Глава 3

После того, как один раз унтер-офицерши уже устроили на нас засаду в женской общаге, сами собой закрадывались подозрения, не является ли эта записка провокацией? Но надо было рискнуть. Ведь Лида могла действительно пригласить меня. Мне казалось, мы неплохо поладили.

— Ты куда? — шепнул Серёга, который заметил, как я одеваюсь после отбоя.

— На задание, — тихо ответил я.

— Что ещё за задание? Ты чего темнишь?

— Важное. Разведка боем.

— Какая ещё… погоди, ты что, к девчонкам, что ли?

— Неважно. Спи давай.

— А почему один?

— Мне сейчас некогда болтать. Я же сказал: если что-то выгорит, я вам с Никитой сообщу, а нет — так нет.

— Ладно, давай, удачи там, — усмехнулся Серёга. — Не подведи.

— Ага.

Я приоткрыл дверь и выглянул в коридор. Там было темно и пусто. Только дневальный стоял на страже у главного входа, который находился далеко от нас. Я выскользнул из комнаты и быстро прошёл до двери возле сушилки.

Спустился по лестнице. Небольшой спортзал на первом этаже был, как всегда, открыт. Через окно я выбрался наружу и прикрыл за собой раму. Если кто-то заметит и запрёт изнутри, придётся переться через главный вход, а там — дневальный, который доложит обо мне дежурному.

Когда шёл сквозь берёзовую рощу, что отделяла мужские и женские общежития, на дороге справа показался человек. Я прижался к дереву и замер. Меня он не заметил, прошёл мимо. Шаги стали удаляться и вскоре смолкли, и я двинулся дальше.

Больше никто на пути не попадался, и до крыльца столовой добрался без проблем. Дёрнул ручку двери — заперто. Сел на ступни и стал ждать.

Минут десять сидел. Наручные часы уже показывали пять минут первого, а назначено было на двенадцать. На свидание в воскресенье Лида тоже опоздала. Поторчал на крыльце ещё немного. Вдруг щёлкнула задвижка. Я встрепенулся и вскочил. Дверь открылась, вышла Лида.

— Что сидишь? Пошли, — сказала она своим обычным приказным тоном.

— Не подстава, как прошлый раз? — спросил я в шутку.

— Чего? Я же тебе написала, что сегодня можно. Что не так?

— Да всё нормально. Пошли.

Женское общежитие имело такую же планировку, как и наше. Из просторной столовой мы попали в коридор на первом, оттуда — на боковую лестницу, по которой поднялись на второй этаж. Прошли в центральную часть здания, где располагались оружейка, склад, класс для занятий и комната отдыха. Курсантка, которая стояла на страже, даже словом не обмолвилась. Наверное, её заранее предупредили, что будут гости.

Лида провела меня на ротный склад. Он, как и наш, состоял из двух помещений: в первой были шкафы со всякой мелочью и стол каптенармуса, во второй — бельё, одежда, снаряжение, в общем, всё, кроме оружия и боеприпасов.

Лида включила настольную лампу.

— Садись. Чай хочешь?

— Вот от этого не откажусь, — я устроился за столом.

Она включила электрический чайник, достала из шкафчика две кружки, ложки, тарелку с печеньями и упаковку чая.

— Как день прошёл? — завёл я разговор, поскольку Лида не торопилась инициировать беседу.

— Нормально, — ответила она. — Много дел. Как обычно.

— Запара с первокурсницами?

— Ну да. Салаг всегда муторно учить. А у тебя как?

— Да тоже как обычно. Занятия были, вечером в спортзал ходил, потренировался, провёл несколько спаррингов.

— Со своей подружкой?

— Со знакомыми.

— А ты что, я не поняла, боксом занимаешься? — Лида уселась напротив меня и скрестила руки на груди.

— Да, с десяти лет. А в эти выходные соревнования будут. Я участвую. Придёшь смотреть?

— Я знаю. Может, приду. Ты в какой категории?

— Шестая. Слышал, в этой категории мало бойцов.

— Да, мало. У нас все слабые. Десятый уровень большинство шурупов только к третьему курсу прокачивают. А у аристократов, говорят, даже у детей десятый уровень. Это правда?

— У меня брат был… В пятнадцать лет имел двенадцатый уровень. Но у них в школе это считается мало.

— Почему «был»? Помер, что ли?

— Если б помер, я бы с радостью сплясал на его могиле. Но эта гнида живее всех живых. Только братом мне перестал быть после, когда меня лишили фамилии.

— А ты, смотрю, любишь своих родственников, — съязвила Лида.

— О, ещё как! Так их обожаю, что придушил бы собственными руками. Но теперь они, к счастью, далеко.

Вода в чайнике забурлила. Лида наполнила наши кружки и положила себе чайный пакетик.

Сегодня она была более общительной, чем прошлый раз. Мы долго пили чай с печеньем и болтали о наших семьях и о том, как жили до того, как оказаться в спецшколе.

Но вот кружки и тарелка опустели, пора было приступать к главному.

Я подсел поближе к Лиде, и наши губы снова встретились. Она отвечала на мои ласки, я обнимал её за талию и чувствовал, как она дрожит в моих объятьях. А потом, как и прошлый раз, Лида внезапно отстранилась, словно вспомнила о чём-то.

— Что-то не так? — спросил я.

— Погоди… не так быстро.

— Хорошо. Может, ещё по кружке чая?

Лида усмехнулась.

— Нет, и одной хватило. Просто… я волнуюсь, — выдавила она.

— Почему?

— По кочану!

— Да ты не злись. Скажи нормально.

— Потому что! — она отвела взгляд. — У меня это первый раз.

У меня чуть челюсть не отвисла. Даже подумать не мог, что у моей новой подруги никогда не было парня. Впрочем, с её-то характером…

— Даже не верится, — проговорил я.

Она устремила на меня недовольный взгляд:

— Почему? Я похожа на шлюху?

— Не, что ты! Я совсем не это имел ввиду. Просто удивлён, что никто не пытался ухаживать за такой симпатичной девушкой.

— Да всякое бывало… приставали какие-то дебилы.

— И как я понимаю, приставания заканчивались набитыми лицами пристающих, — догадался я.

— Типа того.

Я снова обнял Лиду за талию:

— Расслабься. Постараюсь, чтоб не больно было.

— Угу… Только не здесь. Пойдём на склад.

Лида заперла входную дверь, и мы прошли во смежную комнату. Здесь было много стеллажей с постельным бельём, одеждой, обувью и снаряжением. В дальнем углу, рядом с обувными полками лежали матрасы. Лида постелила сверху простыню, села и притянула меня за руку:

— Ну всё, давай. Я готова.

* * *

Я не сразу ушёл. Мы с Лидой полежали немного в обнимку, затем я сел и натянул штаны, что валялись рядом, и китель. Лида тоже стала быстро одеваться, словно не хотела чтобы я лишнюю секунду созерцал её в обнажённом виде.

— Пойду, а то на утреннее построение опоздаю, — пошутил я и посмотрел на Лиду. — Ты как? Всё нормально?

— Да нормально всё, — она надела китель и принялась застёгивать пуговицы. — А ты да, торопись, а то тебя унтер пришибёт, если обнаружит, что ночами гуляешь.

— Это вряд ли. Мы с нашим классным наставником нашли общий язык.

— Да неужели? Может, хватит заливать?

— А что? Я умею находить подход к людям. К тебе же нашёл, — я схватил Лиду за талию и притянул к себе. — Когда в следующий раз встретимся? Я имею ввиду, наедине?

— Не знаю, — она высвободилась из моих объятий. — Может быть, когда в следующий раз буду дежурить.

— Это нескоро.

— Ага, месяца через полтора.

— А раньше никак? Может, придумаешь что-нибудь?

— Может, и придумаю… — Лида зевнула. — А сейчас я спать хочу. Башка не варит.

Кажется, пора было намекнуть на коллективное посещение. Не самый подходящий момент, но куда деваться? Возможно, шанс ещё раз поболтать наедине выдастся нескоро.

— Знаешь что. Мне кажется, так несправедливо, — я начал издалека.

— Ты о чём?

— Ну… мы с тобой встретились, всё такое. А у моих друзей тоже девушки есть, из твоего отделения, между прочим, и они никак не могут встретиться. Приходится увольнений ждать, а увольнения иногда не совпадают.

— И что? Мне-то какое дело?

— Тебе же ничего не стоит пустить их сюда, так ведь? Мы же встретились…

— Не, иди на хрен. Я из вашей общаги никого пускать не собираюсь, — отрезала Лида.

— Да почему? Ничего сложного ведь.

— Нет, я сказала.

— Ну не будь такой букой, Лид. Тебе не идёт. Сделай что-то хорошее, увидишь, самой станет радостнее.

— Мозги мне не е…и, хорошо? Я сказала, нет, значит, нет.

— Да ты объясни, почему? Что мешает?

— Потому что не хер. Есть распорядок, есть правила.

— На которые всем класть. Думаешь, я не знаю?

— Мне не класть. Я не хочу, чтобы мне из-за вас, придурков, влетело. И здесь тебе не бордель какой-нибудь.

— Ну один раз, а? Никто об этом не узнает. Заодно мы с тобой опять увидимся. Что хочешь взамен? Говори — сделаю.

— Да ничего мне не надо.

— Тогда просто подумай. Один раз. Встретимся после отбоя, посидим, чай попьём всей компанией. Здорово же?

— Обосраться! Я буду чаи с первокурсниками гонять, — Лида закатила глаза. — Ничего лучше не придумал?

— Считай, тебе не впервой.

— Да иди ты…

— Ну пожалуйста, подумай хотя бы.

— Ладно, я подумаю. Иди уже. Надоел.

— Проводишь? Или самому дорогу найти?

— Пойдём, доведу до выхода.

Лида выглянула в коридор. Там никого, кроме дневальной, по-прежнему не было, и мы отправились обратно в столовую тем же путём.

Возвращался я в хорошем расположении духа. Мало того, что всё же завалил в кровать, а точнее на матрасы, эту недотрогу, так она ещё и обещала подумать насчёт посещения общаги моими приятелями.

Вот только теперь было непонятно, как быть с Соней. Неужели, с ней — всё? Наверняка она узнает про нас с Лидой и не захочет со мной больше встречаться. Хотя мы с ней неплохо общались, несмотря на разницу в происхождении. Забавно получалось: Лида вроде как отбила меня у своей подчинённой. Интересно, она специально это сделал, или случайно так вышло?

Спать же мне оставалось часов пять…

Утром я с парнями ни словом не обмолвился о том, что произошло этой ночью, но за завтраком Серёга не выдержал и сам поднял данную тему.

— Как прошла разведка боем? — спросил он.

— Пока загадывать рано, — ответил я уклончиво. — Но шанс есть.

— Про что речь? — спросил Никита, спешно закидывая в себя кашу.

— Кирюха унтершу из второй роты шпёхнул, — ответил Серёга.

Никита остановил ложку перед самым ртом и посмотрел на приятеля, потом на меня.

— Не, не поверю ни за что.

— Да и по хер, — сказал я. — Главное, про уговор не забудь.

— Про уговор-то я помню. А ты не забудь, что сегодня твоя очередь толканы мыть.

— Уже?

— Ну да. Позавчера была моя очередь, вчера — Серёги, сегодня твоя.

— Да, мало у нас народу, — вздохнул Серёга. — Было бы больше, реже бы дежурили.

— Хорошо, помою, — ответил я и продолжил есть.

Разумеется, ни Серёга, ни Никита в комнате не убирались, поэтому причитания Серёги мне были непонятны. За полтора месяца он лишь пару раз мыл полы, а Никита и вовсе ни разу. За них либо Миха отдувался, либо остальные два парня. Если Никита хотел заставить кого-то поработать, он просто придирался к какой-нибудь мелочи, вроде криво заправленной постели или мятого кителя (повод всегда находился) и назначал провинившемуся дежурство вне очереди.

И только ко мне Ника не придирался. Помнил нашу первую «беседу». Я же, как правило, не отлынивал и честно отрабатывал своё дежурство, если не был сильно занят или не болел, как на прошлой неделе. Хоть и не привык к подобным работам, но мне казалось неправильно, что трое должны отдуваться за всех только из-за своего происхождения. Наверное, мне плохо привили аристократическое воспитание.

Договор же подразумевал, что в случае, если мне удастся провести Серёгу и Никиту в женскую общагу, они ближайшие полгода будут мыть полы, унитазы и всё остальное в нашем кубрике вместо меня. Тут уж всё по-честному, услуга за услугу.

Этим вечером, когда я пришёл на тренировку, Сони снова не было, а на следующий день после занятий всех участников турнира погнали в медблок на измерения.

Я поразился тому, сколько народу участвовало в соревнованиях. Возле медицинского блока собралось, наверное, человек сто. Среди них было много унтер-офицеров и даже попадались прапорщики и поручики. А вот первокурсников оказалось совсем мало. Так из нашей роты, например, было всего два курсанта, не считая меня, и четыре офицера: Гаврюшин, Репнин, ещё один унтер из третьего взвода и старшина.

Непосредственно сами состязания начались в субботу утром. Участники и зрители собрались в большом зале на первом этаже спортивного комплекса. Пол был устлан матом, а по периметру лесенкой стояли скамьи. День по случаю состязаний командование объявило выходным, и поглазеть на боксёрские поединки народу явилось много. Места все были заняты, кто-то толпился в проходах.

Вступительную речь произнёс прапорщик Бурдюков. По большому счёту, состязания эти инициировали и организовывали ребята из клана Дракона. Руководство же школы видело в этом определённую пользу для учебного процесса и поощряло данную инициативу.

Бурдюков объявил правила турнира.

Состязания проводился для бойцов со второй по шестую категорию. Больше всего участников было во второй, третьей и четвёртой. В шестой оказалось восемь человек, включая меня. А всего собиралось выступить семьдесят восемь курсантов и офицеров.

Как оказалось, в эти выходные должен был состояться лишь первый тур. Второй и третий планировалось провести в конце следующей недели.

Категории выступали по очереди. Вторая и третья дрались три раунда по три минуты. Четвёртая, пятая, шестая — три раунда по семь минут. Считалось, что светоносный десятого уровня имеет достаточно энергии, чтобы выдержать длительный поединок, тогда как для более низких уровней задача упрощалась.

Получалось так, что шестая категория выступала в воскресенье вечером в завершении первого тура, а это значило, что всю субботу и половину воскресного дня я был свободен и мог либо торчать в зале и смотреть состязания, либо отправиться гулять. Последнее выглядело предпочтительнее. Осталось только определиться, с кем.

Сони в зале я не увидел, как и Лиды. Девушек тут было немного, и знакомых лиц я не обнаружил. Да и вообще, надо было встретиться с Надей, а то совсем заскучает.

Я посмотрел первые несколько поединков, а затем нашёл Гаврюшина и сообщил ему о своём желании отправиться на ближайшие сутки куда-нибудь подальше из этой чёртовой школы.

Взводный не мог мне выписать увольнительную, потому что это делал капитан, причём минимум за день до отгула. Но так совпало, что именно сегодня на КПП дежурили «друзья нашего клана», а значит, меня могли выпустить и впустить без всяких бумаг и вопросов. Не воспользоваться таким шансом было бы непростительно. Вот только вернуться следовало до того, как сменится караул в семь утра, потому что тогда на пропускном пункте окажутся уже совсем другие люди.

Выйдя за ворота, я направился в Царицыно.

День выдался пасмурный (хотя когда они тут были солнечными?), погода стояла холодная. Порывистый ветер трепал куртку, задувал за воротник, гонял по обочине дороги мусор, рвал с деревьев пожелтевшую листву.

Пока шёл, позвонил Наде. Она ответила быстро, мы перекинулись парой слов. Она сегодня, как обычно работала, но моему предстоящему визиту обрадовалась и даже обещала, что попробует отпроситься.

До трактира я добрался в первом часу. Надя стояла за стойкой и принимала заказы. Посетителей было не слишком много, заведение выглядело полупустым, и это радовало. Значит, работы мало и Надю отпустят без вопросов. Правда, непонятно, насколько. Сегодня суббота, завтра выходной, и к вечеру народ наверняка подтянется.

Надя приняла заказ у очередного посетителя, и тот отправился за столик. Следующим подошёл я. За мной никого не было.

— Ну, что будешь сегодня заказывать? — Надя с улыбкой посмотрела на меня своим ясным взором и облокотилась на стойку.

— Прогулку вдвоём, — ответил я и тоже улыбнулся.

— Это попробую устроить, — кокетливо произнесла Надя. — Думаю, Захар меня сменит до вечера, пока работы немного. А куда пойдём? Есть идеи?

— Разумеется, к тебе в гости. Не возражаешь?

— Ну пошли. Давно, кстати, не заглядывал.

— А меня нечасто и отпускают. На прошлой неделе опять ездил за периметр, только уже со своими.

— И много собрал энергии?

— Да не сказать. Мы мелочь одну стреляли, как обычно. А ты больше не собираешься на охоту?

— Даже не знаю, — проговорила задумчиво Надя. — Я бы хотела подзаработать, но видишь, нас сейчас некому прикрыть, а лицензий ни у кого из наших нет. Хотя… — тут она оглянулась, подалась вперёд и проговорила заговорщицким тоном. — Представляешь, вчера наша новая хозяйка позвала меня в кабинет и давай расспрашивать про охоту. Оказывается, она всё знает. Знает, что мы ходили туда. Я даже не ожидала, если честно. А под конец, представляешь, чего сказала: якобы, если будут кристаллы и энергия, она их купит.

— Правда? Хм, интересно. Мутная она какая-то, да?

— Ага. Именно. Я ей не доверяю.

Я тоже удивился тому, что Марина решила скупать товар у охотников. Зачем ей это? Сама же говорила, что СКИФ не интересуется местными нелегалами.

— А с приезжими проблем больше не было? — перевёл я разговор на другую тему.

— Да я бы не сказала. Пока нет, — покачала головой Надя. — Если не считать драки в понедельник, всё нормально.

— А что случилось?

— Да два охотника поссорились. Ой, что тут было! Но вроде ничего не сломали. Кстати, видишь тех пятерых? — она кивком указала на компанию за одним из столиков: там сидели три мужчины и две женщины.

— Это приезжие?

— Ага, охотники. Уже второй раз их здесь вижу. Но эти вроде спокойные. Если честно, гораздо больше проблем с вашими.

— Курсантами?

— Ага, они постоянно наших ребят задирают. Постоянно дерутся.

— Весело тут у вас.

— Обхохочешься! Так ты есть будешь?

— Да, конечно. Сейчас что-нибудь закажу, а потом пойдём к тебе, да? — я взял со стойку меню и стал выбирать.

Открывшаяся дверь заставила меня обернуться. В заведение вошла толпа курсантов. Среди них я сразу узнал унтер-офицера с широкими бровями, высокого парня и его рыжего приятеля, а также крупного белобрысого капрала, которому я когда-то помог отнести в медпункт побитого курсанта. Были в компании и ещё два унтер-офицера, причём от обоих сила чувствовалась немалая.

Банда Филина припёрлась сюда совсем не кстати. Наверное, тоже пообедать решили. Или меня специально выслеживали.

— Во так встреча! — воскликнул широкобровый унтер. — Кто это у нас здесь? Старый знакомый объявился? Да ещё один, без друзей. Как вовремя мы сюда заглянули.

— Ага. Что, глазеешь? Не рад видеть? — добавил рыжий. — Не хочешь со старыми друзьями поболтать по душам?

— Господа посетители, — крикнул унтер-офицер на весь трактир. — По техническим причинам заведение закрыто. Просьба освободить зал!

Отправить