Глава 16
Творческие муки

Сначала Саня думал, что стены в бункере покрыты панелями, и как-то не придал этому значения. Однако, когда коснулось того, что что-то где-то надо снять, оказалось, что негде! Эта серая, шершавая и приятная на ощупь поверхность, это покрытие, аналог нашей краски, с учетом развития технологий древних. Так что развернуться Сане не удалось, но его неудовлетворенный мозг не мог успокоиться. Глядя на собирающуюся кучу барахла, он недовольно морщился и чесал затылок.

Вот как-то не привык он по жизни таскать за собой, как Плюшкин, «и диван, и самовар». Для себя он давно решил двигаться легче и быстрее, однако налегке. Ну а раз прижало и без «барахла» никуда, следует этот процесс перетаскивания как-то упростить.

В жилом блоке работала голопанель на стене, где Саня рассматривал чертеж.

– Неужели?! Я! В твою Велесову мудрость! Дитя, млин, двадцать первого века, не смогу слепить хоть какое-нибудь транспортное средство передвижения?! Таня, блин! Ты что молчишь? – спросил Саня.

– Твои мысли еще до конца не сформировались во что-то определенное… так что комментировать, Саня, пока нечего. Ты хотя бы в общих чертах обрисуй, что задумал, – ответила Таня.

– Ага, слепи то, не знаю чо! Это, – Саня ткнул пальцем в экран, – как ты видишь, упрощенная схема автомобиля, – стал излагать Саня, используя заготовку от стрелы как указку, – рама, мосты, движок, э-э… место управления. В нашем варианте избавляемся от лишнего, – под воздействием указки лишние части со схемы исчезли. Остались лишь колеса и место управления.

– Я так и не пойму, что ты все же хочешь? – выдала Таня.

– Простую тачку я хочу. Это как минимум. Не таскать же на горбу все это… – и он указал большим пальцем себе за спину. – Есть идея использовать запчасти от мин, понимаешь. Выпотрошим их, оставив лишь движитель, и в кластер. В одну кучу соберем управление… Если получится. Мне показалось, что Тук вполне справится.

– А ну-ка еще раз и… ты сосредоточься, Саня, сосредоточься, – попросила Таня.

Саня уперся руками в стол, уставился на экран. Он представил, как располагает четыре антиграва от мин по краям жесткого и легкого каркаса размером два на полтора метра. Туда укладывается груз в виде кофров и мешков. И «Телега-М20», поднявшись сантиметров на двадцать, над землей, движется за шустро шагающим по полю отрядом. На каждой из сторон два по два колеса на треугольном каркасе, вынесены за корпус.

– Саня, почему телега, понятно, – произнесла Таня, – но почему М20?

– Так красиво звучит! Телега М20! Разве нет? – ответил парень.

– Звучит, – согласилась Таня. – А колеса зачем? Саня, она же по воздуху движется? – решила уточнить искинша.

– Ну а как, телега и без колес. Во-первых. Во-вторых, из стояночных целей. А в-третьих, ради облегчения маневрирования, да и, в конце концов, вдруг придется вручную тащить. Ну и привычней мне так. К тому же хотелось бы и самому порулить. Что уж тут скрывать. Все-таки я житель техногенного времени, где машины – вещь привычная. А мне тут идея пришла, «газель» – идеальный вариант. Опять же, если получится.

Получилось. Все, что можно было снять и использовать в бункере, пошло в дело. Дрон умчался проверять останки двух мин, место их расположения было известно, но они не откликались. Для остальных Хэтун тут же отдал команду на перемещение, для восьми откликнувшихся мин, к бункеру. До самого сеанса связи с искином на орбите они дружно и усиленно работали. Конечно, Саня лишь пытался донести до искинов, чего хочет получить. Стеллаж со склада полностью ушел на каркас. На колеса ушли остатки панелей из металлокерамики. Они получились всего полметра в диаметре и не поворотные. Но все же Саня остался доволен. Одновременно Тук подвергся максимальному апгрейду и стал иметь ресурс в 62 процента, заодно лишился всей своей взрывчатки. Вес шара был сорок килограммов, где вес оборудования всего 4,3 килограмма. Остальное – это взрывчатка, поражающие элементы, жесткий разрушающийся каркас в конечном итоге тоже служит как поражающие элементы. Пустой же объем решено использовать по ситуации. В процессе общения с искином мины Саня присвоил ему имя «Капрал» и разрешил активацию сферы. Клопа вырезала часть каркаса с оборудованием из мин. Затем закрепила на платформу. Один из контейнеров ЗИПа был практически пуст, его содержимое распихали по другим ящикам и кофрам, а его пластик ушел как отделочный материал для грузовой платформы. Когда Саня уселся в кресло оператора узла связи, работа на площадке перед бункером еще продолжалась.

– Здравствуйте, товарищ Сталин, – произнес Саня, как только на большом экране появилась картинка кабинета вождя и он сам, во френче защитного цвета.

– Приветствую, таварищь Рубэжный, – ответил «Сталин» с неизменным акцентом, пуская дым трубкой. – Лучше будет, если ты станешь звать меня просто Коба. И коротко, и соответствует правде, – он задумчиво посмотрел на Саню. – Уходить собрались? Не рано?

– Не-а, думаю, в самый раз, – ответил Саня.

– Возможно, возможно, – согласился вождь, качая головой, помолчал и спросил: – Александр, у тебя остались еще вопросы?

– Блин, море! – выпалил Саня. – Только, Иосиф Виссарионович, не очень мне хочется получить ответы на них, особенно сейчас. Как-то и так картинка складывается, мягко говоря, не радужная. А мне нужна более приятная перспектива. Хотя бы типа пойти и настучать по морде козлам! Козлам, осмелившимся землю предков осквернить! Жопу порвать им на британский флаг, за смерти моих родовичей! Где-то так!

– Пусть будет так, – согласился искин. – Что строим?

– Телегу, – усмехаясь, ответил Саня.

– Я присоединюсь?

Они обсудили назначение и желаемые возможности создаваемого транспортного средства, и с разрешения Сани управляющий искин с большим энтузиазмом подключился к процессу, не прерывая общения с парнем. Затем они вдвоем с Саней ознакомились с содержимым памяти искина жилого блока. Яйцо искина поместили в держатели устройства «Актер-м». Из него снизу вылезли восемь штырьков, а на пульте нашлось место, куда эти самые штырьки соответственно и влезли.

Внутренняя память искина содержала лишь заархивированную сферу, технические программы обслуживания жилого блока и дату отключения внешних систем. Сталин всю инфу скопировал себе. «Потом разберусь тщательней», – прокомментировал он. Хранилище искина было заполнено всего на 16 процентов. Все остальное когда-то хранилось на внешних носителях и, увы, не сохранилось. «Сталин» вогнал в него штрихи по управлению сверхмалых и малый атмосферных и пустотных АПЛу. «Малыш» получил карты, навигационные по системе и планетарные, данные о составе атмосферы, частоты каналов связи.

Узнал Саня, и что управляющий искин приступил к расконсервации своих владений. Комплекс связи космической базы «Камень» имел шесть автономных помещений. Под управлением искина в данный момент находилось всего два. Это технический тоннель и административный центр. Тоннель имел в длину 160 метров, уходя от блока связи «Лик» бронебункера корабельного класса в глубь планетоида, до центра управления. Из центрального тоннеля и отходили ответвления во вспомогательные блоки. Все они были завалены, как и проход в бункер, где располагался шлюз и причальный док. Более подробную информацию «Сталин» залил на кристалл, что стал подобием справочника по всем известным ему темам.

– Ты, Александр, принимай происходящее не как что-то сверхординарное, а проще, как обычные, житейские и не особо страшные события. Пусть все это будет интересным приключением в твоей жизни. А то, что будет интересно, я не сомневаюсь. И не забывай, что ты совсем не один. С тобой сейчас я, Таня и все остальные искины, которые активировались. К тому же, не осознавая, ты уже изменил этот мир. С тобой отряд, между прочим, искренне верящих в тебя людинов. То ли еще будет, парень! – решил утешить парня «товарищ Сталин», когда он сказал, что это свалившаяся на него «миссия» давит на мозги.

Когда Саня стал неудержимо зевать, искин сказал:

– Хочу, Александр, чтобы ты знал: да, наши предки поздно спохватились. Я нашел среди твоих знаний хорошее высказывание, которое вы называете пословицами, что «русские долго запрягают, зато быстро ездят!» Так и сварси. Первые военные стычки с гроханами произошли больше двух миллионов лет. Я уже говорил, что у меня не слишком много знаний по теме войн сварси. Только общая информация. Так вот, сначала гроханы действовали грубо и жестко, насаждая, скажем так, свои правила игры. Но со временем и они набрались ума-разума и опыта и стали тщательно прятать свое вмешательство. Но и предки тоже на месте не стояли. Судя по твоей памяти, направление, выбранное сварси, верно. Чтобы бороться с врагом, нужно понять врага изнутри. К тому же не всегда пришельцы выходили победителями. Доставалось и им. Тогда, когда погибли члены нашего рода, сражения шли во многих местах нашей галактики. Да и на Земле были и победы, и проигрыши. Я знаю, что клан Велеса трижды сражался за сохранение жителей планеты. И то, что вы живы, одно из доказательств того, что не все потеряно.

– Тебе, блин, легко сказать «принимай!», это же не ты попал хрен знает куда! Это не ты, просыпаясь по утрам, разговаривал сам с собой! Потому что тупо не с кем было! А потом, е-мое, еще и возлагают на тебя крутую миссию! А я. Понимаешь, Коба, просто не готов! Ну, не Кутузов я, блин! Не Суворов!

– Еще какой Кутузов и Суворов, – рассмеялся Сталин, – просто ты сам еще этого не знаешь. К тому же, Саша, боги не ошибаются! Или ты думаешь, мудрый Велес ошибся, прислав тебя сюда?!

Крыть такой довод Сане было нечем, он просто развел руками.

– Ты что сотворил, Коба?! – растерянно произнес Саня, рассматривая творение технического гения искина, аватар которого стоял рядом с полноценным автомобилем. До конца сеанса связи оставалось около получаса.

Ночью, отправляясь спать, Саня поинтересовался у Тани:

– Как там телега?

– Еще не готова, – сообщила искинша, – утром увидишь.

Проснувшись, первым делом парень чуть ли не бегом направился принимать работу. И вот сейчас в растерянности смотрел на свою «телегу».

– А что, на мой взгляд, вышло… э-э… классно, – невозмутимо ответил «Сталин».

– Не, я же не говорю, что это плохо. Мы же с тобой обсуждали, чтобы в глаза не бросалась, менее заметная, – улыбаясь, говорил Саня, – а это чо?! Крутая тачка!

Действительно эта машинка выглядела восхитительно. Как и привык видеть Саня, слева имелся руль и сиденье. От руля по бокам педали. И пассажирское рядом тоже присутствовало. Да и сама телега изменилась. Раздалась и вширь, и в длину. В длину 2,8 метра, в ширину 1,8 метра. Над кабиной каркас из труб и по бокам такой же, как борта, сантиметров семьдесят в высоту. Пока Саня рассматривал «тачку», Таня, чуть ли не прыгая от восторга, весело вещала в голове у парня:

– Я теперь понимаю и тебя и искина! Это так прикольно, Саня! Вот так на пустом месте собрать «авто»! А Коба вооще мужик что надо. У него столько знаний в хранилищах. А как он решил вопрос с материалом для «М-20». Трубы металлопластовые, биопластовое покрытие коммуникационных линий, защитное покрытие техканалов коммуникационных сообщений! Да там много чего еще есть. Хэтун, представляешь, типа забыл! Представляешь?! Он забыл, жмот! Коба ему – хозяин сказал надо! Выполняй! Коба и фары сделал. В каждой мине есть шарнирный прожектор, вот по паре таких и закрепили на передних стойках. Да ты все сам на схеме-то посмотри. – Перед Саней развернулся виртуальный экран.

– Я не стал устанавливать обшивку, оставил это на твой выбор, – продолжил разговор Коба, – можно и двери сделать, и борта. Тент тоже не помешает, только вот жаль, ткани нет…

– Но как?! – спросил Саня. – Да и вес такой. Точно движок не потянет.

– Технический канал сохранился на восемь метров. Сразу говорю, металла там нет, – вещал Коба, – зато пластика малость есть. А вот по движку… тут совсем другие дела. Простое отсутствие информации. Мины, если ты помнишь, универсальные. Так вот, при пустотном использовании они снаряжаются и системами ПРО, и ПКО, а даже торпедами. А это, Александр, не малый вес. А вся эта оборонительная система маневрирует, и сил инерции никто не отменял… И все это я к чему?!

На этих словах на лице Сани растянулась довольная улыбка.

– Пра-авильно-о, – протянул «Сталин» и перешел на кавказский акцент: – Уминый малчик! При опоре на колеса в процентов сорок потянет тонн пять. А в бесконтактном перемещении – в районе тысячи кэгэ.

– Та ладно! – для порядка «не поверил» Саня.

– Ага! Та в натуре, – ответил искин, и они дружно рассмеялись.

– Ладно, мальчики и девочки, дальше без меня, – выдал искин и отключился, его аватар растаял.

Самое вкусное Санька оставил на после завтрака.

– Ну, Танюха, рассказывай, что мы имеем, – предложил он искинше, стоя у «телеги» и внимательно ее рассматривая.

– Скорость максимальная – около 120 километров в час. Но это уже некомфортно. Сам понимаешь, амортизация минимальная. Да и управляемость с такой рулевой сложная. Но сама идея правда класс! Из того же материала, что и тетива, дронша свила пружины. И треугольная балка из труб упиралась в выступ на основном корпусе этой самой пружиной. Колеса широкие, сантиметров двадцать пять, протектор и вид у колес как у лунохода. Наш отряд вместе с грузом «эмка» потянет влегкую. Крейсерская скорость в районе пятидесяти-шестидесяти, и управление должно быть приемлемое, и тряска не сильная. Правда, если будет где так разогнаться, кроме воды.

– Не понял, – удивился Саня, – она что, еще и плавает?

– Ага! Еще и ныряет! Да не плавает она, а летает. Над водой и над землей тоже. Не тупи!

Саня забрался внутрь «эмки». Умостил свой зад в кресло водителя. «Жестковато, но это поправимо! – подумал Саня. – Что-нибудь придумаем».

В кабине не было никаких приборов. Руль да две педали. В полу от движителя к движителю в виде полусфер шла труба сантиметров восемь в диаметре. И как Саня помнил по схеме, в ней были протянуты шлейфы именно ручного управления. Шли они и от рычагов поворотного механизма и педалей, а также от двух спаренных фар. Колеса были прикрыты простенькими крыльями угловатой формы, и вся конструкция выкрашена в приятный зеленый цвет. На месте пассажира расположился дрон, запустив все свои лапки в лючок на трубе.

– А кресла такие откуда? – спросил Саня. – Что-то знакомое.

– Ты ведь не раз ездил на электричках, – поведала Таня, – так оттуда, эти кресла хорошо отпечатались у тебя в памяти. Это самое простое, что нашлось. Ну, а под напором Кобы Хэтун их в программаторе жилого блока и изготовил, это даже не пластик. Исходный материал – почва.

Как практически все «нормальные пацаны», Саня имел права и водить умел, даже вполне сносно. Семен имел старенькую «десятку», частенько просил выручить, когда принимал лишнего на душу. Да и отчим не раз давал порулить своим «Логаном», но вот заядлым ездуном Санька не был. Но это там, а тут, похоже, все по-другому.

– Пробуем?! – спросил Саня.

– Пробный тест, – на этот раз заговорила Клопа, – педали.

Парень придавил на педаль под правой ногой, и она неожиданно легко провалились до пола. Похоже, тут же среагировала Таня, потому как Саня даже подумать не успел, и дронша выдала:

– Усиливаю. Педаль.

Саня снова ткнул ногой в педаль. Она снова ушла до пола, но уже слегка сопротивляясь.

– Так же усиль, еще пару раз, – предложил Саня. Такой же процедуре подверглась и другая педаль. Понажимав на педали еще пару раз, он уверенно произнес: – Ну все, поехали… – Придавил на педаль.

«Он сказал: “Поехали” и махнул рукой», – вдруг всплыло из глубин памяти.

Машинка плавно тронулась и медленно поползла вперед. В груди у парня екнуло. Педаль ушла в пол на пару сантиметров, и «эмка» шустро помчалась в сторону реки, набрав километров сорок в час. Машинку слегка трясло, но Саня вел тачку уверенно, как будто и не выпускал из рук руля. Да и тропу к реке он выучил наизусть. Всего через пять минут он остановил «телегу» у берега и вылез из «кабины».

«Да, это вам не пешком», – подумал Саня и, смотря на свои грязные и запыленные ноги, уже в голос добавил:

– Техника требует доработки.

По мозгам прошла дрожь как от разряда маленькой батарейки, не больно, а скорей щекотно. Саню как бы отморозило, на лице непроизвольно образовалась улыбка. На душе стало радостно, настроение резко подскочило.

«Неужели это меня от езды так торкнуло?! – подумал Саня. – Не похоже».

А Таню он спросил:

– Ты случаем не в курсе, что это было?

– Все просто, – объяснила Таня, – «лоно». Это его действие. Количество энергии в организм поступает больше, и главное она намного чище. Мозг от этого работает легче и лучше. От того и радостное настроение. И это только начало.

– Хорошее настроение оно всегда приятно, – улыбаясь, согласился парень, – только пугать меня не надо. Хуже уже не будет!

– А вот тут ты прав, – потвердила Таня, – хуже точно не будет.

– А скажи мне тогда, умная девочка, как это вы умудрились сварганить ходовую без подшипников? – раздеваясь, спросил Саня.

– Не поверишь, а никак, – нашлась Таня, – нет их там!

– Не понял, а как же?..

– А вот так, – парировала Таня, – там одноразовый вариант. Ну не было времени, да и возможности, сам понимаешь, создать более совершенный вариант. На вал и втулку нанесли покрытие из нановолокна, того самого универсального, что на тетиву использовали. Всего в несколько десятых миллиметра. У них, у волокон этих, большой выбор свойств, которые дрон может задавать, одно из них уменьшает трение почти до нуля. Где-то на тысячу километров, а то и больше, должно хватить. Вот так. А потом маленький ремонт и снова в путь.

– Хитро, – согласился Саня и полез в реку, сполоснуться.

Кабина была довольно просторная для двоих, и потому Саня, вернувшись на станцию, потребовал добавить еще одно кресло. Хэтун на этот раз согласился без проблем. После же Саня сам его и приволок из бункера, установив сиденье в кабине. Затем пристроили простейшие двери из тонкого пластика, закрыли переднюю часть кабины сплошным слоем, соединив несколько листов того же пластика.

– Жаль, нет стекла на лобовое, – вслух пожалился Саня.

– Будет, – уверенно сообщила Таня.

– Поясни, – тут же потребовал парень.

– Коба предусмотрел этот вариант, – стала рассказывать искинша, – воздуховод в техканале изготовлен из биопласта с особой структурой, одно из его свойств смена цвета до прозрачности стекла. Правда, сохранилось его мало, всего небольшой кусок. После переформирования пластик будет тонкий и немного гибкий.

– Ерунда, – обрадовался Саня, – можно поставить пару перемычек.

В общей сложности на модернизацию «эмки» Саня потратил пять часов. У «телеги» появились примитивные двери, «лобовое стекло» шириной восемьдесят сантиметров. Крыша над кабиной, до которой в сидячем положении Саня доставал, только полностью вытянув руку. Пассажирских сидений теперь было два. Руль управления «телегой» выглядел, как в автобусе типа «пазик».

– Осталось только кожей обтянуть, – сказал Саня Тане, – и будет как настоящий!

Соорудил Саня и подобие приборной доски, конечно же не сам, а с помощью дрона. Роль приборной доски досталась планшету. Его закрепили чуть ближе к водителю, в специальный держатель из трубок. Протянули шлейф, спрятав его в пластиковой трубе. Планшет отображал скорость в виде привычного для Сани круглого спидометра. текущее время и показывал карту как навигатор. Также на нем имелись кнопки управления, вызова карты, включения фар и светильников в кабине и в кузове. Последним дополнением стало место на крыше – две скобы из пластика для крепления Капрала. Оказывается, были у мины и специальные захваты. На этом модернизация была закончена, но это пока. Телега загружена, и Саня повел ее в сторону стоянки отряда.

Сказать, что друзья были в шоке, ничего не сказать. Огромная зверюга уверенно перла прямо на стоянку, сверкая глазищами. Верея сразу побледнела и спряталась за спиной Фадея, который уже выхватил вибронож. Его светящуюся кромку Саня сразу заметил.

– Похоже, нам конец, – хрипло произнес Бодян, приготовив медный меч. Парень уже собирался еще что сказать, но тут раздался спокойный голос Сани из лута на руке у Фадея:

– Спокойно! Это всего лишь я.

«Телега» катила почти беззвучно, лишь шелест колес по траве доказывал, что это не видение. Метрах в пяти от стоянки чудо-авто замерло. Саня выбрался наружу.

– Опять ты, волхв, со своими волхвовыми кудесами, – недовольно произнес Бодян, – я чуть от страху того… не помер.

– И не только он один, – подтвердила девушка, ее лицо все еще оставалось бледным.

– А вот без таких представлений нельзя обойтись? – спросил Васко, губы у которого заметно дрожали.

Саня вопросительно посмотрел на Фадея.

– Таки, Саня, я тоже малость того… струхнул, – не стал отрицать братан. Саня повернулся к машине, осмотрел ее. Угловатая таратайка. Она у него вызывала лишь улыбку, но совсем не страх. Он почесал затылок.

«Или все же такая разница в восприятии», – подумал он.

– Так ведь это только начало, – сказал Саня, – мало ли чего нам еще придется встретить, пока доберемся до цели. Может, чего и пострашней будет.

– Так это и есть машина, – громко спросил Бодян, разряжая возникшее напряжение.

– Скорей ее подобие, – ответил Саня.

Горизонт уже начал темнеть, когда они наконец остановились и выбрались из «телеги». Приседая и махая руками, разминали затекшие телеса.

Первые километры были самые трудные. Вокруг зоны были сплошные холмы и ямы, явные следы давней бомбардировки. Все поросло травой и кустами, скрывая глубину ям и оврагов. И так три километра. К тому же нужно было время, чтобы привыкнуть к управлению «эмкой». Сначала двигались почти как пешком, медленно перебираясь с холма на холм. Хорошо в руках было только оружие. С трудом выруливали между попадавшимися на пути ямами и толстыми стволами. Фадей с Бодяном шли впереди, проверяя местность. Выбравшись из буераков, они заметно ускорились, загрузившись все в кузов.

Местности вокруг «зоны» никто из местных не знал и никогда в этих местах не бывал. Фадей пояснил, что разгуливать по весям и сторонам у людинов как-то не принято. Ему суждено было попасть в городище соседнего ханства только из-за походов на защиту прохода и боев с хурдами.

– А так, Саня, дальше чем на пару десятков километров у нас не ходють. Опасно это. Смертельно опасно. Караваны и те с охраной ходють, и от дороги далеко не удаляются. Куда уж нам, крайневским. С одной стороны порченые земли, а с другой – нехоженые леса, – закончил свой рассказ Фадей, – да ты и сам видел.

Маршрут передвижения проложили по карте, в сторону центрального ханства. По ней же нашли остатки каменной «трассы», которая шла в стороне от бывшей научной базы. И вообще уходила она не в сторону базы, а куда-то в другую сторону и потом вообще обрывалась. Трасса была широкой, метров пять просекой, местами поросшей травой, тянувшейся прямой линией, среди столетних деревьев и холмов, именно в сторону городища. Блоки, из которых было собрано покрытие «трассы», внешне похожи на куски мрамора. Однако даже «клык» не смог отковырять от них и кусочка. Полуметровые блоки собирались как пазлы, образуя ровную поверхность.

Телега, по местным меркам, просто летела, временами скорость возрастала до 50 километров в час. Если верить карте, то до старого городища центрального княжества было 420 километров, и половину они уже проехали, когда Саня остановил «телегу», прямо посреди «трассы».

– Все, приехали. Хватит на сегодня, – прокомментировал он свои действия.

Голова слегка гудела. Все же не таким уж и тихим оказалось передвижение на «телеге». Трещали под колесами ветки кустов и стволы трав. Хрустели мелкие камушки и песок, да и сами втулки издавали шипящий звук. К тому же пыли хватало и в кузове, и в кабине. Небольшую речушку Саня заметил еще за пару километров. «Капрал» оказался отличным разведчиком. Пока «эмка» неспешно двигалась по трассе, «Капрал» обследовал местность в радиусе трех километров. Тем самым обновляя карту и заодно проверяя саму «трассу» впереди.

Сейчас они дружно влезли скорей в ручей, чем в реку. Шириной всего в пару метров и глубиной с метр, и это в самом глубоком месте. Все, включая и Верею, разделись донага и забрались в воду, смывая пыль и пот, весело барахтаясь и смеясь. Саня с завистью наблюдал за парнями, которые спокойно мылись «новым мылом», настоем золы, весело обсуждая прошедший день. Он же, в отличие от них, увидев обнаженную девушку, практически перестал себя контролировать. Нет, конечно, все было не критично, и он мог отвернуться. Успокоиться. Но почему? Зачем?! Если девушка совсем не против, а парню наоборот она и нравится, и хочется, и приятно. Саня не стал противиться желанию. Медленно приблизился сзади, прижался к девушке своим возбужденным стволом.

– Ну и силен же ты удом, Саня, – тихо смеясь, произнесла девушка, и парня окутал сладостный аромат цветов. Саня приник нежным поцелуем к белоснежной шее красавицы, наслаждаясь сладостью и ароматом кожи. Буквально в паре метров от них раскинулся шикарный густой куст с желто-красной листвой. За ним-то молодые люди и уединились.

Позже, минут через пятнадцать, парень в блаженстве валялся на траве, с восхищением смотрел на молодое, шикарное тело девушки и про себя думал: «Она просто фея! Фея радости и счастья! Кто бы ни создал местных людей, а тем более женщин, он просто БОГ! И тебе, БОГ, за это большое спасибо!»

Парень чувствовал, как внутри девушки разгорается пока еще совсем маленькое нежное чувство к нему. Именно к нему. Забота, почти материнская, нежное чувство радости от близости, блаженство от самого процесса. Это не явные чувства, нет. Это где-то на грани восприятия. Но это так приятно!

– Это и есть проявление от действия лоно, – вернул Саню из блаженных грез на землю искин.

Саня облизнул губы, практически отодрал взгляд от тела девушки и произнес:

– Интересно, а земные женщины так могут?

– Увы, Саня, но нет, – стала говорить Таня, – с отключенной энергосистемой, под огромным прессингом вирусов и порчи. Да еще на протяжении тысячелетий.

– Значит, Таня, – Саня сел снова и посмотрел на Верею – как она все же прекрасна! – Значит, Таня, есть причина для действий… – незаметно для себя парень стал говорить громче: – Я не хочу, чтобы такие вот женщины, как она, и те, которые там, на Земле, и те, которые у хурдов в плену, страдали. Ты ведь знаешь! А ты ведь точно знаешь, ты же – это я! Какое же блаженство это соитие! Не этот тупой процесс выделения жидкостей, названный сексом. А настоящее слияние тел и душ! Хочу, чтобы все мужики моей рас… Таня! Понимаешь, хотя бы разок, один разок почувствовали эту разницу, насладились этим блаженством, настоящим слиянием чувств и конечно же тел. Наверное, звучит пафосно, но, Таня, за всех рассейских баб! Пойду и надеру жопу всем этим хурдам!

– И это дело, – услышал он за спиной довольный голос Фадея. – А я тебе помогу, волхв!

– И я. И я… – послышались голоса.

– И я тоже! – прозвучал звонкий голос Вереи.