Книга: Знаменитые путешественники (знаменитые)
Назад: Уолтер Херберт (р. 1934 г.)
Дальше: Тур Хейердал (1914 г. – 2002 г.)

Жак Ив Кусто

(1910 г. – 1997 г.)

«И что это вас так тянет в море?» – спрашивают нас практичные люди. Джорджа Меллори спросили как-то, почему ему так хочется влезть на Эверест. Он ответил: «Потому что он существует!» Пусть эти слова будут и нашим ответом.

Ж. И. Кусто. «В мире безмолвия»

…современному человеку пора отделаться от чрезмерно романтичного взгляда на море. Хватит думать о нем как о «таинственной стихии». Тайны кончились, остались проблемы, требующие разрешения. Мы вступаем в новую эпоху исследования и изучения… Одновременно мы должны научиться уважать неприкосновенность и равновесие мира, столь неразрывно связанного с нашим. Глядишь, и поймем, что море – продолжение нашего мира, часть нашей Вселенной, владения, которые мы обязаны охранять, если хотим выжить.

Ж. И. Кусто. «Каллипсо и кораллы»

Известный французский океанограф и путешественник, зачинатель подводных исследований и киносъемок. Изобрел акваланг, подводные дома, аппарат «ныряющее блюдце».

 

 

Знаменитого французского океанографа Жака Ива Кусто можно считать первым путешественником по подводному миру. Его неутомимая деятельность в области океанографических исследований, подводной археологии и подводных киносъемок стала одним из самых важных и ярких явлений в истории открытий XX в.

Жак Ив родился в 1910 г. близ Бордо в городке с длинным названием Сен-Андре-де-Кубзак. Его отец был коммерсантом и много ездил не только по Франции, но и за границу. Благодаря этому Жак побывал в Нью-Йорке и Эльзасе, где выучил английский и немецкий языки.

Из-за переездов мальчик учился в разных школах. После получения аттестата он решил связать свою жизнь с флотом и поступил в Военно-морскую академию. Несмотря на бессистемность полученного среднего образования, Кусто с блеском сдал экзамены и прошел по конкурсу – был 22-м по списку из тысячи кандидатов, претендовавших на место в академии. Во время учебы на корабле «Жанна д’Арк» ему удалось побывать в кругосветном плавании. Однако в то время юноша еще не помышлял о путешествиях, тем более с целью исследований.

По окончании академии Кусто некоторое время служил на военно-морской базе в Шанхае, но вскоре, увлекшись авиацией, поступил в Академию морской авиации. Возможно, при его склонности к изобретательству Кусто оставил бы заметный след и в совершенствовании воздушного флота, но судьба распорядилась иначе. В автомобильной аварии молодой человек сломал правую руку и сильно повредил левую. Был затронут лучевой нерв, и рука потеряла подвижность. Врачи, боясь гангрены, настаивали на ампутации, но Кусто предпочел рискнуть. Постепенно усиленными упражнениями он восстановил двигательную функцию руки, но об авиации пришлось забыть. Жак вернулся на флотскую службу – артиллерийским офицером на одном из кораблей.

До 1936 г. интерес Кусто к морю, по его же словам, носил чисто обывательский характер и не заходил далее морских купаний в хорошую погоду. Плавать он научился еще в детстве, однако в двадцать шесть лет захотел овладеть разными стилями. Однажды, обучаясь плаванию кролем, Кусто, чтобы вода не разъедала глаза, надел водозащитные очки. Погрузившись с головой, он открыл глаза и поразился удивительной красоте, скрывающейся под зыбкой поверхностью. Подводный мир стал его стихией, а изучение этого мира – целью жизни.

На то, чтобы подводные путешествия стали легкими, безопасными и результативными, понадобилось тридцать лет. Кусто быстро понял, что для долгого пребывания под водой без водолазного костюма нужен специальный аппарат. Свой первый акваланг он сделал из мотоциклетной камеры и коробки противогаза, наполненной химическим поглотителем, но чуть было не погиб при испытании. Еще не раз изобретатель оказывался на грани жизни и смерти, но в конце концов с помощью инженера Эмиля Ганьяна добился своего. «Подводное легкое» – хорошо известный теперь акваланг – было доведено до приемлемого уровня, а потом постоянно совершенствовалось.

Когда в мае 1940 г. фашистская Германия заставила Францию капитулировать, военно-морской флот, базировавшийся в Тулоне, оказался на неоккупированной территории, которой «управляло» марионеточное правительство в г. Виши. Кусто в это время служил в морской разведке, действовавшей против оккупантов. Командование предложило ему продолжить опыты, насколько это будет не в ущерб основной деятельности. Кусто занялся экспериментами, которые, кстати, служили неплохой маскировкой разведывательной работы.

В ноябре 1942 г. была оккупирована и «свободная зона»; Тулон заняли войска фашистской Италии – союзницы Гитлера. Французские моряки уничтожили флот, чтобы не отдавать его оккупантам. Кусто и его единомышленники, уже приобретшие некоторый опыт подводного плавания, решили снять фильм о затонувших судах. Но фашисты не пускали французов дальше зоны, выделенной для купальщиков; не подействовало даже письмо Международного комитета по исследованию Средиземного моря, который возглавлял итальянский генерал Таон ди Равель.

Положение изменилось, когда итальянцев сменили немцы. Как ни странно, гитлеровцы относились с большим пиететом к слову «культура», которое во время переговоров Кусто и его единомышленники использовали достаточно часто. Немцы позволили ныряльщикам действовать там, где им заблагорассудится. Ирония ситуации заключалась в том, что германское морское министерство тоже вело разработку подводного снаряжения. Кусто предполагал, что немецкие ныряльщики действуют где-то рядом, просто они еще не могли опускаться на глубину, доступную Кусто и его друзьям. Во всяком случае, французов с их снаряжением не обнаружили, и фильм «Затонувшие корабли» был благополучно снят. В свободной Франции он завоевал огромную популярность среди зрителей. Но не следует думать, что во время войны Кусто занимался только подводными работами: был, в частности, эпизод, когда разведчики проникли в фашистскую комендатуру и выкрали важные документы.

После освобождения Кусто назначили заведовать сборным пунктом в Марселе для возвращающихся на родину моряков. Однако, справедливо заключив, что эту работу может выполнять любой офицер, он показал свой фильм в штабе адмирала Андре Лемонье в Париже и получил разрешение на возобновление подводных опытов. А вскоре при военно-морском министерстве была создана специальная группа подводных изысканий. Министерство передало в распоряжение Кусто плавучую базу «Альбатрос», которая была переименована в «Эли Монье» в честь погибшего приятеля Кусто. На ней отрабатывали технику подводного плавания. Кроме того, на борту находились ученые. Они-то и помогли Кусто приобрести навыки исследовательской работы во время плаваний «Эли Монье» у берегов Корсики, Сардинии, Туниса, Марокко и в Атлантике.

Группа занималась не только совершенствованием оборудования для подводных плаваний и исследованиями, время от времени ее привлекали к выполнению других задач. Однажды, например, им было поручено поднять со дна тела летчиков, утонувших в результате авиакатастрофы.

Кусто не ограничился совершенствованием акваланга. Он понимал, что для подводных исследований шельфа (а именно это входило в его планы) недостаточно индивидуального снаряжения. Прежде всего изобретатель-путешественник страстно хотел иметь настоящее исследовательское судно. С этим проектом он обратился к начальнику отдела кадров ВМС. Тот категорически отказал, а перелистав личное дело просителя, глубокомысленно заметил, что тому после 17 лет, проведенных в море, давно пора переходить на штабную работу. Кусто, быстро сориентировавшись, попросил дать ему отпуск для «устройства личных дел» и пообещал, что за это время представит государству хорошее исследовательское судно. Начальник согласился, но посетовал, что хороший офицер таким образом может испортить себе карьеру.

Денег на судно у исследователя, конечно, не было. Один из друзей посоветовал поискать спонсора среди состоятельных знакомых. В семейной адресной книге на первой странице значился некий мсье А., с которым семья случайно познакомилась в ресторане еще во время войны, но с тех пор не встречалась. К нему и решили обратиться. Давний знакомый свел Кусто с англичанином, который согласился оплатить и покупку, и переоборудование корабля. Нужное судно вскоре нашлось, и Кусто срочно оформил трехлетний отпуск. В приказе стояла формулировка: «В интересах национальной обороны», хотя ВМС не потратили на это мероприятие ни единого су.

Предназначенный на слом маленький (водоизмещением всего 360 тонн) военный тральщик после ремонта и реконструкции превратился в известный теперь всему миру корабль «Каллипсо», на борту которого во время длительных путешествий – сначала по Красному, Средиземному, Черному морям, потом и в Мировом океане – проводились исследования, снимались научно-популярные фильмы и писались книги, которые сразу становились бестселлерами.

Содержание корабля и проведение исследований стоили недешево. Экспедиции Кусто помогали деньгами Министерство просвещения, Главное управление французского кино, военно-морское ведомство, частные лица. Поступала помощь и «натурой»: так, прочитав книгу Кусто «В мире безмолвия», Ноэль Маклин, президент компании «Эдо» – ведущей фирмы США в области морской и авиаэлектроники – предоставил команде новейшую гидролокационную аппаратуру. Кроме того, для пополнения кассы проводились исследования по заказам. Например, компания «Д’Арси Иксплорейшн» предложила Кусто обследовать акватории ее концессии у берегов Абу-Даби – княжества на побережье Персидского залива.

Корпус судна пронизывал водолазный колодец. В плохую погоду ныряльщики могли без проблем вернуться на корабль. В носовой части была оборудована обсерватория для подводных наблюдений. Высокий наблюдательный мостик рядом с капитанским позволял осматривать поверхность моря и направлять движение судна. Кроме того, для нужд экипажа на «Каллипсо» была установлена винная цистерна из нержавеющей стали емкостью 1000 литров. Потребление вина на судне не ограничивалось.

Уникальной была команда корабля, представлявшая собой блестящий научный коллектив, способный решать сложнейшие задачи. В ее составе были пионеры подводного плавания Фредерик Дюма (Диди) и Филипп Тайе. Поскольку Кусто стремился, чтобы экипаж «Каллипсо» был интернациональным, к ним присоединились американцы – журналист Джемс Даген и опытный мореплаватель Белл Гроувнэ. Отрядом геологов руководил известный вулканолог Гарун Тазиев. Ему помогали Владимир Нестеров и Жан Дюпа. Гидрологический отряд находился под командованием доктора Клода Франсис-Беф. Было много и других энтузиастов морских исследований. Все они не гнушались выполнять черную работу: драили палубу, скребли котлы и т. п.

Постоянной спутницей Кусто была его жена Симона. Она безропотно выносила треволнения опасных экспериментов. Однажды, когда Кусто и Дюма проводили исследования в подводной пещере, оба начали испытывать необычное глубинное опьянение. Позже выяснилось, что компрессор засасывал выхлопы двигательного движка и в кислородную смесь для дыхания попала почти смертельная доза угарного газа. Исследователи спаслись чудом. На берегу Симона испытала шок, увидев, что пузырьки аквалангов больше не появляются на поверхности, однако ни в чем не упрекнула мужа и никогда не препятствовала его работам. Только однажды, в 1948 г., когда Жак Ив собрался участвовать в испытаниях батискафа, сконструированного знаменитым Пикаром, она попросила мужа отказаться от участия в эксперименте. Кусто, кривя душой, отговорился тем, что это совершенно безопасно, и поступил по-своему, но вряд ли его спутница ожидала чего-нибудь иного.

Симона тоже ныряла, хотя и без особого энтузиазма. По словам Кусто, женщины вообще «почему-то недоверчиво относятся к этому виду спорта и неодобрительно смотрят на увлеченных им мужчин».

Летом 1945 г. Кусто приобщил к подводному плаванию двоих сыновей – семилетнего Жана Мишеля и пятилетнего Филиппа, причем младший еще не умел как следует плавать. Конечно, не обошлось без приключений. В целом дети быстро освоились, но никак не могли привыкнуть к тому, что под водой следует молчать, и загубники постоянно выскакивали у них изо рта. Отец быстро сделал необходимый вывод. Он взял их на более глубокое место. Это подействовало, и через некоторое время старшего без опаски отпускали ловить столовой вилкой морских ежей на глубине 9 метров.

При помощи специалистов Французского центра подводных исследований Кусто сконструировал уникальное «ныряющее блюдце» «Дениз» – маленький автономный батискаф, рассчитанный на двух человек и погружающийся на глубину несколько сот метров. И наконец, необходимый для подводных исследований комплекс был завершен созданием подводной станции «Преконтинент-2» – торпедообразного тягача, двигавшегося со скоростью 5 км/час.

С оснащенной таким образом «Каллипсо» можно было осуществлять исследования и запечатлевать на кинопленке уникальные факты из жизни морских обитателей, многие из которых до сих пор были не известны или мало известны науке. Можно было широко популяризировать знания об обитателях моря и, таким образом, бороться за их сохранение.

В ходе экспедиций, которые осуществлялись почти непрерывно, в основном изучалась жизнь обитателей Мирового океана, а также их взаимоотношения с человеком. Особое внимание уделялось жизни исчезающих видов, акул, китов и др. С увлечением занимался Кусто и подводной археологией. В 1952 г. исследовательская группа «Каллипсо» провела работы возле о. Мэр неподалеку от Марселя на месте гибели греческого корабля, построенного в I в. до н. э. На глубине 43 метров была обнаружена керамическая посуда, в том числе амфоры с вином. Морская вода не проникла в напиток; команда не удержалась от искушения и попробовала, возможно, самое древнее из известных вин. Кусто тоже выпил свой стаканчик и заметил, что вино либо передержано, либо год был плохим для вызревания винограда. Другой участник экспедиции был не так сдержан: он просто выплюнул вино на палубу – в нем не осталось ни капли алкоголя. Впрочем, такими маленькими историями, пронизанными тонким юмором, наполнены все книги ученого, речь о которых пойдет ниже.

В отдельных случаях Кусто изменял своему «морскому» пристрастию и обращал внимание на людей. В 70-е годы во время экспедиции к берегам Антарктиды он снял фильм о жителях Огненной Земли, находящихся на грани исчезновения.

И все же главная заслуга Кусто состояла не в содействии археологам, не в киносъемках и даже не в океанографических исследованиях, а в той роли, которую он сыграл в развитии подводных исследований. Сразу же после войны по поручению командования военно-морского флота Франции Кусто открыл школу водолазов-аквалангистов, а позже стал руководителем Французского центра подводных исследований.

К началу 60-х годов Кусто уже был признанным специалистом в области подводных исследований, и его пригласили возглавить знаменитый Океанографический музей в Монако. В этот период исследователь сосредоточился в основном на изучении и освоении шельфа. Как всегда, он начал с расширения технических возможностей и создал металлический подводный дом «Морская звезда», рассчитанный на 5 чел. В нем можно было не только наблюдать за подводным миром, но и жить на глубине до 15 м. В распоряжении обитателей дома имелась двухместная кабина «Ракета», глубина погружения которой доходила до 120 м. С помощью этого комплекса в течение месяца в рамках программы «Коншельф» были проведены исследования возле кораллового рифа Шаб-Руми в Красном море. Несколько позже в море возле Монако на глубине 110 м был установлен подводный дом в форме шара. Шесть исследователей провели в нем 23 дня, почти не испытывая неудобств от столь непривычного места обитания.

Особую страницу в деятельности Кусто составляла борьба за охрану морской и океанической среды обитания. Одним из первых на планете он выступил против затопления радиоактивных отходов и, преодолевая сильное противодействие со стороны заинтересованных лиц, сумел добиться некоторых успехов. Однако даже он был не в силах повлиять на правительства всех стран – членов «ядерного клуба», и затопления все же производились, нанося огромный ущерб обитателям Мирового океана и людям.

Кусто был автором нескольких популярных книг, в том числе «В мире безмолвия» (написанной вместе с Ф. Дюма и Д. Дагеном), «Мир без солнца», «Чтобы не было в мире тайн», «“Каллипсо”» и кораллы», «Мировой океан». Все они переведены на русский язык и неоднократно переиздавались.

Назад: Уолтер Херберт (р. 1934 г.)
Дальше: Тур Хейердал (1914 г. – 2002 г.)