Загрузка...
Книга: Проблемы пищеварения. Какие задачи скрываются за желудочными и кишечными симптомами (дух-душа-тело: поле освобождающих энергий)
Назад: Превращение кала в золото
Дальше: Дивертикулез

5. Болезни толстой кишки

Язвенный колит

Язвенный колит представляет собой воспаление ободочной кишки. Причины этого заболевания, несмотря на многочисленные исследования, до сих пор не ясны. Обвинить в возникновении колита пытались возбудителей дизентерии, тифа и сифилиса, а также туберкулез, актиномикоз и «ставшие патологическими собственные бактерии толстой кишки». Сегодня все чаще говорят о том, что язвенный колит – аутоиммунное заболевание, своеобразная аллергия, направленная против собственных тканей тела. Эту версию подтверждает тот факт, что в воспаленной области собирается множество эозинофилов, что является несомненным признаком аллергического процесса. К эозинофилам добавляется и большое количество лизоцима – фермента, специализирующегося на агрессивных разрушительных процессах. И в самом деле, при этой болезни толстый кишечник может в буквальном смысле подвергнуться разрушению. Причем в девяноста случаях из ста область поражения достигает прямой кишки.

Выделяют три формы заболевания. Первая протекает относительно доброкачественно. Вторая – фульминантная (от лат. fulminare – блистать, греметь) – это токсичная форма, которая в короткие сроки приводит к гибели целых массивов живой ткани. Третья форма – хроническая – проявляется в виде отдельных периодических приступов. Однако с течением времени примерно у десяти процентов пациентов, страдающих такой формой язвенного колита, на почве хронического раздражения происходит злокачественное перерождение тканей.

Болезнь начинается с возникновения микроскопических ниш в слизистой оболочке (крипт ободочной кишки) и крошечных очагов воспаления. Прямо в эпицентре конфликта оказывается место обитания кишечных бактерий – маленьких подземных демонов, которые производят как ядовитые газы, так и необходимые организму вещества – витамины. Нет сомнений, что речь идет именно о конфликте, ведь признаки воспаления повсюду. Лимфатические узлы, которых в кишечнике очень много, чрезвычайно активны и вырабатывают множество защитных клеток. Еще не совсем понятно, против кого развязана эта война, но в том, что она идет, сомнения нет. Стенка кишечника отекает и кровоточит, но вместе с тем активно вырабатывает слизь. Тем не менее, слизь уже не справляется с защитной функцией, поскольку быстро смешивается с кровью и другими отходами противостояния.

Место обитания кишечных бактерий разорено: иссечено рубцами, изрыто кратерами и выжжено очагами воспаления. Из-за этого производство витаминов постепенно сокращается. Витамин К является важным фактором свертывания крови. Его недостаток в организме приводит к кровотечениям, которые очень сложно остановить. Кровь становится в прямом смысле более текучей.

Воспаление может не только распространяться по поверхности слизистой оболочки, но и проникнуть глубоко в ткани. Пористые, сильно кровоточащие язвы беспорядочно разбросаны по стенкам кишки. Распространяясь в глубину кишечной стенки (буквально врастая в нее), эти язвы нередко достигают мускульного слоя кишечной трубы, что приводит к образованию так называемого мегаколона – гигантского расширения кишки при одновременном истончении ее стенки, что угрожает ее прорывом (и, соответственно, выходом содержимого кишечника в полость живота).

Образование рубцов приводит к тому, что длина и диаметр кишки уменьшаются. Судорожные сокращения кишечной стенки (тенезмы) ведут к закупорке вен, что также повышает вероятность кровотечения. Похоже, тело делает все возможное, чтобы увеличить кровопотерю. В результате развивается малокровие (анемия).

Симптомы еще более драматичны, чем сама картина болезни. На первый план выходит понос – до тридцати опорожнений в день, из-за чего задний проход вскоре превращается в сплошную рану. Раз за разом кишечник словно прочищается железной щеткой. Вместе с калом выделяются светло-розовая кровь, большое количество слизи и значительный объем воды и солей. Обезвоживание и недостаток электролитов вызывают хронический упадок сил. Во время обострений обычно поднимается температура. Организм сильно ослаблен, больной теряет вес.

На душевном уровне этому состоянию соответствуют безразличие, чувство безнадежности и самоотрицание. Несмотря на это больных язвенным колитом привлечь к совместной работе по оздоровлению все же легче, чем пациентов с болезнью Крона. И дело тут не только в более зрелом возрасте (чаще всего язвенный колит настигает людей в возрасте тридцати-сорока лет).

Организм ведет убыточную и опустошительную борьбу против самого себя. В прямом смысле слова дьявол бесчинствует в аду. Такая война в подземелье указывает на наличие острейшего конфликта в самой глубине тени. Открытая агрессивность Марса в этой ситуации менее востребована, чем потаенные, неочевидные методы Плутона. Враг почти невидим, и это символично. В теле идет своего рода гражданская война, и невозможно понять, где поле битвы, а где лазарет. Кроме того, картина болезни крайне нестабильна: там, где только что была нетронутая слизистая оболочка, вдруг начинается воспаление, но так же неожиданно иногда исчезают и язвы. Поведение внутреннего противника непредсказуемо, он никогда не показывает своего истинного лица, но постоянно контролирует обстановку. Даже спокойствие во время периодов «перемирия» обманчиво: в любую минуту может произойти новый взрыв.

Этот «взрывной характер» болезни указывает на ее психосоматическую природу. Начало и обострение болезни почти всегда связано с моментами, когда в движение приходит тема зависимости от отношений (например, в связи с потерей близкого человека).

С развитием болезни тень требует к себе все больше и больше внимания и, в сущности, перестает соответствовать своему названию. Все вращается вокруг Царства мертвых, в котором по причине разыгравшихся страстей в буквальном смысле жизнь и смерть бьет ключом. Из-за воспаления значительная часть имеющейся в распоряжении организма крови задерживается в царстве теней, то есть жизненная сила концентрируется в подземном мире. Раздувшаяся кишка (мегаколон) демонстрирует свои претензии на значимость. Все симптомы указывают на то, что энергия стягивается вниз. Даже обыденная жизнь пациента теперь вращается вокруг нижнего полюса, ведь большую часть времени ему приходится проводить в туалете.

Воспаление заднего прохода напоминает о «нечистоплотном» периоде младенчества – некоторые пациенты на самом деле не могут обходиться без памперсов. В подобных случаях складывается впечатление, что человек застрял на этой ранней фазе развития или же вернулся в нее. Но мы возвращаемся «назад» только в том случае, когда здесь и сейчас нас тревожит что-то связанное с этим прошедшим периодом жизни. При язвенном колите речь идет как раз об этом.

Сама история жизни больного очень часто указывает на то, в какой сфере разгорается конфликт. Образ родителей (чаще – фигура матери) соотносится в сознании прежде всего с контролем, угрозами, попыткой подчинить. Физическая подчиненность ребенка, его внешняя зависимость используются для того, чтобы сделать его зависимым и внутренне. Деспотичные матери готовы сломить упрямство ребенка любым путем и в первую очередь – жестким ограничением свободы, так что ребенок вынужден безвольно приспосабливаться к предлагаемым обстоятельствам. Своеволие и агрессия, выражающиеся в упрямстве ребенка, отвергаются воспитателями. Но по мере того как ребенок учится подчиняться внешней силе, присущее ему упрямство уходит все глубже в тень. Одновременно возникает та внутренняя зависимость, которая проявляется затем и у большинства взрослых пациентов. Ребенок не приучен к самостоятельности, беспомощен в самом глубоком смысле слова и поэтому отчаянно, как за соломинку, хватается за мало понимающих его родителей. Ребенок цепляется за мать так же, как она сама цепляется за тему зависимости в своей душе. Человек, из которого с детства изгоняли волю, как злого духа, остается глубоко зависимым и не умеет полагаться на собственные силы.

Исходя из стандартной психоаналитической модели, можно предположить, что человек, которого подавляют и контролируют, будет реагировать на это сдержанным протестом, то есть станет страдать запором. Действительно, на ранних этапах болезни и в промежутках между обострениями у некоторых пациентов наблюдаются запоры. В симптоматике колита подобная двойственность отчетливо проявляется на поздних этапах болезни. Судорожные сжатия кишечной трубы и сужение просвета кишки отражают страх человека перед теснотой (= давлением, принуждением). Нельзя сказать, что кишечник открыт для того, чтобы отдавать. Он отдает лишь вынужденно и крайне неохотно – с болью отрывая содержимое от себя. На насильственную природу такого освобождения указывает кровь, которая примешивается к калу. Организм несет болезненные потери.

Давление, которое человек испытал в детстве, было настолько сильным, что даже его организм не осмеливается проявить протест, сдерживая стул. Ребенок предпочел бы закрыться, но его принуждают к открытости. Родители хотят получать что-то от своего ребенка; поэтому он, с одной стороны, отягощен грузом ответственности, а с другой – вынужден уступать (= отдавать). Намного позднее эта ситуация находит отражение в симптомах колита.

Естественно, что в человеке копится агрессия против «тюрьмы», из которой почти невозможно вырваться, потому что «тюремщики» одновременно являются и единственной опорой. Такое вынужденное (безальтернативное) сосуществование часто заставляет человека направлять агрессию, изначально адресованную родителям, на самого себя. Позже это отразится в картине болезни.

Но у всякой медали есть оборотная сторона. Хотя ситуация, пережитая в детстве, была достаточно болезненной, человек настолько в ней «увяз», что вовсе не стремится расстаться с нею насовсем. Он был бы рад снова стать маленьким и беззаботным и позволить вещам идти своим ходом. Именно так он мог бы избавиться от ответственности и положить на все проблемы и на весь мир.

Человек, больной колитом, – это тот же ребенок, живущий под гнетом деспотичных родителей. Он постоянно вынужден отдавать – судорожно и с болью. К вынужденным дарам примешивается кровь, что угрожает постепенной потерей жизненных сил. Естественные процессы превращаются для такого человека в мучительную проблему. Больной отдает больше, чем ему бы хотелось, и буквально разрывается от этого. В быту мы часто используем грубоватое выражение «рвать задницу», говоря о чрезмерных усилиях. Но больному колитом приходится это делать в совершенно прямом и конкретном смысле. Его задний проход постоянно изранен и болит, с болезненной ясностью показывая, что внутренние силы уже на исходе.

Человек, которого в детстве заставили быть покладистым и зависимым, с возрастом либо остается таким же, либо бросается к противоположному полюсу, то есть становится абсолютно независимым (= самодостаточным). Но кроме того, у него может появиться потребность делать зависимыми других людей. Собственная независимость покоится на нездоровой основе, она является не выражением внутренней самостоятельности, а компенсацией отчаянной зависимости. В этой ситуации больной не может отпустить подчиненных, позволив им идти своим путем. Когда кто-то из окружающих демонстрирует собственную независимость, у подобного человека появляется желание подчинить его себе.

В первом случае человек может превратиться в подхалима (подлизу, лизоблюда – в языке есть много обидных названий для таких людей). Об особо рьяных подхалимах говорят: «Такой без мыла в задницу влезет», «Он готов лизать задницу начальству». Желая понравиться человеку, стоящему выше на социальной лестнице, подлиза старается стать в его глазах милым ребенком. С тенденцией вернуться в детство мы уже встречались. За ней скрывается желание ни в коем случае не дать волю агрессии, поэтому человек так осторожно – со стороны глубокого тыла – подбирается к желаемому. Заходя через переднюю дверь, приходится вести себя иначе и выражать свои требования совсем по-другому. Но подхалим предпочтет пробираться скользким (как слизь) окольным путем.

Подобное поведение у животных называют жестами покорности. Но у пациентов с язвенным колитом за ним кроется не истинная покорность, а неспособность прямо выражать свои притязания. Эти люди никогда не умели и не пытались постоять за себя и поэтому всегда сдаются. Если же они заявляют на что-то свои права, то делают это, входя через заднюю дверь, в страхе быть нежеланными и неуместными со своими желаниями, вызвать агрессию и снова ничего не получить.

Страх вообще занимает центральное место в жизни таких больных. И этот страх настолько велик, что его ощущают окружающие. Возможно, поэтому таких людей действительно не очень любят, относятся к ним, как к «скользким типам», которые «крепки задним умом». Их «вербальные выделения» (заискивание) так же тошнотворны, как их понос на физическом уровне. Однако типичному больному колитом не так уж тяжело пожертвовать чувством собственного достоинства, ведь у него никогда и не было шанса развить собственную личность.

И все же человек, исполняющий «роль жертвы», покорной и услужливой, не так привлекает внимание окружающих, как человек, разыгрывающий из себя деспота. Его отношения с миром вполне последовательны: все, кто стоят ниже на иерархической лестнице, должны преданно служить ему – так же, как он сам служит вышестоящим. Тот, кого сделали зависимым, неплохо умеет подчинять себе других.

Таким образом, два «кардинально различных» типа пациентов с язвенным колитом (как о них говорит классическая психосоматика) на самом деле объединены одной и той же болезненной темой – темой зависимости и самостоятельности.

Мы не можем обойти вниманием еще один важный аспект символики язвенного колита. Помимо прочего, понос является своеобразным методом очистки организма. Тело пытается как можно быстрее оставить позади то, что для него неприемлемо (раз уже нельзя отослать все это назад). По-видимому, речь идет о чем-то особенно чуждом и ядовитом, раз уж организм так отчаянно, до крови, стремится к очищению. Некоторые люди страдают манией чистоты. Такой человек без конца моет руки – так, будто они запачканы чем-то особенно отвратительным (например, липкой кровью). На самом деле это символический акт – попытка смыть с себя неосознанное чувство вины. Аналогичную попытку очиститься предпринимает организм больного язвенным колитом, но она еще более неосознанна, поскольку ее побудительные причины лежат в теневой сфере. Все попытки отмыться тщетны, ведь истинная грязь находится не на телесном уровне, а на символическом уровне значений.

В симптомах колита прослеживается и жертвенный аспект. Пациенту приходится пожертвовать немалую часть своего времени на уход за своим больным телом. Но главный символ жертвы в данных обстоятельствах – понос. С калом организм отдает (= приносит в жертву) все, что для него жизненно важно. В первую очередь – кровь, во все времена считавшуюся самой ценной жертвой. Кроме того, отдается и большой объем слизи. На первый взгляд эта жертва кажется незначительной, но слизь является одним из самых важных телесных соков. Она всегда присутствует там, где зарождается новая жизнь. (По этой причине некоторые индейские племена почитали слизь больше, чем кровь.) И наконец, в жертву приносятся вода и соль.

Но даже когда сама жертва неосознанна, за ней всегда скрывается ожидание. Изначально целью жертвоприношения было добиться расположения и милости богов. Чего же ожидает больной колитом от богов подземелья за свои щедрые дары? Может быть, так он пытается оплатить кровный долг – расплатиться за данную ему жизнь и подаренные жизненные соки? Возможно, в этих вопросах слишком много патетики, но не будем забывать, что больной действительно рискует жизнью. (Согласно статистике, от язвенного колита умирают от десяти до пятнадцати процентов больных.)

Попробуем обобщить все, что было сказано здесь о больных язвенным колитом и самой картине болезни.

● В нижнем мире идет жестокая война, к которой стянуты все силы организма.

● Организм испытывает потребность очистить пространство «преисподней». Но так как истоки проблем лежат слишком глубоко в тени, процесс очищения затягивается, и судорожные попытки следуют одна за другой.

● Больной направляет свою агрессию против самого себя. На это указывает саморазрушение, которое происходит в толстом кишечнике. На физиологическом уровне заболевание обусловлено аутоиммунной реакцией, а кроме того, оно превращает обычную микрофлору кишечника в патогенную (через многочисленные пораженные участки кишечные бактерии стремятся проникнуть в кровь). Также агрессия проявляется в раздражении слизистой оболочки заднего прохода (что лишает человека возможности нормально сидеть).

● Больной почти все время пребывает в подавленном, безучастном настроении. Депрессия также чаще всего является результатом воздействия направленной против самого себя агрессивной энергии. Пациент чувствует себя заведомо проигравшим.

● Самая актуальная болезненная тема для такого человека – это тема зависимости. Проблема формируется еще в период раннего детства.

● Больной вынужден жертвовать своими жизненными соками. Он истекает кровью годами (и даже десятилетиями). Это подвергает риску его жизнь, и она, в конце концов, полностью оказывается в теневой сфере.

 

Очевидно, что проблема больного лежит в тени. Применительно к язвенному колиту это утверждение имеет особое значение. Все болезненные симптомы проистекают из тени, но мало какие из них можно назвать самой тенью. В данном случае речь идет о том, что область неосознаваемого разрослась до поистине угрожающих размеров. На это указывают и затяжной (хронический) характер болезни, и особенности вызванных ею осложнений. При прободении толстого кишечника демоны подземелья получают доступ к верхнему миру и отравляют его, создавая реальную угрозу для жизни. При злокачественном перерождении вопрос выживания встает не менее остро. Многим пациентам приходится накладывать так называемый anus praeter. Таким образом, прокладывается путь в обход нижнего мира, но на этом фоне болезненная тематика обнаруживается еще отчетливее. При оперативном вмешательстве хирург иссекает более или менее длинный пораженный участок, но это совсем не означает, что пациенту удалось сбежать от дьявола. Напротив, это у дьявола крадут его царство, и он начинает искать новые пути, чтобы утвердить свои права.

Какой выход можно найти из этой ситуации? Вспомним, что в большинстве случаев источником болезни является тема зависимости. Зависимость (в каком бы виде она ни проявлялась) лишает душу свободы и мешает самореализации. Зависимый человек постоянно пытается жить за счет других, становясь либо приживалом, либо деспотом. В стремлении жить за чужой счет прослеживается тенденция к радикальной форме симбиоза, которая не оставляет возможности для освобождения души. Душа не может свободно парить, потому что она скована слишком тесными связями. Цепи, которые человек налагает на других, связывают не меньше, чем те, которые он несет сам. Нередко оба вида связей сосуществуют в одном человеке. Основа (= тематика) этих связей кроется в нижнем мире бессознательного. И именно там разгорается конфликт. Это война за господство в аду, которая ведется всеми доступными средствами. В нее вовлечены и демоны-бактерии, вооруженные токсинами (ядовитыми газами), и собственные защитные силы организма (антитела, лимфоциты), роль которых в этой войне весьма неоднозначна.

Условно можно сказать, что по одну сторону баррикад стоят темные силы преисподней (= «господин этого мира», дьявол), а по другую – сам больной. Но что привело к такому драматичному развитию событий? Очевидно, когда-то человек согласился на сделку с этими темными силами, возможно, даже на адский симбиоз с ними. Но если бы дела шли успешно, то ежедневное дело он улаживал бы одним махом и без проблем. Значит, при исполнении условий сделки что-то пошло не так.

Здесь невольно вспоминается история Фауста, заключившего договор с «господином мира» Мефистофелем. Этот договор подписан кровью – «самим соком жизни». Многое указывает на то, что при язвенном колите где-то в самой глубине спрятана проблема договора, вокруг которой вертится тема власти над душой, порабощения личности (= продажи души). В этом контексте кровавый понос со слизью представляет собой, с одной стороны, кровавую дань, плату по договору, а с другой – результат отчаянных попыток очистить, освободить охваченный пожаром нижний мир. Поток жизненных сил, расходующихся на кормление подземных демонов, может остановить только расторжение договора и освобождение от него.

Интересно, что язвенный колит является бичом современного цивилизованного мира. Архаичному обществу эта болезнь совершенно не свойственна. Причина этого, возможно, заключается в совершенно ином понимании мира. Зависимость реализовывалась тогда в намного более жестких формах, например, в рабстве. Зависимость, основанная на близком кровном родстве, также существовала, но имела гораздо меньшее значение. Хотя о «правах человека» (в современном понимании) тогда не было и речи, подрастающее поколение было прекрасно защищено обычаями племени (законами общества). У древних существовала система незыблемых ритуалов, регламентировавших переход от одной фазы развития к следующей. Если юноша прошел обряд инициации, уже никто в племени не мог позволить себе обращаться с ним, как с ребенком. Воспитание (формирование личности ребенка) не отдавалось на откуп родителям, им занималось все сообщество, исходя из интересов племени. Поэтому проблемы зависимости детей от родителей не существовало. Во многих племенах при пубертатном ритуале мать оплакивала своего сына, словно он умер. Действительно, с этого момента как сын он был для нее безвозвратно потерян. Мальчик превращался в мужчину и принадлежал теперь к мужской части общины. При таком суровом регламенте было невозможно пропустить какой-либо шаг в развитии, и именно поэтому в древности не существовало многих невротических симптомов.

Что же делать больному язвенным колитом? Самое главное – внимательно изучить условия договора, который привязывает его к нижнему миру. Затем само существование этого договора надо сделать излишним. Единственный путь к этому – не бегство от обязательств, а, напротив, их исполнение. Человеку надо полностью погрузиться в зависимость от нижнего мира и для начала постараться увидеть, что же связало его с преисподней, да еще так крепко. Для этого почти всегда нужна помощь психотерапевта, ведь речь идет о героическом спуске в подземное царство, – а это дело воистину эпического масштаба, столько раз описанное в мифах. Только после того, как больной осознает существование двух сторон, заключивших договор, можно будет думать об освобождении. Если человек хочет, чтобы чужие (родительские) когти разжались и отпустили его душу на свободу, он сам должен поступить точно так же – перестать цепляться за души других людей. Картина болезни указывает путь, который, несомненно, потребует больших жертв. Пройти по нему следует смиренно, добровольно подвергнув глубинному очищению свою душу и отдав царству Плутона все, что ему причитается за радикальное превращение. Наконец, необходимо разорвать и кровные связи («перерезать пуповину»), чтобы после, при необходимости, восстановить их, но уже на добровольной, осознанной основе.

Назад: Превращение кала в золото
Дальше: Дивертикулез

Загрузка...