Книга: Ты создана для этого
Назад: Мерри
Дальше: Мерри

Сэм

Сегодня утром я проснулся рано, побрился, оделся и уже собрался выйти из дому, как меня окликнула Мерри – она усаживала Конора на его высокий детский стульчик:
– Ты куда-то едешь?
– Снова в Уппсалу – я предупреждал тебя несколько дней тому назад.
– Нет, ты ничего мне не говорил.
– Все в порядке, – сказал я, целуя их обоих. – Ты просто забыла. Знаешь, тебя иногда подводит память.
– Снова едешь?
– Меня пригласили, – сказал я. – На этот раз на встречу с исполнительным креативным директором.
– Удачи, – кивнула она.
В машине я проверил, не забыл ли мобильный, и, взглянув на часы, написал: «10 утра».
Выехал с нашей подъездной дорожки и стал медленно двигаться вдоль соседских домов. Мистер Нильссен вместе со своими лошадьми вышел на улицу. В знак приветствия я приподнял шляпу. Полагаю, что он – миллиардер. Продает лошадей в Саудовскую Аравию. Однако ездит на хонде. Как же мне нравятся шведы! Каждое утро, выходя из дому, я ощущаю, как меня переполняет радость, оттого что мы живем в этой стране и оттого, как мы здесь живем. Нам действительно повезло. Все-таки удача рано или поздно поворачивается к нам лицом.
* * *
День обещал быть прекрасным. Ясным и солнечным. Дорога была довольно свободной, поэтому я доехал быстро и спокойно.
Уже через сорок минут я нажимал на кнопку ее дверного звонка.
– Ты рано пришел, – сказала она, открыв дверь. На ней было платье из атласа цвета слоновой кости, обтягивающее ее так, что казалось, будто ее тело было покрыто густыми сливками. Длинные белокурые волосы были распущены и спускались локонами на плечи.
– Привет, Малин, – улыбнулся я.
– Заходи, – пригласила она.
Позже, сидя за столом в зале заседаний совета директоров, я наблюдал за шестью молодыми шведами, которые просматривали мой ролик. Он состоял из нескольких отснятых ранее видеоматериалов и новых съемок. Я знал, что это была хорошая работа. Я умею работать с камерой. Мне не раз говорили, что я прекрасно справляюсь с синхронизацией кадров. Да, у меня талант к этому.
Я пил маленькими глотками эспрессо из светло-зеленой чашки.
– Великолепно, – прокомментировал креативный директор, – очень динамично.
– Думаю, у меня хорошие перспективы, – сказал я. – Особенно учитывая мой опыт.
Было совсем нетрудно делать самому себе рекламу. Притворяйся, пока сам не поверишь, вот и все.
– Здесь написано, что вы преподавали в Колумбийском университете.
– Да, – подтвердил я.
– Почему вы решили поменять карьеру?
– Понимаете, – криво улыбнулся я, – после многих лет обучения молодых людей начинаешь понимать, что твоя жизнь движется в обратном направлении. Они уже все знают, а ты становишься каким-то динозавром с куском мела в руке.
«Да, а еще меня уволили», – мог бы я добавить к сказанному.
Они рассмеялись. Достойный ответ. Располагающий к себе и не слишком самоуверенный. Хорошая заготовка.
– Вы также много работали в жанре антропологического кино?
– Да, некоторое время. В основном в начале своей карьеры, когда снимал в Африке. Но я всегда мечтал создать свой фильм. Поэтому вернулся к документалистике.
Они посмотрели на меня, и я улыбнулся. И, хотя им всем не исполнилось и тридцати, они выглядели невозмутимыми и настолько уверенными в себе, будто были главными исполнительными директорами пятисот крупнейших промышленных компаний США из списка журнала «Fortune».
– Шипованные шины. Необходимо сделать рекламный ролик для компании, которая производит шипованные шины.
– Замечательно, – сказал я. – Звучит заманчиво.
Прозвенел мобильный телефон, и продюсер поднялся, чтобы ответить на звонок. Перед тем как попрощаться со мной, он положил на стол передо мной визитку.
– Извините, – произнес креативный директор, – мы сейчас очень заняты – работаем над крупным проектом. Не можем надолго отвлекаться.
Я понял, что пора уходить. Я закрыл свой ноутбук, встал и придвинул стул к столу.
– Мы с вами свяжемся, – сказал он, пожимая мне руку.
– Как прошла встреча? – спросила Мерри, когда я вернулся домой.
– Хорошо, – ответил я, – действительно хорошо.
– Чудесно, – просияла она.
Жена держала на руках Конора, которого только что искупала и собиралась укладывать спать. Глаза у него были красные, словно он долго плакал.
– Как у вас прошел день? Хорошо? – спросил я.
– Да, конечно, – сказала она. – Лучше и быть не может.
Назад: Мерри
Дальше: Мерри