает существо, как открывашка консервную банку.
Тварь кружится вместе со мной. Бешено вращается, тыкаясь от стенки к стенке.
Меня заливает его кровь, и, в какой-то момент, башка твари с перерезанными мышцами и сухожилиями, и раздробленным шейным позвонком, заваливается вперед, и повисает у него на груди держась только на полоске кожи.
Я выдёргиваю нож. Спрыгиваю со спины монстра, отбегаю на несколько шагов в сторону, одновременно меняя нож на пистолет, и, держа тварь на прицеле, смотрю, что будет дальше.
Эксперимент нужно довести до конца любой ценой!
Монстр похож на безумную куклу — марионетку, которую дергают за ниточки и заставляют жить то, что уже мертво.
Из-за дикой тряски и рывков у твари отваливается башка. Она падает в грязь, но туловище продолжает шевелиться само по себе! Прыгая на одной конечности и хаотично махая клинком из стороны в сторону, в слепой ярости надеясь меня зацепить.
Тварь явно ни черта не видит, но все ещё смертельно опасна.
Бах!
Я нажимаю на спуск, и пуля отрывает лапу монстра.
Бах!
Второй выстрел превращает колено твари в нечто похожее на измочаленное тряпье и существо разом оседает, будто из-под него выбили опору.
Бах!
Третья пуля разворачивает туловище монстра и, заодно, ломает ось, на которую и были нанизаны все эти части.
Я откидываю ствол пистолета вверх. Быстро перезаряжаюсь, мысленно отметив про себя, что у меня осталось только двадцать одна пуля из зубов, и, медленно и осторожно подхожу к твари, каждую секунду готовый открыть по ней огонь.
Несмотря на раны и увечья, существо все ещё живо. Оно едва заметно шевелится, его обрубки слабо подрагивают, а в оторванной башке еле-еле вибрирует мембрана.
Конвульсии все слабее и слабее, пока, наконец, монстр, точно его дистанционно вырубили, резко не застывает.
Тварь явно отключили. И это сделала та незримая сущность.
Моя догадка подтвердилась, а в мой актив добавился бесценный опыт. Подобных тварей нужно расчленять, отстреливая им конечность за конечностью, а потом добивать выстрелами в упор, нанеся им фатальный ущерб. Нужно нанести такие ранения, которые сделают восстановление твари невыгодным, и, тогда, невидимый кукловод оставить свою игрушку за ненадобностью, заменив её на новую.
«Интересно, интересно! — думаю я. — Запомню это. А сейчас мне нужно восполнить запасы бустера в симбионте и заодно пополнить свой арсенал новым оружием».
Мой взгляд падает на клинок твари. Тот, что подлиннее. Если его отрезать от конечности, то у меня будет, что-то вроде сабли.
Щупальце на моей руке, словно прочитав мои мысли, отсоединяется от предплечья. Вскидывает свою тупую голову, и, дождавшись, когда я подойду поближе к туше твари, мгновенно удлинившись, заползает в рваный обрубок на шее монстра, жадно высасывая из мёртвого существа, то немногое, что в нем еще осталось.
Я же убираю пистолет за пояс. Снова достаю нож, а затем, дождавшись, когда симбионт насытится, отпиливаю, по-другому и не скажешь, клинок существа вместе с частью кости, которая сойдет за рукоятку.
Беру эту саблю с ржавым клинком. В руке сидит, как влитая. Неплохо!
Взмах!
Поворот!
Резкий удар и воздух рассекает щербатое лезвие.
Если под него сейчас попадет чья-то конечность или тело, то… пипец!
Конечность отрубит, а в туловище появится рваная и глубокая рана, с размочаленными краями.
Страшное оружие для ближнего боя! Точно мне ещё пригодится!
Изучаю убитого мной монстра, думая, что еще можно у него взять.
Вроде бы ничего нет, как…
Моё внимание привлекают странные железяки, словно растущие у него в костях, рядом с приводами конечностей, которые я раньше не заметил.
Такие покоцанные продолговатые штуки темно-серого цвета с отслоившимися чешуйками.
Я тычу в одно из них клинком и лезвие к нему прилипает.
«Магнит?» — думаю я.
Решаю отковырять эту железяку, назначение которой мне сейчас непонятно.
Бац!
Бац!
Орудую лезвием, как фомкой. Одна железяка трескается, а вторая отламывается вместе с частью кости.
Подбираю её и внимательно рассматриваю.
Железяка вросла в кость. Это заметно по неровным краям и границе металла, будто он в нее вплавлен.
Костная ткань явно медленно нарастала, поглощая магнит год за годом.
Переворачиваю находку. Длиной она чуть меньше локтя, чуть изогнутая. Если её разместить на спине, чуть левее капсулы с симбионтом, то…
Руки опережают мою мысль.
Примеряю запчасть, и она точно ложится вдоль лопатки. Чуть наискось, словно я её специально обточил и прислал нужную мне форму.
Совпадение? Может быть, а может быть и нет.
Если магнит закрепить на спине, то я смогу примагнитить к нему лезвие клинка и носить его сзади, рукояткой вверх, что намного удобнее, чем на поясе, или, ещё как-то.
В случае необходимости, я поднимаю правую руку, сгибаю ее в локте и, за секунду, выхватываю клинок, а потом снова его там закрепляю.
Остаётся только присобачить эту кость с магнитом к броне, не приклеивать ее же?
«А если приклеить?»
Звучит, как бред, только это бред в абсолютно безумном мире.
У меня же есть симбионт. Что если…
Я внимательнее рассматриваю кость. У неё пористая поверхность, похожая на пемзу. Идеально!
Приказываю симбионту плюнуть кислотой на эту кость, что он и делает.
Материал шипит, чуть плавится, размягчается, становится податливым, как воск. И я, не теряя ни секунды, закидываю его себе за спину и прикрепляю к лопатке. Прижимаю с силой. Оттуда валит дым, а я чувствую жжение, переходящее в боль. не сильную, больше занудную.
Кость вплавляется в кость. Магнит становится часть моей брони, прикипая к телу.
Закрепляю клинок. Стараясь опустить его пониже, чтобы рукоятка не возвышалась над головой.
Быстро его выхватываю. Снова закрепляю и снова выхватываю. Тренируюсь, пока не довожу этот навык до автоматизма.
За всеми этими действиями, я как-то позабыл, что мне нужно выбраться из этого слоя и найти точку выхода.
— Чёрт! — ругаюсь я. — Я же уже должен был пролюбить время! Но таймер всё ещё тикает! А это означает, что оно было остановлено, или замедлено, (Вот только кем? Мной или наблюдателем?) и все эти события произошли в изменённом уровне! Надо ускоряться!
Я запускаю карту. Рывками проматываю её и нахожу место, где находится узел — точка выхода из этого слоя.
Бегу туда, что есть духа, наплевав на всякую осторожность и держа пистолет наготове.
Несусь по туннелю, всё время сверяясь с картой.
Поворот.
Ещё один поворот.
Туннель петляет, расширяется.
Под ногами хлюпает грязь, а перед глазами, одна за другой сменяются картинки, похожие на мозаику из кошмара, где ты — всего лишь песчинка, в этой бесконечности из жижи, чёрной крови, сплетения костей, кишок и гниющей плоти.
Передо мной, практически на расстоянии вытянутой руки, мелькают цифры обратного отсчета:
10… 9… 8… 7…
Время, которое отделяет меня от схлопывания выхода. И я не знаю, на самом ли деле я их вижу, или это мираж — галлюцинация — порождение моего воспалённого разума.
Наконец, навигатор приводит меня к узлу. Я резко останавливаюсь, не ожидая увидеть ТАКОЕ!
Моё сердце глухо стучит в груди. Я поднимаю голову вверх, под свод туннеля, откуда на меня смотрят… Глаза, чтоб их!
Именно так — Глаза!
Они точно заглядывают мне в душу, препарируют её, вынимают из тела и выворачивают наизнанку.
Затем я слышу тихий и проникновенный голос, который точно раздаётся со всех сторон:
— А ты — везучий сукин сын! Но это — ненадолго!
И меня поглощает абсолютная тьма, в которой я растворяюсь, точно в кислоте…
