[462] Лисоподвиги Недопеска

Возвращаться в мир демонов Ху Вэю не слишком хотелось: даже обжиться на Небесах толком не успел, а уже возвращайся! Он поглядел на Недопеска. Тот лапами идти поленился, потому что лапы у него были коротенькие и отставали от широкого шага Ху Вэя, вытащил духовную сферу, залез в нее и с важной мордой катился, не прилагая особых усилий: теперь, когда у Сяоху было семь хвостов, ему не нужно было перебирать лапами, чтобы сфера двигалась, он попросту вертел хвостами, задавая себе ускорение, и мог катиться то быстрее, то медленнее, в зависимости от того, сколько хвостов использовал.

– Везет Недопеску, – пробормотал Ху Вэй, – запрыгнул в сферу и лети себе…

Недопесок расслышал и широко раскрыл пасть в лисьей ухмылке. Духовная сфера была единственной в своем роде: на Небесах его часто просили показать, как он в ней летает. Ведь создана она была духовными силами Ху Фэйциня, Небесного императора.

Недопесок наловчился менять размер сферы на свое усмотрение и теперь мог летать в ней в натуральном размере, не сжимаясь, и страшно важничал: он увидел в книжке изображения каких-то древних бонз, вокруг которых были нарисованы круги, и теперь думал, что похож на них, тем более что одежда на нем была явно щеголеватее, чем у бонз. Недопесок не забыл ни шапку, ни нефритовую бирку садовника, когда собирался в мир демонов. Он собирался похвастаться перед лисами-слугами и знал, что выглядит слапсшибательно!

– Да еще и взялся «свадьбу» устраивать, – продолжал Ху Вэй, ткнув в сферу пальцем, от чего она подпрыгнула и откатилась в сторону. – Тебе грамотешки хватит?

– Шисюн меня назначил распорядителем лисьих свадеб, – сказал Недопесок, роясь за пазухой.

– Ты сам себя назначил, – фыркнул Ху Вэй.

Недопесок между тем вытащил из-за пазухи книгу, которую слисил из дворцовой библиотеки: «Устройство свадеб», и показал ее Ху Вэю.

Тот глянул краем глаза и опять фыркнул:

– Я тебе ее читать не буду.

– Я умею читать, – с некоторой обидой в голосе возразил Недопесок. Правда, читал он очень медленно, водя по строкам лапой.

– Может, ты еще и писать выучился? – хмыкнул Ху Вэй.

Сяоху облизнул усы, чтобы придать значимости молчанию. Писал он очень плохо, любая курица бы от зависти померла, увидев его почерк: лисьими лапами много не попишешь! Но сам он мог разобрать, что написал, а этого ему было достаточно.

– Да ладно! Куда катится лисий мир!

Сяоху скрипуче похихикал. Куда катится лисий мир, Недопесок не знал, но знал, что сам он катится в поместье Ху.

Ху Вэю показалось, что лисы-слуги от них шарахнулись. Они даже морды не подняли и не обратили внимания на Недопеска, который был страшно этим покороблен.

– Что, Недопесок, – ухмыльнулся Ху Вэй, – несет от нас небесным духом? Теперь от нас даже порядочные лисы шарахаются.

Недопесок с самым серьезным видом понюхал лапы, потом, поочередно, подмышки и сказал:

– Я чистый. Никаким духом от меня не несет. – И он очень-очень многозначительно поглядел на Ху Вэя. Мол, если от самого несет, так нечего на других сваливать!

Ху Вэй закатил глаза. Разговаривать в таком духе с Недопеском было бесполезно: он все воспринимал буквально.

– Вернулись? – нервно спросил Ху Цзин, когда увидел их. – Ну, что там с Хушэнем?

– Теперь все в порядке, – сказал Ху Вэй, ухмыльнувшись.

– Теперь? – с подозрением переспросил Ху Цзин.

– Распотрошил кое-кого из небесных хорьков, – объяснил Ху Вэй, ухмыляясь еще шире, – так что в Небесном дворце теперь тишь да гладь да лисья благодать!

Ху Цзин нахмурился было, но тут увидел Недопеска, который деловито прятал сферу за пазуху.

– А это еще что такое? – поразился он. Разряженный Недопесок уж точно поражал воображение.

– А это, – сказал Ху Вэй, беря Недопеска за воротник и переставляя его ближе к Ху Цзину, – небесный садовник и распорядитель свадеб… в одной морде.

– Лисьих свадеб, – уточнил Сяоху, расправляя воротник. – Меня шисюн назначил.

– У Хушэня вместо мозгов мышиные катышки? – фыркнул Ху Цзин. – Недопеска? На важные должности?

Ху Вэй фыркнул и, опять взяв Недопеска за шиворот, поставил его к Ху Цзину задом.

– Хвосты сосчитай.

– Семь?! – поразился Ху Цзин.

– Отъелся на небесных хлебах. Вернее, на небесных мышах. Недопесок, сколько ты там переел мышей?

Сяоху покрутил возле морды лапой:

– Я все хвостики сохранил, надо пересчитать, но никак не меньше двух сотен.

– Ты еще и считать выучился? – уже без особого удивления спросил Ху Вэй. – Смотри, отец, это единственный в мире семихвостый образованный недопесок.

Недопесок решил принять это за похвалу и осклабился. Счет он освоил до двух с половиной сотен (правда, ему нередко приходилось загибать пальцы, чтобы не сбиться). Это очень ему помогало подсчитывать количество съеденного, поскольку он еще прилисил себе должность отведывателя блюд, хотя такой при дворе уже имелся. Но Недопесок считал, что он плохо справляется с работой: блюда должны были выглядеть так, что их уже отведали, а Ху Фэйциню их приносили нетронутыми. Непорядок! Поэтому Сяоху неизменно присутствовал при каждой трапезе шисюна и первым совал морду в тарелку – к вящему ужасу Первого советника и прочих царедворцев.

– Я отведыватель блюд, – неизменно говорил Недопесок, когда Первый советник начинал ему выговаривать.

– У нас есть уже небесный отведыватель блюд! – возразил Первый советник.

– А я лисий отведыватель, – со значением повторил Недопесок и по самые надбровные вибриссы залез мордой в супницу.

Первый советник заголосил:

– Хуанди!

Но Ху Фэйцинь на выходки Недопеска смотрел сквозь пальцы и даже, к еще большему ужасу Первого советника, не брезговал есть с ним из одной тарелки.

– В общем, – вздохнул Ху Вэй. – Недопесок организует лисью «свадьбу» для меня и Фэйциня. Небесные хорьки уперлись, не признают демонические узы.

Ху Цзин сощурил глаза:

– Это ты о лисьей метке или о том, что сунул Фэйциня мордой в воду источника?

Ху Вэй очень недовольно фыркнул, мастерски проигнорировал это замечание и сказал:

– Поэтому нужно сделать эту «свадьбу». Свадьба Неба и Земли называется. Специально для небесных хорьков. Демоны тоже приглашены.

– Как? – вполне понятно удивился Ху Цзин. – А Аура миров?

– Фэйцинь сказал, что все устроит. Думаю, будет на нейтральной территории.

– Хм… – Ху Цзин, приглаживая бороду, глянул на Недопеска. – Этот разве справится?

Недопесок состроил недовольную морду и, пошарив за пазухой, вытащил «Устройство свадеб» и продемонстрировал его Ху Цзину.

– Он у нас знаток Свадебного Дао, я гляжу, – ядовито сказал Ху Цзин.

Сяоху напыжился, не обращая внимания на его тон, и важно сказал:

– Требую полного содействия и подчинения у всех обитателей поместья Ху.

– Требуешь?!

– А еще бирку, или ярлык, или цидульку, что я полномочный представитель Великой семьи Ху, – добавил Недопесок, потирая лапы. – Мне еще остальным Великим семьям приглашения разносить, никаких провозлочек быть не должно.

– Прово… что? – растерялся Ху Цзин.

Недопесок с сожалением поглядел на него. Ведь старый уже лис, а такого простого слова не знает.

В защиту Ху Цзина стоит упомянуть, что Недопесок не все слова прочитывал или подслушивал правильно, но любил ими щегольнуть, потому его речь пестрела «обмурдированием», «провозлочками» и прочими подобными перлами лисьей, а вернее, недопесьей, словесности.