Книга: Русская Атлантида. Невероятные биографии
Назад: Американский инженер
Дальше: В эмиграции

«Форма Юркевича»

Это было время, когда после поражения в войне с Японией 1905 года Россия разворачивала большую программу строительства мощных военных кораблей. Юркевич получил назначение на Балтийский судостроительный завод и принял участие в создании головного корабля первой серии российских линкоров-дредноутов – «Севастополь». Эти корабли по размерам, скорости и другим параметрам наголову опережали все иностранные проекты того времени. Вскоре Юркевич был назначен конструктором технического кораблестроительного бюро завода, где началась работа по созданию четырех громадных крейсеров серии «Измаил». Здесь он предложил революционное решение – новую, обтекаемую форму корпуса корабля. В таком виде он мог достигнуть скорости 28 узлов при меньшей мощности машин и меньшем потреблении топлива. Но это радикальное новшество использовано не было. Оно было запатентовано только в 1928 году в Германии и вошло в историю мирового судостроения как «форма Юркевича».

Крах надежд

Вскоре грянула война, а вслед за ней и революция. Начался полный развал стремительно развивавшейся до этого промышленности России. Заводы остановились, программа строительства крупных кораблей была отложена. В 1917 году корпус уникального крейсера «Измаил» разобрали, а в 1923 году правительство большевиков продало за копейки три других крейсера Германии. Юркевича отправили в Николаев, где в отделении Балтийского завода собирали подводные лодки. По дороге группа инженеров попала в руки банды анархистов и едва унесла ноги, а оказавшись в Николаеве, обнаружила, что он уже захвачен немцами. Гению русского судостроения не оставалось другого выбора, кроме эмиграции.

В Стамбуле, как и другим русским беженцам, Юркевичу пришлось хлебнуть лиха. Сначала дипломированный инженер работал грузчиком в порту, потом вместе с другими эмигрантами организовал автомастерскую для ремонта старых автомобилей. Через два года семья переехала во Францию. Юркевич блестяще знал французский язык, но там его диплом не признавали, и ему пришлось работать токарем на заводе «Рено». Так пришлось мыкаться почти шесть лет. В конце концов, его блестящие знания оценили и взяли консультантом в судостроительную компанию «Пеноё». Изголодавшийся по работе инженер начинает работать как одержимый, дни и ночи он проводит в конструкторском бюро. Там он вдруг с удивлением обнаружил, что в вопросах кораблестроения Россия до революции намного опережала Европу. «Европа еще не подошла к вопросам, которые наши учителя ставили нам в России», – записал Юркевич. Когда компания получила заказ на «Нормандию», Юркевич предложил свой революционный проект обтекаемого корпуса, уже испробованный в Петербурге на крейсерах. Два года ему понадобилось для того, чтобы убедить французов в его преимуществах. В конце концов, были построены модели 25 разных проектов, которые испытали в бассейне, и предложение Юркевича было признано лучшим!

За океаном

Слава гениального изобретателя росла, и его стали настойчиво приглашать за океан. На Европу надвигалась война, и Юркевич понимал, что в Америке с ее неограниченными возможностями он сможет реализовать свои проекты свободнее. Французы тоже засуетились и в 1937 году предложили ему гражданство, но он уже отправился за океан и открыл в Нью-Йорке техническую контору по судостроению. В 1939 году его семья окончательно перебралась в Соединенные Штаты. За годы работы в США Юркевич построил 42 судна. Он разработал уникальный проект «удешевленного» океанского лайнера на 8 тысяч пассажиров, который мог передвигаться с невероятной для тех времен скоростью 34 узла. Стоимость билета в нем составляла 50 долларов, что по тем временам могло составить конкуренцию авиаперевозкам. Однако осуществить этот новаторский замысел, увы, не удалось. Пришло время больших самолетов, и трансатлантические авиаперевозки стали более выгодными. Он работал консультантом Управления флотом США, и идеи русского кораблестроителя были заложены в проекты создания первых американских авианосцев.

«Рад, что я – русский!»

За океаном Юркевич ни на минуту не забывал о России. Когда Гитлер напал на СССР, он выступил в поддержку Красной армии, принимал активное участие в работе комитета по поддержке России, оказывал содействие советской закупочной комиссии в Вашингтоне. «Долг каждого русского помочь родине всем, чем можно, когда она подвергается смертельной опасности», – говорил он тогда. Был готов делать проекты кораблей для СССР, возглавлял объединение петербургских политехников в США. Заходя в советское посольство, Юркевич с гордостью заявлял: «Я рад, что я – русский!». Увы, на родине отношение к эмигранту было иным. На его имя в СССР было наложено табу. Упоминания о гениальном судостроителе не было в Большой советской энциклопедии, а газеты не писали о нем ни строчки до 1990-х гг. Юркевич умер 13 декабря 1964 года и был похоронен на кладбище русского монастыря в Ново-Дивееве в 40 км от Нью-Йорка. Весь его богатый архив в 1965 году вдова Ольга Всеволодовна передала, согласно завещанию мужа, в Москву.

Наша «Шанель № 5»

«Духи французские, “Шанель № 5”…» – говорит, принюхиваясь, бравый милиционер в популярной кинокомедии Гайдая «Бриллиантовая рука». Так в СССР стал известен этот шедевр французской парфюмерии, которого тогда на наших прилавках, конечно, еще не было. И тем более никто, разумеется, не знал, что изобрел самые знаменитые духи мира русский эмигрант Константин Веригин, бывший до этого офицером лейб-гвардии конно-гренадерского полка и химиком по образованию.

Когда Мэрилин Монро спросили: «Что вы надеваете на ночь?», – она остроумно ответила: «Пару капель «Шанель № 5». Авторство этих самых знаменитых в мире духов обычно приписывают французам – парфюмеру Эрнест Бо и легендарной модельерше Коко Шанель, фамилия которой и закреплена в названии. Духи были выпущены в 1921 году и стали революционными. К традиционным и дорогим цветочным эссенциям была добавлена небывалая доза недавно открытых альдегидов, придававших им особую свежесть северных рек. Молодежь Парижа встретила их с восторгом, а вскоре они стали популярными во всем мире. Однако настоящий автор этих «революционных» духов долгое время оставался в тени. Им был русский эмигрант, бывший доброволец лейб-гвардии конно-гренадерского полка Константин Веригин, бежавший после революции за границу.

Назад: Американский инженер
Дальше: В эмиграции