Грабеж Портобело
В самом начале января 1680 года все они собрались в Порт-Моранте, что у юго-восточной оконечности Ямайки, замыслив повторить «подвиг» Генри Моргана двенадцатилетней давности и совершить поход против Портобело. Выбрав Коксона генералом, эти пираты 7 (17) января отплыли с попутным ветром в сторону Картахены. В открытом море англичане встретили французскую пиратскую бригантину под командованием Жана Роза. Узнав о планах своих английских коллег, капитан Роз выразил желание присоединиться к ним.
Бригантина XVII века. Реконструкция
Вскоре начался шторм, разметавший суда пиратской флотилии в разные стороны. Поскольку на общей сходке местом рандеву заранее был определен остров Фуэрте, лежащий у берегов Новой Гранады (в 90 милях к юго-юго-западу от Картахены), Коксон прибыл туда со своей баркой, бригантиной Роза и шлюпами Эллисона и Mакета. Взяв бригантину и один из шлюпов, он сразу же отправился к островам Сан-Бернардо, где провел три дня, используя это время для захвата «четырех пирог и шести очень хороших больших каноэ». Они нужны были пиратам для высадки десанта в окрестностях Портобело. Объединившись с судном Корнелиса Эссекса и не дождавшись Бартоломью Шарпа, флотилия Коксона взяла курс на остров Пинос, расположенный в архипелаге Сан-Блас (у побережья Панамского перешейка), в 130 милях к востоку от Портобело. Все надеялись, что там «с божьей помощью» удастся найти пропавший корабль Шарпа.
Командуя более быстроходным парусником, Коксон оторвался от своих компаньонов. Он обогнул Золотой остров (по-испански – Исла-де-Оро, по-английски – Голден-Айленд), где два шлюпа, бригантина Роза и барка Эссекса были вынуждены задержаться из-за сильных встречных ветров, а затем продолжил путь к Пиносу. Повстречав барку еще одного ямайского флибустьера, Эдмунда Кука, Коксон прибыл, наконец, на якорную стоянку у острова Пинос. Там, как и ожидалось, уже стоял на якоре корабль Шарпа. После этого «генерал» флибустьеров отправил барку капитана Кука к Золотому острову, чтобы передать сообщение оставшимся там компаньонам, но из-за противных ветров Кук вынужден был свернуть в залив Дарьен. На следующий день Коксон и сам отправился на барке к Золотому острову, однако сильный встречный ветер отбросил его судно назад. Пришлось пересесть в каноэ и двигаться на веслах. Опасаясь, что испанцы могут обнаружить их суда, Коксон передал всем капитанам приказ пересадить людей в пироги и каноэ, прибыть на Пинос, а оттуда идти к Портобело. Что касается судов флотилии, то они были отведены к Спрингер-Ки – самому западному острову в архипелаге Сан-Блас. «Находясь там, – писал участник похода Уильям Дик, – мы весьма сдружились с туземцами той страны, коих испанцы вытеснили на эту сторону земли (т. е. Панамского перешейка. – В. Г.) с южной стороны; мы обнаружили, что индейцы весьма настроены против испанцев, но не знают, как отомстить им. Узнав о наших планах, они предложили нам высадиться на берег, чтобы показать, где находятся испанские города, полные серебра и золота».
![](i_017.jpg)
Архипелаг Сан-Блас на карте XVIII века
Коксон покинул Пинос во главе приблизительно 250 человек. Двигаясь на запад вдоль цепочки островов архипелага Сан-Блас, пираты неожиданно встретили французского корсара Лессона, который кренговал свой корабль на одном из песчаных островков. Его команда насчитывала восемьдесят человек, и он согласился примкнуть к отряду Коксона.
В среду 14 февраля 1680 года флибустьеры высадились в старом разрушенном порту примерно в 20 лигах к востоку от Портобело. Вначале они двинулись по каменистой дороге вдоль берега моря, чтобы не быть обнаруженными испанским сторожевым постом, находившимся поблизости на вершине высокого холма. Обойдя его незамеченными, пираты устремились к Портобело. В субботу 17 февраля, примерно в десять часов утра, измученные участники похода вошли в индейскую деревню, лежавшую в трех милях от города. Один из ее жителей с криками «Ладронес!» («Разбойники»!) тут же бросился в город, намереваясь поднять там тревогу. Флибустьеры, голодавшие в течение трех дней, с израненными из-за отсутствия обуви ногами, не смогли его догнать. Тогда Коксон крикнул своим людям:
– Эй, парни! Те, кто может бежать, должны достичь города раньше, чем нас обнаружат!
Карта бухты и города Портобело
Ярмарка в Портобело. Старинный рисунок
Индеец достиг Портобело гораздо быстрее – за полчаса до прихода туда джентльменов удачи. Испанцы вначале не поверили тому, о чем он говорил, но вскоре у стен города были замечены пять или шесть незнакомцев, вооруженных ружьями. Со стороны испанцев тут же раздался пушечный выстрел: была поднята тревога. Авангард флибустьеров, находившийся под командованием Эллисона, немедленно ускорил шаг и ворвался в город; вскоре за ним последовал Коксон и остальные. Охваченная паникой, большая часть жителей Портобело во главе с губернатором Хуаном Инфанте бежала под защиту пушек форта Сантьяго-де-ла-Глория – цитадели города. Пираты принялись хватать замешкавшихся горожан, а затем стали хозяевами домов, находившимися вне досягаемости ядер крепости, и ограбили их.
Корабли корсаров в бухте Портобело. Гравюра из книги Д. ван дер Стерре, 1691 г.
«На следующий день, – сообщает Уильям Дик, – испанцы численностью до двухсот человек предприняли попытку выйти из Глории. Мы встретили их и заставили отступить назад в крепость… Город мы удерживали 2 дня, разграбили в нем всё, что смогли, и погрузили лучшую часть нашей добычи на захваченные нами каноэ».
В понедельник 19-го флибустьеры вышли из Портобело двумя отрядами: одни в каноэ – с деньгами и товарами, а другие по суше – с пленниками, за которых надеялись получить выкуп. Испанцы, засевшие в малых фортах, стреляли по отряду, который отправился в лодках, ранив двух или трех пиратов, и потопили одно из каноэ с деньгами и грузом тканей. В тот же день разбойники прибыли на необитаемый островок в группе островов Бастиментос, укрыв на нем пленных и добычу.
Форт в Портобело. Фото с сайта www.anywherepanama.com
Во вторник 20 февраля Коксон отправил капитана Эллисона на остров Спрингер-Ки, где стояла в укрытии пиратская флотилия. В тот же день около 700 вооруженных испанцев, посланных президентом Панамы, достигли Портобело. Они сразу же бросились по следам флибустьеров и через три дня обнаружили их на упомянутом островке. Завязалась перестрелка. Не желая рисковать людьми, Коксон приказал всем перебраться на другой островок, расположенный вне досягаемости испанских мушкетов. Сюда же подошли шесть пиратских судов, а так же барки капитанов Шарпа и Кука.
На следующий день у входа в бухту Портобело была замечена испанская баркалона, которая шла из Картахены с грузом соли и маиса; ее взяли на абордаж люди Шарпа. Спустя три дня с верхушки грот-мачты одного из кораблей флотилии дозорный заметил добротное испанское судно, направлявшееся в Портобело. На его перехват двинулся шлюп капитана Эллисона. Послышался леденящий душу крик:
– На абордаж!
Начался бой, который длился приблизительно час. Коксон на своей барке поспешил на помощь Эллисону, и именно он, в конечном счете, захватил вражеское судно, не потеряв при этом ни одного человека.
Портрет Уильяма Дампира. Гравюра неизвестного художника
Приз оказался новым 8-пушечным кораблем водоизмещением около 90 тонн, шедшим из Картахены. Он вез древесину, соль и маис, а также четыре тюка шелка и тридцать негров-рабов. На его борту пираты обнаружили письма из Испании; в некоторых из них, по свидетельству Уильяма Дампира, содержались предсказания астрологов о том, что пираты в этот год проникнут в Южное море.
Абордажный бой. Старинная гравюра
На призе нашли также кувшин вина, в котором хранилось 500 золотых монет. Поговаривали, что Коксон сохранил золотишко для себя, к неудовольствию некоторых пиратов, обвинивших его в воровстве и нарушении клятвы, данной при заключении шасс-парти перед захватом Портобело. Более вероятно, однако, что Коксон раздал золотые монеты членам своей команды.
По данным Уильяма Дика, после раздела добычи, взятой в Портобело, на каждого флибустьера пришлось по 100 пиастров (испанский посол в Англии дон Педро де Ронкильос в письме от 6 сентября 1680 года отметил, что, по его сведениям, на каждого участника экспедиции пришлось по 30 ф. ст.).
В последние дни февраля 1680 года Коксон с испанским призом и своей баркой, а также семь его компаньонов отправились к лагуне Бокас-дель-Торо, где они собирались ловить рыбу, черепах и ламантинов и ремонтировать суда. Там, в проливе Бока-дель-Драго (Пасть Дракона), они застали баркалону флибустьерского капитана Ричарда Сокинса. Последний сообщил им, что их старый приятель Питер Харрис находится поблизости, возле мыса Диего, где ремонтирует свою бригантину. Харрису было отправлено предложение прибыть в Бокас-дель-Торо и присоединиться к флотилии. Тем временем Коксон вооружил свой испанский приз восемью пушками и сжег свою старую барку. Капитан Эссекс тоже оставил свое прогнившее судно, пересев, по всей видимости, на корабль Коксона.
Парусники XVII века