Книга: Вся Стальная Крыса. Том 2
Назад: Глава 10
Дальше: Глава 12

Глава 11

На вечернем представлении мне пришлось потрудиться до седьмого пота, чтобы выбросить из головы все мысли о неприятностях и не разочаровать зрителей. Потом мы с Анжелиной сняли грим, переоделись и вернулись на такси в гостиницу. В номере мигала лампочка автоответчика. Я нажал на кнопку, прослушал сообщение: “Здрасьте, предки, это Джеймс. Я уже купил билеты. Прямого рейса на Феторр отсюда нет, так что не знаю, когда мы встретимся. Через несколько минут мой лайнер вылетает на Гелиор. Я привезу новый, невероятно усовершенствованный компьютер. Как только узнаю время прибытия, сообщу”.
— Помощь идет.
Я потянулся за бутылкой крепкого. И замер. Наши дела приняли очень непростой оборот, и не стоило их еще больше усложнять, затуманивая себе мозги алкоголем. Я обошелся рюмочкой сухого шерри и сигарой. Глориана умоляюще гремела иголками. Я наклонился и почесал ее между ушами.
Я чувствовал, как давит на меня зловещий рок, и мне это совсем не нравилось. Должно быть, Анжелина поняла все по выражению моего лица. Она села рядом на диванчик и взяла меня за руку.
— Дорогой супруг, у тебя очень мрачный вид. Не хочешь ли рассказать, что у тебя на сердце?
Я благодарно пожал ей руку и хлопнул рюмашку.
— Я выгляжу мрачно, потому что я мрачен. Меня не оставляет ощущение, что ситуация вышла из-под контроля. А я, как тебе известно, привык опережать события, держать в руках вожжи собственной судьбы. Чего сейчас, увы, не происходит. Ты только взгляни на все эти беды и несчастья, что сыплются на наши головы со дня прибытия на убогую планету! Сначала ограбили банк Кайзи и обвинили в преступлении Боливара. Согласен, мы вытащили его из каталажки, но теперь вынуждены прятать среди уродов до прибытия Джеймса. Затем — второй обчищенный банк, и этим банком, как мы знаем, негласно владеет Кайзи, а на месте преступления остается крыса из нержавеющей стали. Теперь полиция решает приглядеться к моей скромной персоне и подвергает экспертизе каждый миллиметр моих совершенно подлинных документов. Все это в совокупности поджаривает мне пятки, и я вынужден задать себе вопрос: стоит ли такая свистопляска четырех миллионов кредитов в день?
— И что ты себе отвечаешь?
— Что давно пора делать ноги.
— И сделаем?
— А то нет? На свете много других способов зарабатывать деньги — и законных, и незаконных. У меня здорово полегчает на душе, если мы решим испробовать новые возможности.
— Так мне собирать чемоданы?
Я отрицательно помотал головой.— Подождем до завтрашнего представления. Из всей этой каши мне удалось вылущить один неоспоримый факт: Пьюссанто, наш подозреваемый, не такой простак, каким прикидывается. Я хочу выяснить, кто он на самом деле. Завтра, когда он выйдет на сцену, я покопаюсь в его компьютере. И сразу после этого мы уберемся отсюда, захватив с собой Боливара.
— План недурен, но мне не нравятся два нюанса. Во-первых, твои документы находятся в полиции, а во-вторых, у Боливара вообще нет документов. И к тому же местная — и далеко не самая лучшая — порода блюстителей правосудия разыскивает его за побег из тюрьмы.
— Похоже, ты забыла, что разговариваешь с непревзойденным мастером подделки. Не вижу проблем. К утру у нас с Боливаром будут новые ксивы. А во-вторых?
— Мы что, оставим Джеймса прикрывать наш отход?
— Ни в коем случае. — Я налил еще рюмку шерри и осушил одним глотком. — Наш новый форс-мажорный план позволяет сбежать до его прибытия. Если мы отказываемся от сложного расклада, по которому Джеймс теоретически занимает место брата в банке, то зачем он вообще нам здесь нужен? Свяжемся с ним, дадим отбой. Боюсь, что работенка за четыре миллиона кредитов в день превращается в кошмар. Напомни, где у него первая остановка?
— На Гелиоре.
Я схватил телефон.
— Отправлю туда межзвездограмму. Пускай сидит и дожидается нас.
— Абсолютно с тобой согласна.
Из Глорианиной корзины донеслось сонное хрюканье.
— Давай возьмем пример с этого очаровательного существа и хорошенько выспимся. По-моему, нам это не повредит.
Так мы и сделали. А утром, после завтрака, Анжелина вооружилась тугим кошельком и отправилась на поиски нечистоплотного агента бюро путешествий. Или это тавтология? Я же занялся подделкой документов, для чего прибег к скрытым способностям нашей портативной рации. Настало время похвалить себя за предусмотрительность: отправляясь на Феторр, я оборудовал в стандартном корпусе рации тайничок. К возвращению Анжелины все было готово.
— Есть. — Я помахал толстым конвертом. — А у тебя как дела?
— Больше всего времени ушло на разборки с субчиками, которые нашли меня привлекательной. Сейчас шестеро мирно спят, а один, боюсь, угодил в больницу.
— Уверен, поделом.
— Ты и сам не представляешь, до какой степени прав. Жулик-таксист привез меня в бар, где, по его уверениям, сшивается местная мафия. Он не обманул. Тот, кого я отправила в больницу, — бывший телохранитель туземного капо. Крестный отец остался в таком восторге от расправы над его прихвостнем, что сразу предложил пойти к нему в “торпеды”. Когда я его убедила, что не работаю на полицию и единственное мое желание — поскорее счистить с обуви грязь этой жуткой планеты, он связался со специалистами по контрабанде.
— Контрабанде чего?
— Не уточняла. Как бы то ни было, в конце концов мы ударили по рукам. Вот три билета на полуночный поезд на воздушной подушке. Он нас довезет до Мтумвапорта. Это промышленный город, известный своей загрязненностью и высоким уровнем смертности.
— Чудненько. А зачем нам этот курорт?
— Затем, что к нему примыкает региональный промышленный космодром. И мы — в списке экипажа звездолета, который отбывает завтра с грузом сталепроката.
— Мне это нравится! Что у нас за должности?
— Я — помощник кока. Вы с Боливаром — техники в машинном отделении.
— В пути придется вкалывать?
— Не придется, если я вручу капитану вторую половину взятки.
Каждый из нас подготовил в дорогу одну сумку — все остальное необходимо было оставить. Глориана внимательно наблюдала за сборами, наконец вопросительно хрюкнула. Анжелина нахмурилась.
— Заберем ее с собой?
— А что будет, когда нас хватятся? Тебе не кажется, что семейная пара, путешествующая в обществе свинобраза, очень бросается в глаза?
— Ты совершенно прав. Но если бросим бедняжку, ее дни сочтены.
Это не вызывало сомнений. Я посмотрел на нашу очаровательную питомицу и явственно представил шмат сала.
— Решим ее судьбу позже? — спросила Анжелина.
— Нет, не будем откладывать. Звони в зоомагазин, заказывай собачью будку на колесиках.
В “Колоссео” мы приехали рано. Я переоделся и дождался выхода Пьюссанто на сцену. На выступление силача я отвел тридцать одну минуту и, включив секундомер, быстро пробрался в его уборную. Запершись изнутри, достал компьютерные брошюрки и включил машину. Я уже знал, что имею дело с дешевой штамповкой и ее пароль несложно обойти. На эту задачу ушло десять минут. Я положил секундомер на виду и зарылся в файлы. В основном платежки, бухгалтерские отчеты. Но ни единого намека на то, какое отношение ко всему этому имеет наш силач.
Оставалось десять минут. Потея, я залез в другую директорию. Пора убираться. У меня по шее бежали мурашки. Не от страха — от сквозняка!
Я резко развернулся. В дверях стоял Пьюссанто. Жуткие глазки пылали. Он затворил за собой дверь. Вот он, кошмар наяву! Я заперт вместе с монстром!
— Убью! — лаконично пообещал он и ринулся в атаку.
С одной стороны, этой горе мышц недоставало проворства, но с другой, уборная была невелика. Единственное окошко загораживали толстые металлические прутья. Я отскочил назад, запрыгнул на сундук и ласточкой сиганул через стенобитную башку и ручищи со скрюченными пальцами. Еще в прыжке угодил отмычкой в замочную скважину. Рванул дверь на себя…
И тут ее захлопнула огромная, как свиной окорок, рука. Каменные пальцы жестоко вонзились в мою шею. Оторвали меня от пола, затрясли, как пыльный коврик. Я перхал, я не мог говорить, я задыхался. И вдруг Пьюссанто выронил меня.
Я успел судорожно глотнуть воздуха, но в следующий момент на грудь опустилась тяжеленная ножища. Сразу вспомнилось, как силач перекусывал стальной прут, как крушил головой кирпичную стену.
— Я могу объяснить, — прохрипел я наконец.
— Валяй.
— Я не тот, за кого себя выдаю…
— Полицейский шпион!
Нога нажала, и я зажмурился, боясь услышать треск ребер.
— Нет! Я… Частный сыщик!
— Кто тебя нанял?
Я понял, что ситуация совершенно не подходит для вранья и уверток.
— Банкир! Очень богатый делец по имени Имперетрикс фон Кайзер-Царский.
— Врешь!
Он надавил сильнее, и у меня потемнело в глазах. Словно издали донеслись слабые крики: “Нет! Нет!” Снова и снова… Неужели это мой голос?
И вдруг отлегло. Могучая рука подняла меня и бросила в кресло. Постепенно в глазах прояснилось, и я увидел, что чудовище спокойно сидит передо мной. Потом оно заговорило:
— Ну что ж, не слишком могучий Марвелл, на сей раз фокус не удался. В комнате у меня спрятан необнаружимый “жучок”. Поэтому я всегда узнаю, если в мое отсутствие сюда проникает незваный гость. И сегодня я раньше времени покинул сцену, чтобы посмотреть, кто это вторгся тайком в мое жилище.
— У тебя вдруг прорезалось красноречие.
— Верно. Но никто об этом не узнает, если вздумаешь лгать.
Температура упала градусов на десять. Он улыбнулся.
— Мы поняли друг друга, а потому расслабься и выкладывай, что тебя сюда привело.
Я выложил. Как на духу. Ну, разве что не коснулся ярких страниц своей биографии до работы на Кайзи. Межзвездный частный сыщик, вот кто я такой.
Пьюссанто кивал и слушал. Когда я закончил, он, по-видимому, решил спокойно обдумать мои слова. Наконец снова кивнул.
— До чего же нелепо, Джим, выглядит твоя история. Расскажи кому другому, он бы ни за что не поверил. Но я верю. Потому что я, ведя расследование на этой планете, тоже натыкался на следы твоего работодателя. Да, здесь творятся нечистые дела, и насколько я, изучив их лишь поверхностно, могу судить, твой приятель Кайзи принимает в аферах живейшее участие. Да будет тебе известно, я ГНУС.
— Ошибаешься! Да я съезжу по носу любому, кто тебя так назовет.
— Не гнус, а ГНУС. Галактического налогового управления следователь.
— Фискал!
Поистине, я вижу дурной сон.
— В таких мирах, как этот, где процветает уклонение от уплаты налогов, моя профессия — самая что ни на есть полезная. Без налоговых кодексов в космосе воцарилась бы анархия. А Феторр — родина невероятно жадных, даже героических в своей жадности, неплательщиков. И возглавляет список подозреваемых твой работодатель.Все это не укладывалось у меня в голове.
— Налоговый инспектор… кто бы мог подумать!
— Никто. У меня идеальная маскировка. Скудоумная гора мышц — не правда ли, остроумно? Мне изрядно надоело читать лекции — да будет тебе известно, я возглавляю кафедру фидуциарной непримиримости в одном престижном университете. А потому, когда пошли доклады о налоговых бесчинствах здешних финансовых воротил, я добровольно взялся вывести их на чистую воду. И с этой целью воспользовался своими естественными активами.
— Естественными активами?
Я уже чувствовал, что чего-то недопонимаю.
— Надеюсь, ты слышал о Транторе? Это моя родная планета.
— Извини, но в галактике тысячи обитаемых миров. — Верно, однако с такой массой, как у Трантора, найдется немного. Планетарная гравитация в три с лишним раза превышает стандартную. То есть у нас три “же” на поверхности.
— Ах, вот оно что! Стоит ли удивляться тому, что ты вытворяешь на сцене!
— Да, в ваших крошечных мирках я кажусь себе перышком. Порой даже летаю во сне. Но поговорим о более важном. Человек, которого ты зовешь Кайзи, — межзвездный финансист и владелец огромного состояния. И он подозревается в…
Резкий стук в дверь заставил его оборвать фразу.
— Заперто! — прорычал он, мгновенно вернувшись в образ Пьюссанто. — Кыш!
— Мне надо поговорить с Могучим Марвеллом, — раздался невнятный голос.
— Вы знаете…
— Не знаю! — взревел мой собеседник. — Пшел! Снова стук. Я утратил дар речи, потому что Пьюссанто схватил меня за шею и на вытянутой руке поднял перед дверью. И отворил.
— Че? — спросил он. — Ты кто?
— Человек-Мегалит, — ответил скрежещущий голос. — Я ищу Могучего Марвелла.
Я брыкался, корчился и наконец сумел выдавить несколько слов. — Впусти… его… Все в порядке…
И свалился на пол.
Вошел Человек-Мегалит и посмотрел на распростертого меня.
— Папа, ты цел?
Пьюссанто затворил дверь и перевел взгляд с меня на Человека-Мегалита.
— Если это твой сын, то у тебя явно рецессивные гены.
— Рабочий костюм, — пояснил Боливар, снимая голову Человека-Мегалита. — У нас большие неприятности. Когда Пьюссанто неожиданно ушел со сцены, мама очень встревожилась. Велела мне найти его уборную, но не успела сказать зачем. Представление сорвано, театр набит легавыми. Я заметил, как трое направились сюда. Все входы и выходы, кроме одного, заперты, зрителей выпускают по очереди после тщательного обыска.
— Не догадываешься, в чем тут дело? — спросил Пьюссанто.
— А что тут догадываться? — Сын посмотрел на меня с невеселой улыбкой. — У плоскостопых твоя фотография, и они спрашивают всех подряд, известно ли им что-нибудь о Стальной Крысе.
Назад: Глава 10
Дальше: Глава 12