«Сегодня я трезв. Я не посещаю терапевтические сеансы. У меня есть семья. И это самое лучшее в моей жизни: у меня не было близких на протяжении многих лет, но на Рождество 2008 года я вновь обрёл их, поскольку у нас есть нечто общее, а именно — наше детство. И за это я благодарен судьбе больше всего».