72

Бенни печально улыбнулся и взглянул на свои наручные часы.

– Печень единственный делимый орган человеческого тела, – сказал он после короткой паузы. – Твой сын получит левую, а ты правую долю. Так мне объяснил Константин. Все получится, просто нужно действовать быстро! Так что, пожалуйста…

Он протянул руку за пистолетом.

– Как-то раз я уже хотел это сделать. Сейчас мое самоубийство хотя бы не будет бессмысленным.

– Я не могу этого допустить.

– Они все подготовили. Твой сын ждет в операционной. Если я не умру, у него нет шансов выжить. И у тебя тоже!

– Возможно, – ответил Марк и затем процитировал старика, с которым познакомился несколько часов назад. Единственного, кто всегда был честен с ним.

– Зло никогда не может быть во благо.

Бенни удивленно посмотрел на него:

– Один умрет, двое выживут. Какое тут зло?

– Смерть не математическое уравнение! – воскликнул Марк.

Его брат закатил глаза:

– Ты никак не можешь понять, да? Тебе нужна причина. Хорошо, слушай внимательно. Ты ее получишь.

Бенни откинул назад влажные, испачканные в крови волосы.

Ты помнишь тот день в мае?

Взлом, выкидыш Сандры.

Вопрос задел Марка за живое.

– Куда ты клонишь?

– Это был я.

– Что?

– Я тогда проговорился Валке, что у отца Сандры есть чем поживиться.

– Нет.

– Да. Клянусь, я не хотел, чтобы они вламывались в дом. Я лишь посмеялся над глупостью толстосума, который не позаботился об охране дома. Во время одной из наших встреч Сандра рассказала мне о запасном ключе в лодочном сарае, на случай, если мне понадобится укрытие и никого не будет дома.

Слезы застилали Бенни глаза.

– Проклятье, она хотела мне помочь и поэтому потеряла ребенка. Вашего ребенка. Я правда пытался, но не смог больше жить с этой виной. Поэтому вскрыл себе тогда вены.

На мгновение у Марка из-под ног ушла земля. Он только что во второй раз спас от самоубийства человека, который нес ответственность за смерть его первого ребенка. Его накрыло волной ярости и боли.

«А если Хаберланд ошибается? И зло может быть во благо?»

Он подумал о своей работе с подростками, о Юлии, которую спас с помощью психологического трюка и одновременно отправил в ад, и понял, что принцип, которому подчинялась его жизнь, только что подвергся жестокому испытанию.

«Действительно ли цель в итоге оправдывает средства?»

– Я тогда сразу признался Сандре, – сказал Бенни. – Но она не захотела заявлять на меня в полицию. – Он сглотнул. – Ради тебя. Ты никогда не должен был узнать о настоящей причине ее сомнений. К тому же она понимала, что моя ненависть к самому себе станет для меня самым жестоким наказанием.

«Иногда трагедия обладает невероятной силой и сплачивает людей, которые любят друг друга», – вспомнил Марк слова Константина.

Поэтому после выкидыша у них с Сандрой наладились отношения. И поэтому она и Константин так охотно приняли предложение Бенни пожертвовать собой.

– Пожалуйста, – взмолился Бенни. – Позволь мне загладить свою вину. Перед тобой, перед ребенком. И перед Сандрой.

У Марка задрожала нижняя губа, когда он подумал о последствиях выбора, который ему предстояло сейчас сделать. Если он помешает самоубийству Бенни, то рискует собственной жизнью. И одновременно решает судьбу их ребенка.

Он поднял пистолет, проверил предохранитель и отвел назад затвор, чтобы активировать новый патрон. А затем произошло то, на что он рассчитывал. Его брат стиснул зубы и, игнорируя обжигающую боль, наступил на раненую ногу. Затем прыгнул вперед, чтобы вырвать у Марка оружие. Но тот метнулся вправо, к двери на террасу. Он с трудом дотянулся до ручки, потому что Бенни схватил его за рукав куртки.

С трудом держась на ногах, он распахнул дверь и со всего размаха швырнул пистолет через ограждение. В этот момент брат дернул его назад. Они повалились на пол и какое-то время лежали рядом друг с другом, тяжело дыша. Измученные, обессилевшие, раненые.

Марк хотел отвернуться, но не мог. Его раздирало никогда не испытываемое им чувство – смесь отцовской мести и братской любви. Наконец он посмотрел в карие заплаканные глаза Бенни, не зная, что сказать, – но у него не было возможности подумать, потому что на этот раз он оказался не готов. Все произошло слишком быстро.

Бенни локтем ударил его в лицо, вскочил и захромал к стеклянной двери. Он волочил за собой ногу и стонал от боли, скользил по каменным плитам на террасе. И тем не менее у Марка уже не было шанса нагнать его. Бенни, который собирался перепрыгнуть через перила, был для него недосягаем.