Глава 25

Пока Молодёжка «Динамо» громила югославов, взрослые тоже играли. Два матча провели. Совершенно разные матчи. 10 июля динамовцы 4:2 выиграли у ВВС, а через пять дней выиграли у Крыльев Советом (Москва) – 3:0. Но если в первой игре это была заруба, то в следующем матче, играя с самым слабым клубом группы, выиграли, конечно, но именно на классе, а не на задоре. Бегали, попинывая мяч.

Вовка вернулся 18 июля, а 20 должен был состояться один из самых важных матчей чемпионата. Предстояла встреча с ЦДКА.

Якушин завёл Вовку к себе в кабинет после тренировки и мотнул головой, указывая на стул венский.

– Ты что Фомин верующий? – как на больного Хитрый Михей посмотрел. Нашёлся, блин, воинствующий атеист.

– Нет. А что опять случилось Михаил Иосифович? – ох, уж эти хроноаборигены. Учудят иногда такое, что хоть стой, хоть падай.

– Ну, ты сейчас по краю поля ползал на коленях и поклоны бил. Ты комсомолец? – взгляд не изменился.

– Фу, напугали вы меня, товарищ тренер. Это я в Югославии с трёх стадионов кусочки газона откопал и теперь у нас с краешку поля прикопал пока, нужно будет с директором стадиона поговорить. Не знаю секретная ли это трава, но на тех трёх стадионах, что в Хорватии, что в самом Белграде газон ни в какое сравнение с нашим лысым не идёт.

– Партизан ты …

– Точно с «Партизана» самая лучшая трава.

– Артист, бляха муха. Вот что Володя. Не совсем тебя понимаю, и не верил в твою галиматью. Но это, блин горелый, работает. Пацаны взрослых громят. И у нас, и там, в Югославии. Кроме того Аполлонов на меня рычит, чтобы пригляделся к твоей методике, и в то же время всеми карами небесными стращает, если я тебя угроблю. Словом… – Хитрый Михей покачал головой видно сам себе удивляясь. – Завтра играешь во втором тайме, в независимости от результата. Гранаткин Валентин Александрович сказал, что медаль будет выдаваться игроку – принявшему участие в десяти играх, в том числе и решающих. Так что, готовься, почти в каждой игре будешь выходить.

– Спасибо, Михаил Иосифович.

– Пока не за что.

– А тренировки? – начал вставать Вовка.

– Тренировки? Не тренировки пока я сам буду вести, ты уж со следующего года. Да, шучу. Напиши план. Будем потихоньку внедрять, сам понимаешь, если в середине сезона резко нагрузки увеличить, то можно и навредить больше, чем это пользы принесёт. Со следующего года. А с пацанами сам уж. Даже лезть не буду.

– Понятно.

– Нет. Не понятно тебе. Рожа не сияет. Сам – говорю. На полную ставку тебя оформим тренером. Там полно бумажных препятствий было. Но ты их одним махом смёл. Мастер спорта может работать тренером без специального образования. А сегодня в газете сам читал, что ты теперь мастер спорта.

По стадиону, я поговорю с директором, подойдёт к тебе Василий Семёнович, покажешь, куда ты ворованную траву прикопал. А говоришь, комсомолец, у братского югославского народа траву украл. Позорище.

– Позорище по-сербски – это театр.

– Точно. Артист.