Книга: Мотив для убийства
Назад: ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Дальше: ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

У Эйвери имелось имя – Синди Дженкинс. Она также уже знала название сообщества – Каппа-Каппа-Гамма. И она была в курсе дел Гарвардского университета. Лига Плюща отвергла ее в качестве первокурсницы, но она все же нашла способ просочиться в эту жизнь, благодаря своей карьере в колледже и двум парням, с которыми она встречалась в школе.
В отличие от других высших заведений, братства и женские клубы Гарварда не были официальными. Ни в самом кампусе, ни за его пределами не существовало никаких студенческих объединений. Тем не менее, вечеринки происходили довольно регулярно за его территорией в комплексах, которые назывались студентами «организациями» или специальными «клубами». Эйвери, когда сама еще училась в колледже, лично была свидетелем парадокса студенческой жизни. Буквально каждый учащийся казался полностью поглощенным знаниями до заката солнца, затем же все поголовно превращались в кучу каких-то диких тусующихся животных.
Ожидая пока загорится зеленый, Эйвери быстро нашла в Интернете информацию о том, что Каппа-Каппа-Гамма снимала два помещения в одном и том же блоке Кембриджа на Черч-Стрит. Одно из них использовалось под различные мероприятия, второе – под обычные встречи и общение.
Она проехала мост Лонгфелло, Массачусетский технологический институт (МТИ) и свернула направо на Массачусетс-авеню. Вскоре появился Гарвардский двор, пестрящий своими великолепными зданиями из красного кирпича, расположенными среди густых деревьев и вымощенных дорожек.
Парковка находилась на Черч-стрит.
Эйвери поставила машину, заперла двери и подняла лицо к солнцу. Денек выдался солнечным, температура поднялась до 26-27оС. Она посмотрела на часы: было пол одиннадцатого.
Помещение Каппы представляло собой длинное двухэтажное здание с кирпичным фасадом. На первом этаже расположились магазины одежды. Второй этаж, по предположению Эйвери, был отдан под офисное пространство, а также сообщества. Единственным указателем, ведущим на второй этаж, был звонок с синей эмблемой Гарварда. Она нажала на него.
– Да? – раздался хриплый женский голос в интеркоме.
– Полиция, – прорычала Эйвери. – Открывайте.
Повисла тишина.
– Серьезно, – вновь раздался голос. – Кто это?
– Это полиция, – вторила она. – Все хорошо. Никто не находится в беде. Мне просто необходимо поговорить с кем-нибудь из Каппа-Каппа-Гаммы.
Дверь щелкнула.
Наверху ее встретила темноволосая сонная, изможденная девушка в явно большом для нее свитере и белых спортивных штанах. Казалось, она недавно вернулась с очередной вечеринки. Волосы практически целиком закрывали ее лицо. Пол глазами виднелись темные круги, а фигура, которой она явно гордилась в обычное время, выглядела полной и бесформенной.
– Что вы хотите? – спросила она.
– Не волнуйся, – ответила Эйвери. – Мне нет дела до деятельности вашего сообщества. Я здесь, чтобы задать несколько вопросов.
– Могу я увидеть ваши документы?
Эйвери показала значок.
Девушка окинула ее взглядом, посмотрела на значок и отступила назад.
Помещение Каппа-Каппа-Гаммы было большим и довольно ярким. В комнате стояли удобные рыжевато-коричневые диваны и синие кресла-мешки. Стены были окрашены в темно-синий цвет. Тут также находились бар, аудио система и огромный телевизор с плоским экраном. Потолки были высокими, а окна практически от пола до потолка. На противоположной стороне улицы Эйвери увидела крышу другого жилого комплекса и небо, по которому проплывали облака.
Ее жизнь в колледже сильно отличалась от жизни девушек из Каппа-Каппа-Гаммы. Во-первых, она сама оплачивала себе учебу. Каждый день после занятий она подрабатывала в юридической фирме и прошла весь путь от секретаря до ассистента адвоката. Она практически никогда не пила, хотя ее отец был яростным алкоголиком. Большинство ночей она проводила либо в общежитии, изучая материалы, либо соглашалась стать тем, кто развезет всех по домам после очередной вечеринки.
На лице девушки промелькнула надежда:
– Это по поводу Синди?
– Она является тебе подругой?
– Да, моей лучшей подругой, – ответила девушка. – Пожалуйста, скажите, что с ней все хорошо.
– Как тебя зовут?
– Рейчел Штраус.
– Это ты позвонила в полицию?
– Да. Синди в субботу ушла с вечеринки немного пьяная. После этого ее никто не видел. Это не похоже на нее, – девушка закатила глаза и, слегка улыбнувшись, добавила. – Обычно она очень предсказуема. Она – мисс Совершенство, понимаете? Всегда вовремя ложится спать, у нее всегда четкий график, который не меняется. Чтобы она согласилась на что-то, нужно предупреждать за три недели. А в субботу ее будто подменили: она пила, танцевала, забыла о времени. Даже приятно было видеть это.
На секунду Рейчел словно оказалась там:
– Она была действительно счастлива, понимаете?
– На это была какая-то особая причина? – поинтересовалась Эйвери.
– Не знаю, может окончание учебы. Она уже нашла работу.
– Какую работу?
– В Devante. Это что-то типа лучшей фирмы в Бостоне. Она была бухгалтером. Знаю, что это очень скучно, но, если дело касалось цифр, она была просто гением.
– Расскажи мне о субботнем вечере.
Слезы навернулись на глаза Рейчел:
– Это связано с Синди?
– Да, – ответила Эйвери. – Может мы присядем?
Рейчел буквально упала на диван и заплакала, пытаясь говорить сквозь слезы:
– С ней все в порядке? Где она?
Больше всего в этой работе Эйвери ненавидела разговоры с родственниками и друзьями. Было столько всего, что ей требовалось обсудить. Чем больше люди узнавали о деле, тем больше они говорили и это, зачастую, выводило на преступников. Никто не осознавал этого или не придавал значения в подобные моменты, они были слишком расстроены. Все, что они хотели получить – ответы.
Эйвери присела рядом:
– Хорошо, что ты позвонила. Ты поступила правильно. Боюсь, я не могу поделиться с тобой информацией о текущей стадии расследования. Я лишь могу сказать тебе, что я делаю все, что в моих силах, чтобы узнать, что произошло с Синди в ту ночь. Но я не смогу сделать это одна. Мне нужна твоя помощь.
Рейчел кивнула и вытерла глаза:
– Я могу помочь, могу.
– Я хочу, чтобы ты рассказала все, что помнишь о той ночи и Синди. С кем она разговаривала? Было ли что-нибудь, что привлекло твое внимание? Говорила ли она что-либо необычное? Был ли кто-то, кто проявил к ней интерес? Что-нибудь о ее уходе?
Рейчел была полностью сломлена. Спустя какое-то время, она подняла руку, кивнула и попыталась прийти в себя:
– Да, конечно.
– А где все остальные? – вдруг отвлеклась Эйвери. – Я подумала, что здесь будет целая толпа девушек после вечеринки в Каппа.
– Они на занятиях, – ответила Рейчел и вытерла слезы. – Несколько человек вышли позавтракать. Кстати, – добавила она, – технически, это не место нашего сообщества. Это просто арендованное помещение, где мы остаемся, когда не хотим возвращаться в общежитие. Синди никогда тут не оставалась. Для нее это чересчур современное место, она более «домашняя».
– Где она живет?
– Общежитие находится недалеко отсюда, – сказала Рейчел. – Но в субботу она отправилась не домой. Она собиралась встретиться со своим парнем.
Эйвери слегка напряглась:
– С парнем?
Рейчел кивнула:
– Уинстон Грейвс, выпускник, гребец и просто мудак. Никто не понимал, почему она с ним встречалась. Ну, думаю, я понимала. Он красив и при деньгах. Синди никогда не хватало денег. Думаю, когда ты рождаешься не в семье богачей, это действительно привлекает.
«Да, – подумала Эйвери. – Знаю». Она вспомнила как деньги, престиж и сила, которую придавала ей работа в юридической фирме, заставили ее поверить, что она каким-то образом сильно отличалась от той пугливой девчушки, уехавшей из Огайо.
– Где живет Уинстон? – спросила она.
– На площади Уинтроп, это совсем близко. Но Синди не дошла до него. Уинстон приходил в воскресенье рано утром, разыскивая ее. Он решил, что она забыла об их планах и отключилась. Поэтому мы вместе пошли к ней, но дома ее также не было. Тогда я и позвонила в полицию.
– Могла ли она пойти куда-то еще?
– Точно нет, – ответила Рейчел. – Это совсем уж не похоже на Синди.
– Получается, ты уверена, что когда она ушла отсюда, она направилась к Уинстону.
– Абсолютно уверена.
– Могло ли что-то изменить ее планы? Что-нибудь, что произошло вечером или даже под конец?
Рейчел мотнула головой:
– Нет. Ну, было кое-что. Но я уверена, что это ничего не означает. Тут был парень, который уже давно влюблен в Синди. Его зовут Джордж Файн. Он симпатичный, внимательный, одинокий, но немного странный. Понимаете о чем я? Он много тренируется и бегает вокруг кампуса. В прошлом году у меня были с ним занятия. Одной из наших шуток было то, что практически каждый семестр с момента поступления он выбирал те же занятия, что и Синди. Он просто бы одержим ею. Он был здесь в субботу и необычным было то, что Синди танцевала с ним и даже поцеловалась. Абсолютно не в ее характере. Я имею в виду, что она встречается с Уинстоном. Нельзя сказать, что у них идеальные отношения, но она была очень пьяна и возбуждена. Они поцеловались, потанцевали и она ушла.
– Джордж пошел за ней?
– Я честно не знаю, – сказала она. – Не помню, чтобы видела его после ухода Синди, но я тоже была достаточно пьяна.
– Ты помнишь во сколько она ушла?
– Да, – ответила Рейчел. – Ровно в 2:45. В субботу должна была состояться наша ежегодная вечеринка, посвященная 1-му апреля, и мы собирались разыграть всех. Но было так весело, что все забыли об этом, пока не ушла Синди.
Рейчел опустила голову. Комната на какое-то время наполнилась тишиной.
– Ладно, – произнесла Эйвери. – Это была действительно важная информация. Спасибо. Вот моя визитка, если ты еще что-нибудь вспомнишь или другие девочки смогут что-то добавить, сообщите мне. Даже маленькая деталь может дать нам сейчас преимущество в расследовании.
Рейчел повернулась к ней со слезами на глазах. Они покатились по ее щекам, но голос оставался спокойным и ровным:
– Она мертва, да?
– Рейчел, я не могу.
Девушка кивнула, обхватила лицо руками и, наконец, разрыдалась в полную силу. Эйвери наклонилась и крепко обняла ее.
Назад: ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Дальше: ГЛАВА ШЕСТАЯ