Загрузка...
Книга: Британская империя (загадки истории)
Назад: Специалист по «арабскому вопросу»
Дальше: «Двадцать семь статей»

Ведж

Постепенно сложился план дальнейшего хода восстания. Согласно этому плану, Абдулла, продвинувшийся в декабре с отрядом в четыре-пять тысяч иррегулярных войск от Мекки к Медине, должен был достигнуть расположенной примерно в 80 км к северу от Медины хорошо орошаемой долины Вади-Аис. Отсюда он мог не только создать непосредственную угрозу самой железной дороге, но и перехватывать караваны, доставлявшие припасы из Центральной Аравии в Медину. В дальнейшем планировался захват Веджа, городка, который мог быть атакован и с моря и с суши и находился всего в 250 км от Хиджазской железной дороги.

План был принят и проведен в жизнь с исключительной быстротой. Один из предварительных рейдов Лоуренс провел лично, о чем потом рассказывал:

«Чтобы самому поупражняться в искусстве проведения рейдов, я на второй день 1917 года, взяв с собой в Нахль-Мубараке пробную партию из тридцати пяти махамидов, отправился к старому форту с колодцем, запомнившемуся мне с первого перехода из Рабега в Янбо. Когда стемнело, мы спешились и оставили десять человек для охраны верблюдов от возможных турецких патрулей. С остальными я стал карабкаться на Дифран. Это было трудное восхождение по острым краям пластов породы, проходивших наклонно от гребня до подножия. На склоне было множество неровностей, однако надежно ухватиться было не за что: любой кусок просто мог отколоться и остаться в руке. На вершине Дифрана царили холод и туман. Время до рассвета тянулось медленно. Мы расположились по щелям в породе и в конце концов увидели внизу шпили колоколообразных палаток в трехстах ярдах справа от нас, у подножия горы, скрытых ее отрогом от глаз наблюдателя, который находился бы внизу. В поле нашего зрения был не весь лагерь, и мы удовольствовались тем, что обстреляли верхушки палаток. Из них выскочила целая толпа турок, как зайцы, попрыгавших в отрытые рядом траншеи. Они были слишком подвижными мишенями, вероятно, мало пострадали от наших выстрелов и в свою очередь открыли беглый беспорядочный огонь во всех направлениях, подняв чудовищный гвалт, словно призывая на помощь весь гарнизон Хамры. Поскольку соотношение сил и так было не в нашу пользу – десять к одному, появление у противника подкреплений могло отрезать нам путь отхода; мы осторожно отползли назад и, скрывшись из виду, быстро спустились в первую лощину, где наткнулись на двоих перепуганных турок в расстегнутых гимнастерках, делавших утреннюю зарядку. У них был жалкий вид, но мы подумали, что они могут дать полезные сведения, и потащили их в свой лагерь, где они действительно дали важные показания».

Утром 3 января арабская армия произвела другую предварительную операцию, направившись к группе колодцев, находившихся в 25 км от Янбо. Здесь они могли прикрывать Янбо, несколько приблизившись к Веджу, и ожидать ответа Абдуллы. Для простоты организации Фейсал отобрал для экспедиции главным образом арабов племени джухэйна, на территории которых он в данное время действовал, но добавил к ним арабов племени харб, атейба и билли, на чьей земле был расположен Ведж, чтобы придать всей операций «характер движения многих племен». Выступление этого отряда было величественным зрелищем. «Наша кавалькада блистала прямо-таки варварским великолепием. Впереди ехал Фейсал во всем белом, за ним, справа, Шараф в красном головном платке и окрашенных хной тунике и плаще, слева я в белом и алом, за нами трое знаменосцев, над которыми развевались полотнища из выгоревшего темно-красного шелка с позолоченными наконечниками на древках, потом отбивавшие такт марша барабанщики, а за ними колыхалась дикая масса из двенадцати сотен словно приплясывавших под музыку верблюдов отряда телохранителей, не уступавших по богатству красочного убранства нарядам своих всадников и двигавшихся почти вплотную один к другому, – оставалось лишь удивляться, как они не мешали друг другу. Этот сверкающий поток затопил долину от края до края».

Однако Лоуренс не сопроваждал Фейсала в этом походе до конца. Вскоре он возвратился в Янбо, чтобы согласовать подробности наступления на Ведж с морским командованием. Тем временем принц Али продвинулся на 60 км от Рабега, а английские самолеты бомбили расположение турецких войск. Принц Абдулла, со своей стороны, как и было намечено, продолжал продвигаться к северу. 19 января он благополучно обосновался в Вади-Аис.

Началась подготовка армии Фейсала к наступлению на Ведж. Численность отряда превышала 10 000 человек, из которых 5100 были на верблюдах, а 5300 пешими; 50 арабов, которых о гордостью называли кавалерией, были верхом на мулах, оказавшихся настолько полезными, что Лоуренс протелеграфировал в Египет о доставке еще пятидесяти. Для огневой поддержки отряд получил 10 пулеметов и батарею из четырех крупповских горных орудий, на этот раз с артиллеристами-арабами. Наступление на Ведж намечалось поддержать огнем судовой артиллерии, корректируемым с самолетов. Отряд в 500 арабов 23 января на рассвете должен был высадиться вместе с моряками на неохраняемом правом фланге Веджа. Предполагалось, что к этому времени всадники на верблюдах сумеют запереть для неприятеля все проходы в глубь страны.

18 января армия выступила. Марш был тяжелым, но сама операция особых хлопот не доставила. Ведж был взят 24 января силами морского десанта, еще до подхода основной армии. Накануне губернатор Веджа произнес перед гарнизоном зажигательную речь о необходимости защищаться до последнего солдата, но, услышав, что Фейсал достиг Абу-Зарейбата в 90 км от города, бежал ночью с несколькими всадниками на верблюдах по направлению к Хиджазской железной дороге. Остались сражаться лишь 200 человек турецкой пехоты, но с ними быстро расправились пулеметным огнем с кораблей, и таким образом высадившийся десант легко захватил город.

Лоуренсу запомнился разговор с одним из арабских военачальников на одной из стоянок во время этого похода. Глядя на огни военного лагеря, заполнившие долину, араб воскликнул: «Мы уже не племена, мы – нация!», и в голосе собеседника Лоуренс уловил не торжество, но горечь, сожаление о вековом укладе, навсегда уходящем в прошлое.

С момента взятия Веджа исчезла турецкая угроза Мекке и, наоборот, появилась новая опасность для турок, засевших в Медине. Теперь инициатива определенно перешла к арабам. Английская авиация и разведчики-бедуины доносили об общем отходе турецких войск по направлению к Медине. Большая часть турецких сил, находившихся в Хиджазе, понемногу стягивалась к линии железной дороги для ее охраны. В Тебуке, железнодорожной станции, имевшей большое значение и находившейся в 525 км к северу от Медины, был сформирован отряд численностью около 5000 человек. Еще один отряд, численностью в 7000 человек стоял на станции Ма'ан, в 850 км от Медины. Ряд частей туркам пришлось раздробить и расположить по железнодорожным станциям, в окруженных колючей проволокой блокгаузах. Имея в своих руках Ведж, арабы смогли теперь действовать на уязвимой части железнодорожной магистрали. Причем теперь они закладывали на полотне мины, и последствия таких разрушений было гораздо сложнее устранить, чем практиковавшуюся ранее разборку рельс.

Это было время, когда арабы привыкали к присутствию европейцев в священной провинции. Нельзя сказать, чтобы всегда контакты между союзниками проходили гладко. Как раз тогда Лоуренс продумал и составил свои «Двадцать семь статей», это было не подлежащее оглашению руководство для вновь прибывающих в Хиджаз офицеров британской армии.

Назад: Специалист по «арабскому вопросу»
Дальше: «Двадцать семь статей»

Загрузка...