Я тревожился, что чемпионат мира станет лишь предвестником нового витка репрессий. Но когда сотни тысяч болельщиков бросились покупать билеты в Россию, предвкушение победило. Я вспоминал первый чемпионат, который увидел по телевизору ребенком, и толстенную энциклопедию футбола, зачитанную до дыр. Неделя за неделей я методично расписывал игры, перелеты, поезда, отели, автобусы и вписки, а потом вдруг оказался с огромным объективом в руках на стульчике у поля во время первого матча, и все это стало реальным.










