56
Кристиансхавн, апрель 2014 года
Томас вошел в аудиторию Архитектурного училища, находившегося в районе Хольмен в одном из зданий военно-морских складов. Народу в аудитории было битком, все места были заняты, некоторые учащиеся расположились по бокам зала. За кафедрой в наушниках стояла Луиза и читала лекцию. На доске у нее за спиной было написано название лекции – «Память городов», и хотя Томас не имел никакого представления, что это могло значить, на него произвело большое впечатление, как Луиза владела студенческой аудиторией. В том, как спокойно и уверенно звучал ее голос, как размеренны были жесты, чувствовалось что-то стоическое. Он невольно вспомнил, как однажды зашел за Евой в городской суд и увидел, как она выступает на процессе. Он уже забыл, о чем шла речь, потому что не старался тогда вникнуть в суть дела. Сидя в заднем ряду, он просто любовался ее силой и профессионализмом, чувствуя гордость оттого, что это его возлюбленная удерживает внимание всего зала. Он никогда не рассказывал Еве об этом случае и сейчас об этом жалел, несмотря на проклятые эсэмэски. Оставалось только надеяться, что она догадалась по выражению его лица, как он ею восхищается.
Через сорок минут лекция кончилась, и Луиза спустилась с кафедры. Когда она направилась к выходу, за ней толпой потянулись студенты, и Томас не мог к ней подойти, а только издалека смотрел, как она прошла к студенческой столовой, расположенной во дворе в одном из приземистых зданий.
Томас вошел в продолговатое помещение, в котором витали запахи бутербродов и фритюра. За длинными столами громко и оживленно разговаривали студенты. Он отыскал глазами Луизу, она стояла спиной к нему в нескольких шагах. Потянув Мёффе за поводок, он подошел:
– Луиза!
Она удивленно обернулась, но по ее выражению видно было, что она рада его видеть.
– Здравствуй! Откуда ты узнал, что я… – начала она, но тут же сама себе ответила: – Ну да. Я же оставила тебе визитную карточку.
Томас кивнул:
– Очень интересная лекция!
– Ты на ней присутствовал?
Она улыбнулась и увела его в сторону от группы учащихся, которые проводили их любопытными взглядами, по-видимому недоумевая, что общего у их элегантной преподавательницы с незнакомцем в кожаной куртке и с толстой собакой на поводке.
– Я и не знала, что ты интересуешься архитектурой.
– А как же! «Память городов» и все такое – мои самые любимые темы. – (Она невольно улыбнулась.) – Есть новости о твоем брате?
Она покачала головой:
– Он по-прежнему не отвечает. Я еще раз попыталась связаться с Ренатой Шуман, несмотря на то что ее аккаунт закрыт.
– Значит, ты по-прежнему намерена ехать в Берлин?
– Через три дня еду, как только закончится симпозиум. А что?
Томас дернул поводок, так как Мёффе заинтересовался содержимым мусорного ведра.
– Если ты все еще хочешь взять меня в сопровождающие, то…
Она схватила его за руку и крепко пожала:
– Ты не шутишь?
Он кивнул.
Она радостно улыбнулась ему в ответ, и Томас увидел, что она даже порозовела от волнения.
– Я постараюсь заказать второй билет на самолет и еще один номер в отеле. Мы остановимся в самом центре, на Александерплац. Я подумала, что оттуда удобнее всего будет начать.
– Луиза, – прервал он обрушившийся на него поток речи, – прежде чем ты дашь согласие на то, чтобы я с тобой ехал, нам сначала нужно кое о чем договориться.
– Ну конечно, – сказала она, отпуская его руку.
– Я плачу за себя сам. Это не обсуждается.
Она кивнула:
– О’кей. Что еще?
Томас вздохнул и понизил голос:
– Я, конечно, хорошо понимаю, что ты питаешь к брату родственные чувства, однако это не отменяет того, что он совершил преступление.
Она опустила глаза.
– Если мы отыщем Могенса и он сам не явится с повинной, то я буду вынужден информировать власти о его местонахождении.
– Я понимаю. – Луиза заморгала и кивнула с подавленным видом. – Еще что-нибудь?
– Да. Относительно денег, которые нужно вернуть. Эти деньги не принадлежат ни Могенсу, ни Лауритцену. Они будут прямиком возвращены в государственную казну. А это может стать отягчающим моментом при вынесении приговора Могенсу, а следовательно, Лауритцен будет привлечен к суду за неуплату налогов.
– Если иначе нельзя… – сказала она, пожимая плечами. – Я только хочу убедиться, что с Могенсом все благополучно, а в остальном – будь что будет.
– То есть это нужно понимать так, что ты по-прежнему хочешь взять меня в провожатые?
– Смотри не забудь упаковать зубную щетку! – с улыбкой ответила Луиза.
Она повернулась и направилась к группе поджидавших ее студентов, которые все это время не спускали глаз с Луизы и Томаса.