Книга: Под сенью звезд
Назад: 5
Дальше: 2

Глава 20

1

Лес становился все более редким и все менее живым. Да, именно так. Тайга вокруг мертвела с каждым шагом. Все реже попадались под ноги мелкие зверьки, все тише и реже раздавались голоса птиц, все более пожухлой становилась хвоя на все более понурых ветвях сосен. Да и сами сосны становились какими-то более серыми. Все это человек замечал, не сбавляя ни на секунду бешенного темпа. Он мчался между деревьев, даже не смотря под ноги. Все лицо было покрыто порезами, оставленными многочисленными ветками, хлеставшими его по щекам, лбу, подбородку. Эти кровавые следы, капельки пота на висках, растрепавшиеся немного волосы делали бегущего мужчину еще более красивым.

Каждые пятнадцать минут он бросал короткий взгляд на небо и на свой отделанный бриллиантами хронометр. И вот, перескочив через поваленное дерево, он в очередной раз взглянул на левое запястье. То, что он увидел, однозначно подтверждало правильность выбранного направления, хотя он и не смог бы объяснить каким именно образом. Дело в том, что стрелки хронометра, его хронометра, который продолжал бы показывать время с точностью до тысячных долей секунды и на дне самой глубокой океанской впадины и на космической станции, остановились.

Это был, совершенно очевидно, дурной знак. Он должен был притормозить и поразмыслить как следует. Подумать, почему лес вокруг стал совсем безжизненным, и что могло ждать впереди. И он осознавал эту необходимость, но стоящий перед мысленным взором образ улыбающейся молодой девушки настойчиво гнал его вперед.

Дыхание становилось все тяжелее. Теперь он не мог с уверенностью утверждать, сколько времени прошло с того момента, когда он оставил на переднем сиденье «Лэнд Ровера» труп своего недавно обретенного товарища, которого сам же и застрелил. Но предполагал, что прошло не меньше суток. Причем последние часов шесть, а может и все десять он двигался по совершенно безжизненному лесу, окутанному серым туманом. Он больше совсем не слышал звуков, кроме собственных шагов и дыхания, не обонял никаких запахов, не чувствовал даже бега времени. Голова была тяжелой. Если он пытался немного сосредоточиться и подумать, мысли разбегались в разные стороны, словно мыши, увидевшие здорового голодного кота. За все время он сделал всего две короткие остановки, чтобы достать из кармана куртки пакетик с белым порошком и угостить каждую ноздрю приличной дозой. Потом прятал мешочек обратно во внутренний карман и продолжал свой бег.

Когда силы подходили к концу, и на краю сознания уже появилась мысль о том, что вся эта беготня бессмысленное движение в никуда, деревья вдруг резко расступились. В одно мгновение перед ним открылась большая поляна. Он резко остановился. Оглядел поляну. В центре, примерно в ста шагах от него, в земле виднелся разлом. На дальнем его краю лежал красный сверток, размером с человека. Он пригляделся, заметил с одной стороны, выбившиеся из-под материи пряди темных волос, с другой выглядывающую маленькую ступню. Он знал эти волосы, гладил их, совсем недавно, нежно пропуская пряди между пальцев. Он знал и эту ножку, целовал ее, ласкал аккуратные пальчики. С трудом подавив желание немедленно рвануться к свертку, он шагнул назад, укрылся за неестественно изогнутым стволом сосны, закрыл глаза, успокоил дыхание и прислушался. Он слушал несколько минут, слушал очень хорошо. Он слушал звуки леса и голос собственной интуиции. И то и другое говорило, что Разлом возле которого лежит Софья (тело Софьи), опасен, что звери, притащившие ее сюда, совсем близко, наблюдают и ждут его появления, готовые наброситься и разорвать его на куски.

Нельзя было идти туда. Ему нужно было придумать что-то, подождать…

Не медля более ни секунды, он шагнул из-за дерева и быстрым шагом направился к красному свертку, лежавшему на краю Разлома.

Назад: 5
Дальше: 2