Загрузка...
Книга: Знаменитые загадки природы (знаменитые)
Назад: Мохнатый ящер Чупакабра
Дальше: Первобытный мини-этнос догонов

Люди Х: прошлое и настоящее

Мохнатое племя с Курильских островов

Айны – загадочное племя, из-за которого учеными разных стран сломано великое множество копий. Они белолицые и прямоглазые (мужчины к тому же отличаются сильной волосатостью) и по своему внешнему облику разительно отличаются от других народов Восточной Азии. Они явно не монголоиды, скорее тяготеют к антропологическому типу Юго-Восточной Азии и Океании. Охотники и рыболовы, на протяжении веков почти не знавшие земледелия, айны тем не менее создали необычную и богатую культуру. Их орнамент, резьба и деревянная скульптура удивительны по красоте и выдумке; их песни, танцы и сказания прекрасны, как всякие подлинные творения народа.

 

Каждому народу свойственна неповторимая история и самобытная культура. Науке в большей или меньшей степени известны этапы исторического развития того или иного этноса. Но в мире существуют народы, происхождение которых остается загадкой. И в наши дни они продолжают волновать умы ученых-этнографов. К числу таких этносов в первую очередь относятся айны – аборигены Дальневосточного региона.

Это был интереснейший, красивый и здоровый от природы народ, поселившийся на Японских островах, южном Сахалине и Курилах. Сами себя они называли различными племенными именами – «соя-унтара», «чувка-унтара». Слово «айну», которым их привыкли называть, – не самоназвание этого народа. Оно означает «человек». Эти аборигены выделены учеными в отдельную айнскую расу, сочетающую во внешнем облике европеоидные, австралоидные и монголоидные черты.

Историческая проблема, возникающая в связи с айнами, – это вопрос их расового и культурного происхождения. Следы существования этого народа обнаружены даже в местах неолитических стоянок на Японских островах. Айны – это древнейшая этническая общность. Их прародители – носители культуры «дземон» (дословно «веревочный орнамент»), насчитывающей почти 13 тысяч лет (на Курильских островах – 8 тысяч лет).

Начало научному изучению дзёмонских стоянок было положено немецкими археологами Ф. и Г. Зибольдами и американцем Морсом. Полученные ими результаты значительно разнились между собой. Если Зибольды со всей ответственностью утверждали, что дзёмонская культура – творение рук древних айнов, то Морс был осторожнее. Он не соглашался с точкой зрения своих немецких коллег, но в то же время подчеркивал, что дзёмонский период существенно отличается от японского. А что же сами японцы, которые называли айнов словом «эбису»? Большинство из них не соглашалось с выводами археологов. Для них аборигены были всегда только варварами, о чем свидетельствует, например, запись японского хрониста, сделанная в 712 году: «Когда наши возвышенные предки спустились на корабле с неба, на этом острове (Хонсю) они застали несколько диких народов, среди них самыми дикими были айны».

Но как свидетельствуют археологические раскопки, предки этих «дикарей» задолго до появления на островах японцев создали там целую культуру, которой может гордиться любой народ! Именно поэтому официальная японская историография предпринимала попытки соотнести создателей дзёмонской культуры с предками современных японцев, но никак не с айнами. И все же большинство ученых сходятся во мнении, что культура айнов была настолько жизнеспособна, что оказала влияние на культуру своих поработителей – японцев. Как указывает профессор С. А. Арутюнов, айнские элементы сыграли существенную роль в формировании самурайства и древней японской религии – синтоизма. Так, например, айнский воин – джангин – имел два коротких меча, 45–50 см длиной, слабоизогнутые, с односторонней заточкой и дрался ими, не признавая щитов. Кроме мечей, айны носили два длинных ножа («чейки-макири» и «са-макири»). Первый был ритуальным ножом для изготовления священных стружек «инау» и совершения обряда «пере» или «эритокпа» – ритуального самоубийства, которое потом переняли японцы, назвав харакири, или сэппуку (как, кстати, и культ меча, специальные полочки для меча, копья, лука). Мечи айны выставляли на всеобщее обозрение только во время Медвежьего праздника. Старинное предание гласит: «Давным-давно, после того как эта страна была создана Богом, жили старик-японец и старик-айн. Деду-айну было велено сделать меч, а деду-японцу – деньги». Далее объясняется, почему у айнов был культ мечей, а у японцев – жажда денег. Айны осуждали своих соседей за стяжательство.

Шлемов айны не носили. От приироды они имели длинные густые волосы, которые сбивались в колтун, образуя подобие естественного шлема. О воинском искусстве айнов в настоящее время известно очень мало. Считают, что праяпонцы переняли у них практически все. Вообще-то айны сражались не только с японцами. Сахалин, к примеру, они отвоевали у «тонци» – низкорослого народца, действительно коренного населения Сахалина. Остается добавить, что японцы боялись открытого боя с айнами, завоевывали и вытесняли их хитростью. В древней японской песне говорилось, что один «эмиси» (варвар, айн) стоит ста человек. Существовало поверье, что они могли напускать туман.

Изначально айны жили на островах Японии (тогда она называлась Айнумосири – земля айнов), пока не были оттеснены на север праяпонцами. На Курилы и Сахалин они пришли уже в XIII–XIV веках. Следы их пребывания находили также на Камчатке, в Приморье и Хабаровском крае. Многие топонимические названия Сахалинской области носят айнские названия: Сахалин (от «Сахарэн Мосири» – «волнообразная земля»); острова Кунашир, Симушир, Шикотан, Шиашкотан (слова-окончания «шир» и «котан» означают соответственно «участок земли» и «поселение»). Чтобы занять весь архипелаг до Хоккайдо включительно (тогда он назывался Эдзо) японцам потребовалось более двух тысяч лет (самые ранние свидетельства о стычках с айнами датируются 660 годом до н. э.).

Существует достаточно фактов культурной истории айнов, и, казалось бы, можно с высокой степенью точности вычислить их происхождение. Во-первых, можно предположить, что в незапамятные времена всю северную половину главного японского острова Хонсю населяли племена, являющиеся или прямыми предками айнов или стоящие по своей материальной культуре очень близко к ним. Во-вторых, известны два элемента, которые составляли основу орнамента айнов, – спираль и зигзаг; в-третьих, не подлежит сомнению, что исходным моментом айнских верований был первобытный анимизм, то есть признание существования души у любого существа или предмета. И наконец, достаточно хорошо изучены общественная организация айнов и способ их производства.

Но оказывается, что фактологический метод не всегда оправдывает себя. Например, доказано: спиральный орнамент никогда не был достоянием одних лишь айнов. Он широко использовался в искусстве жителей Новой Зеландии – маори, в декоративных рисунках папуасов Новой Гвинеи, у неолитических племен, живших в нижнем течении Амура. Что это – случайное совпадение или следы существования определенных контактов между племенами Восточной и Юго-Восточной Азии в какой-то отдаленный период? Но кто был первым, а кто перенял открытие? Также известно, что поклонение медведю и его культ были распространены на обширных территориях Европы и Азии. Но у айнов он резко отличен от ему подобных у других народов, ибо только они вскармливали жертвенного медвежонка грудью женщины-кормилицы! Особняком стоит и язык айнов. Одно время считалось, что он не находится в родстве ни с каким другим языком, но сейчас некоторые ученые сближают его с малайско-полинезийской группой. А языковеды обнаружили в языке айнов латинские, славянские, англо-германские и даже санскритские корни. К тому же этнографы до сих пор бьются над вопросом – откуда в этих суровых землях появились люди, носящие распашной (южный) тип одежды. Платье-халат, выделанное из волокон древесины и украшенное традиционным орнаментом, одинаково хорошо смотрелось на мужчинах и на женщинах. Праздничные белые халаты шились из крапивы. Летом айны носили набедренную повязку южного типа, зимой шили себе одежды из меха. Лососевые шкуры использовались ими для изготовления мокасин до самых колен.

Айнов поочередно причисляли и к индо-ариям, и к австралоидам и даже европейцам. Сами же айны считали себя прилетевшими с небес: «Было время, когда первые айны спустились из Страны облаков на землю, полюбили ее, занялись охотой, рыболовством, чтобы питаться, танцевать и плодить детей» (из айнского предания). И действительно, жизнь этих удивительных людей была полностью связана с природой, морем, лесом, островами. Они, занимаясь собирательством, охотой, рыбной ловлей, соединили знания, умения и навыки многих племен и народов. Например, как таежники, ходили на охоту; собирали дары моря, как южане; били морского зверя, как жители севера. Айны строго хранили секрет мумифицирования усопших и рецепт смертельного яда, добываемого из корня растения аконит, которым пропитывали наконечники своих стрел и гарпунов. Они знали, что этот яд быстро разлагается в теле убитого животного и мясо можно будет употреблять в пищу.

Орудия и оружие айнов были весьма похожи на те, которыми пользовались и другие сообщества предисторических людей, живших в аналогичных климатических и географических условиях. Правда, они обладали одним существенным преимуществом – у них был обсидиан, которым богаты Японские острова. При обработке обсидиана грани получались более гладкими, чем у кремня, так что наконечники стрел и топоры дзёмонцев можно отнести к шедеврам неолитического производства. Из оружия самыми главными были лук и стрелы. Высокого развития достигало производство гарпунов и удочек, изготовлявшихся из оленьих рогов. Словом, и орудия, и оружие дзёмонцев типичны для своего времени, и несколько неожиданно лишь то, что люди, не знавшие ни земледелия, ни скотоводства, жили довольно многочисленными сообществами.

А сколько загадочных вопросов породила культура этого народа! Древние айны создавали удивительную по красоте керамику ручным лепным способом (без какого-либо приспособления для верчения посуды, а тем более гончарного круга), украшая ее причудливым веревочным орнаментом, и загадочные статуэтки догу. Все делалось вручную! И все же керамике дзёмона отводится особое место в примитивной керамике вообще – нигде контраст между отполированностью ее орнамента и крайне низкой «технологией» не выглядит разительнее, чем здесь. К тому же айны были едва ли не самыми ранними земледельцами Дальнего Востока. И вновь вопрос! Почему же они утратили эти навыки, став лишь охотниками и рыболовами, сделав по сути, тем самым в развитии шаг назад? Почему самым причудливым образом у айнов переплетаются черты разных народов, элементы высокой и примитивной культур?

Будучи от природы народом очень музыкальным, айны любили и умели веселиться. Тщательно готовились к праздникам, из которых самым главным был медвежий. Айны обожествляли все вокруг себя. Но особенно почитали они медведя, змея и собаку.

Ведя на первый взгляд примитивную жизнь, они дали миру неподражаемые образцы искусства, обогатили культуру человечества ни с чем не сравнимыми мифологией и фольклором. Всем своим видом и жизнью они как бы отрицали устоявшиеся представления и привычные схемы культурного развития.

Одним словом, загадок с течением времени становилось все больше, а ответы приносили все новые проблемы. Известно точно только одно, что их жизнь на Дальнем Востоке была исключительно трудной и трагической. Когда в XVII веке русские землепроходцы достигли «самого дальнего востока», их взорам открылось безбрежное величественное море и многочисленные острова. Но больше завораживающей природы изумлены они были обликом туземцев. Перед путешественниками предстали заросшие густыми бородами люди с широкими, как у европейцев глазами, с крупными, выступающими носами, похожие на кого угодно: на мужиков из России, на жителей Кавказа, на цыган, но только не на монголоидов, которых казаки и служилые люди привыкли видеть всюду за Уральским хребтом. Землепроходцы окрестили их «мохнатыми курильцами».

Сведения о курильских айнах русские ученые почерпнули из «записки» казачьего атамана Данилы Анцыферова и есаула Ивана Козыревского, в которой они извещали Петра I об открытии Курильских островов и о первой встрече русских людей с аборигенами тамошних мест. Это произошло в 1711 году. «Оставив байдары сохнуть, пошли берегом на полдень и к вечеру увидели то ли дома, то ли чумы. Держа пищали наготове – кто знает, что там за люди, – направились к ним. Навстречу высыпало человек полсотни, одетых в шкуры. Смотрели без испуга и были облика необыкновенного – волосатые, длиннобородые, но с белыми лицами и не раскосые, как якуты и камчадалы». Несколько дней покорители Дальнего Востока через толмача пытались склонить «мохнатых курильцев» под государеву руку, но те отказались от такой чести, заявив, что никому ясак не платили и платить не будут. Только и узнали казаки, что земля, на которую они приплыли, остров, что на полдень за ним лежат другие острова, а еще дальше – Матмай, Япония.

Через 26 лет после Анцыферова и Козыревского Камчатку посетил Степан Крашенинников. Он оставил после себя классический труд «Описание земли Камчатки», где, помимо других сведений, дал подробную характеристику айнов как этнического типа. Это было первым научным описанием племени. Век спустя, в мае 1811 года, здесь побывал знаменитый мореплаватель Василий Головнин. Будущий адмирал в течение нескольких месяцев изучал и описывал природу островов и быт их жителей; его правдивый и красочный рассказ об увиденном высоко оценили как любители словесности, так и ученые специалисты. Отметим и такую деталь: переводчиком у Головнина служил курилец, то есть айн, Алексей. Нам неизвестно, какое имя носил он «в миру», но его судьба – один из многочисленных примеров контакта русских с курильцами, которые охотно обучались русской речи, принимали православие и вели с нашими пращурами оживленную торговлю.

Курильские айны, по свидетельству очевидцев, были очень добрыми, приветливыми и открытыми людьми. Европейцы, посещавшие в разные годы острова и обычно кичившиеся своей культурой, предъявляли высокие требования к этикету, однако они отмечали характерную для айнов галантность манер. Голландский мореплаватель де Фриз писал: «Их поведение в отношении иностранцев настолько просто и искренне, что лучше не могли бы вести себя образованные и вежливые люди. Являясь перед чужестранцами, они одеваются в свои лучшие платье, произносят простительно свои приветствия и пожелания, склоняют голову». Возможно, именно это добродушие и открытость не позволили айнам противостоять пагубному влиянию людей с Большой земли. Регресс в их развитии наступил тогда, когда они оказались между двух огней: теснимые с юга японцами и с севера – россиянами. Случилось так, что эта этническая ветвь – курильские айны – оказалась стерта с лица Земли. Ныне айны проживают в нескольких резервациях на юге и юго-востоке о. Хоккайдо, в долине реки Исикари. Чистокровные айны практически выродились или ассимилировались с японцами и нивхами. Сейчас их всего 16 тысяч, и численность продолжает резко сокращаться. Жизнь современных айнов разительно напоминает картину жизни древних дзёмонцев. Их материальная культура на протяжении минувших столетий изменилась столь незначительно, что эти изменения могут не приниматься в расчет. Они уходят, но жгучие тайны минувшего продолжают волновать и тревожить, распалять воображение и питать неиссякаемый интерес к этому удивительному самобытному и ни на кого не похожему народу.

Назад: Мохнатый ящер Чупакабра
Дальше: Первобытный мини-этнос догонов

Загрузка...