Книга: Колумбайн
Назад: 29. Боевые задания
Дальше: Часть III Вниз по касательной

30. Почему?

У руководства округа Джеффко возникла одна серьезная проблема. Задолго до того, как Эрик и Дилан застрелились, в департаменте шерифа нашли досье на обоих парней. В файлах находилось двенадцать страниц распечатки с сайта Эрика, в которых тот изливал ненависть и грозился тем, что будет убивать людей. Для следствия эта находка, которая оказалась у них в руках еще до того, как обнаружили трупы убийц, была письменным признанием, наличие которого облегчало получение ордера на обыск домов. Однако для руководства округа это могло обернуться катастрофой, так как доказывало, что власти «сидели» на этих документах и не давали им хода с 1997 года.
Распечатки с сайта Эрика властям предоставили Рэнди и Джуди Браун. На протяжении полутора лет супружеская пара неоднократно предупреждала департамент шерифа о поведении Эрика. Приблизительно в районе полудня 20 апреля файлы привезли в Клемент-Парк, в трейлер, в котором был расположен командный пункт. Руководство округа много раз цитировало сайт Эрика для получения ордера на обыск, однако потом отрицало, что когда-либо видело этот документ. (Собственно говоря, наличие в файлах департамента шерифа распечаток с сайта Эрика отрицали несколько лет. Чтобы замести следы, скрывали и сами тексты выпущенных ордеров на обыск.)
Для семьи Браунов это было очень непростое время. Широкой общественности поведали две противоречащих друг другу истории: или Рэнди и Джуди Браун делали все, чтобы предотвратить массовое убийство, или в их семье вырос один из заговорщиков. А может быть, произошло и то, и другое.
Случившееся казалось супругам Браун карой небес. Их сын являлся близким другом обоих убийц. Настолько близким, что в принципе был в состоянии предугадать то, что они планировали. Брауны более чем за год до трагедии предупреждали полицию о поведении Эрика, и власти не сделали ровным счетом ничего. И после того, как Эрик перешел от слов к делу, многие стали считать Браунов не героями, а сообщниками. Супружеская пара просто не могла поверить, что оказалась в числе подозреваемых. В интервью газете New York Times они заявили, что пятнадцать раз связывались с людьми шерифа по поводу Эрика. Тем не менее власти округа Джеффко несколько лет отрицали, что Брауны общались с полицией, хотя и знали о существовании подтверждающих это документов.
Департамент шерифа оказался в еще более сложной ситуации, чем Брауны могли бы себе представить. За тринадцать месяцев до массового убийства помощники шерифа Джон Хикс и Майк Гуэрра осуществили проверку информации, полученной от супругов Браун, и нашли веские доказательства того, что Эрик занимался изготовлением трубчатых бомб. Гуэрра счел нарушения настолько серьезными, что написал черновой вариант аффидевита, то есть письменных показаний, которые могли бы быть использованы для получения ордера на обыск в доме Харрисов. По непонятным причинам этот документ так никогда и не представили судье. Документ Гуэрры был очень убедительным, в нем описывались возможные мотивы, доступные потенциальному преступнику средства и то, что он может сделать.
Через несколько дней после трагедии приблизительно десять человек из руководства округа тайно встретились в небольшом офисе в муниципальном здании – Open Space Department. Собрание получило кодовое название Open Space. Его целью было обсуждение показаний Гуэрры, а также того, что делать по этому поводу.
Гуэрру привезли на эту встречу и попросили никогда не обсуждать написанный им документ с людьми, не входящими в круг присутствующих в комнате. Гуэрра согласился.
Сам факт этой встречи оставался неизвестным в течение пяти лет. 22 марта 2004 года Гуэрра признался следователям генерального прокурора штата Колорадо в том, что написал аффидевит. Гуэрра описал собрание в Open Space, как «поиск способа прикрыть свою задницу».
На той встрече присутствовал прокурор округа Дейв Томас. Он заявил присутствующим, что если бы этот аффидевит попал на стол судье, то причин для его подписания было бы явно недостаточно. Как только об этом заявлении стало известно, многие выразили мнение о том, что оно не соответствует действительности. Официально слова Томаса в 2004 году опроверг генеральный прокурор штата Колорадо.
Через десять дней после трагедии провели печально известную пресс-конференцию, на которой власти округа Джеффко нагло соврали о том, что знали о существовании аффидевита. Они заявили, что не могут найти файлов с распечатками сайта Эрика, не нашли бомб, которые описывал Эрик, и у них нет никакой информации о том, что супруги Браун встречались с помощником шерифа Хиксом. Составленный Гуэррой аффидевит доказывал, что все обстояло ровным счетом наоборот. Тем не менее власти годами продолжали врать общественности.
Через несколько дней после встречи файлы Гуэрры с информацией об Эрике в первый раз исчезли.

 

На встрече для поиска способа прикрыть свою задницу, присутствовали высокопоставленные чиновники округа. Большинство следователей и агенты ФБР в то время не знали об этом собрании. Они занимались расследованием дела.
Детективы разошлись по всему городу. Они планировали опросить две тысячи учеников – ведь непонятно, кто из них может помочь расследованию. Следователи передавали информацию руководству, сидевшему в репетиционном зале в «Колумбайн». На начальном этапе полицейские приходили к руководству с записями на обрывках бумаги и спичечных коробках.
К концу недели Кейт Баттан взяла ситуацию под контроль. Она собрала всех на четырехчасовой брифинг, а также для обмена информацией. В конце встречи перед следователями стояло три главных вопроса: как убийцы получили оружие? Как пронесли бомбы в школу? Кто им помогал?
Следователи, в принципе, понимали, кто потенциально мог содействовать преступникам, так как уже имелось около десяти подозреваемых. На них надавили. Крис Моррис утверждал, что невиновен. Докажи, сказали ему следователи. Помоги «раскусить» Дюрана.
Крис согласился связаться с Филом Дюраном, а также на то, чтобы этот разговор записали. Звонок совершили из штаб-квартиры ФБР в Денвере.
Крис и Дюран обсудили сложившуюся ситуацию.
– С ума сойти, что происходит, – сказал Фил.
– Да, пресса нагнетает, – согласился Крис.
Крис поднял вопрос о том, что слышал, будто Дюран ездил с убийцами на стрельбище и кто-то снимал все на камеру. Дюран это отрицал. Они проговорили четырнадцать минут. Крис постоянно возвращался к теме стрельбища, Дюран все время отрицал этот факт.
– Чувак, я вообще без понятия, – отвечал он.
В конце концов Крису удалось получить от Дюрана подтверждение того, что тот действительно ездил на стрельбище с Эриком и Диланом. Дюран сообщил, что место, где они стреляли, называлось Рампарт-Рэндж.
Это было немного, но, по крайней мере, дело сдвинулось.

 

В воскресенье Дюрана навестил агент отдела по борьбе с терроризмом, и тот рассказал ему все, что знал. Эрик и Дилан действительно просили его купить им оружие. Дюран познакомил их с Марком Мейнсом, человеком, который продал парням TEC-9. Дюран признался, что передал продавцу часть денег, но при этом сам не заработал ни копейки. Все, что рассказал Дюран, было чистой правдой.
Через пять дней агенты антитеррористического отдела привезли Мейнса в Денвер. На встрече присутствовали адвокаты и обвинитель. Мейнс во всем сознался. Дюран действительно познакомил его с Эриком и Диланом 23 января, во время проведения ярмарки оружия, то есть в том же месте, где убийцы приобрели три единицы огнестрельного оружия. Дюран сказал, что Эрик хочет купить оружие, и Мейнс согласился продать в кредит. Все переговоры вел Дюран. Сошлись на том, что Эрик заплатит 300 долларов на месте и еще 200, как только их найдет.
Вечером в тот день к дому Мейнса подъехал Дилан. Он передал 300 долларов и получил оружие. Дюран передал Мейнсу оставшуюся сумму через пару недель.
Следователи неоднократно спрашивали Мейнса, знал ли он, что покупатель был несовершеннолетним. В конце концов тот ответил, что у него были подозрения о том, что покупателю еще не исполнилось восемнадцать лет.
Мейнс приобрел TEC-9 на ярмарке оружия, которая проходила полугодом ранее. Он расплатился кредитной картой. Потом он показывал чеки, согласно которым оружие стоило 491 доллар. В конечном счете получилось, что Мейнс заработал на TEC-9 девять долларов. За это он мог бы сесть в тюрьму на восемнадцать лет.

 

В первые дни после массового убийства Фузильер не задумывался о мотивах убийц. В то время следствие считало, что существовал заговор. Время шло, и с каждой минутой улики могли исчезнуть, сообщники могли найти себе алиби и договориться между собой, чтобы прикрыть друг друга. Но постепенно Фузильер начал задавать себе вопрос: Почему?
Несмотря на то что следствием занималось почти сто человек, над этим пока задумывался только один. На самом деле нахождение мотива для массового убийства было лишь небольшой частью работы Фузильера, возглавлявшего команду ФБР.
Каждый день он обсуждал с коллегами теории, которые те выдвигали, пытался найти в них дыры, задавал вопросы, предлагал новые подходы и просил их копать глубже. Каждый день Фузильер посвящал от восьми до десяти часов расследованию, а в выходные уезжал в Денвер, чтобы разобраться со своими непосредственными обязанностями в ФБР. Он работал над несколькими федеральными делами, обсуждал их с сослуживцами и предлагал возможные пути решения вопросов.
Постепенно Фузильер начал отводить время для того, чтобы изучить и понять убийц. Много людей собирало информацию, однако далеко не все были в состоянии ее анализировать. Фузильер был единственным психологом во всей команде следователей. Он уже много лет занимался изучением психологии массовых убийц и понимал, кто они такие. Он решил несколько часов в день посвящать анализу жизни и биографии убийц. Агент смотрел видеоматериалы, на которых парни хвастались тем, что убьют и покалечат людей. Его это дико раздражало. «Идиоты», – бормотал он, просматривая эти записи. При этом иногда ему становилось жалко этих парней. Несмотря на то что им не находилось никаких оправданий, он должен был влезть в их шкуру, понять их мотивы и заставить себя, хотя бы временно, им сочувствовать. Чтобы понять подростков, он должен увидеть мир их глазами. Они были еще школьниками. Что подтолкнуло их на такой шаг? Особенно Дилана. Боже, как обидно.
Коллеги, подчиненные и руководители следствия были рады тому, что кто-то взял на себя роль психолога. У всех возникали вопросы по поводу убийц, требовался человек, с которым они могли бы проконсультироваться. Вскоре среди людей, занимавшихся следствием, Фузильер зарекомендовал себя как эксперт по психологии убийц. Кейт Баттан вела следствие и занималась его деталями. К ней обращались по вопросам наподобие тех, кто именно бежал по определенному коридору в конкретный момент времени. Фузильер захотел понять психологию убийц. Он многократно пересматривал записи Эрика, вчитываясь в каждую строчку. Потом брался за материалы, оставшиеся от Дилана.
Приблизительно через неделю после массового убийства Фузильеру показали «подвальные пленки», а также видеоматериалы, снятые Эриком и Диланом не перед массовым убийством, а ранее. Фузильер взял кассеты и многократно отсмотрел их у себя дома. Он периодически нажимал на паузу, и вглядывался в кадр за кадром, и прокручивал пленку назад. В принципе этот материал мог бы показаться банальным и неинтересным. Это были обрывки будничной жизни ребят, которые произносили идиотские шутки. Вот они в машине с Крисом Моррисом, спорят о том, что закажут в Wendy’s. На большинстве кассет не было материала, связанного с массовым убийством, и тем не менее Фузильер внимательно со всем ознакомился, чтобы понять жизнь преступников.
Агент прочитал каждую строчку, написанную ребятами, и пересмотрел все видеокадры, на которых они были изображены. Очень важный момент произошел через несколько дней после трагедии, еще до того, как Фузильер увидел «подвальные пленки». Однажды Фузильер услышал цитату из записей Эрика, которую произнес специалист по борьбе с терроризмом.
– Это откуда? – спросил Фузильер.
Оказалось, это слова из дневника Эрика. Последний год своей жизни Эрик Харрис вел подробный дневник, в котором описывал свои планы.
Фузильер взял в руки дневник Эрика и прочитал строчку в самом начале: «Ненавижу весь гребаный мир».
– Когда я увидел это предложение, – вспоминал Фузильер позднее, – мне показалось, что в репетиционном зале стало совершенно тихо. Все словно исчезло. Осталась только эта фраза. Гребаный мир. Он не писал о Бруксе Брауне. Не писал о школьниках-спортсменах. Он ненавидел всех.
Фузильер прочитал несколько предложений и повернулся к агенту из отдела по борьбе с терроризмом:
– Можно мне сделать копию?
Эрик написал это предложение в тетради, листы которой были скреплены металлической спиралью. То, что видел Фузильер, не являлось оригинальным документом, это была фотокопия. Шестнадцать страниц рукописного текста, с рисунками, схемами и диаграммами. В общей сложности девятнадцать разных записей с датами. Все они сделаны в период между 10 апреля 1998-го и 3 апреля 1999-го. Последняя запись оставлена за семнадцать дней до массового убийства. Вначале каждая запись была длиной по две страницы, но потом заметки стали гораздо короче. Последние пять занимали всего полторы страницы. Листы казались темными от того, что их многократно копировали. Фузильеру было непросто разобрать почерк Эрика. «Шокирующее чтиво», – вспоминал агент.
В дневнике Эрик был гораздо более откровенным, чем на собственном сайте. На сайте, который появился за год до начала ведения дневника, Эрик просто выплескивал ненависть. Он писал о том, кого ненавидит, что хочет сделать с этим миром и что уже сделал. На сайте не было информации о том, почему он этим занимается. Дневник Эрика тоже был написан с огромной ненавистью, но в нем имелись размышления и описания того, почему он чувствует себя именно так, а не иначе.
Фузильер изучал дневник Эрика, стоя у ксерокса, а потом, все еще продолжая читать, он подошел к столу агента из отдела по борьбе с терроризмом и вместо того, чтобы вернуться на свое место, остался стоять. Он ощутил боль в спине и только после этого оторвался от чтения. Он сел на свое место и снова погрузился в записи. Бог ты мой. Он четко пишет, почему все это сделал.
Будущее показало, что понять Эрика оказалось достаточно просто. Эрик знал, что делает и зачем. А вот в случае с Диланом все оказалось гораздо труднее.
Назад: 29. Боевые задания
Дальше: Часть III Вниз по касательной

neerbark
novator.com novator.com