Книга: Прогулки по Луне
Назад: Он постарается
Дальше: Космонавты воленс-ноленс

Так не договаривались

С тяжелым сердцем отправлялся Шельга в США для исполнения задания.
Ему сообщили, что Ветрова повезут в международный аэропорт Сан-Бернардино. Это примерно в восьмидесяти милях от тюрьмы (полтора часа на машине).
Шельга нанял мексиканцев, купил сменные американские номера для их автомобилей. Всего четыре машины. После операции перейдут мексиканскую границу, поставят родные мексиканские номера – и поминай как звали.
Группа Шельги ожидала тюремного перевозчика в горах Сан-Габриель, недалеко от Сан-Бернардино. Горы невысокие, дорога в этом месте поднимается на тысячу четыреста метров над уровнем моря. Здесь должно произойти похищение. До мексиканской границы отсюда миль сто двадцать – два с небольшим, два с половиной часа езды.
На дальнем горном повороте появился армейский вездеход «Хамви» с белыми надписями POLICE на бортах. Он будет здесь минут через десять.
– Ну, ребятишки, давайте, – произнес Шельга. – Теперь ваш «олений танец», вынимайте гитаррон, вспомните, как вас эти проклятые пиндосы называют – чиканос, wetbacks?

 

Кто-то из мексиканцев запел:
С тех пор, как моя мама
Надела на меня сомбреро…

Остальные подхватили:
…никто не посмеет называть
Меня фасолеедом-фрихолеро.

Охранники вездехода, в котором везли Ветрова, открыли окна, приветствовали веселых мексиканских парней: «Здорово, чиканос! Как дела, чаки?»
Безобидные с виду «чиканос» неожиданно взяли в коробочку джип, приставили автоматы к головам водителя и бойцов сопровождения: «Не двигаться, жми газ, водила, не снижать скорость!» Задний автомобиль вплотную состыковался с огромным тюремным вездеходом. Мексиканцы перебрались на его крышу, занесли туда тяжелый аппарат и лазером прорезали дыру прямо над Ветровым, вытащили его наверх – «осторожней, осторожней, раша, здесь острые края!» – помогли перебраться в свою машину через люк на крыше, а тюремную машину подрезали и заставили съехать на обочину. Все было рассчитано идеально, это произошло на крутом повороте горного шоссе, обочина размыта дождями, металлические отбойники сняты в связи с ремонтными работами – перевозка зэков на огромной скорости вылетела на вираж, не вписалась в поворот и соскользнула в пропасть. Й-й-ееес! Операция проведена мгновенно и без единого выстрела.
Встрепанный и обалдевший, удивленный и взволнованный, Ветров оказался лицом к лицу с Шельгой. «Юрка, ты меня не узнаешь?» – «Вова, ты, что ли? Сколько лет… Ну, ты даешь!»
Группа машин мчалась к мексиканской границе. «Гоните, чаки, что есть мочи, жмите на газ, некогда теперь размазывать сопли по стеклу, гоните, если жить хотите». «Как ты сюда попал, Вовка?» – «А ты-то как в Америке оказался? Чего ты здесь ищешь?» Друзья детства сидят в одной из машин, возбужденно кричат, перебивают, не слушают друг друга, размахивают руками, обнимаются, ерошат друг другу волосы.
«Все, Юрка, едем в Мексику, оттуда домой…» – «Но у меня же полет». – «Ты что, вообще сбрендил? Не понимаю, о чем ты, какой полет, за нами фэбээрщики гонятся, хочешь получить лет сто пятьдесят тюрьмы? Могут и грохнуть под горячую руку, обо мне и говорить нечего. Я своих наблюдателей поставил на важных перекрестках. Уже доложили – путь к Сан-Диего нам перекрыли. И еще одно: мы с тобой болтаем, а надо было сразу доложиться».
Звонит «китайский» телефон. «Вот, не дождались меня, сами звонят, нехорошо это, плохой признак». На проводе Инна, говорит сухо, держится официально.
– Знаю, Володя, это ты. Слушай внимательно. Юра рядом? Останавливаешь автомобиль. Выходите вдвоем из машины. Телефон передашь Ветрову. Скажешь так: «Юра, поговори с Инной, да, с той самой». Сам садишься в другой автомобиль, дальше едете в разных машинах. Сразу уходишь, ничего не ждешь.
– Ты что, Инна, с ума сошла? Ты чего, совсем обалдела? Это же Юрка, Юрка Ветров. У нас все в порядке, все ведь получилось. А до Мексики мы доберемся, я все проселки и объездные пути изучил. Наливайко сказал, что этот вариант… – Шельга замялся, не скажешь же «ликвидация» при Юре, – только в случае неудачного побега.
– Отставить разговоры. Майор Шельга, выполняйте команду! Через три минуты – ликвидация.
«А вот она сказала! – не постеснялась. Надеюсь, Юра не слышит».
– Но мы ведь так не договаривались!
«Жалкие слова. Как был ты щенком, опер Шельга, так и остался!»
– Я вижу вас через объектив телефона. Если отказываетесь, сигнал ликвидации поступит немедленно.
Машины тормозят и останавливаются у горного обрыва. Ветров с Шельгой выходят на шоссе. Шельге не по себе, за двенадцать лет службы он привык беспрекословно исполнять все команды, это въелось в его плоть и кровь, он понимает, что проявляет малодушие, однако передает Юре телефон:
– Поговори с Инной. Да-да, с той самой, Инной Шершень.
«Ну что за день сегодня, вначале везут в аэропорт, потом выкрадывают, и кто, кто? – Вовка Шельга, которого не видел семь или восемь лет, потом эта сумасшедшая гонка в сторону Мексики, теперь Инна, с какой стати, почему она? Она что, тоже в органах?» Растерявшийся Ветров неловко берет трубку, роняет ее на асфальт, пластиковый корпус раскалывается. Оба видят обнажившуюся начинку, в которой отчетливо выделяется вкладыш из пластита. Шельга первым приходит в себя. Хватает остатки телефона, бросает их в пропасть – «Юрка, ложись!» – оба падают лицом и животом в огромную лужу, раздается взрыв.
– Что это было, Вовка?
– Потом, потом, не до разговоров теперь, живо в машину. Гони, парень.
– А при чем здесь Инна? Кто она такая, что она тебе сказала, почему взорвался телефон?
– Лучше бы тебе этого всего не знать, Юрик, чистая душа. Беда, беда, теперь нас будут ловить и те, и другие. И зачем только ты полез в это пекло? Что это за секретный такой объект «Луна»?
– «Луна, луна, цветы, цветы, как часто в жизни не хватает нам друзей и доброты». Луна – она и есть Луна.
– Ты всегда был малахольным. Разберемся потом с твоей «Луной». Подожди, свяжусь с наблюдателями.
Назад: Он постарается
Дальше: Космонавты воленс-ноленс