[626] Обрушившиеся Небеса. Часть вторая

Выскользнувший неизвестно откуда Саньжэнь потянул Ли Цзэ за собой. Лицо небесного мудреца ничего не выражало. В голове у Ли Цзэ был полный сумбур, но начал он все же с упрека:

– Почему вы не разбудили меня в положенное время? А если бы я окаменел? Неконтролируемая медитация опасна.

– Я собирался вас разбудить, но мне не позволили, – сказал Саньжэнь хмуро. – Я не могу не подчиниться Небесной воле.

Ли Цзэ потрясенно округлил глаза, но Саньжэнь предварил его вопрос:

– Следить за вами мне не запрещали. Я проверял ваш пульс и заботился, чтобы ваше тело получало достаточно света для инедии. Вас не собирались убивать, просто хотели отсрочить ваше возвращение.

– Почему? – машинально спросил Ли Цзэ.

– Потому что вы явно начали бы задаваться вопросами, которыми задаетесь сейчас, – уклончиво ответил Саньжэнь.

– Да что здесь вообще произошло? – воскликнул Ли Цзэ. Заботиться о собственном благополучии стоило меньше всего.

Саньжэнь с запинкой сказал:

– Почтенный и принц Чанцзинь мертвы.

– Что?!

Саньжэнь подхватил Ли Цзэ под локоть. Ноги у того дрогнули, колени подломились. Может, слишком долгая медитация, может, потрясение. Саньжэнь отвел его к скамье, усадил на нее и принялся рассказывать.

Почтенный выбирать наследника не торопился, но среди придворных кто-то распространил слух, а может, и не слух, что предпочтение он отдает принцу Чанцзиню. Приближенные к императору говорили, что будто бы видели уже подписанный указ о повышении в ранге, правда мельком. А может, это и не указ о повышении в ранге был, но им так показалось, а значит, так оно и было. Сам Почтенный слухи не пресекал, но и не подтверждал их.

Небесный император затворился для медитации на полсотни лет, но не прошло и четверти установленного срока, как Почтенный скончался от искажения Ци, которое настигло его во время глубокой медитации. Несколько дней спустя была обнародована последняя воля Почтенного, наследником и новым императором был объявлен… принц Гуанси.

– Подождите, – поднял ладонь Ли Цзэ. – Вы хотите сказать, что воцарение нового императора прошло без соблюдения должного траура? Небесный император умер. Небеса должны были погрузиться в траур, по крайней мере, на тысячу лет, не говоря уже о сыновнем соблюдении траура по почившему отцу. В Небесном Дао есть соответствующий раздел.

– Новый император отменил Небесное Дао, – возразил Саньжэнь.

– Как это?!

– То есть, – тут же исправился небесный мудрец, – не совсем отменил, но значительно сократил.

Его не разбудили по той простой причине, что он возразил бы против изменений в Небесном Дао и, вероятно, смог бы его отстоять. Саньжэнь понял, что подразумевал под этим коротким восклицанием Ли Цзэ, и согласно кивнул.

Небеса разделились: кто-то соблюдал траур, кто-то праздновал. Многим нововведения не пришлись по вкусу, но были и те, кто поддерживал новый, ни к чему не обязывающий порядок. Новый император подписал множество указов об упразднении тех или иных правил, не заботясь о том, что это привело к хаосу на Небесах.

Принц Чанцзинь был очень недоволен происходящим и попытался усовестить брата, но тщетно.

Новый император устроил небесную охоту тысячи молний в мире демонов, а потом и в мире смертных. Под звучным возвышенным названием скрывалась обычная резня: получив власть, принц Гуанси решил отомстить врагам, опозорившим его перед нижестоящими чинами. Убивали всех без разбору, но рогатых демонов, в отличие от других, ждала медленная и мучительная смерть. Принц Чанцзинь в этом участвовать отказался, и многие небожители его поддержали. Теплых чувств к демонам никто не испытывал, но не измываться же над ними таким чудовищным образом?

Еще немного спустя объявили, что принц Чанцзинь участвовал в заговоре против Небесного императора и был казнен: принц Чанцзинь, узнав, что трон будет отдан принцу Гуанси, а не ему, отравил Почтенного ядом, вызывающим искажение Ци. Известие о предательстве сына лишь ускорило кончину императора…

– Подождите, – опять поднял ладонь Ли Цзэ. – Что это вы такое говорите? Принц Чанцзинь убил собственного отца ради небесного трона? Я никогда в это не поверю!

– А остальные поверили, – бесцветно кивнул Саньжэнь. – Да и имеет ли это значение, когда уже давно все кончено? Принца Чанцзиня казнили, и новый император собственноручно развеял его прах над Небесами.

Ли Цзэ не верил, что принц Чанцзинь отцеубийца. Вероятнее всего, кто-то оговорил принца, а новый император поверил, поскольку брата недолюбливал из-за прошлых ссор. Ли Цзэ запретил себе думать, что могло быть иначе. Он слишком хорошо знал принца Чанцзиня, чтобы поверить в его виновность. Ли Цзэ мог бы вмешаться, будь он в ту пору во дворце, потребовал бы обстоятельного расследования, но… Вот именно – «но». Слишком многое под ним подразумевалось, но Ли Цзэ предпочел вообще об этом не думать. Ему хотелось верить, что все это – ошибка, он и мысли не допускал, что брат оговорил брата, чтобы получить желанную власть, да и доказательств тому не было.

Новый император к богам войны благоволил, но то и дело поигрывал Небесной волей. Ли Цзэ исполнял свои обязанности исподволь, однако его ни в чем нельзя было упрекнуть. Ему страшно не нравилось его новое положение и нисколько не хотелось охранять нового императора, но приказы он исполнял своевременно, хоть и без рвения, не дожидаясь, когда ему пригрозят Небесной волей, как нередко случалось с другими богами.